Поймай меня, если сможешь

Леви смотрел на Ханджи пристально. Наблюдал за тем, как поднимается и падает её грудная клетка, за трепетом ресниц, за тем, как крепко сжимала пальцами чашку чая и подносила её медленно к губам, делала первый глоток. Он наклонился ближе, упираясь локтями в стол. Напряжённо ждал, когда же услышит её мнение. – Ну так что? – надавил он, когда прошла почти минута, а Ханджи так ничего и не сказала. Она опустила чашку и улыбнулась. – Я очень хочу сказать, что он плох, я на самом деле рассчитывала на свидание... – Но? – прервал её Леви – нетерпеливо и с надеждой. Ханджи вздохнула и перестала улыбаться. – Но очень вкусно. Не думаю, что я хоть когда-то пробовала что-нибудь лучше. – Ага! – Леви ликовал. В который раз он убедился в своей правоте: никто не мог устоять перед хорошей чашкой чая. Поклонники кофе просто не знали ничего лучше. – Ну, спасибо, что открыл мне глаза... – Ханджи поднялась и потянулась за своим пальто. – Ой, – Леви нахмурился. Какого хрена она делала? – Сажай свою задницу обратно. – Прошу прощения? – Ты чай не допила, идиотина, – от растерянного выражения лица следовательницы губы Леви скривились в ухмылке. Он спрятал её за своей чашкой чая. – Ох, – Ханджи плюхнулась обратно на стул, беспомощно улыбаясь. – Да, прости, забыла совсем. Леви закатил глаза, подавляя волну умиления, которая прошла сквозь него при виде её неуклюжести. Ханджи Зоэ прямо перед ним разительно отличалась от образа следовательницы, который он раньше мельком видел. Следовательница Зоэ была пылкой, дерзкой, преданной работе, и преданность её граничила с одержимостью. Ханджи, с которой он познакомился сегодня, была растяпой. Неуклюжей, но не застенчивой. Забавной и доброй. Интересный контраст. Леви хотелось узнать побольше. Они пили чай в тишине. Ханджи слегка улыбалась, осматривая кафе, куда привёл её Леви. Леви наблюдал за ней из-под ресниц. Тишина не была ни напряжённой, ни неловкой. Она просто наполняла пространство. И в любой другой день Леви бы ей дорожил. Но в настоящий момент ему нужно было кое-что сказать. Он прочистил горло. Глаза Ханджи тотчас переметнулись на него. – Недавно кинотеатр новый открылся, – Леви отпил чая, сопротивляясь внезапной тяге заелозить на стуле. – Слышала? – Не слышала, – ответила Ханджи, интонацией приглашая его продолжать. Леви отпил ещё. Чашка была почти пуста. – Там будет марафон фильмов в пятницу. Хочешь сходить? Вместе. Его голос звучал естественно, а лицо ничего не выражало. Ничто не выдавало его чувств. Но его сердце билось так громко, что Леви беспокоился, как бы оно не выпрыгнуло у него из груди. Голос разума продолжал кричать в его голове, умоляя его подняться и уйти прочь. Леви давно перестал его слушать. По какой-то причине – может, любопытство, а может желание выведать, что Ханджи про них знает – он хотел увидеться с ней вновь. Один поход в кино не навредит. Наверное. – На какую тему марафон? – спросила Ханджи, сжимая чашку обеими руками и наклонясь к нему ближе. Она выглядела, как перевозбуждённый щенок. Леви почти улыбнулся этому сравнению. – Будут показывать «Полицейскую академию» подряд, – непринуждённо ответил он. Он только из-за постера и заметил рекламу открытия нового кинотеатра. Он его увидел и сразу подумал о Ханджи. Потому о нём сейчас и вспомнил. – Ох, – Ханджи моргнула. – Какое совпадение. Я кстати в местном отделе полиции работаю. «Я знаю», – почти сказал Леви. Он прикусил щёку изнутри, натягивая на лицо удивлённое выражение. – Правда? – спросил он, добавляя заинтересованности в голос. Он надеялся, что звучал достаточно убедительно. Лжец из него был не очень, хотя профессия вора ещё как требовала этот навык. Лучшее, что мог сделать Леви - это нацепить маску безразличия. Эту технику Леви отточил до такого уровня, что демонстрация спектра эмоций – или хотя бы подражание какой-нибудь – стали задачей непосильной. Кенни над этим всегда посмеивался. Ханджи, однако, не поменяла расслабленного выражения лица, чем убедила Леви в том, что его притворство подействовало на неё желаемым образом. – Да, я следовательница. – А, – Леви поднял брови, прежде чем поджать губы и нахмуриться. – Если тебе такие фильмы не нравятся... – О, нет, нет, – Ханджи