Актерская игра

Эльза медленно перебирала пепельные волосы Фроста, голова которого покоилась на ее животе. Она смотрела в потолок, не разбирая его в темноте. В солнечное сплетение закралось щемящее чувство страха того, что будет завтра. Вот оно, опять преследует ее. Тишина пропитана спокойствием и трепетом. Время заполночь, но никто из них так и не начал разговор. Джек не переживал об этом — здесь, на диване, под невесомыми ласками Эльзы ему было хорошо. Они решат всё позже. Всё, что сейчас важно — тишина и её пальцы, скользящие сквозь его волосы. А Эльза… Она просто уже ни в чем не была уверена. Ни в том, что стоило идти сюда, ни в отношениях с Фростом, ни в завтрашнем дне. Так было с Эриком… Прикрыв глаза, она пытается сложить у себя в голове всю хронологию развития их с Фростом отношений. И одно она понимает сразу: всё идёт слишком быстро, и они практически ничего не знают друг о друге. Поджав губы, белокурая открывает глаза и тянется к столу за телефоном. «Не закрывай дверь на защелку, я забыла ключи», — набирает она и отправляет сообщение Астрид. Аккуратно убрав руку из волос парня, Эльза с минуту смотрит на то, как поведет себя Фрост и понимает, что тот, похоже, крепко уснул. Ей удается выползти из-под Фроста, не разбудив того. С помощью фонарика на телефоне она подходит к рабочему столу Фроста и, найдя листок и ручку, начинает писать: «Сначала ты молчишь, потому что придумал причину обидеться… Потом будет неловко нарушить молчание. А потом, когда уже всё уже забудется, мы просто забудем язык, на котором понимали друг друга… Тебе не кажется, что именно эта цитата Олега Тищенкова из произведения «Кот» лучше всего описывает наши отношения на данный момент? Почему мы молчим, Джек? Мы только тратим время на это чёртово молчание вместо того, чтобы разобраться со всем окончательно и молчать уже не в напряжении, а в спокойствии и гармонии! Пожалуйста, я просто умоляю тебя, не мучай меня, Джек. Я в тупике, я не понимаю своих действий, вернее, правильные ли действия я выполняю. P.S. Со мной все хорошо, я вернулась в общежитие». Отложив ручку, девушка бросает взгляд на диван, где пепельноволосый уже изменил позу, но всё ещё спал. Грустно улыбнувшись, Эльза вздохнула и направилась к выходу. Она курит, не заботясь о том, что ещё не покинула территорию университета. Вряд ли кому-то приспичит следить за этим ночью. Даже сторожу… Медленным шагом Эльза направляется в сторону общежития. Ей сейчас не хочется видеть кого-либо, говорить с кем-то, хочется просто уйти в себя. Закрыться. Как раньше. И подумать. В этом их с Фростом разница. Он закрывается, чтобы никто не проник в его мир, не узнал о нём что-то, чего он не хочет рассказывать. Прячет в себе проблемы и ни с кем не советуется. Она же закрывается, чтобы подумать. Без лишних людей, без лишних слов и мыслей. Чтобы понять, как поступить дальше. Она всё ещё греет надежду, что он скажет хоть слово. Скажет ей, что его волнует и почему тема семьи так тяжела для него. И от этого больно. Надежда и боль всегда остаются вместе, а всё потому, что боль будет в сердце, пока там есть надежда. А, как известно, надежда умирает последней. И если старую боль из прошлого Эльза способна была запихнуть в глубокий чулан в своем сердце, а надежда уже навсегда пропала, то в данной ситуации она не избавится от этой надежды никогда. А все потому, что она влюблена в этого чертового, закрытого в себе пепельноволосого актёришку, который изводит её в плохом и хорошем смысле. И она уже не может представить себя без него. И с каждым днём ей кажется, что она влюбляется сильнее и сильнее, и что это все перерастает в нечто большее, чего она боится признать… — Эльза, чтобы не происходило, я буду рядом, — девушка внимательно смотрит на него, а на губах появляется улыбка. — Правда? — ей тяжело в это поверить. Внутри закрадывается щемящее чувство, будто что-то все равно произойдет, что так не будет. Что это ложь. — Ну