Маленький барабанщик

      Роб сидел, завернувшись под одеялом неизвестно сколько времени. Он прислушивался к звукам дома. Кроме громкого дыхания Фила в соседней комнате, в доме не было ни одного признака жизни. Он посмотрел на пустую кровать напротив своей. Кровать Люка. Ну, она когда-то была кроватью Люка до того, как… Он зажмурился, пытаясь выкинуть из головы воспоминания о его брате, лежащем на полу в луже крови вокруг себя. Когда он вошёл и впервые увидел его, то уже знал, что Люк был мёртв. Поэтому вместо криков и паники он просто взял с собой беспроводной телефон и сел рядом с телом брата. Он позвонил в скорую и едва ли отдавал отчёт своим мыслям, отвечая на вопросы.       Он положил свою голову на холодную грудь Люка. Он не знал, сколько лежал здесь. Наверное, столько-же времени, сколько и заняло у медиков чтобы приехать сюда и выбить входную дверь. Он давно уже положил трубку, так как ему надоело слушать звенящий голос женщины на линии. Фил и его мать пришли в ванную через несколько минут после медиков. И, может, это из-за шока от вида обоих сыновей, лежащих друг на друге в крови. Её любимый старший сын был холодным, безжизненным и посиневшим, и другой, которого она даже не замечала, лежал рядом с ним, вцепившись в него так, будто это был единственный, кто у него остался в этом мире. Может, это было от осознания того, что она вновь потеряла ребёнка, но до сих пор остаётся загадкой то, почему Аманда Бурдон Тайлер решила так поступить той ночью.       Она взяла на руки своего более высокого сына и крепко обняла его. Она шептала ему успокаивающие слова, которые он вполне мог лишь спутать с добротой и любовью. Ведь так быть не могло. Она его не любила. Никто его не любил. Даже Люк, яро провозглашавший это каждый день. Он обещал взять его с собой. Он обещал. Но соврал.       Так что, спустя несколько недель как Люк покончил с собой, Роб лежал в их комнате и разглядывал его оставшиеся пожитки. Немного фотографий всё ещё висело на стене. Парочка плакатов, пара-тройка наград и на этом всё. Диплом с отличием, который ему должны были вручить на выпускном, висел на стене над столом. Столом, за которым он не сидел с этих пор. Столом, за которым больше никто не сидел. Роб едва ли сдерживал слёзы. Он попытался встать и направился в ванную. Он особо не бывал здесь после той самой ночи. Он лишь забегал по нужде и выбегал быстрее чем нужно было. Он хорошо научился терпеть.       Но теперь он сидел на холодном полу ванной, слишком заинтересованно смотря на побледневшие следы крови на полу. Он тронул их и подумал о том, является ли это ключом к выходу. Давало ли это ту сладкую свободу, которую так искали братья. Люк выглядел таким счастливым, когда лежал в том сосновом гробу. Он казался… умиротворённым. Они набили брюки его костюма бумагой, поэтому после смерти он наконец заполучил то, без чего не смог прожить дальше.       Он посмотрел вверх и увидел лезвия Фила. Он посмотрел на лезвия с помутнённым взглядом. Он взял одно из них и провёл по нему дрожащим пальцем. Он резко одёрнул палец от неожиданно сильной остроты. Он не понимал, почему делал это. Но очень хотел узнать. Вдруг Люк всё это время давал ему намёки? Он обещал забрать его с собой. И, может быть, ему осталось лишь шагнуть за ним.       Он посмотрел на своё запястье. Синий сосуд с кровью пульсировал жизнью, и Роба ещё никогда это так не смущало как сегодня. Он не хотел жить. Потому что в жизни больше не было Люка. Потому что жить — означало быть застрявшим в доме полном людей, ненавидящих его и замечавших только для того, чтобы побить. Он опустил лезвие и безэмоционально провёл им по мягкой коже запястья. Моментально, кровь проступила в виде маленьких пузырьков вокруг ровной, прямой раны. Он специально провёл лезвием по сосуду и кровь моментально хлынула на пол. Он даже не почувствовал боли когда бездвижно спустился на пол. Он прислонил голову к ванной в ожидании. Скоро он встретится с Люком.       Но потом дверь ванной резко отворилась. Он увидел сквозь замутнённый взгляд как мать прибежала к нему. Она кричала. Непонятно правда, было ли это ему, на него или о нём… ему было плевать. «Скоро, » говорил он себе. «Скоро…» Он почувствовал, как она берёт его на руки. Это был не первый раз, когда она его обнимала, но ему всё равно было непривычно.       Она держала его осторожно, будто бы пытаясь не вызвать ещё большее кровотечение. Она слегка сдвинулась с места чтобы удостовериться что тиран, с которым она обручена, тоже сдвинулся. Она могла слышать, как он разговаривает с оператором в скучном тоне. Она посмотрела на своего сына в руках. Он был уже бледным. Но вообще, она особо-то и не знала, как он выглядит нормальным. Она погладила его рукой по щеке.       — Не оставляй меня, — прошептала она. — Ты мне нужен, дорогуша. Пожалуйста.       На её глазах выступили слёзы. — Я знаю, что не была с тобой рядом. Вообще. Но я попытаюсь. Ты не можешь оставить меня одну. Ты — всё, что у меня осталось. Твой брат, сестра, они все меня оставили. Ты — единственный кто остался, Роб. — она медленно потрясла его, заметив, как его глаза начали закрываться. — Фил, быстрее, чёрт подери! Он, блять, умирает! — она посмотрела на Роба.       — Роб, дорогушечка, очнись. Роб! Роб! Нет, пожалуйста, Роб, очнись. Роб!

