Чертова любовь

Чтобы что-то получить – обязательно нужно об этом попросить. Иногда на повышенных тонах. Но это мелочи… С момента той неоднозначной, путающей все и без того смешанные карты встречи, прошло две недели. За это время никакого взаимодействия не происходило, хотя оба беспрестанно думали друг о друге. Встреча что-то всколыхнула внутри, чувства стали острее что ли, неминуемо хотелось найти повод увидеться. Ирина Алексеевна несколько раз, будто в бреду, набирала знакомый номер, но потом страшно ругала себя за слабость и всю энергию старалась направить на выполнение своих прямых обязанностей. Гордость, знаете ли. Но, где-то глубоко в душе, она все же надеялась на проявление со стороны мужчины… Анатолий Борисович же всю голову себе сломал поиском предлога для встречи… Вечером заехать в Склиф и предложить подвезти? Ничего глупее и придумать нельзя – она сама с недавних пор за рулем. Воспользоваться своим служебным положением? Разозлится ведь страшно, еще и к черту пошлет. В ее стиле. Про существование столь прекрасного и одновременно банального жеста, как прийти с цветами, Алеников, вероятно, забыл… Женщины ведь существа странные и непоследовательные, часто сами страдают от своей же «игры». За «нет» всегда прячется однозначное согласие, и желательно поскорее. И пока Алеников изобретал велосипед, Павлова сама буквально «пришла» к нему в руки. Под вечер, проведя очередное важное совещание в своем департаменте, Анатолий Борисович гордо шествовал в свой кабинет, несколько раздражаясь несобранности подчиненных. Невольно подслушанный диалог вызвал у мужчины живой интерес и неподдельную радость. Даже про неподготовленность сотрудников позабыл. – В нашу тихую гавань Павлова пожаловала, – молоденькая сотрудница из департамента кадровой политики была явно рада ее визиту. Главврач НИИ Склифосовского непременно станет самой обсуждаемой персоной завтрашнего дня. – Надеюсь, все останутся живы, – посмеивалась Юлия – личный секретарь Аленикова. – От этой эксцентричной особы можно ожидать всего. Настроение как-то сразу поднялось, и решил Алеников к коллегам на огонек заглянуть… В приемной у местного начальства собралась целая толпа. Концерт Павловой. Аншлаг. На этот раз Ирина Алексеевна возмущалась необходимости постоянных переквалификаций врачей. Если они только экзамены сдавать станут, кому оперировать? Права. Как всегда. Из кабинета разве что пух и перья не летели, как она разошлась… И в выражениях не стеснялась. Аленикову вдруг подумалось, почему бы не перенести все это действо в актовый зал с дальнейшей продажей билетов. Внезапно наступила тишина, послышался стук каблуков, и из-за закрытой двери появилась блондинка. Она уже не удивлялась сотрудникам, собирающимся послушать под дверью, это даже забавляло. В войне с бюрократией все средства хороши. Ох, этот гневный блеск зеленых глаз сводил Анатолия с ума. Какая женщина! – Ирина Алексеевна, пойдем-ка со мной, – Алеников, появившийся из ниоткуда, взял Иру под руку, поспешно уводя в свой кабинет, покуда она не опомнилась. Благо срочных дел у Аленикова не было, и все силы были брошены на успокоение разбушевавшейся женщины. В который раз он подметил, что Ира необычайно прекрасна, когда злится. Не на него. Скрывшись в кабинете от посторонних глаз, Павлова, наконец, высвободила свою руку, из нежной и аккуратной хватки мужчины, небрежно бросила сумку на диванчик и по-хозяйски устроилась в кожаном кресле. – Опять идиоты, кретины и недоумки? – его забавляла вся эта ситуация. Мужчина присел на корточки подле Павловой, что так бесцеремонно оккупировала его законное место. Ирина Алексеевна была явно раздосадована тем, что ее выходка не произвела нужного эффекта и ее требования приняты не были. Она по-детски надула губы и нервно выстукивала дробь ногтями по столу из красного дерева, пытаясь хоть немного успокоиться. – А еще дебилы и уроды, – интонация была, будто Ира готова сначала голову оторвать, как Кот Бегемот в Варьете, а потом и вовсе сжечь этих чиновников к чертовой матери. Как-то случайно в глаза бросилась шоколадка на столе, вовремя. Женщина без лишних церемоний отломила кусочек. После сладкого убивать хотелось чуточку меньше, – Одно дело бумажки перекладывать, а у меня врачи людей спасают. Некогда нам штаны протирать на бесконечных специализациях! Чертовски мило, забавно и весело со стороны было наблюдать, как Павлова сначала в пух и прах разносит «важного дяденьку», не задумываясь о том, что может больно прилететь, а после – злится и обижается несправедливости принятых решений и неприятности заедает шоколадкой. Алеников еле сдерживался, чтобы не засмеяться. Оказаться у Ирочки в опале ему ой как не хотелось. – Ты такая злая, потому что голодная, – Толя миролюбиво стал поглаживать ее руки, то и дело заглядывая в омут зеленых глаз. – Я злая, потому что они и ты – вы все меня бесите! – рука снова потянулась к блестящей обертке. – А пойдем ресторан? – чиновник улыбался во все 32 зуба, в очередной раз задаваясь вопросу, за что ему такое счастье свалилось. – Вообще-то я по делу сюда пришла, – она продолжала упрямиться. – За едой и обсудим, - за все время знакомства с Павловой, Анатолий Борисович прекрасно ее изучил. Любит она, чтоб ее уговаривали. А ему не сложно, – Я постараюсь тебе помочь. Идем? Неожиданно для самой себя, Ирина Алексеевна подалась чуть вперед и одарила мужчину кратким поцелуем. Такое поведение очень удивляло. Странная она какая-то… Грациозно поднявшись с удобного кресла, Ира легким движением руки забрала со стола остатки сладости и уставилась на мужчину. – Это я конфискую, – загадочная улыбка, легкий взмах руки, – Алеников, сколько тебя можно ждать? И сумку мою возьми. – Командирша! – сил сдерживаться просто не осталось, Анатолий Борисович по-доброму рассмеялся, – В шкафу еще конфеты есть, хочешь? – Давай свои конфеты, - она тоже заразилась от него смехом, плохое настроение будто рукой сняло. Дорога до ресторана обещала быть долгой, но наличие мигалки значительно сэкономило время. – Ты не лопнешь? – в шутку осмелился спросить Анатолий, когда Ира не смогла определиться с десертом и заказала сразу три. Поймав на себе недовольный взгляд, он, было, пожалел о своем вопросе. А Ира подозрительно быстро оттаяла. Чиновник уже приготовился к худшему исходу – обиделась, встала, ушла, но… – Нет, – она улыбнулась, мало сказать сладко – прямо приторно. От дальнейшей ее выходки Анатолий буквально с ума сошел. Павлова, высунув ножку из туфли, гладила его пах, иногда чуть надавливая пальцами. Повезло, скатерть была длинная, так что никто в зале этого не видел. Пелена страсти застилала разум. Ему хотелось взять ее прямо здесь, на этом самом столе, но он терпел, сцепив зубы и глядя в её игриво блестящие глаза . А она, как ни в чем не бывало, отправила в рот очередной кусочек шоколадного торта. Нравилось Ирочке его изводить. Очень. Когда они ехали домой к Анатолию, до него было ближе, в машине Ира прикрылась маской святой невинности и, чинно сложив руки на коленках, старательно делала вид, что не замечает его возбуждения и того, как Толя поглядывает на нее. Как только за ними закрылась входная дверь, Алеников толкнул женщину к стене, и, нависнув над ней, впился в губы требовательным поцелуем. Целуя, он опустил руки на ее ягодицы и, сжав пальцы, придавил почти вплотную к себе. Сквозь поцелуй он почувствовал, как она довольно улыбнулась. – Можешь быть со мной грубее? – попросила она, оторвавшись от него на секунду. – Точно? – серьезно спросил мужчина, внимательно поглядев ей в глаза. Она согласно кивнула, и в эту же секунду он почувствовал, как в нем закипело необузданное желание. – Делай, что пожелаешь, – на выдохе произнесла Ира, снова возобновляя поцелуй. – Тогда обещай быть громкой, – чиновник ответил на ее поцелуй, страстно, с силой впиваясь в женские губы, чем заставил ее застонать. – Не боишься, что соседи полицию вызовут? – Здесь отличная шумоизоляция, – снова поцелуй, – так что, не сдерживайся. – Да? И многие тут «не сдерживались»? – она вдруг выставила руками своеобразный барьер. – Ир, прекрати, – в голосе послышались нотки металла. – Черт с тобой, – помедлив немного, Павлова возобновила поцелуй. Пока одна его рука продолжала мять упругую ягодицу, вторая прошлась по ее спине, нащупала застежку платья и, быстро расстегнув молнию, он рывком спустил платье до бёдер. Ирина, судорожно вздохнув, запрокинула голову, и Анатолий Борисович стал покрывать влажными поцелуями ее шею. Не сдержавшись, она застонала громче, когда он прикусил нежную кожу, оставляя на ней краснеющий след засоса. Пока мужчина оставлял очередную метку на ее шее, Павлова не теряла зря времени, забываясь от головокружительных ощущений, трясущимися пальцами расстегнула его рубашку и стянула ее с него. Когда руки ее приблизились к ремню на брюках, но