it's all so incredibly loud

Сенджу узнает о Тачибане совершенно случайно. Они с Ханагаки проводят выходной, посещая недавно открывшиеся в торговом центре магазины, когда Такемичи вдруг зависает у стенда с бижутерией. Он долго рассматривает какую-то подвеску, вертя ее из стороны в сторону, но в конечном счете убирает на место, так и не решившись купить. — В чем дело? — удивляется Сенджу. — Раньше ты не проявлял интереса к покупкам. — Думал купить Хинате подарок, но ничего не приглянулось. — Хината — это твоя подружка? Ханагаки недоуменно ойкает и неловко чешет затылок, мол, вот дурак, забыл рассказать о своей потрясающей невероятной возлюбленной. Сенджу выслушивает поток его чувств и недоверчиво хмыкает. Она думает, что это довольно странно — ни разу не заговорить о «любви всей жизни». Они ведь не первый день знакомы, частенько проводят время вместе, и ни разу Ханагаки не упоминает о своей девушке. О Майки — десять раз на дню, о друзьях, с которыми Сенджу не знакома, чуть реже. Он даже рассуждает о Санзу и каком-то мертвом пацане, но имя Тачибаны будто стирается из его лексикона. Сенджу никак это не комментирует, она, в конце концов, далеко не эксперт в любовных делах. Такемичи рассказывает, какая Хината красивая, смелая и добрая. Как сильно она помогает ему одним своим присутствием, и что стоит ей только появиться, как все невзгоды сразу же меркнут, давая свободно вздохнуть. Сенджу представляет какую-то нежную фею, которая одним взмахом своих крылышек превращает ужасный серый мир в волшебный сон. Этот образ смешон, но, когда Сенджу встречает настоящую Тачибану, ей хочется, чтобы он оказался правдой. Потому что настоящая Хината оказывается обычной миловидной девчонкой, в которой не проглядывается ничего интересного. — Так это ты Кавараги-чан? — улыбается она, заправляя прядь волос за ухо. Сенджу кивает, мельком отмечая тот факт, что про нее-то Ханагаки рассказать не забыл, и протягивает руку. В Тачибане не отыскивается ничего удивительного ни в следующий раз, ни в остальные. Им не удается найти точек соприкосновения, и Сенджу думает, что проводить выходные в такой неловкости — полный отстой. Она заявляет об этом, когда Такемичи удаляется в уборную, и ловит беспокойную улыбку в ответ. — В следующий раз я откажусь, — обещает Сенджу. — Проведете время вдвоем, сходите на свидание. А то чувствую себя пятым колесом, даже шоппинг не помогает расслабиться. — Можем встретиться вдвоем, — подтверждает Хината. — Ну а я о чем. — Нет, ты и я. Без Такемичи. Сенджу не нравится оставаться за бортом, но и оставлять там кого-то другого тоже не в ее стиле. Она силится понять ситуацию самостоятельно, но терпит поражение. — Чего? — непонимающе переспрашивает, пока Хината нервно теребит челку. — В последнее время Такемичи-кун сам не свой. Оно понятно: смерть Дракена, проблемы с Майки-куном. Я пытаюсь помочь, быть с ним рядом, когда это возможно, но он будто не здесь. Большинство наших свиданий проходит в гнетущем молчании, а если он говорит, то это всегда о Майки. И я не виню его! Не пойми неправильно, я всегда буду на его стороне, просто мне тоже его не хватает, мне тоже хочется немного отдохнуть. Извини, Кавараги-чан, у вас столько проблем, а я разнылась о каких-то пустяках. Сенджу смотрит на смущенную Хинату без доли жалости или разочарования и пожимает плечами. — Ладно, — соглашается она. — Прогуляемся по магазинам вдвоем. Все равно толку от парней в этом деле почти нет. У меня два брата, поверь, я знаю, о чем говорю. Тачибана неловко смеется и с теплотой рассказывает про амбициозного и нетерпеливого младшего брата. Сенджу нравится ее улыбка и загоревшиеся огоньки в глазах, поэтому, когда Ханагаки возвращается, она лично сообщает ему, что на следующее свидание приглашена только Хината, чем, кажется, вгоняет обоих в краску.