конечно! — Эльза по-доброму хмыкает и прижимается к груди Эрика, но она не верит… А ведь тогда она не зря не поверила в слова парня, но в слова Фроста она верит. Как самой себе верит. И ее это пугает. Чертово доверие, которое она дарит ему, она становится перед ним открытой книгой, она не хочет скрывать от него что-либо. Но он совершенно не идёт ей навстречу… И стоит ли тогда продолжать что-то, если он не начнет открываться? Оказавшись в комнате, белокурая закрывает дверь на защёлку и поворачивается к своей кровати. Её взгляд падает в окно. Свет от фонарей пробивается в комнату через шторы, которые Эльза уже месяц уговаривает соседок заменить на более плотные. Но у тех с ними есть общие воспоминания, и они не готовы расстаться с этим предметом декора. Эльза всё время удивляется их дружбе. Она никогда не чувствовала того же, у нее попросту не было настоящей подруги. И в глубине души она понимает, что, хоть Астрид и Мерида относятся к ней очень хорошо, поддерживают и не дают скучать, она все равно не впишется в их дружбу. Она другая. Совсем другая, и кто бы что не говорил, но человек не меняется. Он может изменить свое отношение к вещам, своё мировоззрение и привычки, но не характер. И в силу этого она не вписывается. Потому, что чаще всего она просто молчит, не поддерживает разговор, не начинает интересных бесед. Она слушает. В этом «слушает» есть главное качество: она слышит. Пусть и сама ещё это не признает, но она действительно слышит человека, а не просто бездумно сидит, пока тот высказывается. «Только, жаль, Фрост этого не понимает», — про себя думает голубоглазая и расстёгивает жилетку. — Эй, — Эльза слышит шепот Астрид и переводит взгляд на Мериду, которая уже спала. — Всё нормально? Эльза поджимает губы, а по ее телу прокатывает холод и дрожь. Это предвестники ее слез. Все, чаша переполнилась. Девушка резко отворачивается и глубоко вдыхает, прикрыв глаза, на что Астрид хмурится и встаёт с постели, откинув в сторону телефон. — Иди сюда, — блондинка быстро разворачивает Эльзу и прижимает ее к себе, а та от безысходности просто опускает руки. И вот он, первый всхлип. Она всегда старалась не плакать при ком-то. Первый раз она заплакала перед Фростом, а теперь и Астрид. Но это нормально, ведь ее выдержка уже трещала по швам, а чаша самостоятельности была переполнена. Она устала быть сильной, она устала пытаться скрыть все, что творится на душе. Она все это делала ради сестры, чтобы та видела, что можно быть сильной. Но Эльза выдохлась. Ведь это не физическая нагрузка, а моральная. Которую, сколько не терпи, не выдержать. В один момент все это выльется. И вот, она сейчас роняет слезы на майку Астрид, которая медленно поглаживает ее по спине, не пытаясь что-либо сказать, не пытаясь что-либо сделать, чтобы успокоить ее. Она просто молча даёт Эльзе выпустить все это на волю. — Что такое? — Астрид поворачивается на шепот Мериды не прекращая успокаивающие движения по спине Эльзы. Рыжеволосая в спросонья не понимает происходящего, но когда слышит очередной всхлип, тут же приходит в себя. Она тихо встаёт и включает гирлянду на стене, чтобы слегка осветить комнату тусклым жёлтым светом лампочек. Данброх подходит к соседкам и обнимает их обеих, просто, без слов. — Давайте-ка я заварю чай, — проговаривает Астрид. — Эльза, садись на кровать. Белокурая отрывается от плеча Хофферсон и начинает глубоко дышать, чтобы успокоится, после чего кивает. Они с Меридой садятся на кровать, и Эльза стягивает со спинки кровати свой синий мягкий плед в который тут же укутывается. Её пробирает дрожь, и она хочет думать, что это холода. Она хочет думать, что всё происходящее сейчас — сон. Она хочет думать, что прошлого никогда не было. Она хочет думать, что Джек сейчас крепко спит, а не ищет её. Она хочет думать, что у них всё хорошо. Она хочет думать, что вся её жизнь — глобальный страшный сон. А Джек хочет думать, что Эльза сейчас не плачет. Но