На краю лимба

      Изучение новой реальности пробуждало в Мире подлинный интерес, но окончательно освоиться всё равно получалось с трудом. Сколько бы усилий она не прилагала, сомнения и неясные предчувствия, пробуждали страх перед той неведомой силой, вольной играть с мирами и людьми.       Тот день был одним из тех, когда Мира не знала, куда себя деть от беспокойства, засевшего в ней с момента пробуждения. Временами она нигде не чувствовала себя в безопасности. Разве что среди людей становилось немного спокойнее. Шум транспорта и звуки шагов, голоса — всё это возвращало прежнюю стабильность. Всё снова становилось нормальным, привычным.       Но не в этот раз. На протяжении всего дня Миру преследовал странный вибрирующий гул. Он напоминал вой ветра в трубе и не стихал ни на минуту. Заглушить его ни музыкой в наушниках, ни городским шумом не выходило. Он раздавался сразу со всех сторон, пронизывал пространство и вызывал чувство паники. В надежде спастись от этого, Мира пришла в сквер у торгового центра, где просидела до вечера. Для работы, которой она занималась в последнее время, годился и старый нетбук.       Едва начинало смеркаться, умолкла музыка, доносившаяся из динамиков над входом. Ещё немного: станет меньше машин и людей…       Мира нервно огляделась, закидывая на плечо рюкзак и поднимаясь со скамейки. Оставаться здесь было бессмысленно. Нужно идти домой и попытаться пережить это. Как-нибудь. Будет нелегко, но другого варианта нет.       Путь до дома никогда не становился символом даже мимолётной тревоги. Район был одним из самых спокойных, с ухоженными улицами и фонарями, за исправностью которых всегда следили с особым тщанием. В тёплое время года здесь всегда гуляли допоздна мамочки с колясками и увлечённые своими разговорами подростки. Мира и сама любила тут прогуливаться раньше.       Только сегодня, словно чья-то незримая рука, старательно готовившая декорации, позаботилась о том, чтобы никого на пути Миры не встретилось. Она слышала лишь глухой звук собственных шагов, на фоне того самого гула, почти обратившийся в шорох. И чётко видела, как искривлялись бледные пятна света от фонарей, принимая самые немыслимые формы.       Ей бы тоже сорваться на бег и уйти от надвигающейся опасности. Но иррациональный ужас, с мастерством опытного дознавателя, сковывал волю и тело. Резкий порыв ветра дёрнул девушку за короткую рыжую прядь и притаился в ожидании. Она тоже замерла, не решаясь прикоснуться к щеке, по которой тягуче заскользила первая капля. Несомненно, алая.       Мимо пронеслась девушка, чем изрядно перепугала Миру, потому как она услышала перестук каблуков уже в непосредственной близости от себя. Незнакомка буквально возникла из ниоткуда или внезапно преодолела барьер, отделявший этот участок дороги от остального.       Светлая копна волос развевалась в сумерках в такт движению, и ещё ощущался тонкий аромат духов, шлейфом летящий за прохожей. Только Мира знала — стоит девушке отдалиться и свернуть в переулок, как ладное стаккато шагов оборвётся и наступит тишина.       — Постой! — крикнула Мира и вздрогнула, схватившись за горло. Что-то не так было и с голосом. Она слышала собственный крик, но он будто бы прозвучал не здесь, а где-то в другой, не искажённой реальности.       Мира сорвалась с места и побежала, не задумываясь о собственных страхах. На мгновение они потеряли свою значимость, и она этим воспользовалась. Кроссовки легко пружинили от асфальтовой дорожки, ныне по структуре напоминающей пробку или пенопласт.       Но незнакомка уже свернула с тротуара, чтобы срезать путь, и через мгновение должна была исчезнуть из поля видимости.       — Постой! — повторила Мира, догоняя девушку и хватая ту за плечо.       Та быстро обернулась. На красивом бледном лице отразилось выражение злого недоумения. Возможно, блондинка собиралась излить на свою преследовательницу всё негодование, связанное с потерей времени и бесцеремонностью. Однако этого не произошло…       Потому что в следующий миг прямо над землёй возникло синее свечение, быстро разросшееся до большого круга с чётко очерченными краями. Насыщенный яркий свет выжигал след на сетчатке, впиваясь глубже и не позволяя среагировать на опасность. За ним, казалось, клубилась лишь непроглядная тьма. Но стоило попытаться взглянуть сквозь неё, как выяснялось, что тьма пронизана множеством тонких линий и незнакомых знаков, что делало его похожим на ловца снов.       