Посреди ночи

      Когда вместо летучих мышей перед Олпером предстал мужчина, переполненный яростью, художник вскрикнул.       — А-А-А!       Непривычный для него звук, больше похожий на писк, что перерос в истеричный крик.       — Это что за нечис… — не успел он договорить, как в челюсть прилетел удар кулаком, затем ещё один и ещё. Парень стал плеваться кровью, а нечеловеческий рык Влада, казалось, раздавался по всей округе.       — Кх… так вот ты какой, Влад… кха.       — Не смей… не смей даже рта открывать, щенок, я тебя порву на куски! — глаза мужчины налились кровью, а оскал с акцентом на два острых клыка устрашал ещё сильнее.       — А-а, в-вы вампир?! — ужас, охвативший Олпера, был практически ощущаем всеми в комнате.       — Я твоя смерть, — низкий голос, не похожий на голос обычного человека, вызывал все больше паники. Влад было замахнулся когтистой лапой, но услышал едва уловимый шёпот девушки, что лежала на грани потери сознания снова.       — Помоги…       Мужчина резко приобрёл человеческий облик и ринулся к ней, отшвырнув художника в стену, оставил его кашлять кровью и наслаждаться последними минутами.       — Я здесь, здесь моя милая Кассель, рядом… — он разорвал ткань на руках, которая уже успела оставить синеватый след на запястьях. Мужчина посмотрел в её раскрасневшиеся глаза, которые блестели от снова нахлынувших слез. Лицо Влада отзеркалило её боль. Он прижал Кассель к себе, обнял, стал покачивать и успокаивать как ребёнка.       — Пожалуйста, прости меня, прости за то, что оставил. Я хотел вернуться, но потом ты не смогла меня увидеть, я… — взволновано он повторялся, старался успеть все сказать, за все извиниться, но все равно понимал, что никаких слов не хватит, чтоб загладить свою вину.       — Влад, я знаю, что ты всегда был со мной, в моём сердце уж точно, только прошу, просто не бросай меня так больше, — шептала еле слышно Кассель.       — Мне было так страшно и больно…       Глаза Влада стали мокреть. Смотреть на результаты мучения любимого человека подобно смерти. Он провел взглядом по её изувеченному телу и не смог больше сказать ни слова. Все синяки, царапины и кровь — его вина. Влад смог её сберечь от страшного исхода сейчас, сможет ли в другой раз? А если бы опоздал в этот?.. нет, эти непрошенные мысли хотелось побыстрее прогнать. Мужчина закрыл глаза и прижал девушку к себе сильнее, избегая давления на её раны. Провел едва касаясь большим пальцем по царапине на лбу и медленно прошептал что-то неразборчивое, возможно, на латыни. Рана затянулась. Так старался делать с другими, какие можно было скрыть внешне, но внутренним ранам потребуется куча времени на излечение…       Полураздетый окровавленный художник притих, больше не было слышно хрипов. Он наблюдал за этой тошнотворной для него картиной и находился в полнейшем шоке. Все его мысли занял нечеловек. Влад ещё и вампир. Пазл сложился, от осознания которого на него нахлынула новая волна дикого ужаса. Брэм стал искать глазами что-то наподобие деревянного кола, ведь им всегда в легендах убивали вампиров, а как он совсем недавно храбрился девушке…теперь судьба-злодейка дала ему возможность ответить за свои слова. Подтвердить или опровергнуть. Ничего не находилось, но парень вспомнил, что в сумке есть запасные подставки для мольберта… из дерева. Аккуратно, стараясь не издавать лишнего шума, он дополз до своих вещей. Также медленно достал деталь и, собрав все последние силы, встал, метнулся в сторону Влада, направляя подобие кола в спину. Острый слух благодаря его «нечеловечности» позволял слышать все за километры, а что происходило за спиной и подавно. Влад слышал его жалкие попытки почувствовать себя героем, которых, как