он знает, что это не так. Он знает, что ей больно. Даже больше - он не просто знает, он это чувствует. Открыв дверь в комнату, Джек замирает, понимая, что у парней всё ещё горит свет. И он с непониманием смотрит на Иккинга, который стоит, опершись на шкаф и сложив руки на груди, а потом на Ханса, сидящего на кровати. И оба смотрят на него. В комнате натягивается напряжение. И кажется он догадывается, что парни уже знают обо всем, ведь когда он шел - видел на кухне Астрид, которая что-то нарезала. — Какого черта, Фрост? — взгляд зелёных глаза Иккинга кажется Джеку сейчас проезжающим и смотрящим в душу. Он понятия не имеет, что им ответить. — Я поговорю с ней, завтра. Я не смог сегодня, у меня просто не хватило духу, — напряжённо выдает пепельноволосый, на что Ханс хмыкает. — Струсил, — тут же выдыхает он, и брови Фроста сходятся на переносице. — Да, струсил! Какого хрена вы кидаете мне предъявы, ничерта не зная о происходящем у меня в жизни?! Да, я, блять, струсил. Прикинь! Джексон Оверланд Фрост струсил! Новость года! Иди вы к черту! — парень выходит из комнаты и чуть было не врезается в Элизабет, которая испуганно смотрит на него, а он видит заплаканные глаза. И в этом виноват он. И от этого чувства вины его руки сами с собой сжимаются в кулаки. Он злится. Злится сам на себя за свою слабость. Ничего не сказав, Джек уходит к лестнице, оставляя белокурую в недопонимании. Она хочет догнать его, но понимает, что это сейчас просто бессмысленно. В таком состоянии, в котором прибывает Джек, ситуация только усугубиться… Парень быстро вылетает из здания и двигается к стоянки, не прекращая сжимать ладони в кулак. Если он сейчас кого-то встретит, то этому человеку не поздоровится в физическом плане. Достав из кармана джинс ключи, он садится на мотоцикл и пытается отойти от злости, делая глубокие вдохи. Но получается не очень, что раздражает его сильнее. В таком состоянии ехать совсем не хочется, но и оставаться тут он не может. Ему не хватит нервов. Поэтому он заводит мотоцикл и уезжает. А Эльза... А что она? Она продолжает находится в ступоре и непонимании, но, все же, пытается не подавить виду, что ее что-то беспокоит. Старая привычка… — Куда ты? — Мерида с шоком смотрит на белокурую, которая резко подскочила с места и подошла к шкафу. — Куда угодно, где можно нажраться до забытья, — выдыхает Эльза и начинает доставать вещи. — Ты же вроде не пьешь, — с волнением выдыхает Астрид, отставляя на тумбу кружку. — Я разве сказала «напиться»? Я собираюсь нажраться и послать Фроста куда подальше с его выкидонами! — Эльза начинает переодеваться, а Мерида настороженно смотрит на Астрид, которая в ответ просто пожимает плечами. — Может, не надо? — Астрид не оставляет надежду отговорить белокурую от задумки. — Знаешь, как говорил Бернард Блэк из сериала «Книжный магазин Блэка»? — Астрид отрицательно качает головой. — «Найти работу и наладить свою жизнь ты всегда успеешь, а паб закрывается через пять часов». — Ты серьезно? — Мерида поднимается с кровати и от безысходности разводит руками. — А я похожа на человека, который говорит несерьёзно? — выгнув бровь, выдает Эльза, поправляя ремень. — Эльза… — Всё! Пока! Белокурая уходит, хлопнув за собой дверью. — Капец. Что будем делать? Бежать за ней? — Мерида с надеждой смотрит на Астрид, будто у той в голове точно есть какой-то план. — А смысл? Звони Фросту, может, хоть он ее вразумит, — Астрид садится на кровать. — Очень сильно в этом сомневаюсь, но ладно, — рыжеволосая берет в руки телефон и начинает искать нужный контакт. Тем временем Элизабет уже была на подъезде к пабу. И у нее был вопрос, который не прекращал крутиться в голове. Куда уехал Джек? Его мотоцикла не было на стоянке. Возможно, он уехал просто прокатиться, может к себе на квартиру, а может как и она, нажраться до беспамятства. Сев за барную стойку, Эльза заказала первый попавшийся коктейль, зная, что после она перейдет на напитки