Не убивай...

Антон с Катриной смотрят еще несколько секунд друг на друга, пока трель дверного звонка не раздается во второй раз. Они одновременно подрываются к двери. — Да ну, что ему у меня дома делать, — скептически говорит Шастун, оборачиваясь на девушку, идущую за ним, — Серега, наверное. Девушка перегоняет его прямо у двери, не давая ее открыть. — Спорим, что Арс? — она протягивает ему свою ладонь, поставленную ребром, как для рукопожатия, — на желание. Парень ухмыляется, но все же соглашается на спор, поэтому, дождавшись, когда Катрина «разобьет» их рукопожатие, не смотря в глазок, сразу же отворяет дверь и видит перед собой Арсения. Мужчина взлохмачен, на лбу виднеются капельки пота, глаза от чего-то красные. Он несколько мгновений смотрит на подростка, а потом, так не проронив и слова, подается вперед и обнимает его. Катрина стоит сзади них, оперевшись спиной на шкаф в коридоре, сложив руки на груди, и самодовольно улыбается. — Все-все, голубки, — она подходит к ним ближе и заставляет отстраниться друг от друга, — на пороге — плохая примета, — объясняет она свои действия. Брюнет с мальчишкой сначала смотрят на девушку, а потом сталкиваются взглядом друг с другом и улыбка невольно налезает на лицо обоих. Катя умиленно наблюдает за всем этим, а затем слегка толкает брата в плечо. Тот прикладывает ладонь к ушибленному месту и выдает возмущенное «эй». Девушка округляет глаза и кивает головой в сторону Антона. Арс резко вспоминает, с какими намерениями шел сюда, и вновь обретает виноватый вид. — Антон, — он делает шаг вперед, ближе к парню, — извини меня, пожалуйста. Я не должен был говорить… то, что сказал, — подросток опускает взгляд вниз, чтобы лишь не видеть этих голубых глаз. Арсений невесомо дотрагивается до его руки своей, — прости… Шастун от этого прикосновения и едва слышного «прости» вздрагивает и слегка теряется, но не отстраняется. Ему все-таки пришлось посмотреть на человека, от присутствия которого сердце всегда трепетало, а в районе живота будто затягивался толстый узел, кажется, такое обычно называют «бабочками». — Все нормально, — улыбается парень. Арсений облегченно выдыхает и улыбается ему. — С тебя желание, — шепчет Катерина на ухо Шастуну, проходя мимо него на кухню, оставляя мужчин наедине. Парню стало сразу как-то неловко, оставшись наедине с Арсением. Он стоял, неловко переминаясь с ноги на ногу, опустив взгляд в пол. Учитель же наоборот наблюдал за этими действиями мальчика с весьма широкой улыбкой. — Вы не хотите сходить со мной кое-куда? — неожиданно даже для самого себя спрашивает подросток. Арсений теряется и не знает, что ответить на столь некорректно поставленный вопрос, но спустя несколько секунд просто кивает, соглашаясь, не зная на что. — Я домой, — Катрина выходит вместе с ними из квартиры и подъезда, а затем они расходятся в разные стороны. — А куда мы идем? — наконец решается выяснить хоть какую-то информацию преподаватель. Он плетется сзади Антона, который тоже совсем не торопиться, а идет прогулочным шагом. Когда парень слышит вопрос, он оборачивается и глупо улыбается. Что у него в голове, известно ему одному. Арсений больше ничего не спрашивает, да и не приходится. Через несколько минут они заходят в подъезд, дверь в который почему-то оказывается открытой. Здание выглядит обшарпанным, и, по всей видимости, оно заброшено. Стены, изначально выкрашенные в желтый или оранжевый цвет (по нынешнему состоянию дома это достаточно сложно определить), стали серыми больше чем наполовину, окна на большинстве этажей расколоты или вовсе выбиты, стоят пустующие рамы, сделанные из дерева. На полу можно увидеть много пустых бутылок и