***

      Роб поднял бровь, когда увидел Талию, уже готовую расплакаться. Он закатил глаза и дал ей упаковку с салфетками.       — Я думаю, ты осознаёшь, что я не умер той ночью, да?       — А, ну… да, — она запнулась. Она с радостью взяла салфетки и вытерла ими слёзы. — Наверное, я слишком сильно вовлеклась в историю.       — Ну, наверное, ничего страшного, — пожал плечами Роб. — С тобой всё в порядке? Я могу дорассказать?       Талия с шуточной злостью посмотрела на него. — Ты — самый худший пациент, который у меня был за всю практику!       — Почему-же, ведь я могу заставить тебя вести себя всячески непрофессионально, — Роб ухмыльнулся ей. Она медленно начала краснеть перед тем как закатить глаза. — Да, я знаю, что ты тоже меня хочешь.       И на это Талия действительно закраснела. Но Роб, конечно-же, это не увидел так как ему в лицо влетела диванная подушка. — Может, психотерапевт перестанет бросаться подушками в своего эмоционально хрупкого пациента?       — Эмоционально хрупкого пациента? И где-же? Ведь я как раз такого и искала. — улыбнулась она. На минутку её удивило то, что парень может сначала рассказать ей душераздирающую историю своей жизни и сразу после этого шутить так, как он только мог. Это заставило её понять, насколько сложной и многогранной была его личность. Которую она бы очень хотела знать ближе… сдружиться. Да, так сказал ей голос в её голове. На заметку, лучше не слушать голос из головы.       — Приём-приём, Земля вызывает мозгоправа, — Роб пощёлкал пальцами перед её лицом. Она посмотрела на него со слегка ошеломлённой реакцией. — Давай, у меня остался ещё один час, ты хочешь дослушать историю или как?       — Нет, буду сидеть здесь и слушать как ты тут болтаешь, не дослушав до конца.       — Какой ужас, а мне ведь так хотелось дорассказать её тебе. — щёлкнул пальцами Роб. — Ну ладно.       — Заткнись и продолжай.       — Так что именно? Заткнуться или продолжить?       Талия прорычала и швырнула в него ещё одну подушку. — Продолжишь, пожалуйста?       — Ну, раз ты так вежливо попросила. Что-ж, давай пропустим все ненужные филлеры. Всё было одной и той же историей. Лето было хернёй, снова пытался выпилиться. Опять поймали. Начал резать себя на постоянной основе. Потом пошёл в старшую школу и тогда история разворачивается в чуть более позитивную сторону.