суматошно замахала руками, – я их обожаю! Они донельзя абсурдны и работу полиции рисуют извращённо от и до, и поэтому их так весело смотреть! Я правда, со своими замечаниями могу забыться, – она заправила упущенную прядь волос за ухо. – На что я подписываюсь, – пожаловался Леви сухо, выбив тем самым из Ханджи очаровательный смешок. – Сам предложил. Поздно задний ход давать, коротышка. – Я могу тебя продинамить просто. – Не можешь, – с уверенностью сказала Ханджи. Она подпёрла подбородок рукой и посмотрела на Леви со знающей улыбкой. – Ты слишком милый. От её слов он чуть ли не содрогнулся. Он не милый. И если бы Ханджи знала, кто он на самом деле такой, то точно бы так не думала. Под столом Леви сжал руку в кулак. Последняя мысль беспокоила его сильнее, чем он был готов признать. – Иди в жопу, я не милый, – прорычал он, выпуская на волю частичку досады, которую её последняя фраза ему учинила. Ханджи подняла бровь. – В жопу? Может, всё-таки на свидание сначала? Уши Леви в мгновение зардели под её озорным взглядом. Ханджи откинула голову назад и засмеялась. – Боже мой, видел бы ты своё лицо! – она показала на него пальцем, продолжая смеяться. Леви нахмурил брови сильнее. Только подумать: и он-то расстраивался, что врал ей. – Ты выглядишь таким крутым, суровым парнем, а как легко смущаешься! – Не смущаюсь я, – возразил Леви, хотя и сам чувствовал, как по щекам растекается румянец. – Ладно, ладно, – Ханджи подняла руки перед собой, предлагая перемирие. – Прости, что дразнюсь. Всё ещё хочешь в кино со мной? – Я сам предложил, – Леви повторил её слова, пожав плечами. – Отлично! – Ханджи хлопнула в ладоши. Она схватила свою сумку и, пошарившись в ней, выудила ручку. Потом взяла Леви за руку, и прежде, чем он успел воспротивиться, стала царапать по ней стержнем. – Вот, – закончив, она похлопала его по руке. – Скинешь мне подробности. Леви пялился сверху на свою руку, не зная, как реагировать. С одной стороны, он на дух не переносил, когда другие люди его трогали, особенно если он их только встретил. С другой же – осознание, что Ханджи оставила ему свой номер, отозвалось непонятным трепетом в его груди. У него почти кружилась голова. – Ну что, пойдём? – спросила Ханджи. – Поздно уже. – Конечно, – кивнул Леви, поднимаясь и передавая Ханджи её пальто. Он хотел предложить проводить её до дома, но прежде чем успел и рот раскрыть, чтобы спросить, услышал звонок телефона. Леви посмотрел на экран и фыркнул. Конечно, звонил Кенни. – Не ответишь? – поинтересовалась Ханджи, когда Леви просто убрал телефон обратно в карман. – Не, не нужно, – он покачал головой. – Это дядя мой, наверное, хочет знать, чего я так долго. – А, с дядей живёшь, – проворковала Ханджи. – Как мило. – Ничего милого в этом нет. Он старый хрыч, который любит меня побесить, – он поднял взгляд на Ханджи, и его губы скривились в ухмылку. – У вас с ним определённо есть что-то общее, очкастая. Ханджи замерла на месте, и Леви проклял себя. Он идиот, конченый идиот. Зачем он её так назвал? Тем же прозвищем, которым дразнил её в маленьких записках после каждого ограбления. Конечно, Ханджи насторожится, но догадаться до этого прежде, чем он открыл свой треклятый рот, его тугой мозг не сумел. Надо было исправлять ошибку, и быстро. Леви свёл брови вместе, изображая беспокойство. – Ханджи? Я что-то не то сказал? – Нет, – она отмахнулась от него с улыбкой. Леви задумался: выглядит ли его выражение лица столь же фальшиво, как то, что смастерила Ханджи. – У меня просто... знакомый есть, который так же меня называет. Подумала о нём, вот и всё. – Он парень так себе, я понял, – промямлил Леви, стараясь не обращать внимания на своё бешено бьющееся сердце. – Так себе, – согласилась Ханджи, и в голосе её отчётливо слышалась злоба. – Ну, спасибо за вечер, – она потянулась похлопать его по плечу, и хотя улыбка всё ещё играла на её губах, в глазах был отсутствующий взгляд. – Но мне надо идти. Буду ждать сообщения! Ханджи исчезла прежде, чем Леви и слово успел вымолвить. Несколько мгновений он не двигался, таращась на место, где она только что стояла. Внутри него взросло странное чувство. Если бы он не разбирался, то сказал бы, что стыд.

