Отражение смерти

Элен и Саймон приехали в агентство «Экскорд» — место, объединяющее убитых девушек. Детективы сидели в кожаных креслах в ожидании приглашения. Коридор, покрашенный в теплых тонах, был наполнен солнечным светом. По нему ежеминутно метались девушки в красивых блестящих нарядах, с туфлями на высоких каблуках. На стенах висели фотографии моделей. — Детективы Фостер и Хикс? — Из-за двери появилась голова молодого мужчины. — Да, — они ответили в унисон, приподнимаясь с кресел. — Проходите в мой офис. Элен и Саймон зашли в просторный кабинет. Внутри стоял круглый вытянутый стол, являющий рабочим местом Смиттерса. Позади стояли широкие шкафы с заставленными всевозможными бумагами полками. Сам Смиттерс выглядел как бизнесмен с картинки: высокий, с уложенными волосами, в солидном костюме. Его черные маленькие глаза казались хитрыми, у него была привычка прищуриваться. — Видите эти грамоты? — Хвастался мужчина, указывая рукой на стены. — Это заслуга наших ребят. «Журнал года», «Лучшая модель месяца» — всё наши награды. Элен расплылась в улыбке, пытаясь показать увлеченность, хотя ей было совсем не интересно. — Чай, кофе? — Нет, спасибо, — отрезала девушка, присаживаясь на стул напротив мужчины. Саймон с досадой посмотрел на коллегу, так как в отличие от нее, он бы не отказался выпить чашку кофе. Безумное дело совсем выматывало его. Парень не стал добавлять своих слов, поэтому беззвучно сел рядом. — О чем вы хотели поговорить? — Смиттерс уселся за стол, выставляя скрепленные в замок ладони вперед. — Вы уже слышали, что случилось с вашими сотрудницами: Самантой Бракс и Розой Флинн? Мужчина переменился в лице: — Да, слышал, — со вздохом произнес Смиттерс. — Ужасная потеря. Они были бесподобными, имели много поклонников, одни из наших лучших и успешных моделей. А Роза была еще совсем ребенком. Так жаль ее и ее мать. — Можно поинтересоваться: работала ли у вас Оливия Райли? — Да, ушла в отпуск меньше месяца назад, — мужчина стал более беспокойным. — Звезда журналов, победительница множества премий и конкурсов. Неужели ее тоже убили? — К большому сожалению, да. Смиттерс застыл в шоке. На его лбу выступили капельки пота, а в горле встал ком, и он не мог выдавить ни слова. Мужчина пальцами ослабил узел галстука на шее. — Нам очень жаль, — тихо сказал Саймон. — Она была самой первой жертвой, возможно, вы читали в газетах. Личность удалось установить недавно. Мужчина медленно кивнул. — Что же за монстр совершает эти чудовищные нападения? Что ему сделали эти бедные девушки? — Стараемся выяснить, мистер Смиттерс. Последний вопрос: какой у вас размер обуви? — Девятый, — директор оживился и вскинул брови. — А к чему вы спрашиваете? Неужели хотите сказать, что подозреваете меня? — Мы проверяем всех людей, которые так или иначе связаны с жертвами, — попыталась объяснить Элен. — С вами мы закончили, нужно только поговорить с сотрудниками, в особенности с теми, кто работал напрямую с убитыми. — Спросите у секретаря, Марка Конли. Он предоставит всю нужную информацию и сопроводит вас. — Спасибо, — детективы кивнули и вышли, оставив отчаянного мистера Смиттерса наедине с самим собой. Марк Конли приветливо встретил инспекторов и, выслушав их просьбу, провел их к каждому, кто был знаком с девушками. Фостер и Хиксу пришлось опросить более сорока человек, работающих в агентстве. Все сотрудники: фотографы, визажисты, костюмеры, верстальщики и редакторы, единогласно проявляли сочувствие к девушкам, рассказывали, какие они были замечательные, и как с ними было приятно работать. Из всех опрошенных мужчин девятый и десятый размер обуви имелся у большей части, почти все они оказались правшами. — Мистер Конли, вы держите документы с каждыми сотрудниками? — Конечно. Вся информация хранится в моем офисе. — А вы не могли бы вы в любое свободное время подъехать в Скотланд Ярд и завезти все имеющееся о Райли, Бракс и Флинн, если это возможно? — Думаю, с этим проблем не возникнет. Приеду после окончания рабочего дня. Саймон благодарственно улыбнулся и пожал ему руку. Они с Элен вышли из здания «Экскорда» и остановились перед машиной. — Что мы имеем? — Проговорил парень, листая блокнот с записями. — У нас не менее двадцати подозреваемых, не имеющих алиби в дни совершения убийств. Все утверждают, что никоим образом не причастны. Что-то наш допрос не сильно продвинул расследование. — Не отчаивайся раньше времени, Сай, — ободряюще ответила Элен. — Мы сделали первые шаги и смогли найти хотя бы какую-то связующую нить между жертвами. — Только эта связующая нить нас никуда не привела! Все, что в наших силах, это следить за каждой девушкой, работающей здесь. Как тебе план? — Саркастически подметил парень. — Думаешь, меня это дело приводит в восторг? Я также как и ты нахожусь в довольно затруднительном положении, потому что тоже не понимаю, что нам дальше делать! — Элен выпалила слова на одном дыхании. Девушка была на взводе: от выходящих эмоций у нее покраснели щеки. От каждого вздоха ее ноздри расширялись, и казалось, что оттуда скоро повалит дым, как у разъяренного быка. Между ними воцарилось тягостное молчание. — Ладно, прости, — Саймон ответил почти шепотом, неловко запинаясь, поняв, что он перестарался. Не секрет, что нервная Элен его пугала. Парень мягко прижал ее к себе, пытаясь утихомирить ее пыл. — Это дело давит на нас обоих. Садись, поедем в отдел. Девушка перевела дыхание и забралась в автомобиль. Всю дорогу они ехали в тишине, полностью погруженные в свои мысли. Весь мир словно шел кругом, не останавливаясь и не давая возможности ухватиться за что-то, чтобы рассмотреть детали ближе. День плавно перетекал в вечер. — Вызывали? — В дверном проёме показалась голова Марка Конли. Элен вздрогнула на стуле. Она сидела, упершись щекой в кулак и прикрыв глаза. В последнее время спалось плохо, если вообще удавалось. — Да, проходите, пожалуйста, — девушка рукой пригласила его в кабинет. Мужчина держал в руках толстую папку, из которой высовывались какие-то бумаги. Он поместил её на стол и раскрыл. Порывшись среди документов, он достал несколько листов и передал их девушке. Она пробежалась по ним глазами. Сонливость быстро сошла на нет, теперь Элен трепетала, имея на руках хоть какую-то информацию о всех трех девушках. — Мы можем их оставить у себя? По крайней мере, до окончания следствия. — Конечно, у нас в офисе есть копии. Я могу быть свободен? — Да, можете, но позвольте задать вам один вопрос. Мужчина напрягся, но одобрительно кивнул. — Что у вас с рукой? — Спросила Элен, головой указывая на длинную свежую ссадину на предплечье. Саймон оторвался от бумаг и также перенаправил все внимание на мужчину. Конли был озадачен вопросом, но, сдержав короткую паузу, ответил: — Я сейчас строю дом в Торнфилде. Пока перетаскивал доски, поцарапался о фасад здания. Элен не могла придраться к его словам, поэтому ей пришлось его отпустить.