***

      Старшая школа в Агура-Хиллз. Он наконец дожил до старших классов. Это была высшая лига, но почему-то только на третий день учёбы он оказался в кабинете директора за «драку». Он нервно поворочался на стуле, стуча пальцами по столу. Скромная на вид секретарша за столом посмотрела на него и покачала головой. Он надул губы и сел на стуле напротив неё. Он осмотрел просторный офис директора с не особо большим критицизмом. Он выглядел лучше, чем то дерьмо, что было у него дома. В то же время, вообще всё вне его дома выглядело лучше.       — Мистер Бурдон? С Вами скоро увидится директор. — Роб отблагодарил её и вошёл в его личный офис. Ричард Торрес сел за стол, осторожно рассматривая юношу перед собой. Он многим был наслышан об этом юноше. В основном, от толстой папки, которая лежала на его столе ещё с того утра. Его отец был объявлен пропавшим без вести на войне, брат покончил с собой, отчим алкоголик, гулящая мать и младшая сестра, умершая почти сразу после рождения от каких-то врождённых дефектов. У парня налицо была дисфункциональная семья и вдобавок к этому, он сам пытался покончить с собой, как было написано в папке, дважды. Роб был непредсказуемым. Что-то ему явно не нравилось в этой школе. Но он был не вправе отказывать кому-либо в образовании лишь потому, что у него были какие-либо проблемы. Лучшее, что он мог сделать, так это приглядывать за ним и надеяться, что он как-нибудь сможет облегчить его боль.       — А, Роб Бурдон, рад познакомиться с тобой. Я — мистер Торрес. Правда, лучше бы мы встретились в чуть более приятной ситуации. Что ты думаешь об этой школе, Роб?       — Она большая. — прокомментировал Роб, сев на стул. Он очень низко опустил свою голову чтобы его лица нельзя было разглядеть. Мистер Торрес нахмурился. Он слышал о непоколебимой стеснительности парня.       — Что-же, я слышал, что ты ввязался сегодня в драку во время обеда?       Роб кивнул. — Может быть, расскажешь мне об этом со своей стороны?       — А в этом есть смысл? Вы всё равно поверите им, а не мне. Что бы ни случилось.       — А почему-бы тебе не попробовать?       — Ладно. Я просто занимался своими делами и те трое ребят подошли ко мне и начали оскорблять меня. Обзывали меня, в общем. Я попытался уйти, но они мне не позволили. Потом они начали толкать меня и наконец попытались меня ударить, но я увернулся и задел случайно одного из них. Вот тогда они все на меня набросились, после чего нас разняла Мисс Де-Люка.       Мистер Торрес сидел с пальцами у подбородка. — Я тебе верю. — Роб посмотрел на него в замешательстве. — От этих трёх уже 6 лет одни проблемы. Нужно было ещё давно отчислить их.       — Вы мне верите? То есть, я не получу наказание?       — Нет, — он почти улыбнулся от радостного, но при этом смущённого взгляда юноши. — Однако, я собираюсь порекомендовать тебе наставника. Того, кто сможет помочь сориентироваться и быть рядом с тобой если тебе нужно будет с кем-нибудь поговорить.       — Мне определённо никто такой не нужен, — покачал головой Роб. Последний, кто ему был нужен, так это тот, кто лез бы в его личные дела и узнавал, что за ужасную жизнь он ведёт. Не хватало только чтобы ещё кто-то пытался сохранить его ничтожное существование. Он теперь жил лишь ради эгоистичной прихоти своей матери. Ей нужен был кто-то, кто отвлекал бы её внимание. Когда Фил выпивал то начинал ходить к первой попавшейся женщине. И благодаря тому, что его мать прерывала каждую его попытку отправиться за Люком, он и стал для неё эдакой «заменой».       Но теперь он научился получать удовольствие от боли. Всё работало в симбиозе друг с другом. В дни, когда Фил избивал его, исключалась нужда самому причинять себе боль. Вся верхняя часть его тела и руки была покрыта свежими порезами. Он делал это потому, что чувствовал себя виноватым. Он был слишком слабым чтобы покинуть этот мир. Каждый раз, когда он совершал попытку, его на этом ловили. Никто не поймал Маргарет, и никто не поймал Люка. Они все смогли уйти. Каждый раз, когда он утопал в глубокой боли, ему мерещился Люк. Он мог вести диалог с ним и выговаривался ему, в то время как кровь вытекала с его тела. Так было комфортно. Это давало чувство безопасности.       — А, вот ты где. Именно тот, кто был мне и нужен. — Роб тряхнул головой, прогоняя мысли и увидел нового оккупанта в комнате. Он видел этого парня раньше. Обычно он общался с каким-то другим. Эти двое были как не разлей вода и Роб задумался, были ли они парой или типо того.       Юноша улыбнулся мистеру Торресу в качестве приветствия. — Я бы пришёл сюда пораньше, но один кое-кто! — он поднял голос на последнем слове и показал взглядом на дверь, — Кое-то не мог вспомнить пароль от своего шкафчика и не отпускал меня до тех пор, пока его наконец не вспомнил.       — Ничего страшного. Я просто рассказывал Робу о возможности получить наставника. Ты сейчас работаешь с кем-нибудь?       — Я работал, до тех пор, пока вот этот самый кое-кто…! — он снова повысил голос.       — Да ладно тебе уже, я типо уже здесь, чувак, — тот самый парень, которого Роб всегда видел с этим юношей вошёл в комнату. У него были длинные коричневые волосы и проступала козлиная бородка. Он стоял со своим другом, закатывая глаза всё это время.       — Так что ты говорил?       — Да, я работал с кое-кем до тех пор, пока вонище от этого придурка не напугало его. — он улыбнулся и начал смеяться. У него была одна из тех глупых улыбок, заставлявших смеяться даже если шутка была тупая. Его миндалевидные глаза морщились на концах, когда он смеялся, а его глаза блестели. Его друг посмотрел на него, также пытаясь спрятать улыбку.       — Знаешь, я вообще-то в душ хожу.       — Знаю, но я постоянно напоминаю тебе использовать и дезодорант тоже, чел. — он опять посмеялся над его ответом.       Мистер Торрес смотрел на эту пару с довольной улыбкой на своём лице и внезапно вспомнил зачем изначально позвал их в офис. — Ребята, мне бы хотелось поздоровать вас с Робом Бурдоном. Он здесь новенький. Роб, это — один из моих самых лучших наставников и его лучший друг. Они идут как два в одном. Ты берёшь одного, а второй идёт в подарок.       — А ещё ты получаешь запахан от него. — ещё одна улыбка и смешок. Он повернулся чтоб посмотреть на Роба. — Привет. Я Майк. Майк Шинода.       — Май–май-май–майк Шинода, — его друг пропел в тон песни «My Sherona». Майк со злостью посмотрел на него.       — Очень оригинально, Дэлсон. Очень.       — Я Брэд. Дэлсон, как ты уже слышал. Ты ищешь наставника? Если так, то я рекомендую никого иного как моего лучшего друга. Он — дебил полный конечно, но хороший слушатель.       Роб посмотрел на них с щемящим чувством грусти в своём сердце. У него никогда не будет того-же. У него никогда не будет лучшего друга. Каким вообще образом? Никто никогда бы его не полюбил. Он был неудачником. Но правда хотел этого. Хотел-бы иметь таких лучших друзей, как они. Нет, даже лучше, он хотел-бы чтобы эти двое так же с ним шутили, как и друг с другом. Но этого никогда не произойдёт. Даже если бы он попытался сблизиться с ними, он бы им не позволил этого. Он не мог потерять кого-либо ещё. Он немного напрягся, увидев, как все трое в комнате начали смотреть на него.       — Мне правда не нужен никакой наставник, но всё равно, спасибо за предложение. Мистер Торрес, встреча уже окончена?       Мистер Торрес посмотрел немного удивлённо от внезапного холода со стороны юноши. Он обменялся взглядами с Майком и Брэдом. Они оба пожали плечами. — Да, окончена. Роб, если ты когда-нибудь захочешь работать с Майком, я уверен, что у него всегда найдётся свободное окно в расписании.       — Спасибо, но не надо. Рад был встретиться с вами. — он схватил свой портфель и вышел из офиса перед тем как кто-либо смог-бы его остановить.       Между ними повисла неуютная тишина после того как он ушёл. — О, он был таким вежливым. Явно тот, с кем можно было бы потратить кучу времени.       — Заткнись, Брэд, — предупредил Майк. Его друг сел на стул и то же самое сделал Майк. — Мистер Торрес, я предчувствую, что Вам бы хотелось, чтобы я попытался достучаться до этого парня?       — Ты всегда был очень проницательным. — улыбнулся Мистер Торрес. — Да, Майк. Для его-же блага. Ему правда нужны такие друзья как вы. Поэтому, считайте, что это одолжение, за которое я вас награжу чем-нибудь. Например, прощу вам пару-тройку выходок.       — Или позволите моей группе сыграть на выпускном? — подмигнул бровями Брэд.       — Брэд, у тебя толком нет группы. У тебя есть ты, какой-то додик с басухой, дерьмовый вокалист, ноющий дерьмовый текст по 20 минут и нет ударника. Тебе-бы переосмыслить всё своё понимание группы.       — Эй! У нас мог бы быть нормальный вокалист и ещё более крутые тексты если бы ты пришёл в сраную группу!       — Ребята, пожалуйста, обсуждайте эту тему вне моего офиса. Спасибо, — Мистер Торрес отпустил их, помахав рукой. — И Брэд, если к тому времени соберёшь группу, мы обсудим это.       Брэд радостно запрыгал перед тем как выбежать из офиса. Майк следовал за ним и смеялся всё это время. Двое пошли вниз по холлу чтобы найти следующий класс в то время как Майк заметил Роба. Новичок стоял в холле, облокотившись на шкафчик. Его вопросительное выражение лица и осматривание холла по сторонам немного намекало на то, что он мог потеряться.       — Эй, тебе нужна помощь? — Майк воспользовался этим моментом чтобы подойти к нему.       Роб посмотрел на него и то, что Майк увидел в нём выбило его из колеи. В его глазах не было ничего. Он видел боль, горе и переполняющее одиночество, побуждающее его обнять Роба и никогда его не отпускать. Но вместо этого, он смотрел на него несколько минут.       — Дурики, — пробурчал Брэд, протиснувшись между двумя ними. — Какую аудиторию ищете?       — 205. Это кабинет математики.       — Стоп, ты будешь с нами на математике? — Брэд выхватил расписание из рук Роба. Майк обхватил его за плечи после того, как улыбнулся Робу в качестве извинения за грубость Брэда. Парень помладше отвернулся. — Ты с нами и на английском тоже. Ты что, сверхразум что ли?       — Ну или это просто мы такие тупые. — предложил Майк с озадаченным выражением лица. — Хочешь, чтобы мы тебе составили компанию по пути к аудитории?       — Просто скажите мне, куда идти и я сам дойду, — ответил Роб. Его голос был пустым. В нём не было агрессии, лишь пустота.       — Хорошо, идёшь вниз по холлу и направо. Самая первая дверь. — показал Майк. Роб кивнул и ушёл. Брэд начал идти за ним, но Майк остановил его. — Подожди минутку. — они ждали пока Роб отдалится от них минимум на 5 метров перед тем, как последовать за ним.       — Чувак, этот пацан какой-то грустный.       — Я знаю. Но Брэд, в нём что-то есть.       Брэд сразу-же закрыл ему рот рукой и быстро покачал головой. — Нет! Больше никаких экспериментов! Этот чувак — полный лузер. Ему не нужна твоя помощь и я не собираюсь смотреть на то как ты будешь сокрушаться передо мной из-за того, что он не хочет с тобой дружить. Только не снова. Плавали, знаем. Не позволю. Оставь его.       — Пожалуйста, Брэд? — Майк посмотрел на него с щенячими глазками. — Давай. Я обещаю, это последний раз!       Брэд с нетерпением посмотрел на него. Он любил Майка, правда. Но именно в такие моменты он спрашивал себя, зачем вообще с ним общается. Майк был таким человеком, который забрал бы к себе щеночка из дождя, даже если этот самый щеночек выглядел как мокрая крыса и болел бешенством. Парень готов бы был стать искусанным ради того, чтобы спасти жизнь. Но даже его влечение к бешеным животным не было так сильно как влечение к бешеным людям. Парня тянуло как магнитом к тем, кто не нуждался в его помощи. Это была его болезнь. Брэд снова покачал головой на умоляющие глаза своего друга. Он предвидел это с того момента, как они вошли в этот офис. Майк снова собирался начать очередной свой проект.       — Пожалуйста, Брэд? Ну пожалуйста, пожалуйста, припожалуйста. Сладенькое припожалуйста с кучей сахара и всем, что ты только захочешь?       Брэд смахнул прядь волос со своих глаз и вздохнул. — Знаешь, вот поэтому все и думают, что мы гомики! Я продолжаю вестись на твой сраный материнский инстинкт!       — Это значит да?       Брэд снова вздохнул и покачал головой. Вот почему его друг был таким чувствительным? Несколько девчонок помахало им и улыбнулось, когда они прошли мимо. Потом он ещё и вспомнил, что Майк притягивал девушек как магнит. По непонятной причине девушки действительно западали на его образ некого чувствительного небезразличного парнишки, только вот это был совсем не образ. Брэд предчувствовал что Майк ждал его ответ, затаив дыхание. — Да. Наверное. Мы можем попробовать превратить эту ходячую и говорящую бомбу плохого настроения в нечто приемлемое.       — Ура! — Майк накинулся на Брэда с объятием, после чего шёл вприпрыжку в класс.       — Он какой-то педик. Ему бы вырасти из этого!

