Люди из плейлиста

- В каком смысле? – сказать, что я была в недоумении, это сказать ничего? Серьезным тоном это не звучало как шутка, да и мама не стала бы так делать. - Вспомни про свои латышские корни. Моя двоюродная сестра – Кристина, живет в Риге. Роберт – ее сын. Вы, получается, хоть и дальние, но родственники. Следующие минут десять ужина были будто в тумане. Я была в шоке, как и любой человек, оказавшийся бы на моем месте. Я просто не могла поверить в то, что человек, которого я люблю, которому я впервые смогла настолько сильно довериться, оказался моим троюродным, четвероюродным, пятиюродным… да черт его знает каким братом. Для меня это не было проблемой – я не собираюсь рожать детей, да и за инцест для меня это не считается. Ну он же мне не родной брат! Я в любом случае не стану разрывать наши отношения. Но вот отец мой… ему точно это не понравится. А про Роберта… я не знаю, как он к этому отнесется. Этот час с родителями оказался для меня самым мучительным в моей жизни. Я не смогла даже поесть нормально – тот салат, что я заказала, я съела лишь на треть. Мы разошлись по домам, ничего толком и не обсудив насчет того полугодия. Дорога до отеля также прошла в полной тишине. Я не могла понять, что я чувствую к Роберту. Те чувства, что я испытывала по отношению к нему, никуда не исчезли, но добавилось какое-то новое, не совсем понятное, то, что я никогда прежде не испытывала. Эта неопределённость, неясность меня и пугала. От этих переживаний у меня разболелась голова настолько сильно, что меня будто молотком по голове ударяли. Как на зло, лекарства я не брала. «Да что может случиться?» - думала я, когда собиралась. ⁃ Ро, я схожу до аптеки. Голова болит жутко, - произнесла я и, получив одобрительный кивок от него, вышла из номера. Этот город я знала как никто другой, а потому карта мне не требовалась, и телефон я, соответственно, не брала. Ближайшая аптека, по моим воспоминаниям, была в квартале отсюда. Дабы сократить путь, я направилась во дворы. С того момента, как я зашла в первый же двор, я почувствовала на себе чей-то взгляд и услышала шаги. Вскоре они начали приближаться, но я не придала этому значения. Подумаешь, быстрее меня люди ходят, не подстраиваться же им под меня. Завернув за угол, шаги слышались уже рядом. Еще чуть-чуть, и чья-то холодная рука оказалась на моем плече. Резко развернув меня, я оказалась лицом к лицу с каким-то парнем лет двадцати-двадцати пяти, а позади него были еще трое. Я сделала шаг назад, но оступилась и упала на мокрый от расстаявшего снега асфальт. ⁃ Вы кто? - спросила я, заговариваясь от испуга. Мое сердце сжалось от страха, а тело не хотело слушаться. ⁃ Важно не кто мы, а зачем мы здесь, - начал говорить впереди стоящий человек. Его голос показался мне очень знакомым, но я не могла понять кто это. - Твой парень навредил нашему другу, мы пришли мстить за него. Он парень, ему без разницы на наши слова и действия в его сторону. Но ты - его единственное уязвимое место. Он начал подходить ближе, а те трое окружили меня со всех сторон. Ситуация напомнила мне ту, что произошла возле студии, но там был Влад, который спас меня, а тут меня не спасет никто. ⁃ Он поступил очень плохо, - продолжил тот незнакомец со знакомым голосом. ⁃ Я… я не понимаю, о чем вы… - я хотела дать им отпор, но все, что у меня получилось - сказать эту фразу. ⁃ Не будь дурочкой. Все ты понимаешь. Я попыталась встать, но тот, что стоял слева от меня, сильно ударил меня по ноге. Послышался хруст костей, и я завопила от боли. Далее последовал удар по голове такой же силы. Я начала отключаться. ⁃ Ты че сделал? Этого не было в планах. *** Перед глазами белый потолок. Больничный. Голова все так же раскалывается. Настолько, что любое любое движение ей отдавалось импульсом боли во всем теле. ⁃ Проснулась! Ты как? Помнишь что-нибудь? - спросил до боли родной голос. Кажется, Роберт. ⁃ Каким образом ты кому-то навредил? ⁃ В смысле? Я не… ⁃ На меня напали вчера из-за этого, - перебила я, не дав ему договорить. ⁃ Это было не вчера… - разочарованно произнес он. - Ты в больнице третий день. На тебя было совершено нападение, и кто-то в окне увидел это и вызвал полицию. Отключилась на три дня, значит, да еще и с поломанной ногой. Ну, спасибо! Кому ж ты так навредил, Роберт? ⁃ Ты хочешь сказать, что тебя из-за меня избили? Прости, я не хотел… - было слышно, что он искренне сожалел этому. - Я никому не вредил. В тот день единственное, что произошло, это то, что я влез в конфликт Кизару и Облы. Видимо, Олегу и вправду спокойно не живется. Опять этот Олег. Я много раз слышала про него. Куча историй, про то, какой он мстительный человек. Но я не думала, что когда-нибудь это коснётся и меня… ⁃ Я все это время был с тобой тут, ждал, пока ты придешь в себя. Прости, я не знал, к чему это может привести. ⁃ Твоей вины в этом нет, Роберт. Меня поразило то, что он находился со мной в больнице все три дня. У него много работы, в Москве особенно, но он не улетел. Еще я поняла то, что, видимо, та ситуация в ресторане никак на него не повлияла, хотя… ⁃ Мы так и не поговорили… - грустно сказала я, намекая на тот инцидент. ⁃ Давай перенесём его на потом. Единственное, что тебе следует сейчас услышать - это то, что я люблю тебя и расставаться из-за этого не собираюсь. Ну слава богу! Я так сильно переживала из-за этого. POV Роберт Я, безусловно, был ошарашен новостью о том, что Рина - моя какая-то там сестра. Я начал сомневаться в своих чувствах к ней. Но когда она сначала ушла на полтора часа, хотя обещала быстро сходить до аптеки, а потом мне и вовсе позвонили и сказали «Кем вам приходится Рина Катрич?», все встало на свои места. Я на всех парах примчался в больницу, а в голове крутилась всего одна мысль и не давала мне покоя: «лишь бы с моей девочкой ничего страшного не произошло». Однако плохие предчувствия меня не подвели: Рина в больнице минимум на неделю, с переломом ноги и сотрясением мозга. С того злополучного вечера прошло три ночи, и все три я провел с ней тут. Да, меня ждали в Москве после моего двухнедельного отсутствуя, и я подрывал все сроки, находясь сейчас здесь, а не там. Но разве я могу променять любимую девушку на работу? Я не могу передать своего счастья, что я испытал, увидев, как спустя три дня сна она открыла глаза. Это бесценно. Она выглядела так устало. Еще бы, на нее напали какие-то непонятные люди. Полиция занимается их поиском, но без ее слов, вероятность найти их практически равняется нулю. Я искренне сожалел, что это произошло по моей вине. Еще печальнее было то, что я не мог наблюдать то, как она страдает - мне было больно на это смотреть. Я решил не нагружать ее разговорами, поэтому после ее пробуждения мы перекинулись парой фраз, и наш диалог подошел к концу. Я подошел к ней - она улыбнулась через силу. Поцеловав ее в щеки, я удалился на свое прежнее место - на диван в углу палаты. *** ⁃ Да, мам. Что-то случилось? - спросил я, отвечая на довольно неожиданный звонок. ⁃ Роберт, дорогой, папе плохо, - произносила мама несвойственным ей дрожащим голосом. - Он в реанимации. Приезжай, пожалуйста. Хотя и созванивались мы с родителями редко, семья была для меня отнюдь не на последнем месте. Но сейчас мне предстоял сложный выбор: либо Рина, либо папа. Я не против взять Рину с собой, но, увы, в самолет из-за травмы ей запрещено заходить. Выбор был чрезвычайно труден, но папа… он провел со мной все детство. Посвящал все свободное время мне. Если то, что говорит мама, является правдой, и все настолько плохо, то с моей стороны будет неправильно не приехать. Сообщив об этом Рине, я купил ближайшие билеты. Она, конечно, не была счастлива, когда узнала такую новость. Но она вошла в мое положение, чему я безмерно благодарен. Но… не могу же я оставить ее одну. platina300: Гриш, по-братски, последи за Риной, пока меня не будет. budaog: Да почему трахаешь ее ты, а слежу постоянно я? У меня вообще тур через пару дней начинается, не могу я. Кроме Гриши у меня в России больше никого не было, а одну ее я просто не мог оставить. Мне было важно, чтобы она была всегда в безопасности, а одну, еще и такую уязвимую, я боюсь ее оставлять. Однако выхода нет. Весь полет был проведен в напряжении. Я переживал. За отца, за Рину. Мысли, кружась в моей голове, просто не могли собраться в кучу, не давая сосредоточиться ни на чем. *** Передо мной дверь, за которой я вырос. Волнение не давало мне зайти в нее, но я пересилил себя и позвонил в дверной звонок. Дверь мне открыл… отец? Причем с очень даже хорошим настроением, будто бы ничего и не было. ⁃ А что происходит? - я недоумевал. Я примчался на всех парах сюда, бросил девушку, которую из-за меня избили и находится в данный момент в больнице. ⁃ Роберт… - произнесла мама, выглядывая из-за двери в зал. - С папой все хорошо. ⁃ Мама, ты понимаешь, так не шутят! - мое недоумение постепенно переросло в ярость. Нельзя так обманывать. Злоба на мать не давала мне покоя - хотелось кричать и крушить все подряд, но воспитание не давало. ⁃ Прости. Пройди на кухню. Я послушно прошел за ней и сел за стол. Мама в свою очередь налила нам чай и села рядом. Над столом повисло молчание, но я прервал его: ⁃ Объяснишь, в чем дело? ⁃ Мне позвонила двоюродная сестра, - она неловко начала свой рассказ. - Сказала, что вы виделись с ней на этой неделе. А еще рассказала про то, что ты встречаешься с ее дочерью - со своей сестрой. Ты же понимаешь, что это неправильно? ⁃ Ну она же троюродная! ⁃ Да хоть пятиюродная, меня не волнует! Брат с сестрой даже целоваться не должны, а уж чем вы там занимаетесь и подавно! - сказала она, указывая на засос на шее и переходя уже на крик. Мне нечего было сказать. Я понимал, что переубедить ее у меня просто не хватит аргументов. У нее своя точка зрения, у меня - своя, но это не должно касаться моей личной жизни. Мне уже давно не восемнадцать. ⁃ Мы нашли тебе девушку, - сказала она уже более спокойным голосом спустя долгие минуты молчания. - Если не хочешь проблем со въездом в Россию от отца Рины, то будь добр - сделай так, чтобы ни ее, ни наша семья вас больше вместе никогда не видела. Все, на этом мое терпение закончилось. Быть может, я сам могу решить свою судьбу, нет? Хлопнув ладонью, я встал из-за стола и, быстро надев кроссовки, вышел из квартиры. “Мы нашли тебе девушку”. Еще что придумаете? POV Рина “Телефон временно недоступен. Попробуйте позвонить позже,” – слышалось из телефона. Я звоню уже в десятый раз, наверное, но ответ не меняется. Роберт обычно звонит сразу по прилету, однако в этот раз все иначе. Надеюсь, у него просто сел телефон, а не случилось что-то похуже. В соседних палатах уже давно все спят, а в доме напротив лишь в редких окнах горит свет. В идеальной тишине слышен лишь писк какого-то прибора, который медсестры забыли забрать. ri.catrich: Гриша, ты не знаешь, что с Робертом? Он не отвечает. Мое сообщение было прочитано моментально. Ответ же на него поступил спустя минут пять. budaog: Не знаю. Не переживай, спит, наверное. ri.catrich: Понятно. ri.catrich: А ты можешь меня забрать отсюда, пожалуйста? В больнице мне было крайне тоскливо, тем более одной. Написать кому-то было самым крайним действием, на случай, если ничто другое уже не помогает. Однако я пожалела, что отправила это сообщение ему. budaog: Малыш, прости, не могу. Тур с завтрашнего дня :( Малыш… зачем он так меня называет, блин? Со стороны это выглядит очень странно и непонятно. Но не это меня озадачило больше всего. Даже не озадачило, а скорее огорчило. В России у мня уже не осталось никого, кто мог бы помочь мне в этой ситуации. Родители – наш ужин закончился не на положительной ноте, а потому я не хочу их тревожить. Бывшие