баночек, в которых, скорее всего, до этого был алкоголь, разбитые стекла. Парни проходят десять этажей (Арсений посчитал) и останавливаются возле металлической двери, которая выглядит ничем не лучше самого дома. Подросток открывает ее одним движением, дернув на себя, и перешагивает за металлический порожек. Арс сначала с недоверием осматривает этаж, на стенах которого опять были какие-то странные рисунки-граффити и надписи, какие-то пугали, другие могли рассмешить, но, наверно, не в данной ситуации. Арсений сюрпризов никогда не любил. Не любил эту неизвестность и непонимание ситуации. Он все-таки идет за мальчиком, сразу чувствуя сильный, холодный порыв воздуха прямо в лицо, что заставляет его слегка зажмуривается. Он замечает знакомую фигуру в черной безразмерной куртке, которая при всем этом выглядит совсем легкой. Парень сидит на краю крыши и смотрит вглубь города, на разноцветные огоньки, исходящие из окошек других многоэтажек, фар машин, лампочек в фонарях. На ум всплывает когда-то полюбившаяся песня Дмитрия Колдуна про город больших огней, которую, казалось бы, автор посвятил своему родному городу, но Питер в данную секунду эта композиция описывала в точности. Мужчина подходит к подростку и присаживается рядом с ним. Дом может обрушиться в любой момент? Похер. Даже ничего не скажешь ему по типу: «Быстро отошел от края»? Нет, сяду рядом. Просто вместе, просто близко. — Это здание мы с Серым обнаружили года четыре назад, — начинает рассказывать парень, все так же глядя на «волшебные светлячки», так он всегда называл их, — беззаботные тогда еще были. Парень усмехается, Арсений глядит на него с неким умилением в глазах. Антон сейчас такой невинный, безобидный, милый… — Тут пожар был лет пять назад, не знаю, почему ее до сих пор не снесли… — Шастун пожимает плечами, — но с этой многоэтажкой у меня очень много воспоминаний… Он замолкает. Ветер обдает лицо холодными потоками, которые уже не кажутся такими противными и неприятными. — Часто тут бываешь? — спрашивает брюнет. Теперь он тоже смотрит на, казалось бы такую маленькую часть города, которую сейчас можно сравнить с целой вселенной с ее миллиардами планет и звезд. — Последний раз мы тут с Сережей были в сентябре, — Шаст отводит взгляд в сторону и смущенно добавляет, — ну, я Вам тогда звонил еще… Он уже собирается извиниться за все сказанное тогда, в не совсем (совсем не, если быть точным) трезвом состоянии, но учитель его опережает: — Ты тогда правду говорил? — он вновь вглядывается в лицо подростка. Тот слегка замялся, начал быстро тараторить какую-то чушь, но когда почувствовал на своем колене чужую ладонь, остановился и тоже посмотрел в ответ. Лицо мужчины находилось в нескольких десятках сантиметров от его, сейчас можно было рассмотреть все родинки с левой стороны шеи учителя, освещающейся уличными огнями. — Да, — шепчет Антон одними губами. Это «да», вероятно, становится своеобразным сигналом для Арса, ведь он в то же мгновение медленно тянется вперед, сталкиваясь с губами напротив. Антон чувствует взрыв внутри. Возможно, это можно сравнить с вспышкой Сверхновой, которую изучают все физики мира. Безумно волнительно и трепетно, но в это время так… правильно, нужно. Идеально. Пульс на шее и запястьях обоих увеличивается настолько, что кожа в этих местах готова разорваться. Не чувствуя сопротивления со стороны парня, Арсений запускает свои руки в русые волосы, мягко их сжимая и притягивает голову Антона ближе к себе. Он сминает его пухлые губы, захватывая в свой танец. Шастун неуверенно пытается отвечать на поцелуй. В первые же моменты он практически выпал из реальности, не веря в происходящее, но сейчас эти