***

Ханджи на цыпочках шла по отделению, выстраивая маршрут по самым укромным коридорам. Надо было быть осторожной: она не хотела, чтобы её увидел кто-нибудь из коллег. А особенно Эрвин. Надо было добраться до кабинета, пока он её не заметил. Заметил её отсутствие, если точнее. Она никогда не опаздывала на работу. Обычно она приходила раньше большинства сотрудников, а уходила домой всегда позже, чем все остальные. Сегодняшний день, однако, стал исключением. Впервые за много лет она проспала, а потом пошла окольным путём, чтобы заглянуть в кафе, которое ей показал Леви прошлым вечером, и взять с собой тот чудесный, вкуснейший чай. Никогда бы она не подумала, что обычный чай может быть таким вкусным, но Леви открыл ей глаза. И настроение с новым знакомым поднялось. Леви был немного чудной: он казался грубым и безразличным, но Ханджи чувствовала, что за такой его наружностью прятался добрый и честный человек. А ещё он был невообразимо юморной. Его шутки, пусть саркастичные, сухие и совсем непохожие её, очень её развлекали. Она не могла и припомнить, когда в последний раз так приятно проводила время. И вообще проводила время с кем-то не из органов внутренних дел. Она ждала с нетерпением их свидания в кино и надеялась, что оно будет не последним. Погружённая в размышления о новообретённом друге, Ханджи забыла, куда шла. Поэтому оказалась застана врасплох, когда почти воткнулась лбом в чей-то подбородок. Она выругалась себе под нос: такое повторилось дважды за два дня. В последняя время она была чересчур неуклюжа и рассеянна. Виной тому были, вероятно, постоянные изнеможение и недосып. Наверное, не стоило ей столько долго пренебрегать советом Эрвина отдохнуть. Ханджи подняла взгляд – и на неё уставился Эрвин. «Помяни чёрта», – пробормотала она тише, чем он бы мог услышать. Потом она сделала шаг назад и натянула улыбку, надеясь, что та не выглядит чересчур наигранно. – А, это ты, Эрвин. Привет. – Доброе утро, – Эрвин прищурился, оглядывая Ханджи с головы до ног. Почему ты не в своём кабинете? Смена уже началась. – А, да... – Ханджи почесала затылок и поморщилась. – Насчёт этого... – Быть не может, – Эрвин поднял брови от удивления. – Ханджи, ты что, опоздала? – Только на пятнадцать минут, – промямлила она, опустив глаза вниз. – Но ты никогда не опаздываешь! – Эрвин продолжал таращиться. – А это что? – он показал на стакан в руках Ханджи и посмотрел на него недоумённо. – Не выглядит как кофе из автомата в отделе. – Это вообще-то чай... – Чего? – воскликнул Эрвин. – Ты пьёшь чай? Ты же его на дух не переносишь! – он наклонился ближе к её лицу и уставился ей прямо в глаза. – Кто ты и что ты сделала с Ханджи Зоэ? – Очень смешно, Эрвин, – Ханджи оттолкнула его, раздражённо фыркнув. – Это всего лишь чай, незачем психовать. И раз уж мы беседуем, хочу тебя попросить кое о чём. Можно мне уйти пораньше в пятницу? – Ты... Хочешь уйти пораньше? – спросил Эрвин осторожно. – Ты? Ханджи закатила глаза. – Да. Я. Можно? – Ты всегда работаешь сверхурочно, так что конечно ты можешь уйти пораньше, не вижу в этом проблемы. Но Ханджи, можно спросить, тебе зачем? Ханджи пожала плечами. – На свидание иду. Эрвин подавился. – На свидание? – Эрвин карикатурно широко раскрыл глаза. – Ты идёшь на свидание?! Ханджи начинала уставать от этого разговора. – Да, на свидание. Так трудно представить? – Это просто очень, эм, – Эрвин прочистил горло, подбирая слово. – Нехарактерно для тебя. Ты так сосредоточена на работе, что удивительно, как ты приметила кого-то, у кого фамилия не Аккерман. Видимо, свидание у тебя с кем-то особенным. – Мы только вчера познакомились, – призналась Ханджи, мечтательно вздохнув. Она отпила чай, и уголки её губ чуть приподнялись. – Так что посмотрим ещё, особенный он или нет. – Ну, я за тебя рад, – Эрвин улыбнулся, положив руку ей на плечо. – Хорошо, что ты проявляешь интерес к чему-то помимо дела Аккерманов. Ты на нём так помешалась, я начал волноваться. – Можешь уже успокоиться, – хихикнула Ханджи. – Прошлым вечером я ни на секунду не вспомнила про Аккерманов. Ханджи решила не упоминать происшествие в конце встречи, когда Леви назвал её очкастой. Она не знала, почему вспылила. Прозвище общеизвестное, дети в школе её так со второго класса называли. Но они были не Аккерманами. И, естественно, Леви тоже Аккерманом не был. А был простым свойским парнем. Ханджи это было по душе, прошлый вечер замечательным образом разбавил её привычную рутину. Может, в этом Эрвин тоже был прав. Может, ей правда нужно было отвлечься. – Всегда рада с тобой поболтать, – Ханджи широко улыбнулась, отправляя мысли о Леви на задворки разума. – Но работа не волк. Увидимся, Эрвин! Она летящей походкой направлялась в кабинет, когда в кармане завибрировал телефон: пришло сообщение. Ханджи вытащила телефон и прочитала содержимое. «В пятницу в 6 у кинотеатра?» Ханджи напечатала «очень жду!» и вошла в офис с широкой счастливой улыбкой на лице.