друзья и одноклассники – я с ними не так уж и близко общалась, а с кем я была в хороших отношениях в конечном итоге либо хотели воспользоваться мной в своих интересах, либо остались в детстве. Детство… а может Артем мне сможет помочь? ri.catrich: Артем, привет. Прости, что беспокою. Я сейчас в больнице в Уфе, и кроме тебя у меня никого нет. Забери меня отстюда, пожалуйста!! А вот тут какой-либо реакции сразу же не последовало. Хотя, это же Артем. Он никогда моментально не отвечает. Не дождавшись ответа, я отложила телефон на тумбочку, стоявшую слева от меня, и взглянула в окно. Луна была большая, полная и такая красивая , какую мы последний раз с Ро видели в Риге. Она полностью освещала палату. Разглядывая трещины на потолке, мои глаза начали закрываться и я постепенно погрузилась в мир сладких снов. POV Роберт - Алло, да? – пытается перекричать музыку Уланс, ответивший на звонок лишь с четвертого раза. - Слушай, нужно встретиться, и как можно скорее. Ты сможешь сейчас? - Да, бро, приезжай. Я в нашем клубе. POV Рина Я проснулась от криков детей, исходящих с детской площадки, что как на зло находилась прямо под моими окнами. Это утро явно не походило на предыдущие – я будто вернулась в то время, когда жила в Уфе. Роберта нет рядом: он сейчас совсем в другой стране, и я абсолютно не имею понятия, что с ним происходит. Это нагоняло на меня еще больше тоски. Я по старой привычке потянулась к телефону, но он, увы, оказался разряжен. Я не знаю, где зарядник, вещи привозил Роберт – если вообще привозил. Видимо, на ближайшие несколько дней у меня из развлечений только смотреть в потолок. Я даже с койки сама встать, боюсь, не смогу. - О, проснулась! – восклицала медсестра, бесцеремонно заходя в палату. – Уже полдень, а она все спит. Лекарства на тумбочке, выпей. И там к тебе проведать кто-то рвется, запускать? Проведать? Родители, что ли? Нет, только не они! Если они узнают, почему я тут… - Пустите! Пустите! - кто-то произносил очень знакомым голосом, постепенно приближаясь к палате. - Мужчина, она не… - не успела медсестра. - Рина! Что случилось? – говорил… Артем? Его-то я уж точно не ожидала здесь увидеть. – Давай, рассказывай все как есть. Депо зашел в палату и сел на то диван, откуда днем ранее смотрел на меня Ро. Я начала свое повествование. Я рассказывала все, что помнила, начиная с ужина с родителями и заканчивая вчерашним утром. Я прерывалась, запиналась, но очень старалась передать все точно так, как и происходило. - Черт тебя дернул связаться с этими реперами, - сказал репер. С этого мне, почему-то, стало смешно, но смех отдавался резкой болью в голове. Иронично получилось. – Хорошо, перейдем к другому моменту. Как я, по-твоему, должен забрать меня отсюда? Вот тут я вспомнила про сообщение, что писала ему вчера перед сном. Видимо, сотрясение отрицательно сказалось на моей памяти. - Ну как-нибудь, пожалуйста, - я начала его чуть ли не слезно умолять. – Все эти белые потолки, белые стены, врачи в халатах, Уфа… я не могу так больше! - Хорошо, я попробую, - произнес Артем и вышел из палаты. Я вновь осталась наедине со своими мыслями. Вся эта больничная обстановка напоминает мне психбольницу, в которой я лежала будучи 15-летней школьницей. *** Лето 2018 года. Мама на работе еле отбила мне путевку в лагерь, и вот я на радостях поехала туда. На каком-то перерыве между обедом и лекциями, одна девочка позвала меня на задний двор, туда, где нет камер, и предложила мне непонятный порошок со словами: «Попробуй, тебе понравится!» Мой мозг не смог справиться с действием этих препаратов, и я доигралась. Родители постепенно начали замечать изменения в моем поведении. Наблюдали, наблюдали, водили по врачам. В итоге – я в больнице, до жути похожей на ту, где я сейчас. *** - Собирайся, я договорился, - восклицал Артем, заходя в палату с костылями. Он поставил их у стены и стал ждать, выйдя отсюда.