бывает во всех сказках, в последний момент убивает зло, но Брэм видимо забыл, что сам является далеко не главным героем, а Влад — не злом. У парня исход другой — с печальным и справедливым концом. Мужчина за секунды до своей «погибели» аккуратно уложил Кассель на постель и как только Олпер замахнулся колом, то в полуобороте поймал его. С животным рыком Влад встал и с силой надавил этой же деревянной ножкой на Брэма. Художник пытался отодвинуть от себя «причину не его смерти», но поскользнулся на стекле зеркала, поранив при этом босую ногу. Он упал, и последним его словом был испуганный шепот:       — Мама…       Кол вошёл в самое сердце парня. Он издал последний звук и обмяк. Влад прокрутил в нём деревянную подставку, как сделал это с Ноной, и вынул. Внезапно картина с Кассель начала истекать чем-то чёрным и густым. Заказ господина Нуаре был проклят парками, как результат страшных деяний Брэма Олпера. Кара настигла сумасшедшего насильника в самый неожиданный для него момент. Все кончено, и последним шедевром для парня и вправду стала Кассель. Именно шедевром, к которому можно лишь благоговеть на расстоянии.       — Arde cu o flacără stacojie, nenorocitule, — с ненавистью и все тем же низким голосом «монстра» сказал Влад. Звонко щёлкнул пальцами — бездыханное тело растворилось в дымке вместе со своей проклятой картиной. Мужчина отправил его в Место меж мирами, где останавливаются неупокоенные души, до жути голодные и безумные. Его гнилой энергией они и насытятся спустя века, проведённые в скитании. Брэм будет долго мучаться. Лицо Влада выдало какую-то до жути странную эмоцию. Это и злость, и отвращение, и сожаление. Все в одном. Он порывисто вдохнул казалось прогнивший воздух и решил не оставлять Кассель посреди этой бывшей пыточной. Девушка хоть и не видела как именно умер художник, но слышала его последние вскрики. Было страшно и жутко, но её затуманенный взгляд и невыносимая головная боль перекрывали абсолютно все. Порой даже слова Влада, которые он все чаще и быстрее произносил, чтоб она была в сознании. Мужчина и сам был не в лучшем виде, особенно после Чёрного замка. Всю силу он собрался направить на девушку, на её покой и безопасность. Мужчина подошёл ближе к обессиленному телу и поднял её на руки. Кассель пыталась приподняться, но Влад не позволил.       — Не стоит, сохраняй силы, не двигайся.       — Мы куда?..       — Туда, где хорошо, — прошептал Влад и увидел, что она все же потеряла сознание, либо просто прикрыла глаза, но при этом успела обнять его за шею.       Для Кассель было неизвестно сколько прошло времени. Она вяло открыла глаза: комната в готическом стиле могла бы выглядеть холодной и сдержанной, но багровые закатные лучи делали её мягкой и такой родной. Сердцем её был камин. Языки пламени яростно играли друг с другом, но все равно выглядели умиротворенно. Свет от него равномерно разошёлся вокруг, рядом с мягкой шкурой белого медведя, креслом и всем остальным. Кассель окружали большие мягкие подушки и такая же кровать. Почти как у неё, только ещё шире и просторнее. Девушка оглядела апартаменты ещё раз: подсвечники вокруг, что пока не были нужны, фамильный герб на стене, маленькие часы на столе. У этой комнаты были ещё выходы в другие, но пока Кассель не знала, что за ними таится. Около девушки стояло еще одно кресло, придвинутое специально для наблюдения за лежащей. На нем стоял тазик с водой. Кассель поняла для чего он, потому что почувствовала на лбу холодный компресс. В мыслях у девушки пронеслось страшное, но потом она разглядела силуэт, что держал руки за спиной и смотрел в лесную даль за окном. Величественные горы было видно издалека даже ей. Влад услышал движения девушки в