***

Серую или голубую? А может чёрную? Заправлять рубашку или нет? Стоит ли укладывать волосы? Галстук – это уже перебор? Надевать пальто или ветровки хватит? Не слишком ли он вырядился? Не слишком ли неформально он оделся? Понравится ли Ханджи, как он выглядит? Леви запустил руку в волосы и раздражённо цыкнул. Наверняка он всё усложнял. Нет, он определённо усложнял. Собираться на свидание не должно было быть так трудно. Леви раньше был на свиданиях, он знал, как это делается. Но что уж говорить, предыдущие его свидания не были взаправду, а были частью какой-нибудь очередной затеи Кенни. Однажды ему нужно было соблазнить сотрудника казино, чтобы умыкнуть карту-ключ, которая открыла бы для них хранилище. В другой раз позвать на свидание пришлось скорбящую вдову, чтобы Кенни в её отсутствие обнёс её дом. Ни одно из них не принесло ему никакого удовольствия, ему было не по себе, но только потому, что он лгал всем этим людям. Никогда он не волновался, хотя его навыки соблазнения оставляли желать лучшего. В этот раз всё было иначе. Леви осознавал, что строго говоря и это свидание было ненастоящим. Он лгал Ханджи, как лгал на предыдущих свиданиях. Но не ложью объяснялось его состояние. Он волновался о встрече с Ханджи. Волновался, что он ей не понравится. Что за бессмыслица. Ханджи – его врагиня, следовательница, которая больше всего на свете желала отправить его за решётку. Он видел это в её взгляде вчера: её вожделение и ненависть к Аккерманам были ясны как день. И его это беспокоило больше, чем должно было. Леви воткнулся головой в дверь гардероба и спросил себя, какого хрена с ним творится. С Ханджи ясность разума и свойственное ему равнодушие испарялись бесследно. Он задумался, когда это всё началось. Может, когда он увидел Ханджи впервые? Когда она расхаживала по дому, который они ограбили, нацепив убийственное выражение и гавкая на каждого полицейского? Леви до сих пор помнил чувство удовлетворения, которое получил, наблюдая за её огорчениями. Или когда написал ей первую записку? Он задержался на месте преступления в тот день – притворился уборщиком. Когда Ханджи заметила кусочек бумаги возле прогала на месте украденной картины, он не мог оторвать от неё глаз. Она читала содержимое, и её брови сложились в одну линию на лбу. Дочитав, стала кружить на месте, как будто выискивала того, кто её написал. Леви тогда еле сдержал смех. Ему в тот раз пришлось наскоро ретироваться. Если бы кто-то увидел его реакцию, то её причину взял бы в толк даже тугой мент. Или это случилось прошлым вечером, когда он впервые встретился с Ханджи взглядом? Когда увидел мельком другую сторону личности пылкой следовательницы? Когда увидел добро и обаяние под свирепой личиной? Леви опять стукнулся головой о дверь. Он сходил с ума. Когда он раздумывал приложиться головой к древесине в третий раз, на пороге его комнаты появился Кенни. – Ой, мелкий, – он скрестил руки на груди и наклонил голову набок, изучая Леви с любопытством. – Идёшь куда-то? – Да. Но это не твоего ума дело. – Ты когда так говоришь, Леви, – Кенни прошёл дальше в комнату и остановился позади Леви у самого его плеча. Его губы скривились в ухмылке, когда он увидел разнообразие рубашек, висящих на двери гардероба. – Мне только интереснее становится. Ну так что там? Леви ущипнул себя пальцами за переносицу. Он понимал, что надо было изложить Кенни хотя бы часть правды. А иначе дядя вызнает её по-другому, но тогда уже всю. А Леви вообще не хотел, чтобы Кенни знал, что он идёт на свидание со следовательницей. Да, нужно было рассказать про свидание, это Леви осознавал. А ещё осознавал, как Кенни отреагирует на его слова. Он уже дрожал от ужаса. – В кино иду, – произнёс Леви напряжённым голосом. Он поморщился, готовясь к неизбежному. Бомба взорвётся в любую секунду. – На свидание. – Свидание? – Кенни повторил громко, пялясь на Леви так, словно он отрастил вторую голову. – Уши прочисти, пень старый. Да. – Леви смотрел на дядю искося. – На свидание иду. – Ты... идёшь... на свидание, – произнёс Кенни медленно. – С живым человеком? – На грани фантастики, да? – Леви спросил с сарказмом. – Да, верится с трудом, – согласился Кенни на удивление искренне. Он отошёл на несколько шагов назад и плюхнулся на стул, следя за Леви из-под ресниц. – И кто же эта несчастная душа? – Встретились несколько дней назад. Посидели за кофе, потом договорились увидеться ещё и сходить в кино. Кенни присвистнул. – Неплохо, Леви. Идёшь на свидание по собственной воле, а не потому что я заставил. Слушай, впечатляет. Когда домой приведёшь? Познакомиться хочу. – Никогда, – отрезал Леви. – Она от тебя сбежит. Кенни загоготал. – Леви, если она пережила вечер с тобой, то от меня даже не застесняется. Ну... Может, в словах Кенни и был смысл. Леви, впрочем, не был намерен ублаготворять его признанием за ним правоты. – Если сказать больше нечего, выметайся, – сказал он ему, поворачиваясь обратно к гардеробу. – У меня времени мало. – Никакого уважения к старшим, – пробурчал Кенни, качая головой. Он поднялся и направился к двери. Почти у самой ней повернулся и взглянул на запас рубашек Леви. Секунду он к ним присматривался. – Надень голубую, – сказал он наконец. – Она подчёркнёт твои глаза.

***

Леви мерил шагами крыльцо кинотеатра, и лицо его поминутно превращалось в кислую физиономию. Они договорились встретиться в шесть. Была уже четверть седьмого. И ни намёка на Ханджи. Забыла? Или случилось что? И не было времени ему сообщить? Может, передумала? Решила продинамить? Леви опять взглянул на часы и решил, что с него хватит. Он вытащил телефон и набрал номер Ханджи. Он ждал, и ждал, и ждал. Никто не брал трубку. Он выругался себе под нос. Неужели великая следовательница Ханджи Зоэ была такой трусихой, что не могла сказать ему в лицо, что не желала его видеть? Леви отказывался в это верить. Он положил телефон обратно в карман и зашагал вперёд. К счастью, он точно знал, где может быть его дама сердца. Свернув налево на ближайшем перекрёстке, он направился в отдел.