***

Они с Тачибаной все еще где-то на разных уровнях и никак не могут пересечься, хотя идут рядом из раза в раз. Сенджу это не устраивает, ей хочется сломать барьер, стать друзьями, а не просто случайными знакомыми, которые проводят время вместе. Но как бы она не пыталась, у нее не получается. — Я тебе не нравлюсь? — спрашивает Сенджу, отдавая Хинате рожок мороженого. — Из-за Ханагаки? Если дело в ревности, это хотя бы можно понять. Никому не понравится, если твой парень сначала гуляет с другой, а потом знакомит вас как ни в чем не бывало. Но с этим по крайней мере можно работать. — Нет, — говорит Хината. — Дело в Эмме. Она моя подруга. Была моей подругой, — осекается она. — Эмма умерла. С чем-то глубоко вросшим соперничать сложно. Временами почти невозможно. — Мне жаль. — У меня было время с этим смириться. Но, кажется, я плохо справилась, — Тачибана смеется, но от этого смеха у Сенджу холодеют внутренности. — Мне все еще больно. И чертовски страшно. — Страшно? Что кто-то еще может умереть? Сенджу вспоминает о Рюгуджи, с которым Хината, скорее всего, тоже была знакома. О Такемичи, который лезет на рожон, чтобы доказать что-то или себе, или Майки, или кому-то еще, о ком знает только он сам. Сенджу думает о своих братьях, Бенкее и Вакасе, о каждом человеке, что составляет Брахман. — Это тоже, — соглашается Хината. — Боюсь заводить новых друзей. Это глупо, конечно, жизнь ведь продолжается. Просто… Она не заканчивает предложение, но Сенджу это не нужно. Ей тоже бывает страшно.

***

Ханагаки — по случайности или нет — на следующую стычку прибывает вместе с Тачибаной, и у Сенджу почему-то сносит тормоза. Она бьет сильнее, чем обычно, пропускает мимо наставления Такеоми, мчит вперед и отстаивает свое звание лидера. А что еще делать, когда позади стоит испуганная девчонка, в голове которой наверняка бьются мысли о неблагоприятном исходе. Сенджу хочет доказать ей, что все под контролем, что у нее достаточно сил, чтобы со всем справиться. В этот раз достаточно. Ханагаки прилетает в ребра, и он сгибается под градом ударов, но Сенджу замечает направляющегося к нему Бенкея, и выдыхает, оборачиваясь к Хинате. Тачибана жмет руки к груди, и Сенджу не придумывает ничего лучше, чем зубасто ей улыбнуться и кинуться в бой. «Все правильно, — думает она, — не смотри на Ханагаки, смотри на меня. Я, черт побери, одна из трех божеств. Я не проиграю!» Сенджу отчего-то важно, что Хината смотрит. Что она видит ее силу, знает, какова Кавараги в действии. Что пока Такемичи с ней, все будет в порядке. Пока сама Тачибана с ней, бояться нечего. — Кавараги-чан, — говорит Хината, рассматривая царапину на ее лице, — тебе стоит быть аккуратнее. Сенджу, вообще-то, уже выслушала ворчания Такеоми, и слушать их снова ей вовсе не хочется. — Ты что, не видела, как я была крута? Никто из них мне и в подметки не годится. — Видела, ты действительно потрясающая. Но это не значит, что я перестану переживать. Вы с Такемичи-куном всегда несетесь вперед, не думая о последствиях. Ты посмотри на него, снова весь в синяках ходит. — Сравнила тоже, — фыркает Сенджу. Ханагаки, конечно, во многих аспектах силен, но драки явно в этот список не входят. Да и сама она обычно избегает прямых столкновений, предпочитая брать врага хитростью и внезапностью. Просто вчера был особый случай, иногда можно. Сенджу шипит, когда Тачибана лепит на царапину детский пластырь с мишкой. Хината смотрит на ее недовольно поджатые губы и весело смеется, и этот звук почему-то поднимает настроение. Пластырь не кажется дурацким, переживания занудными, а Хината все еще самая обычная, но Сенджу нравится проводить с ней время. Она цепляет ее за руку и переплетает их пальцы в замок. — Я защищу Ханагаки, это обещание, — Сенджу трясет сцепленными руками перед лицом Хинаты, показывая, что никуда они друг от друга не денутся. — Если будет страшно, просто позвони мне, договорились? Тачибана молча кивает. — Научишь меня драться? — тихо спрашивает она. — Я тоже хочу быть сильной, как вы с Такемичи. — Вступишь в банду? Хината отрицательно мотает головой. Сенджу ее понимает: иногда для того, чтобы почувствовать себя в порядке, нужно куда-то деть раздирающие чувства. Многие ведь вступают в группировки вовсе не из-за любви к дракам, иногда все намного сложнее и печальнее. Иногда драка — это спасение, даже если ты можешь оказаться в тюрьме, инвалидной коляске или на том свете. Сенджу сжимает руку Хинаты крепче. — Почему бы и нет, покажу тебе пару приемов самозащиты. Можешь от души поколотить грушу Такеоми, если захочешь. Всем иногда это нужно. — Спасибо, — говорит Тачибана, сжимая руку в ответ. Хината — обычная, ничем не примечательная девчонка, но она сама открывает перед Сенджу дверцу и позволяет пройти через наспех выстроенную защиту. Они впервые по-настоящему соприкасаются друг с другом. Сенджу нравится то, что она чувствует в этот момент. Ей нравится настоящая Тачибана Хината.