кровати и обернулся. Он уже был полностью в чёрном одеянии, что придавало ему и мрачности, и шарма одновременно. Никаких доспехов, крови, только следы усталости, что мужчина старался скрыть. В другой одежде была и Кассель, а точнее уже в лёгкой сорочке. Хоть её и не пугал факт того, что Влад, возможно по привычному щелчку, а может и собственноручно снял окровавленное платье, все равно горькое послевкусие этого дня осталось в душе, лишило покоя. Ей не хотелось, чтоб кто-то касался её тела, сегодня уж точно. Мужчина подошёл к ней и было хотел прикоснуться к её щеке, протянул руку, как Кассель машинально дернулась. Брэм неоднократно бил её сегодня хоть и несколько часов назад… Влад не стал продолжать и просто сел рядом.       — Кассель…немного боль прошла?       Девушка кивнула.       — Хорошо… насчёт Кристиана и остального не волнуйся, Мириам, твоя новая служанка, может быть на время, обо всём позаботилась. У Криса был приступ эпилепсии, который усугубила Мари, вероятно, что-то подсыпала, но ему уже лучше, он выживет. Мири я доверяю, в ней нет нужды сомневаться. К тому же она моя старая знакомая. Что касается бывшей служанки… ты сможешь решить её судьбу, как только оправишься.       — Где мы, Влад?       — В моих покоях. Я не позволю тебе находиться в вашем поместье… стране… пока что.       — Мы в Румынии?       — Да, пока в твоём доме остатки того хаоса ты будешь здесь, если не против.       Кассель вновь вспомнила все свежие события, её губы поджались, сдерживая слезы, но безуспешно. Она немного повернула лицо, чтоб Влад не видел как она плачет. Мужчина заметил и почувствовал её внутренние метания, опустошение. Влад понимал, что никогда не осознает насколько ей было страшно в тот момент. Сам оставил, сам виноват. Слишком долго, а самое страшное — если бы он не пошёл к паркам, то и Брэм, возможно, не появился бы в её жизни. Сама девушка сдерживала непрошенный поток слез, но её душа кричала и рыдала как в последний раз. Влад сейчас — самый желаемый человек, которого только можно представить рядом с собой. Кассель безумно хочется его сейчас обнять крепко-крепко. Но сегодняшние события отбили напрочь желание позволять себя касаться, о чем она думала неоднократно. Хотя так хотелось бы рассказать обо всех переживаниях и никуда не отпускать. Укутаться в его любви навсегда. Как только мужчина протянул ещё раз руки для объятий — она хоть и мягко, но отстранилась и отвернулась.       — Кассель… — Влад сел в кресло рядом и потер глаза, затем посмотрел на девушку, которая немного подрагивала, может быть от холода, может от слез. Влад укрыл её получше одеялом и снова вернулся на место.       — Кассель, честно, я даже не знаю с чего начать… до этого момента у меня никогда не было таких ситуаций… таких людей… в прямом смысле по жизненной важности я отправился в одно тёмное место, практически между мирами, а точнее, Чёрный замок существует отдельно от всего. Если захочешь, потом как-нибудь расскажу об устройстве миров, о себе…       Влад заметил, что девушка перестала подрагивать и внимательно слушала, смотря в стену около кровати. Продолжил.       — Я пришёл туда, чтоб попросить об очень важном для меня человеке, который стал таким родным за считанные дни. Повторюсь, со мной такого никогда не происходило, поэтому, возможно, я поспешил в словах и действиях…и по отношению к нему и по отношению к одним тёмным, которые зовут себя богинями. Я был слишком жадным и требовательным, поэтому они меня наказали… я… я приходил к тебе, все видел, но ты меня — нет. Себя я искренне ненавижу за ту жалость и беспомощность. Невозможность касаться дорогого для тебя человека — пытка, которую ещё стоило отыскать, а страшнее — не видеть