Только настоящий ловец снов должен был помогать избавлять от кошмаров, этот же их порождал. И первое из вышедших оттуда существ даже не пыталось походить на человека. Оно выглядело так, словно кто-то лишь понаслышке знало о людях и неумело притворилось одним из них. Вытянутое туловище, замотанное в какие-то обрывки тряпья, непропорционально длинные руки и ноги, похожие на скрюченные ветки пальцы. Лицо… пожалуй, самым жутким было именно оно, потому как было лицом смерти. С черепа кое-как обтянутого грязной задубевшей кожей и пустыми глазницами.       Тот, что вышел из круга следом, был мелким карликом с застывшим в вечной судороге лицом. Мира заметила в его скрюченных руках, больше похожих на лапы ящерицы, толстую чёрную цепь, другой конец которой уходил куда-то за спину первого существа.       — У меня ничего нет, — вдруг испуганно пробормотала блондинка и попятилась. — Уходите или я буду кричать!       Как ни странно, но именно эти слова привели Миру в чувства. Она мгновенно осознала, что девица видит нечто совершенно иное. Грабителей или вероятных насильников, но никак не существ из другого измерения. Хотя ситуация от этого менялась мало — они обе угодили в смертельную ловушку.       Тем временем, карлик довольно покачал головой и оскалился, обнажая ряд крупных тёмных зубов. Он не торопился, жадно разглядывая блондинку и по-звериному принюхиваясь.       «Нет, я не сдамся!» — решила про себя Мира и, крепко схватив девушку за руку, потянула за собой.       — Кто ты? Что…       Блондинка истошно завопила, едва перевела взгляд с Миры на «грабителей», а её ноги подкосились. Как же вовремя…       — Ценная добыча, — захихикал карлик, указывая длинным узловатым пальцем на Миру. — Она нас видит!       Долговязый монстр с молниеносной скоростью оказался рядом с девушками и взмахнул рукой-плетью. В свете пылающего синим круга что-то тускло сверкнуло, с шипением брызнула кровь. Несколько горячих капель угодило прямо в лицо Мире, заставив её отшатнуться и выпустить обмякшую руку умирающей. Монстр одним ударом вспорол той горло и грудь. После чего запустил свою клешню внутрь, с хрустом вырывая сердце, вместе с ним похищая и что-то более ценное.       Мира пошатнулась. Её замутило и едва не вывернуло. Лишь каким-то невероятным усилием удалось взять себя в руки и отпрыгнуть в сторону, когда монстр качнулся к ней. Одновременно с этим она почувствовала, будто в пространстве возникла полая область и шагнула в неё, тут же оказываясь от монстров на значительном расстоянии. Она и раньше находила подобные места, и теперь природная любознательность сослужила верную службу.       Карлик истошно заверещал, отдавая цепному чудищу приказы на незнакомом языке, а Мира уже со всех мчалась прочь. Все её мысли и чувства были сосредоточены только на беге. В эти мгновения ветер был с ней. А может, она сама стала ветром.       Только на стороне её преследователей был опыт загонщиков и неутолимый голод. Долговязый монстр почти догнал Миру, и один раз ему удалось задеть её, распоров куртку. Она слышала за спиной топот, сопровождаемый скрежетом когтей и, исторгаемые его глоткой, жуткие рокочущие звуки, от которых волоски на теле вставали дыбом.       — Убирайтесь прочь! — Этот голос пронзил ночь яростной вспышкой молнии. В нём звучала непоколебимая уверенность и холод презрения.       Мира слышала, как взвизгнул карлик и замычал его цепной пёс, когда по пространству прошла рябь, и стало оглушительно тихо. Она опустилась на тёплый асфальт… самый обычный, прогретый солнцем и шершаво-твёрдый. Провела по нему кончиками пальцев, чтобы убедиться окончательно.       Силы будто разом покинули Миру. Но смолк и иерихонский вой, ставший предвестником появления монстров…       В наступившей тишине шаги, приближающегося к ней незнакомца прозвучали неправдоподобно чётко. Мира не сразу взглянула на него и сначала увидела только носки изрядно поношенных туфель и края чёрных линялых джинсов.       — Ты в порядке? — этот голос будто бы принадлежал другому человеку. Не тому, который приказывал монстрам убраться. Не тому, кого нельзя ослушаться. Это был голос человека совсем не уверенного в том, как следует себя вести с кем-то другим, попавшим в беду.       Размышляя над этим, Мира забылась и не отреагировала вовремя. Просто вдруг почувствовала, как её лица осторожно касаются чьи-то прохладные пальцы, вынуждая поднять взгляд.       Он совершенно не был похож на героя, какими их принято изображать. Бледный и худощавый парень неопределённого возраста, с такой неопрятной стрижкой, словно ему приходилось стричься исключительно самому и чем придётся. Его легко можно было принять за типичного затворника нового времени, взирающий на мир через монитор своего компа…       Если бы не глаза. Тёмно-карие, почти чёрные. Они пугали, словно были частью чего-то потустороннего и неведомого. И смотрели одновременно в суть вещей и куда-то сквозь. УМиры от этого взгляда внутри всё переворачивалось и леденело. Не удивительно, что на вопросы своего спасителя она отозвалась не сразу.       Окончательно привело в чувство прикосновение к ране, оставленной острым касанием запредельного ветра. Мира зашипела и дёрнулась.       — Наконец-то хоть какая-то реакция, — парень бледно улыбнулся. Получилось не слишком искренне, но уж точно не так лживо, как слова, прозвучавшие после: — На вас напали какие-то хулиганы, но они решили, будто я не один и сбежали…       — Хулиганы? — тупо повторила Мира, а перед глазами внезапно всплыло изувеченное тело той блондинки. Она вспомнила смех карлика и жуткую мертвячью рожу его цепного пса.       Всего этого не могло быть. Не в этой реальности. Но Мира собственными глазами видела. У неё до сих пор капли чужой крови на лице, и куртка на плече распорота отнюдь не веткой…       Мира судорожно попыталась коснуться собственного лица, но её запястье перехватили чужие пальцы. Парень выразительно на неё глянул, словно таким образом надеялся обездвижить, а затем, спокойно выудив из кармана брюк платок, принялся вытирать ей лицо.       — Что ты, мать твою, со мной делаешь?! — не на шутку возмутилась Мира, отодвигаясь от этого ненормального.       — Послушай, ты пережила стресс, поэтому сейчас тебе просто нужно успокоиться, отвлечься…       — Да ты психолог от бога! — нервно хохотнула Мира, прикрывая рот свободной рукой. По её щекам безостановочно струилась влага, но она совершенно не осознавала того, что плачет. — Я видела то, что видела. И никакие уговоры не смогут убедить меня в обратном.       Мире хватило странностей. На сегодня особенно. Происшествие в переулке стало последней каплей.       — Идём.       Она недоверчиво взглянула на парня.       — Ты не ослышалась. Идём со мной. — На краткий миг, голос стал тем же, что приказывал тварям убираться.       На Миру он тоже подействовал. Поэтому ни о чём спрашивать она не решалась и шла следом молча. Безотчётно доверилась, хотя в другой ситуации это могло показаться невероятно глупым поступком. Но она точно знала — настоящей глупостью было бы решение остаться сегодня в одиночестве.       Пока же, свет от фонарей, дорога, редкие машины, старый мост — мир будто бы стал прежним, насколько это вообще возможно ночью. Мира не задумывалась, куда они идут и сколько пройдут ещё. По правде говоря, ей было безразлично. Потому что рядом с ним всё пришло в норму. А если что-то снова пойдёт не так, ему достаточно увидеть, приказать…       Он жил в деловом районе города. В квартире на девятом этаже с видом на пристань, давно ставшую местной достопримечательностью, прибрежные аллеи. Совершенно один. Но комп у него действительно был. Стоял на кухне — так, видимо, было сподручней. Мира увидела его мельком, когда шла в ванную комнату.       «Он точно поклонник минимализма», — подумалось ей. Она сама не любила обрастать вещами, но у этого типа не было даже занавесок на окнах. Только жалюзи на кухне, как необходимость.       