До головокружения

— Вару, я устал. — Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — Нет. — Железный ответ и пиковый король удаляется из комнаты. Дверь захлопнулась. — Так и знал, что этот улыбающийся идиот мне наврал. Это «пожалуйста» вообще не помогает! Разумеется, не помогает. После тяжёлого рабочего дня Пик непреклонен. Всё, что его волнует — это сон. Вероятнее всего он даже не заметил вежливости в словах валета. — Ладно, надо действовать. План довольно прост: с кухни нужно было кое-что стащить, предварительно захватив из комнаты второе орудие пыток, а затем застать Восьмого врасплох. Времени было в обрез, а может и нет. Соотношение сейчас действительно пятьдесят на пятьдесят, потому что неизвестно, есть кто на кухне или нет. Мимо комнаты кто-то прошёл по коридору и зашёл к червовым. Скорее всего, Феликс, потому что кроме них самих никто туда не сунется. Оставалась, правда, вероятность наткнуться на трефов… К великому счастью Пятого, на кухне никого не было. Ну то есть свидетелей настоящего преступления против Четвёртого. Из холодильника безвозвратно исчезли взбитые сливки. Теперь, прячась за углом от входа в собственную комнату, он поджидал свою жертву. Вода в ванной шумела, доносилось негромкое рычание от удовольствия. Наверное, Пик правда устал сегодня. Но Вару это мало волновало. Тёмная дверь их комнаты знакомо скрипнула, подав сигнал к действию. Тихонько, на носочках, издавая столько же шума, сколько и мышь, кудрявый подкрался к приоткрытой двери и отодвинул её локтём, входя в спальню. Восьмой стоял теперь спиной к нему, снимая полотенце, оказываясь совсем нагим посреди пиковой комнаты. Засмотревшись на чужую задницу, Пятый чуть не забыл, зачем он здесь. Едва Пик обернулся, его повалили на пол, спиной к кровати. — Я же сказал тебе нет. — А я говорю себе да! Не успевает фиолетововолосый начать очередную тираду о том, как он не хочет, как его уже со страстью целуют. Прижимаются всё ближе и ближе, начиная елозить по невозбуждённому члену. Облизывают языком клыки и губы, не останавливаясь ни на секунду, не оставляя времени даже на очередной вдох. — Вару… — Король тяжело дышит, стараясь набрать в лёгкие воздуха. — Теперь ты согласен? Пик посмотрел на ярко-красного Пятого. Он и сам сейчас, наверное, выглядит ни капли не лучше, да и весь на взводе из-за такого жаркого поцелуя. Вместо согласия он грубо прижимает чужую голову и снова впивается губами, проходит языком по чужому нёбу. Оторвавшись, они смотрят друг другу в глаза, а кудрявый наконец сползает с него. Заметив возбуждённый орган короля он был уже не так уверен в своей затее. Хотелось прямо сейчас, без подготовки и чуть ли не насухую. Но Пятый не привык отступать. Через несколько секунд Восьмой вопросительно выгибал бровь, смотря на контейнер. Зелёное, что неудивительно, содержимое всё-таки открылось. — Вару, нет. Я только помылся. — Ну ещё раз помоешься, тебе что, жалко что ли? Да и я слижу потом… — Ёбнулся? Дальше Пик просто наблюдал, как Вару, игнорируя абсолютно любые угрозы, щедро взял краски большим пальцем. Размашистыми движениями, время от времени снова окуная палец в краску, Пятый рисовал спираль. — Ну и что это? — Сейчас увидишь. Баллон, до этого валявшиеся где-то у двери, оказался в руке кудрявого. Прохладными взбитыми сливками он повторял контуры яркой спирали. Фиолетововолосый потянул руку к переносице, чтобы немного сбавить своё негодование, но её прижали к полу. На снова вопросительный и несколько злой взгляд короля валет лишь сказал: — Не двигайся. И придвинулся ближе к началу спирали. Он аккуратно коснулся кончиком языка сливок, после чего широко лизнул это место. Сливки довольно вкусные, да и часть краски была слизана вместе с ними. Восьмой сидел с искренним непониманием; подобные действия пускали табун мурашек по всему его телу. Вару на достигнутом не остановился. Он проводил языком в том месте до тех пор, пока вся краска окончательно не исчезла. И приступил к следующему участку. Ещё до начала второго круга Пик понял, что он это не выдержит. Встать и уйти у него возможности не было по двум причинам: во-первых, валет держал его крепко и двигать конечностями было проблематично. Во-вторых, в ванную кто-то зашёл минуты две назад, и по звуку это был Зонт. Только когда он моется можно услышать тихие всхлипы или (очень редко) стоны. В общей сложности, прекращать этот цирк смысла не было. Пятый уже должен был пойти на второй круг, как вдруг остановился. Восьмой не успел ничего предпринять, как его член взяли в рот, легонько покусывая. Он аж приподнялся, чтобы надавить на голову кудрявого сильнее, но его руки вернули в прежнее положение, а горячий рот отстранился. Вару, как ни в чём не бывало, продолжил слизывать сливки. И лишь один Пик чувствовал какую-то неудовлетворённость. Его сейчас такого лишили и ради чего? Впрочем, только Пятый мог это понять, чем активно пользовался. Он вычищал короля, съедая всё то, что сам нанёс. Конец спирали был где-то на пупке, так что валет всё время кружил недалеко от, в какой-то степени, эрогенной зоны, но не приближался. Пика пробивали мурашки, какая-то пытка на грани удовольствия или удовольствие на грани пытки, он сам не понимал. Вару всё-таки закончил лизать вокруг да около и довёл короля окончательно. Для него это было ужасно: он был уставшим и никак не мог кончить, потому что удовольствие было попросту недостаточным. Пятый смотрел на результат своей работы. Разгорячённый Восьмой, вероятнее всего, уже не в состоянии мыслить, явно желал только закончить это. — Хочешь ещё раз? — Нет… — Пик отвечал хрипло и еле слышно. — Ну ладно. Вару вновь уселся между ног и теперь целенаправленно взял член в рот, пропихивая его глубже в глотку. Сжимал стенки горла как мог, прикусывал ствол, всё, чтобы Пик расслабился. Напряжение в теле самого короля лишь нарастало. Он откинул голову назад, кусая губы, выгнулся, и направлял голову валета, лишь бы он брал глубже. Сам Пятый поднимался, опускался, наращивая амплитуду, качал головой вверх-вниз и сокращал стенки горла. Надолго Восьмого не хватило и он всё-таки кончил. Пока он пытался отдышаться, кудрявый слизывал кровь с его губ. — Ты пойдёшь мыться? — Довольно бодро спросил Вару. — Да, наверное. — Всё ещё хрипло отвечал Пик. — Тогда решай быстрее, а то Зонт там почти закончил. За стеной послышался очень громкий стон. — Закончил. Король не хотел вдаваться хоть в какие-нибудь подробности того, чем там занимался Шестой, он мечтал только отмыться от чужих слюней и лечь спать. — Я мыться. — Удачи, в кончу не вляпайся. — Вару! Дверь захлопнулась и Вару остался наедине с собой, решать уже свою двойную проблему: как быстро подрочить и не отхватить пиздюлей от Феликса за его любимые сворованные сливки.