его. Я не мог первого, ты — второго. Мне поставили запрет для любого средства связи с тобой, намёка на свое существование. Те лилии, да, от меня, но это было страшной ошибкой, за которую мне стыдно. За многое стыдно, — Влад вёл этот монолог и прокручивал в голове все события. Его брови придали лицу вид полный сожаления, а вечно жестикулирующие руки — волнения. Он оправдывался не для того, чтобы показать, что его мотивы и действия чисты, наоборот, нагнетал и полностью оправдывал все нежелание Кассель видеть его. Он не настаивал, тем более вспоминая, что она пережила совсем недавно. Периодически молчал. Подбирал слова.       — Я не жду прощения, но очень хочу, чтоб ты это услышала, поэтому и говорю. Мои слова не имеют значимости, сказать можно многое, я постараюсь показать тебе действия, если, конечно позволишь. Но сейчас ты не должна, спи, моя… — Влад осекся от этого непривычного и неподобающего слова, но продолжил. — Не моя, ты вправе быть свободной птицей… спи, милая Кассель.       Мужчина сказал это тише предыдущих слов, будто озвучивая мысли, встал и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь магическим жестом руки. Девушка осталась лежать со своими мыслями, переваривая сказанное Владом. Ей хотелось многое дать в ответ, рассказать, что он и только он все эти недели занимал место в её голове. Это странно разуму, но радовало сердце. Кассель обязательно все это сделает, но не сейчас. Нужно время. А пока её измождённое тело перестало слушать, поэтому она крепко уснула до утра. Посреди ночи Влад приходил к ней, не во снах и не так нахально, как любил делать это раньше. Он аккуратно вошёл в покои и несколько минут наблюдал за спящей девушкой. Просто смотрел, порой убирал прядь волос, что упала на лицо, так случилось и в этот раз. Мужчина подошёл, все поправил и сел на корточки, чтобы их лица были на одном уровне. Посмотрел на её нежные и такие правильные для него черты лица, затем прошептал, тихо-тихо, будто боясь, что она услышит и поймет:       — Nu m-am putut opri să te iubesc în toate aceste nopți…       Поцеловал её в щеку, укрыл получше и ушёл к камину ждать, вдруг она проснётся. Но нет, этого не случилось. Иногда Кассель ворочалась, видимо, от кошмара, но Влад с помощью возможности попадать в чужие сны менял кадры с художником на что-то безобидное и спокойное. Накладывал холодные компрессы, чтобы сбить лихорадку. Затягивал раны, душевные в том числе. Такому как Влад не было бы в тягость провести целую ночь без сна, но когда такая бессонница, а она была не одна, да и ещё события в Чёрном замке… В итоге мужчина уснул как только наступил рассвет, прямо в кресле около Кассель. Спустя пару часов лучи, что так настырно светили девушке в лицо, смогли её разбудить. Сегодня она чувствовала себя намного лучше, остались только воспоминания, от которых Кассель периодически покрывалась мурашками, а сердце замирало как в первый раз. Но сейчас этого не было. Не с ним. Не с Владом, который так сладко, но явно не в удобном положении, спал. Кассель это заметила и умилилась тому факту, что он не оставил её одну в комнате, но и не лёг рядом. Девушка захотела облегчить его сон и тихонько встала, стараясь издавать минимальное количество шорохов. Взяла две подушки, подложила под его спину и укрыла своим одеялом. Когда накинула его, подойдя сзади, то невольно задержала руки у груди мужчины. Быстро убрала левую, хотела и правую, но её удерживала, казалось, какая-то сила. Все же как только Кассель решилась её поднять, Влад накрыл руку девушки своей, не открывая глаз. Его уголки губ поползли наверх, как только он почувствовал смущение девушки, лёгкий румянец, что появился на щеках, её взгляд на двух руках, таких разных. Ладонь Влада могла накрыть собой ещё одну её, но сейчас плотно сжимала только правую.       — Извини, я не хотела тебя будить…       — Я не спал, да и не хотел, все хорошо, — очевидная ложь, но Влад продолжил. — Позволишь?       Кассель будто бы поняла, о чем он, и не стала даже расспрашивать, сразу согласилась.       — Позволю…       Влад встал с огромным одеялом, накрывающим мужские плечи, развёл руки вместе с ним для объятий. Девушка быстро юркнула в них. Так они и стояли несколько минут. Молча обнимались в тепле, словно в одном своём мирке, где только они вдвоём, а проблемы остались где-то далеко прошлом. Кассель увидела, что Влад стоит близко к большой кровати, которая конечно же готова его поймать на случай, если мужчину кто-то толкнет… сделала задуманное. Они вместе упали на неё, на мягкие подушки. Влад рассмеялся в ответ на её коварный план. Радость осознания, что сейчас ей хорошо грела душу. Кассель лежала сверху, оттого, что мужчина упал на спину, но не долго. Влад перевернулся, и теперь оказался над ней. Взгляд сверху вниз должен казаться надменным, но сейчас он был полон нежности и ещё одного очень приятного, но запретного чувства. Никакой страсти и намёков. Только восхищение небесно-голубыми глазами, за которыми мужчина уже успел горячо соскучиться.       — Влад, это было нечестно.       — Тебе ли так говорить? Толкнула меня в неизвестность! — смеясь возмутился мужчина.       — А, то есть ты бы не прыгнул за мной в неизвестность?       — Прыгнул. И сделал бы это миллион раз, но сейчас мы в огромной и страшной кровати, а это значит только одно… Кассель невольно покрылась мурашками.       Влад отстранился и одним лёгким движением, как куклу, подтянул девушку к изголовью шикарного ложе и лёг рядом. Укутал, как всегда получше, и придвинулся сам.       — Только утро, у нас есть время, чтоб ещё немного вздремнуть, да и вообще можно это делать весь день, если пожелаешь.       — Так ты все-таки хочешь спать, — поймала его на лжи Кассель и придвинулась ближе, но чтобы можно было видеть его лицо.       — Ну-у… — Влад неопределенно протянул, не спуская с девушки глаз. Вместе они лежали друг напротив друга и улыбались, как малые дети, а после он прижал Кассель ближе, девушка же удобно устроила свою голову на его груди. Влад уснул раньше, а ей оставалось греться, всем телом ощущать безопасность и покой. Наконец наслаждаться тем, чего она ждала столько дней и не только она.       У Влада тоже были люди, которые выполняли определённые обязанности по дому. Одним из таких был дворецкий. Чтобы пригласить хозяина и его гостью на завтрак, он аккуратно постучался в комнату, тем самым разбудив Влада, но не девушку, она не спала. Кассель как-то опешила и резко приподнялась, машинально закрывая собой Влада, словно никого рядом нет, а она просто решила полежать. Но девушка не учла, что лежит то она сейчас в его кровати, находится в его стране и доме. Перед дворецким возникла картина: Кассель вскакивает с таким ошарашенным лицом, будто её поймали за чем-то запрещенным, и прикрывает что-то или кого-то собой. А в это время за раскрасневшейся девушкой встаёт Влад, которого увы, не удалось заслонить явно меньшего размера телом.       — Что такое, Антон? — спросил мужчина, Кассель обернулась на его голос и поняла, что план по сокрытию секретного объекта провален. Повернулась обратно к дворецкому и улыбнулась, будто ничего не произошло, но молящий взгляд дворецкого забыть это происшествие говорил иначе.       — Я хотел пригласить вас и вашу… гостью на завтрак. Сегодня в лиловой гостиной, на улице дождь.       И правда, Влад услышал постукивание капель по окнам, вспомнил, что Кассель не понимает румынского, а сейчас он разговаривал с Антоном именно на нем. Нагнулся к её уху и перевёл.       — Хорошо, я соберусь, только пусть он выйдет, — шепнула она Владу.       Мужчина кивнул и обратился к дворецкому.       — Мы подойдем.       Антон кивнул и обратился к Кассель на ломаном французском:       — Прошу меня извинить, я плохо знать французский язык. Очень радоваться, что господин Влад найти себе хозяйку сердца.       — Что вы, я не… спасибо, — улыбнулась ему искренне девушка, слегка смутившись после его откровенных слов. Смутился и Влад, что выглядело очень непривычно. После этого дворецкий удалился, кивнул перед этим им обоим, но в глаза смотрел мужчине. Что в его взгляде читалось, было непонятно.       — Ты так засмущалась, будто мы «играли на рояле», — усмехнулся Влад, подергивая одной бровью, и встал с кровати. Кассель поняла на что он намекнул и покрылась ярким румянцем.       — А ты как-будто нет, — посмотрела с таким же вызовом девушка, но выдержать его взгляд не смогла.       — Это было просто неожиданно от него… — отстраненно ответил Влад, потому что тоже во всю разгорелся внутри алым пламенем. Вспоминал, как Кассель дрожащими от нетерпения руками пыталась расстегнуть его рубашку… но вместо того, чтобы снять другую перед ней сейчас и снова «сыграть», поправил и застегнул её на все пуговицы. Кассель встала вслед за ним и выглядела неподобающе незамужней юной француженке. Так сказали бы люди, которых волнует мнение общества, в основном пожилые аристократки, у которых больше другого занятия нет. А девушку как раз это сейчас абсолютно не волновало. Другая страна — другие правила, хотя иногда казалось, что она находится в другом мире. Кассель так сильно истосковалась по ласке Влада, что страшные воспоминания не стали преградой для других мыслей– опаляющих душу…кожу, что нагревалась от каждого прикосновение мужчины в ту ночь. Вчера все обошлось с Брэмом, но не обойдётся сейчас с Владом.       — Влад! — воскликнула девушка, но не успел он до конца обернуться, как она притянула его лицо к себе и поцеловала. Спонтанный взрыв эмоций был полон благодарности от истосковавшейся по его нежности девушки. В нем не было страсти, только быстрый, казалось ошибочный, но такой правильный поцелуй. Кассель отстранилась. Влад ошарашенными глазами посмотрел на неё. Хотел было продолжить, но девушка приложила палец к его губам.       — Антон тебя позвал, твою гостью тоже, — прошептала Кассель, исподлобья сверкнув глазами. У Влада все внутри заныло.       — Как ты… это делаешь?       — Что делаю?       — Сводишь меня с ума.       — Стала такой же внезапной, как ты.       — Что ж, я поощряю столь приятную внезапность, но в следующий раз уйти просто так не позволю… — Влад тоже сверкнул глазами, но в прямом смысле, как когда-то до их первой встречи в ночном саду. Голубые огоньки, такие загадочные и манящие.       — Вот это да… а как, как ты это сделал?       — Я многое могу, наколдовать сейчас, одежду, к примеру. Вся твоя осталась во Франции.       — Точно…       — Что ты хочешь?       — Что-то неофициальное, надоело.       — Хорошо, платье будет лёгким, но с накидкой, чтобы ты не замёрзла. В замке есть несколько комнат, где для тебя будет слишком холодно…       — Замке? А ты покажешь все?       — Конечно, — улыбнулся Влад и продолжил: — там ванная, а вообще, если пожелаешь, я выделю тебе собственные большие покои.       — Нет! Я хочу здесь!.. — вскрикнула Кассель, не желая слушать другие варианты, но после смутилась своей нахальности и желанию спать с мужчиной в одной постели. Это ведь так неправильно. В глубине души Влад смеялся её реакции, но в тоже время радовался ответу.       — Как скажешь, я тебя подожду.       