***

Если бы ему неделю назад кто-нибудь сказал, что он по своей воле пойдёт в отделение полиции, Леви бы обозвал его конченым идиотом. Но вот он тут, а всё потому, что некоторая противная следовательница не явилась на свидание. Леви подошёл к стойке приёма с мрачным лицом. За ней сидела коротко стриженная блондинка, её глаза были прикованы к экрану компьютера. Леви прочистил горло, чтобы привлечь к себе внимание. Женщина подняла взгляд и одарила его вежливой улыбкой. – Как я могу Вам помочь, сэр? – Где я могу найти следователя Зоэ? Женщина продолжала улыбаться, но в её глазах блеснула бдительность. – Могу я спросить, зачем она Вам? Леви заколебался, не зная, что сказать. Признаться, что пригласил Ханджи на свидание? Или придумать другое объяснение? От необходимости отвечать прямо его спас высокий мужчина с русыми волосами и очень впечатляющими усами. Не обращая на Леви никакого внимания, мужчина облокотился на стойку и наклонился через неё. – Эй, Нана, ты уже всё? – Почти, – прошетала женщина, не сводя глаз с Леви. – Надо только разобраться с вот этим молодым человеком. – А? – мужчина повернулся к Леви и оглядел его с головы до ног. – И кто это? – Я ищу следователя Ханджи Зоэ, – твёрдо заявил Леви. Мужчина – на голову его выше – навис над ним, но Леви смотрел ему прямо в глаза, невзирая на растущий дискомфорт в районе шеи. «Колосс хренов», – он подумал сердито, чувствуя, как затекают мышцы. – Ханджи ищете? – мужчина почесал подбородок, подняв бровь. – О! Да Вы верно пресловутый вор! Чего? У Леви замерло сердце. Он почувствовал, как земля уходит из-под ног, пока он силился осмыслить сложившуюся ситуацию. Получается, полиция уже знала? Это всё был проработанный план, чтобы привести его к ним прямо в лапы? Ханджи с самого начала знала правду? Это его развели, а не он их? Его голова трещала, а мысли сшибались друг с другом, и Леви думал о том, чтобы развернуться и рвануть отсюда прочь. Может, ему повезёт, и выйдет сбежать. Доскональное знание городских улиц поможет ему стряхнуть хвост в лабиринтах глухих переулков. Сквозь туман, окутавший его разум, Леви услышал, как мужчина хихикнул. Инстинктивно он повернул голову к источнику звука и прислушался. – Нана, это он! Похититель сердца нашей ненаглядной Ханджи! Чего? – Вот оно что! – женщина улыбнулась и склонила голову набок – рассмотреть Леви получше. Подозрение тотчас пропало из её взгляда. – Боже мой, ты прав! Низкий, волосы чёрные и хмурый! Всё как Ханджи описывала. Ханджи его описывала? Ханджи говорила о нём? С коллегами? И назвала низким? Леви не знал, что об этом всём и думать, и недоумевал теперь ещё больше. – Пошли, Ромео, – усмехнулся высокий мужчина и перекинул руку Леви через плечо. – Приведу тебя к твоей Джульетте.