остановилась, вцепившись в его торс, мужская ладонь скользнула под чашечку лифчика и, сдвинув его чуть вверх, сжала грудь. Ира всхлипнула, когда он зажал ее сосок между пальцев. Расстегнув ее лифчик, отбросил его в сторону и накрыл её грудь губами, а затем слегка прикусил сосок зубами, отчего Ира громко застонала. – Да, вот так. Как я скучал по твоим стонам… Чиновник одним уверенным движением сдернул платье вниз, полностью освобождая женщину от него, и окинул ее оценивающим взглядом. Довольно ухмыльнувшись, он подхватил Иру под ягодицы и приподнял над полом, из-за чего она легко выскользнула из своих туфель, и понёс в сторону спальни, взвалив себе на плечо. – На колени, – скомандовал он. Ирина быстро повиновалась. Перевернувшись, она встала на колени и уперлась локтями о постель, выгнувшись в пояснице. Чувствуя мужчину рядом с собой, повела бедрами и просяще потерлась о него задом, за что получила сильный шлепок по ягодице, после которого кожа на том месте вспыхнула от боли. Тянущее, ноюще чувство внизу живота вперемешку с горящей после шлепков кожей просто сводили ее с ума. Она замурлыкала, когда он ухватил обеими руками ее за талию, и от неожиданности вскрикнула, почувствовав, как зубами он игриво прикусил кожу на ягодице. Толя одним резким движением вошёл в нее почти до самого конца. Не удержавшись, сдавленно рыкнул от того, насколько она все еще была узкая внутри. Ира же протяжно застонала, с силой вцепившись пальцами в простыни, когда он с самого начала задал быстрый темп. – Ааааахх, Толя…Еще… Склонившись над ней, мужчина припал к ее лопатке в поцелуе, который плавно перерос в засос. Женщина сдавленно всхлипнула, двигая бедрами ему навстречу, желая получить еще больше, чем еще сильнее раззадоривала его. Когда она ощутила, как он что-то задел внутри неё, она сладко ахнула и кончила, ещё больше прогнувшись в пояснице. Ей хотелось свести ноги вместе, но Алеников не давал ей этого сделать, продолжая вколачиваться в нее. Громкие стоны лишь подстегивали его, он хотел слышать их снова и снова. – Тебе когда-нибудь было так хорошо? – у Анатолия Борисовича даже темнело в глазах, оттого, как сильно Ира сжималась вокруг него, но он не останавливался – всегда отличался долготерпением. – Только с тобой… Продолжай, – собрав остатки воли, она все же ответила, продолжая радовать любовника стонами. Он сделал ещё пару толчков в нее и вышел. Ирина возмущённо замычала, почувствовав неожиданно образовавшуюся пустоту внутри себя, и удивленно ахнула, когда он перевернул ее на спину. Чуть приподняв ее таз над постелью, и заботливо подкладывая подушку, мужчина закинул ее ноги себе на бедра и продолжил грубо вколачиваться в нее. Ира и не догадывалась, что представляет сейчас из себя – раскрасневшаяся, с прилипшей ко лбу челкой и безнадежно испорченным макияжем, с оставленными по всей шее засосами и виднеющимися кое-где следами от зубов. У неё не было сил чтобы двинуть даже и пальцем, но она чувствовала, как он продолжал уверенно и жестко двигаться в ней, почти каждый раз входя в нее до конца, и поэтому могла лишь кричать, изредка срываясь на вой. Когда Алеников крепче вцепился пальцами одной руки в ее бедро, удерживая ее на месте, а второй ухватил за горло, сжимая с силой пальцы и частично лишая кислорода, Ирина захрипела, чувствуя приближение очередного оргазма. Ощущения накрыли ее с головой, и она уже больше не могла сдерживать себя, заметавшись на простынях под мужчиной. Анатолий, видя, что у Ирины почти не осталось сил, и она едва остается в сознании, да и сам он уже с трудом сдерживал себя из-за неистово сжимающейся вокруг него женщины, поэтому толкнулся в нее ещё пару раз и полностью вжался до самого основания. Она же широко распахнула глаза и судорожно вдохнула кислорода, когда он отпустил ее шею, почувствовала, как внутри разлилось приятное тепло. – Ты довольна? Это было достаточно грубо? – ухмыльнувшись, спросил мужчина и нежно поцеловал ее. – Да… – положила голову ему на плечо, уткнувшись носом в шею. Прижав ее к себе, он ласково провел ладонью по ее голове, убирая налипшие на лоб волосы. А Ира была необычайно ласковая, требуя поцелуев. Еще и еще. Но потом, немного отдохнув, резко начала собираться, чем очень удивила своего любовника. – И что это такое? – он за руку притянул ее обратно в кровать. – Что? Просто завтра я хочу проснуться у себя дома. Все, Толь, отпусти. Странная. Какая-то другая. Необычная…