Девушка направилась в ванную, а Влад подошёл к окну. На улице ещё шёл дождь, но уже меньше. Посмотрел на горы за окном: густой лес и селение, что было довольно далеко, но с высоты его можно было заметить. Селение Холодное. Из-за такой непредсказуемой погоды мужчина не знал, сможет ли сегодня показать окрестности Кассель, ведь туман окутал все сплошь и рядом. Как бы ни пытался он себя отвлечь, в голове был лишь недавний поцелуй. В его сердце было так тепло и легко. Влад понял, насколько отныне дорожит всеми моментами с ней и как не хочет больше видеть Кассель грустной. В голове пронеслась мысль: «Что если стереть ей воспоминания о том ненавистном маньяке-художнике и своём уходе на столько дней», но потом понял, что не сможет после такого деяния смотреть ей в глаза, не то, что лгать и делать вид, что ничего не было. Мысли прервал голос Кассель из ванной:       — Влад, можешь мне пожалуйста одежду прям здесь создать?       — Могу, — крикнул ей в ответ мужчина и щёлкнул пальцем, закрыв глаза, чтобы сконцентрироваться на желаемом результате. Из комнаты вышла Кассель. На ней было легкое бордовое платье и накидка, а волосы украшала заколка с бабочкой из драгоценных камней.       — Очень красиво, — не отрывая взгляда от девушки, сказал Влад.       — Свой выбор хвалишь?       — Во всех смыслах того слова, — все так же завороженно разглядывал её мужчина и подошёл к ней ближе.       — Заколка… она такой кажется знакомой, кажется, я её где-то видела…       — Я вспомнил в книге одной иллюстрацию с ней и воссоздал. Бабочка — символ души, бессмертия, возрождения… и одного сильного рода.       — Какого, Влад?       — О нем уже давно запрещено говорить, его исстребили, поэтому я не могу сказать, сейчас я тоже соберусь и пойдём.       — Хорошо… — теперь Кассель ходила по комнате и ждала его. Кружила вокруг, разглядывая вещи, тот же вид за окном, что находилось прямо напротив кровати. Выглянула из комнаты: она была на втором этаже замка, где было ещё несколько комнат и резная лестница, которую было видно в конце коридора. Звуки, доносящиеся из ванной заставили Кассель немного дёрнуться, потому что девушка завороженно смотрела в полутьму коридора, несмотря на то, что было утро. Она быстро захлопнула дверь, будто не должна была вообще выглядывать и обернулась: мужчина стоял посреди покоев только в одном полотенце на поясе. Капельки стекали с его сырых волос, небрежная причёска придавала его лицу казалось другие черты. Кассель невольно приоткрыла рот, не потому что Влад выглядел откровенно желанным, как тогда, так и сейчас, хотя она не отрицала этого факта, а потому что девушке довольно непривычно так просыпаться, проводить утро вместе с ним, что нравилось, чего хотелось отныне каждый день. Влад невозмутимо прошёл дальше и щёлкнул пальцем: лиловая магическая дымка будто легко подтолкнула пальцем подбородок Кассель, тем самым прикрыв рот. Она невольно ахнула. Вдруг какой-то шум, похожий на разбитое стекло, разошёлся по всем покоям, что означало прибытие извне. Девушка невольно пригнулась и зажмурила глаза, но от женского голоса открыла: перед ней из серого, уже рассеивающегося, тумана предстала молодая зеленоглазая кудрявая брюнетка. Она была довольно своеобразно одета: открыто в декольте, с большим количеством золотых цепей на платье, вырезом на одной ноге, далеко не по современной моде, тем более, французской. У Кассель промелькнула мысль о моде в Румынии, но она сразу её отбросила. Все явно не так.       — Ну здравствуй, Влад, — нахально улыбнулась гостья, оглядев его с ног до головы. — В подобающем виде встречаешь, да…       Глаза Кассель округлились, она посмотрела на реакцию Влада, но мужчина только слегка усмехнулся.       — Мириам…