***

– Я кстати Майк, – колосс протянул Леви руку. – Леви, – кивнул он и пожал её. – О, это я уже знаю, – ухмыльнулся Майк. – Наш отдел только об этом и говорит. – Обо мне? – Твоём свидании с Ханджи, – прояснил он. – Не пойми неправильно. Мы просто о Ханджи очень беспокоимся. С тех самых пор, как она занялась делом Аккерманов, она на нём слегка помешалась. Мы все рады, что её наконец заинтересовало ещё что-то. – Дело Аккерманов? Это что? – спросил Леви, пытаясь подтолкнуть Майка раскрыть какие-нибудь сведения. – Никогда о нём не слышал. – Правда? Я думал, о нём весь город говорит. Так или иначе, я уверен, что Ханджи тебя быстро введёт в курс дела. Это у неё сейчас одна из любимых тем для разговора. Его попытка очевидно провалилась, поэтому Леви просто промычал, надеясь, что такого ответа хватит. – Почти на месте, – объявил Майк, поворачивая за угол. – Прежде чем зайдёшь, хочу кое-что сказать, – Леви поднял глаза на Майка, уловив едва заметную перемену в тоне. Он был уже не такой дружелюбный. – Мы все очень любим Ханджи, так что если ты её обидишь... – Понял, – Леви сглотнул, и на него нахлынуло чувство стыда. Ранить Ханджи он не хотел. Но знал, что наверняка придётся. – И ещё кое-что, – пробурчал Майк, наклоняясь к нему поближе. Широкими глазами Леви наблюдал, как мужчина обнюхивал его, раздувая ноздри. – Да, сойдёт, – заключил он с довольной ухмылкой. – Странно немного, но сойдёт, – Майк хлопнул его по спине и сильной рукой чуть не пошатнул. – Это офис Ханджи, – он указал рукой на дверь, на которой было написано имя Ханджи, и ушёл, напевая себе под нос. Леви смотрел ему вслед, соображая, какого хуя сейчас было. Мужик его правда обнюхал? Это зачем? Ему переживать? Или ему была оказана честь? Точно надо было спросить у Ханджи про это. Он потряс головой и стряхнул невидимую грязь с куртки. Сделав глубокий вдох, настроился и постучал в дверь. – Войдите! – закричал кто-то за дверью. Леви сразу узнал низкий голос Ханджи. Он открыл дверь и вошёл. Ханджи ахнула. – Леви! – она подскочила на ноги и почти свалила стул мимоходом. – Боже, прости пожалуйста! Свидание! Я забыла! Вся досада, которую Леви до сих пор чувствовал, испарилась в ту же секунду, как он увидел, насколько Ханджи обескуражена. Леви наблюдал её истый стыд и не находил в себе сил больше злиться. Однако, упустить возможность подтрунить над ней ещё он не мог. – Я думал, ты меня продинамить решила, – сказал он таким печальным голосом, каким только мог. От его обычного он несильно отличался, но реакция Ханджи оказалась бесценной. – Нет! Да я бы никогда, я просто о времени забыла, я... – Сдаётся мне, во многом это моя вина. Леви моргнул. Высокий светловолосый мужчина оказался в его поле зрения. Он его тотчас узнал: капитан Эрвин Смит был такой же представительный во плоти как и у Леви в телефоне. Он уже был в кабинете, когда Леви вошёл? Несмотря на его крупное телосложение, Леви его не заметил вплоть до того момента, как он известил о своём присутствии. – Ханджи, можешь идти, раз твой молодой человек тебя уже ждёт, – Эрвин улыбнулся, поднимаясь со стула напротив стола Ханджи. – Завтра закончим. – Хорошо! – Ханджи помахала рукой в сторону Эрвина, слишком занятая сбором своих вещей. Эрвин наблюдал за её лихорадочными движениями, и у него вырвался тихий смешок. – Ханджи очень воодушевлена вашим свиданием, – шепнул он Леви. – Я Эрвин Смит, её капитан. – Леви, – фамилию он по очевидным причинам опустил. – Её... Друг. – Присмотрите за Ханджи, ладно? – несмотря на тёплую улыбку и расслабленное выражение лица, голубые глаза Эрвина вонзались в Леви удивительно остро. Если бы он не умел так хорошо утаивать эмоции, то поёжился бы под свирепым взглядом. – И приведите её домой до десяти, – добавил Эрвин громче, чтобы Ханджи услышала. – Иди уже! – выпалила Ханджи, глазея на него сердито. – Прекрати меня смущать! Эрвин рассмеялся, но подчинился и направился к двери. Прежде чем выйти он смерил Леви очередным взглядом. Чуть менее враждебным, чем предыдущий, но Леви от него стало всё так же не по себе. Эрвин Смит был сметлив и опасен. Леви надеялся, что это была их последняя встреча. – Чего ты так долго? – заворчал Леви, подходя к столу Ханджи. Она что-то искала, открывая ящик за ящиком и копошась в содержимом. – Не могу найти телефон, – пожаловалась она, с силой задвигая очередной ящик. – Вот почему ты трубку не брала, – догадался Леви, притворяясь, что присоединяется к поискам. Он стал просматривать бумаги на её столе, резво пробегаясь по ним глазами. По большей части там была обычная бумажная канитель: отчёты о патрулях и прочая скука. Одна папка, однако, привлекла его внимание. Дело 1988-го года. Зачем оно могло понадобиться Ханджи? Его пальцы дёрнулись открыть и прочитать его всё, а разум лихорадочно соображал, как оно могло быть связано с ним и Кенни. Но вызывать подозрений он не хотел. Поэтому скрепя сердце Леви положил обратно папку с делом и продолжил поиски телефона. – Нашла! – Ханджи выудила телефон из-под стола. – Видимо, упал в течение дня. А, и он был в тихом режиме, поэтому я не слышала твоих звонков. Извини, – она добавила застенчиво. – Всё в порядке, – отозвался Леви. – У тебя важная работа, я понимаю. – Я исправлюсь, – пообещала Ханджи, надевая пальто. – Мы сильно опоздали уже? – Сильно, – угрюмо подтвердил Леви. – Хорошо, что там марафон, так что можем ещё успеть на пару фильмов. – Побежали тогда! – Ханджи взяла Леви под руку и потащила за собой.