Мира старательно, даже с каким-то остервенением, смыла кровь с лица и куртки. Раньше ей не приходило в голову, что кровь может настолько сильно въедаться в кожу. Непонятно, на что рассчитывал парень, когда лез со своим платком. Она беззвучно усмехнулась, взглянув в больные от тревог глаза своего отражения в зеркале.       Хозяин квартиры дожидался возвращения своей гостьи на кухне. Мира поняла это сразу, уловив запахи свежесваренного кофе и корицы. Необычное сочетание, но сейчас и оно было кстати.       Потому что от него веяло теплом. И отбивало запах крови, который продолжал чудиться Мире до сих пор.       — Я не знаю, пьёшь ли ты кофе, но ничего другого нет…       Не страшно…       Мира хотела сказать это вслух и поблагодарить, да не сумела. Просто кивнула, опускаясь на кухонный табурет. Благо, помимо него у окна стояло плетёное кресло, и она не заняла единственное удобное место.       — Тебе очень повезло, — начал он, поставив перед девушкой кружку с кофе. — Обычно от них не убегают.       — Надеюсь, ты не станешь называть их хулиганами теперь?       — Лучше бы тебе поверить в хулиганов.       — Я не понимаю тебя…       — Всё предельно просто. Открывая дверь, лучше убедиться, сможешь ли ты её закрыть, — произнёс он и, предвидя возмущённые вопросы, поднял руку, призывая к молчанию. — Твой разум и есть та самая дверь. Пока ты помнишь о тех созданиях, пока веришь в них, ты открываешь им дорогу сюда… Правда, мне интересно одно — как ты вообще их увидела?       — Обыкновенно, — буркнула Мира, сложив руки на груди. — Я почувствовала неладное и пошла.       –Неладное? — уточнил парень.       — В последнее время подобное часто происходило, — призналась девушка и осторожно добавила, не зная, как он отреагирует: — После того как мир изменился.       — Не вспомнишь, когда именно это началось? — Тёмные глаза зажглись живым любопытством.       — Неделю… нет, почти две недели назад, — не стала скрывать Мира, давно запутавшаяся во времени. Затем, решилась в общих чертах пересказать свою историю. Всё равно бы пришлось рассказывать. Да и захотелось этого самой. Ведь она ещё ни с кем не говорила так открыто.       — Монахиня, — вздохнул собеседник.       — Кто?       — Та, чьи сила и боль изменили нашу реальность.       — Звучит немного пафосно.       — Не без этого, но по-другому не скажешь. Я думал, что теперь это моя головная боль, а теперь оказывается, что чья-то ещё… Как тебя зовут?       –Миралика. Обычно сокращают до Миры.       — Тебе не идёт. И Лика тоже… — он задумывался лишь пару секунд, после чего прищёлкнул пальцами и выдал: — Лучик.       — Ты всем даёшь прозвища? — опешила она.       — Привычка, — он пожал плечами и, наверняка вспомнив о приличиях, сообщил: — Игорь.       «Слишком просто», — подумала Мира, но как назло, ей на ум не шло ничего достойного, что могло бы охарактеризовать этого парня. И тут её вдруг осенило…       — И как ты сам с этим всем справляешься? Разве твой разум не становится такой же дверью для них?       — Нет, со мной это не работает. И если ты ждёшь каких-то объяснений, то должен тебя разочаровать… сам многого не знаю.       На самом деле, Мира чего-то подобного и ожидала. Она давно понимала, что реальная жизнь — не игра, где к подробным характеристикам персонажа будут прилагаться инструкции и описание миссий. Хотя что-то вроде этого ей не помешало бы самой — Мира понятия не имела, что ей делать дальше. Всё повторится однажды…       — Останешься здесь на какое-то время, — сообщил Игорь, разрешив начавшее зарождаться смятение Миры. — Так мне будет проще разобраться в ситуации.       — Я не могу, — онемевшими от волнения губами вымолвила девушка.       — Неужели я пугаю тебя сильнее, чем они? — поинтересовался её спаситель, склонив голову в ожидании ответа.       — Нет, просто это неправильно…       — Забудь. Я давно живу по своим правилам, — жёстко отрезал Игорь. — И если ты хочешь оставаться в живых и сохранить рассудок в относительной целостности, придётся пересмотреть свои взгляды.       Мира внимательно посмотрела на него и вдруг осознала, что он нервничал. Для Игоря делать подобное предложение тоже в новинку. Это отчего-то успокаивало. Хоть где-то они почти на равных. Правда, у неё по-прежнему не было особого выбора. Как и знаний.