чувства настолько реальны, ощутимы, заставляющие полностью отдаться эмоциям. Когда воздух в легких уже заканчивается, Антон отстраняется и опускает голову, поджимая слегка опухшие, покрасневшие из-за прилива крови губы. Сейчас он выглядит виновато, словно побитый котенок. Арсений заставляет его посмотреть в свои глаза, потянув подбородок парня вверх. Шаст уже говорил, что в эти глаза он мог смотреть вечно? Так он скажет еще раз. Это ни с чем несравнимо. Просто два кристалла, внутри которых объединилось небо и море, слились все оттенки синих, голубых цветов с добавлением изумрудного и бирюзового. — Все в порядке? — мужчина обеспокоенно смотрит на парня, не понимая такой реакции. Антон кивает и кидается на мужчину, оплетая своими длинными конечностями его шею, утыкаясь носом куда-то в район между шеей и ухом. Брюнет сразу же притягивает его еще ближе к себе, чтобы расстояние между телами стало минимальным. Он оставляет несколько поцелуев на его макушке, шепчет на ухо какие-то приятные, успокаивающие слова нежным, бархатным голосом. *** — Алло, Сереж, — девушка сидит на собственной кровати с приложенным к ушной раковине мобильным телефоном, — не отвлекаю? — Привет, нет, — парень придерживает трубку плечом, так как одна рука занята бокалом, а вторая салфеткой, — что-то случилось? — Я не знаю, как сказать, — она трет переносицу и замолкает, на другом конце провода парень буквально замер в ожидании. Похоже, никто не любит сюрпризов, — я беременна… Снова тишина, по идее сейчас что-то должен говорить Сережа, ведь именно от него сейчас ждали реакции. — Я тебя понял, — он попытался сказать это максимально спокойным, но при этом серьезным голосом, и продолжил стирать пыль со стекла, — я сейчас на работе, могу потом подъехать к тебе? — он дожидается положительного ответа от девушки и завершает вызов. Катрина слышит гудки и откидывает телефон на другую половину кровати. Она поджимает колени ближе к себе, опуская на них лицо. *** — И что теперь? — Алексей нервно дергает ногой, хмуро глядя на отца, — этого мало! Тот кидает на него недовольный взгляд. — Что ты хочешь еще? Ты разобрался с этим твоим недодругом, отомстил. Что ты хочешь еще? — Второй уебан этой шлюхи меня избил, согласись, с этим тоже нужно что-то сделать, — он откидывается на спинку стула, забросив ноги на стол. — Ноги убрал, — зло рычит мужчина, — я еле договорился с адвокатами и прокурорами по поводу аварии, в которую я попал. Ты знаешь, сколько мне это стоило, чтобы другого водителя смогли признать виновным, а не меня? В этот момент в кабинет заходит секретарша, улыбаясь слишком приторно, отводя бедра назад, виляя ими. — Ваш кофе, Илья Андреевич, — она ставит сначала поднос на рабочий стол, затем опускает с него по одной чашке. — Спасибо, Ирочка, — Макаров улыбается ей не менее натянутой улыбкой и отпивает глоток кофе. Девушка уходит, оставляя мужчин в помещении снова вдвоем. — И что же ты хочешь с ним сделать? — спрашивает отец у сына, вновь разглядывая какие-то документы с напущенным вниманием. — Убрать, — обыденно отвечает тот и берет вторую чашку в руки. Макаров старший усмехается и запихивает бумаги в файл. — Я за твои действия ответственности нести не буду, — спокойно говорит он, — я и так не думаю, что они оставят без особого внимания то, что ты сбил очкарика, а если ты еще что-то сделаешь… — Они не смогут доказать, что это я, — слишком самоуверенно прерывает он мужчину. Тот вновь ухмыляется. — Кто ищет, тот найдет, — он встает с места, поправляет завернувшийся снизу пиджак и взмахивает рукой в сторону двери. — Все, иди, у меня совещание, — говорит он. Леша закатывает глаза и нарочно медленно покидает кабинет.