Цвет надежды

      Антон стоит перед зеркалом в ванной. Он опирается худыми длинными руками о раковину, пристально смотря на себя в отражении. В отражении на него смотрят усталые, со взглядом побитого щенка, всё равно испытывающего любовь к жестокому хозяину, глаза. У него огромные ненормально черного цвета синяки, кровавый кровоподтёк на скуле и безысходный взгляд.       Антон смотрит на себя ненавистно, не понимая, как из милого красивого парня он превратился в это. Вместо чистых волос на голове — спутанные и сальные, вместо красивых губ — потрескавшиеся, покусанные, они запечатлели всё его разочарование и волчье отчаяние. Вместо некогда больших ярких глаз, похожих на звёзды на раскинувшемся небосводе — из зеркала на него глядят две дыры, изредка мерцающие привычным светом. Его личные звёзды погасли, а это «изредка» становится ещё более редким, чем раньше.       Антон поджимает губы и дрожащей рукой, на которой с запястья сползает браслет, касается саднящей щеки. Он жмурит глаза и тяжело выдыхает. Антон выпивает залпом две таблетки и по привычке вытирает текущую кровь из носа. Он отстраняется от раковины, но далеко не уходит, опирается затылком о холодную стену. Пытается себя таким образом отрезвить. Антон вытирает начинающие течь слезы, смешивая их с кровью, размазывает по лицу, выглядя в таком виде крайне безобразно. Он трёт свои глаза, чтобы не плакать и не выглядеть столь жалко, но слезы не останавливаются, поэтому он стоит и безмолвно плачет редкими слезами. Он всё трёт и трёт глаза, но скупые слезинки всё равно скатываются по щекам, уползая от хозяина и скапливаясь в уголках губ.       Он запутался. По-настоящему запутался. Он не знает, что ему делать дальше. Антон раскачивается на своих эмоциональных качелях, не зная теперь, как остановиться. Раньше это было весело, и чувство головокружительного полёта дурманило. А сейчас что? Куда это чувство подевалось? Счастье внезапно сменилось беспричинной тревогой, и вместо привычного смеха из глотки теперь вырываются устрашающие хрипы. Ему больно смеяться, потому что под ребрами саднит, будто его наживую вспарывали крюком. Но Антону хочется смеяться.       И он смеётся.       Но это не смех с весёлыми нотками. Это настоящая истерика, подошедшая со спины буквально из ниоткуда.       Он смеётся. Едко выплёвывает из себя грязные ругательства в свою сторону, вытирает мертвецки бледной рукой соленые слезы, разливающиеся рекой на его щеках, и рыдает.       Антон рыдает, потому что внутри больно. Внутри не осталось радостных эмоций. Внутри не осталось ровным счётом ни-че-го. Пустота, отзывающаяся эфемерными отголосками чего-то далеко забытого и глубоко закопанного.       Но Антон смеётся. До боли в животе, до хрипов из груди, до слез, застилающих пеленой глаза. Ему нестерпимо и так же невыносимо больно. А ещё Антону холодно. Но человек, чьи объятия согревали, не рядом. А ещё Антон испытывает отчаяние, такое глубокое, болезненное и ломающее изнутри. Но человек, чьи слова утешали, не тут.       Антон один. Один в мёрзлой квартире. Один наедине с мыслями, разъедающими воспалённый рассудок. Один в жизни и один до окончания его собственных сил. С ним одно лишь безумие, потухшие слезливые глаза и вновь кровоточащая рана. Пускай льется кровь из носа — это хотя бы отвлекает от того, сколько крови он положил на алтарь в своем сердце ради одного-единственного человека.       Колючая водолазка снова сдавливает горло, но Антон отчаянно цепляется за ворот, не смея лишать себя мизерной надежды. Кажется, он снова слишком много думает. Кажется, он снова бездумно теряет разум. Кажется, Антон теряет себя. Выметает из души что-то светлое, оставляя место для удушающего мрака. Тьма теперь его обитель. Тьма теперь его дом. И он готов забыть себя, продать свою душу, но взглянуть на чужое беспристрастное лицо вновь.       Антон переехал в Москву из Воронежа. Она всегда рисовалась ему каким-то чудом, благодаря которому открывается второе дыхание, за спиной вырастают крылья, а мечты, как бы банально не звучало, все же сбываются. Он был юн, молод и чересчур наивен. В голове — перекати-поле, но он ведь в Москве! А это самое главное. В Воронеже ему нечего терять, нечего и искать. Он там совсем один, с такими же потерянными родителями, готовыми продать собственного сына за стакан паленой водки.       А тут — Москва! Таинственный город, скрывающий за собой сотню, а то и тысячи загадок. Загадочный мир, в котором затеряться — раз плюнуть! Но Антон не сдается. Он восторженно разглядывает каждый знак, каждую оживленную улицу и каждого человека, теряющегося из виду в этом огромном муравейнике. Антон вдыхает поглубже и впервые по-настоящему счастлив. И даже совесть больше не колит за то, что бросил родителей. Да чего они добились! Они ничего не понимают. Они в жизни не увидят подобного великолепия. А он не собирается гнить заживо, он хочет лучшей жизни для себя.       Антон хочет отучиться, устроиться на работу и влюбиться. Испытать бабочки и колотящееся сердце стоит обязательным пунктом в его импровизированном плане. Антон ещё слишком молод, и его цели буквально кишат юношеским максимализмом. Но он так самоуверен в собственных силах! Ему кажется, что он готов свернуть целые горы.       Сестра, Ира, радушно принимает его вместе со своим мужем. Предложение переехать принадлежало именно ей. Антон не смел перечить, ему хотелось смены обстановки, смены окружения и, конечно же, смены себя. На его лице радостная улыбка, которая заражает и ослепляет всех вокруг. Муж Иры жмёт ему руку с крепкой уверенностью, а он, семнадцатилетний подросток с запутанным доверчивым клубком мыслей, радуется такому незначительному, но важному для него жесту.       Он лежит на предложенной, немного скрипучей кровати с белыми и свежепостиранными простынями, смотрит в потолок и улыбается собственным мыслям. Антон ещё слишком юн, и в его голове витают воздушные мысли о дальнейшей учебе. Он засыпает со сладкой мыслью о том, что теперь всё точно наладилось. Ему больше не нужно переживать насчёт еды, насчёт денег и насчёт себя. Есть только ничего не значащие нюансы, а остальное поправимо. Антон бесстыдно верит в это.       И всё действительно идёт гладко, даже чересчур для него. Он учится, поступив на бюджет, заводит несколько знакомых, гуляет вечером по набережной и по-прежнему, с завидной регулярностью, рисует в своей голове розовые грёзы. Антон радуется жизни и радуется тому, что наконец-то судьба над ним смилостивилась. Он нагло требует от нее большего, не желая останавливаться на достигнутом. Ему мало. Ему чертовски мало. Он хочет большего.       Он хочет любви. Он хочет внимания и заботы. Антон хочет ласки. Антону просто очень-очень одиноко, несмотря на толпу вокруг, несмотря на друзей и несмотря на сестру Иру, улыбающуюся всё так же ярко.       А потом на их кухне он неосознанно встречается взглядом с коллегой мужа Иры.       Арсений смотрит пронзительно и в его глазах не видно загвоздки. Он приветливо улыбается и жмёт руку. А Антон улыбается ему в ответ, не осознавая, что слепит своей улыбкой.       Не осознавая, что после этого невинного взгляда, неожиданного знакомства всё покатится в тартарары.