***

      — Почему ты сейчас остановился? — спросила Талия. — Это была не драматичная пауза. Ну, до тех пор, пока ты не собираешься мне сказать, что он так из этого и не вырос.       Роб улыбнулся. — Никаких драматичных пауз. Я просто хочу сходить по большому. Я могу пойти?       — Но поторопись! Я хочу дослушать историю до конца.       — А что ещё рассказывать? Брэд Дэлсон и Майк Шинода. Звучит знакомо? А должно, ведь они были в твоём офисе этим утром.       — То есть, — она затихла и наблюдала за тем, как её пациент вышел из кабинета и начал искать туалет. Внезапно, дверь распахнулась и двое голов показалось в её офисе. — Здравствуйте?       — Иди давай, ты первый хотел спросить, — кто-то пробурчал и внезапно кто-то ввалился в её офис. Она распознала его как Майка.       — Эм, привет. Мы просто, э-э, хотели узнать что Роб… ну вы знаете.       — Я знаю…?       — Да, вы знаете. Был ли он, нуу… вы знаете.       Талия улыбнулась, увидев стеснительного юношу. — Вел себя хорошо?       — Да, а ещё мы хотели узнать если он… типо, ну вы знаете. Типо рассказывал о нас?       — Ты когда-нибудь пытался победить свою зависимость от слова «типо»?       Майк пытался сдержаться, но не мог. Он посмеялся от выражения лица Брэда. Талия тоже не сдержалась от смеха. И внезапно, к ней пришла идея. — Будь добр, закрой дверь. Думаю, вы можете рассказать мне пару вещей про Роба со своей позиции.       — Конечно, что Вы хотите знать?       — Насколько далеко он ушёл в своём рассказе про нас?       — Он только начал. Дошёл до той части, когда вы решили взяться за него как за «проект».       Майк покраснел и в этот раз засмеялся Брэд. — Да, он использовал такую формулировку, — вздохнул Майк. — Дошёл-ли он до той части, когда мы достали его настолько сильно что он согласился потусить с нами после школы в тот самый день?       — Нет, не начал, — они все развернулись, увидев барабанщика, стоявшего в дверном проёме. — Но так как вы, две болтливые старушенции, хотите вторгнуться в мой приём, можете рассказать про это. Я всё равно уже устал разговаривать.       — Ву-ху, время меня! — хихикнул Брэд. Роб сел рядом с Талией на диван и Брэд с Майком уселись на полу. Майк решил схитрить и прислонился к ногам Роба, оставляя Брэда сидеть на полу одного.       — Так с чего-бы начать?       — Как насчёт того, как однажды вы двое, можно сказать, похитили меня?       — О, да ладно тебе, ты явно хотел этого.       — Прям как будущий педофил смолвил. — улыбнулся Майк.       — Это я по-твоему педофил? Я не тот, кто следовал за Робом в туалет каждый день в школе!       — Так это был ты?       — Я не наблюдал за тобой, правда! Мне просто хотелось встретиться с тобой наедине чтобы мы могли…       — Ласкаться друг с другом? — добавил Брэд, — Чес бы так обзавидовался.       — Я не гей, вы, долбоящеры!       — Мы знаем, но ты прикольно краснеешь. Когда у тебя не было волос, ты выглядел как красная картофелина, когда кричал, — Брэд засмеялся от выражения лица своего друга. Талия наблюдала за спором трио с довольным видом. Было очевидно, как эти двое смогли сломать внутренние барьеры Роба. Они были забавными, а также, как она заметила, очень сильно опекали его. Это напомнило ей о собственной лучшей подруге. Она напомнила себе позвонить ей позже. Ну а пока…       — Продолжите историю, пожалуйста? — она приказала, прерывая возражения Майка. Трое парней посмотрели на неё с изумлённым взглядом.       — Она всегда такая командирша?       — Ей нравится рассказ, что ещё можно сказать? — пожал плечами Роб. Талия подняла подушку в качестве предупреждения. Он поднял руки вверх. — А ещё ей нравится швырять подушки в людей, — он запустил руки в волосы Майка и начал беспричинно перебирать вновь выросшие, торчащие ёжиком пряди волос. — Брэд, расскажи о том, как всё началось с твоей машины.       — Да, лишь потому, что у этого гения не было своей. — Брэд посмотрел на Майка колким взглядом и тот ответил высунутым языком. — Очень взросло. Ладно, как мы и говорили. Это началось после школы примерно два месяца спустя…