***

– Понравились фильмы? – спросил Леви, когда они вышли из зала. – Ага! – отозвалась Ханджи, воодушевлённо кивая. – Отличные фильмы! – Но ты ныла всё время, – заметил Леви, беря пустое ведро из-под попкорна у неё из рук и выкидывая его в мусорку. – Ну, в них было полно неточностей. И большая часть того, что эти ребята себе позволяли, стоило бы мне увольнения, или того хуже – очень, очень строгого устного выговора от Эрвина. Но да, смотреть их всё равно было весело. А тебе? – Может, мне бы и понравилось, – Леви пожал плечами. – Если бы ты заткнулась хоть на секунду. – Я предупреждала, – улыбнулась Ханджи невозмутимо, несмотря на его грубый тон. Правда предупреждала. И, говоря начистоту, хоть Леви и брюзжал, ему в кино тоже было весело. Он был уверен: какой бы сюжет не разворачивался там на экране, он не был и вполовину таким смешным, как уморительные комментарии Ханджи. Они шли бок о бок по коридору кинотеатра, и Леви ощущал себя удивительно полно. Общество Ханджи было неожиданно приятно. Впрочем, стоило им только ступить на улицу, как от хорошего настроения Леви и следа не осталось. Шёл снег. Большие мягкие хлопья медленно спускались с небес, падая вразброс наземь. Город вокруг весь покрылся снегом, и Леви невольно содрогнулся, ощущая, как холод пронизывает его до костей, а потом проникает прямо в сердце. – Леви? – Ханджи положила ладонь ему на локоть, и лицо и голос её были одинаково обеспокоенными. – Всё в порядке? Стряхнув оцепенение, Леви кивнул. – Конечно, – он чуть опустил плечи и уставился прямо перед собой. – Просто чуть холоднее, чем я ожидал. – А. Хочешь тогда домой? – Ты решай. Хочешь куда-нибудь пойти? – Есть одно место, – загадочно ответила Ханджи. – Недалеко отсюда. И я знаю, как тебя согреть. Леви поднял бровь: ему стало любопытно. Игриво скалясь, Ханджи взяла его за руку, переплела пальцы с его и спрятала их сомкнутые ладони в карман своего пальто. – Лучше стало? – спросила она. – Чуть-чуть только, – промямлил он, отворачиваясь, чтобы скрыть смущение. Судя по ласковому взгляду её глаз и улыбке, ставшей чуть шире, Ханджи видела его насквозь. – Пойдём, пока я не замёрз насмерть, – пробурчал Леви, полный решимости не изменять своей суровой наружности.