покрепче. Сейчас голова ей казалась тяжелее, чем обычно, но только непонятно от чего. То ли в ней слишком много мыслей, то ли это моральное состояние так давит на нее. И Эльза была в предвкушении момента, когда ее голова полегчает, мозг на время освободится от нагрузки, а тело начнет жить своей жизнью. Она ждала, когда ей станет абсолютного плевать на все. Но жизнь не обязана оправдывать наши ожидания. Как и люди. Мы получаем порцию боли не от поступков людей в нашей жизни и не от самой жизни, а от наших ожиданий. Мы строим то, что хотим, чтобы произошло, но разве человек обязан научиться читать мысли и сделать то, чего мы ждём? Нет. Чувствуя расслабленность в организме, Эльза все равно продолжала думать. Единственное, вернее, единственный, на кого ей сейчас не стало плевать — Фрост. И как бы она не старалась, парень продолжать окутывать ее мысли и ее саму. Под непонятным предлогом ее мозг начинает сам управлять ею, и рука тянется к телефону, лежащему в сумочке. Дрожащими от алкоголя, или же от волнения, пальцами она находит нужный номер и не думая нажимает. — Эльза? — удивлённо выдыхает Фрост, когда принимает вызов. — Да, это я, — протягивает девушка и издает нервный смешок. — Ты пьяна? — все ещё удивлённо спрашивает парень, даже не догадываясь, что белокурая сейчас широко улыбается. А она скучала по нему… — Ненавижу быть пьяной. Думаешь, что тебе будет круто и весело, а на самом деле тебе грустно и плохо, — тяжело вздыхает Эльза, и в ее голове рождается осознание. Она хочет оказаться рядом с ним до ломоты в костях. — Ты сейчас цитируешь Келли Торрес из «Анатомии страсти»? — со смешком проговаривает Джек, а Эльзу поражает тот факт, что он не ругает ее за то, что она пьяна. Да он и не будет. Он уже был в курсе, что она будет пьяна, когда позвонит ему. Спросил лишь для уточнения. — Я не перестану поражаться твоим познаниям, — еле как проговаривает Элизабет и подпирает рукой голову под подбородком. — Как и я твоими, — вздыхает парень, и воцаряется тишина. Но Джек слышит ее шумное дыхание, что, как ему кажется, значило ее нервозность на данный момент. — Забери меня, пожалуйста, — чуть ли не шепотом выдыхает девушка. — Я соскучилась. — Повернись, — Эльза на эту просьбу резко вскидывает брови и медленно оборачивается. Около входа в паб стоял пепельноволосый, который внимательно смотрел на нее, отчего у Элизабет перехватило дыхание. Он тут. Всего в нескольких метрах от нее. Парень приближается к ней, попутно сбрасывая вызов, и, остановившись рядом, продолжает смотреть на ее лицо. Она выглядела сейчас как маленький зверёк, который не знает, куда ему деться. И он прекрасно знал, что причастен к этому не меньше, чем что-то из прошлого. Сердце сжимается от боли при понимании того, что она страдает и по его вине. И он обязан это исправить, хотя бы потому, что чувствует, что рядом с ней ему незачем скрываться. Он - настоящий тут, рядом с этой белокурой девчонкой, которая разворачивает его мир, к которой он чувствует намного больше, чем спонтанно появившуюся влюбленность и симпатию. И он не хочет, чтобы она страдала по его вине. Он решил. Она не будет страдать, только не из-за него. Он не допустит. Как и не допустит того, чтобы ещё кто-то посмел довести ее до такого состояния. От взгляда Фроста внутри девушки напоминало напряжение. И в какой-то момент ей даже показалось, что она протрезвела. Но лишь на несколько секунд, и в глазах снова все начало двигаться. Она никогда не сможет чувствовать себя нормально под его взглядом. Ее будет бросать то в жар, то в холод, подкидывать в небо и опускать на дно, но она уверенна, что они справятся. Главное, чтобы вместе. — Джек, — Эльза утыкается в крепкий торс парня. — Пусть весь мир подождёт нас. Фрост прикрывает глаза и медленно, но шумно выдыхает, после чего опускается к ее уху. — Поехали, — шепотом проговаривает он. — Куда? — Туда, где нет лишних глаз, и где ты сможешь поспать. — Поехали…