***

До места, куда привела его Ханджи, оказалось рукой подать. Пока они гуляли по улицам города, Ханджи как по маслу заполняла болтовнёй тишину. Она говорила о чём угодно и обо всём сразу. Жаловалась на шумных коллег, рассказала, как едва не спалила завтрак утром, потому что почти уснула в душе, и изложила мысли о фильме, про который Леви никогда не слышал. Он не принимал участия в разговоре, только порой выдавал всякие разные возгласы и мычания, но Ханджи, похоже, не возражала. – Вот и пришли! – воскликнула Ханджи, останавливаясь перед входом в парк. Леви огляделся, наслаждаясь пейзажем. Парк был небольшой, но вдали от людных улиц. Он был к тому же почти пуст, только пара бегунов и несколько собачников были неподалёку. А самое главное – в нём было тихо. Леви это было по душе. Он повернул голову к Ханджи, намереваясь поблагодарить её за то, что привела его сюда. Но когда он повернулся в сторону, Ханджи там не оказалось. Она сидела на корточках в нескольких шагах от него. На её лице растянулась широкая озорная улыбка, и Леви инстинктивно сделал шаг назад, таращась на неё. – Нет, – предупредил он. – Не смей... Ему не удалось закончить грозное предостережение, и виной тому стал снежок, который прилетел ему прямо в лоб. Леви выругался и стал негодуя стряхивать снег с лица. – Беги, Ханджи, – прорычал он, наклоняясь тоже набрать снега. Дважды повторять ей было не надо – Ханджи сорвалась с места, радостно хохоча. Леви слепил снежок и бросился ей вдогонку. Подобравшись ближе, он поднял руку и нацелился снежком в Ханджи. Тот прилетел ей прямо в спину, и Ханджи взвизгнула. – Это было низко даже для тебя, коротышка! – прокричала она. – Нападать со спины против правил! – Не помню, чтобы у нас были правила! – ухмыльнулся Леви, лепя ещё снежок. Он опять атаковал, но Ханджи спряталась за дерево, уклоняясь от снаряда. Она тотчас нанесла ответный удар, пятная переднюю часть куртки Леви снегом. Ханджи загоготала, славя свой успех. Леви метнул ещё снежок, и снова Ханджи увернулась без труда. Леви решил сменить тактику. Он поднялся на ноги и подбежал прямо к Ханджи. Он распахнул руки и обвил их вокруг её талии. Полагаясь на инерцию, он повалил Ханджи на мягкий снег и упал на неё сверху. – Капитулируешь? – спросил он, глядя на неё сверху. – Н-никогда! – ответила Ханджи, тяжело дыша. Она вытянула руки, которые Леви непредусмотрительно забыл прижать к земле, и подняла куртку Леви вверх, обнажая рубашку под ней. Она положила ладони ему на рёбра и пальцами защекотала его. Леви взвизгнул, отталкивая её руки. Ханджи воспользовалась моментом, чтобы перевернуться вместе с ним, и приземлилась сверху. Не повторяя ошибок Леви, она зажала его руки и стиснула его бёдра коленями. – А ты капитулируешь? – она победно улыбалась. Ханджи воплощала собой хаос: шухер на голове, покосившиеся очки, алые щёки и тяжёлое дыхание. Леви не мог отвести взгляд. – Ладно, сдаюсь, – буркнул он. – Слезь с меня только. Ханджи почти сразу подчинилась и упала на снег рядом с Леви. – Ой, – пропыхтел Леви, силясь отдышаться. – Вставай. Простудишься. – Не простужусь, – лениво ответила Ханджи. – Твой босс меня убьёт, если ты заболеешь. Ханджи захохотала, и радостный смех разнёсся эхом по без того тихому парку. – Эрвин тебя напугал, да? Пусть он тебе не морочит голову, он на самом деле медведь плюшевый. Ну да, Леви на этот счёт имел некоторые серьёзные сомнения. Может, Эрвин Смит и был медведем плюшевым. Но только с Ханджи и другими коллегами. – А другие твои друзья? Тот огромный например. – Ты видел Майка! – воскликнула Ханджи, вскинув руки вверх. Она повернулась к Леви и посмотрела на него весёлым взглядом. – Он тебя пытался обнюхать? – Пытался. Какого хрена это было? – Просто привычка, не заморачивайся сильно. Но мне нужно знать, – Ханджи пододвинула лицо ближе к Леви, и в её взгляде блеснуло любопытство. – Что он сказал? – Сказал «сойдёт», – буркнул Леви. – О! Это высокая похвала от него. И да, он тебя не побьёт, не бойся, – опять же, Леви в этом не был уверен. – Давай просто останемся тут ненадолго. Расслабься, один раз живём, коротышка. Наслаждайся моментом. Мокрые брюки и волосы Леви стали замерзать, пальцы немели от холода, но он послушал Ханджи и попытался расслабиться. Он отметил, как на удивление просто оказалось это сделать, подняв глаза на ночное небо. Ни звезды не смотрело на него оттуда в ответ – облачная погода не позволяла, но Леви находил в этом всём чудную красоту вопреки. Тишина и покой. Он ощущал умиротворение. – Как ты нашла это место? - спросил он Ханджи тихонько, стараясь не потревожить безмятежную атмосферу. – Я часто сюда приходила в детстве. С мамой почти каждые выходные. У тебя с мамой есть такое особенное место? – Моя мама умерла, – выпалил Леви. – Ох, – Ханджи посерьёзнела. Она приподнялась на локтях. – Леви, мне так жаль. – Не надо. Давно было. – Но ты по ней до сих пор скучаешь, – тихо заметила она. – Неправда, – спорил Леви упрямо, стараясь сохранить стойкий вид. – А если бы и скучал, тебе откуда знать? Мы только познакомились. Ты меня еле знаешь. – Я следовательница, забыл? – напомнила Ханджи. – У меня работа такая – наблюдательной быть. Ты орешек крепкий, Леви, у тебя лицо вечно такое страшное, – она повторила его злобное лицо, и Леви закатил глаза, сдерживая улыбку. – Но по глазам видно, что ты чувствуешь на самом деле. И они у тебя всегда такие грустные. Я это первым делом в тебе заметила, если честно. Леви поднял глаза и встретился с ней взглядом. В её взоре было что-то располагающее, завлекающее доверить Ханджи то, что никому никогда не открывал. – Когда она умерла, шёл снег, – прошептал Леви. Он закрыл глаза и почти почувствовал снова: холодный ветер взлохматил ему волосы, снежинки залетают через окно, а он сидит возле мёртвого тела матери, неспособный осмыслить, почему она не встаёт; хруст под новыми блестящими ботинками, который сопровождал каждый его шаг по заснеженному кладбищу; оцепенение в руках и ногах, когда он опустился на колени перед её могилой и молил вернуться. – Поэтому я так ненавижу снег. Он знал, что Ханджи пристально наблюдала за ним и наверняка заметила слабую дрожь, сотрясшую его тело. Но она ничего не сказала, просто взяла его за руку и сжала в своей. Леви был благодарен за её молчание. Благодарен за её присутствие. Ханджи не осыпала его пустыми словами сожаления и суррогатной поддержкой. Она просто держала его за руку, напоминая, что он не один. – Прости, что убил настроение, – сказал он спустя несколько минут тишины. Ханджи улыбнулась, смотря на него ласковым взглядом тёплых карих глаз. – Даже не думай стыдиться, Леви. Я... Что бы она ни хотела сказать прервало громкое дребезжание. – Извини, – Ханджи взяла телефон и посмотрела на экран, скривившись. – Надо ответить, – объяснила она и, поднявшись, отошла на несколько шагов в сторону. С отсутствующим взглядом Леви наблюдал, как меняется выражение её лица. Сначала было раздражение, потом злоба, дальше любопытство – прежде чем закрепилась на нём решимость. Ханджи положила телефон в карман и вернулась к Леви. Теперь она выглядела виновато. – Это срочно, – сказала она, протягивая Леви руку – помочь встать. – Проводить тебя обратно? – Не нужно, спасибо, – вздрогнула Ханджи. – Мой, э... друг меня подберёт. – А, ладно, – Леви скованно кивнул, не зная, что сказать. – Напишу тебе? – она взглянула на него с надеждой. – И может ещё тогда встретимся? – Конечно, – согласился он. – Было бы очень здорово. – Отлично! – Ханджи направила на него пистолет из пальцев, и Леви закатил глаза, игриво шлёпая её по руке. – До встречи! – прокричала она и торопливо зашагала прочь. Как только она ушла, Леви снова стало холодно.