i need you

Nothing, nothing, nothing gon' save us now

(Теперь нас ничто, ничто, ничто не спасёт)

Казутора два года своего детства провел в исправительной школе, а затем еще на десять лет сел в тюрьму. Он был еще ребенком, но повидал столько дерьма, сколько не каждый старик за всю жизнь видел. И Казутора устал от этого дерьма. Устал от себя самого настолько, что хотел закончить свою жизнь прямо в тюремной камере. Он жил, терзая себя собственными мыслями. Дни в тюрьме шли медленно, и у Казуторы было достаточно времени обдумать всю свою жизнь и каждый свой поступок. За первый год он успел вдоль и поперек обсосать ситуацию с Шиничиро, Майки и Баджи. И легче от этого не стало. Казутора признал все свои ошибки. Сотню раз признал. Но ведь от этого время не повернуло вспять. Казутора не смог вернуться в ту чертову ночь и остановить себя. Еще через год мысли Казуторы вернули его в детство. Он начал искать причины своего несчастья в семье - отце тиране и вечно плачущей матери. По правде, не было у Казуторы никакого детства. Только постоянная тревога и страх. В то время как дети во дворе веселились и развлекались, он выслушивал истерику своей мамы. И не было никого, кто мог бы позаботиться о Казуторе, никого, кто подарил бы ему свое тепло и любовь. Он был всего лишь ребенком, обделенным заботой. Не удивительно, что к двенадцати годам Ханемия стал преступником. Даже внезапно появившиеся друзья не спасли парня от его криминальных наклонностей. Даже Баджи не спас. Признаться честно, Казутора не сразу вспомнил о существовании еще одной фигуры на доске его жизни. После смерти Кейске беловолосый парнишка исчез не только из поля зрения Ханемии, но и из его мыслей на какое-то время. Раньше Казутора испытывал к нему лишь одну эмоцию – ненависть. Подумать только, у этого мальчишки было все, что так желал Казутора – любящая семья, много друзей, харизма, положение в банде, свобода. И даже Кейске был рядом с ним. Казутора хотел убить его. Действительно хотел. Он подговорил Ханму и спустя пару дней с наслаждением наблюдал, как Баджи до полусмерти избивает своего заместителя. Потом Казутора всем сердцем желал оказаться на месте Чифую в тот день. Лучше бы Баджи выбил из него все дерьмо, а не поддакивал. Лучше бы накричал как следует, избил, привел в норму. Лучше бы он делал это до тех пор, пока Казутора бы не понял свои ошибки. На месте Чифую Мацуно должен был быть он, а мальчишка не заслужил такого отношения к себе. Спустя еще какое-то время Казутора начал расспрашивать Доракена о Чифую. Тот говорил, что Мацуно не выглядел несчастным, он даже смог найти себе подработку. Сначала Казутора успокоился и внутри себя порадовался за успех блондина. Но что-то не давало ему покоя. Он чувствовал себя ответственным за все несчастья, что случились с Чифую. Он хотел взять за них ответственность, но сидя за решеткой мало что мог сделать, а сам Чифую к нему идти не спешил. Однажды ночью, смотря в бетонный потолок и слушая шум сильного дождя снаружи, Казутора понял одну вещь. Баджи отдал свою жизнь за него и Майки, за их примирение. Но, даже преследуя такую благородную цель, Кейске не подумал, к каким последствиям это приведет на самом деле. Казутора не хотел жить, у него не было никакой цели и мечты уже давно. Он ощущал это уже после того, как вышел из исправительной школы. Да, он «мечтал» убить Майки, но на самом деле его душа была пуста. Теперь же он не мог умереть, ради Баджи он продолжал существовать в этом сером и унылом мире, уже несколько лет находясь за решеткой. А там, на свободе, жил мальчик, у которого была и мечта и цель. У него было счастье, был любимый человек. У него была хорошая жизнь. И Баджи не подумал о том, как его мальчик будет страдать. Казутора подумал, что раз уж он остался жить благодаря Кейске, то мог бы помочь его самому близкому человеку. В конце концов, кто лучше Ханемии сможет понять Чифую? Баджи пожертвовал собой, и теперь Казутора отдаст ему должок через Мацуно. В конце концов, Казутора начал видеть в этом какую-то жизненную цель – вернуть Чифую то, что когда-то забрал. Эта мысль помогла продержаться в стенах тюрьмы еще несколько лет. Он совсем не знал Чифую, но уже был уверен, что он ему понравится. И Казутора был готов из кожи вон вылезти, чтобы Мацуно принял его. Конечно, после их встречи в тюрьме Ханемия мечтать не мог, что парень примет его с распростертыми объятиями. Он и думать забыл о том, что Чифую сможет быть для него кем-то вроде друга. Вообще, увидев повзрослевшего Мацуно Казутора и сам понял, как ему было нелегко все это время. Так сказать, рыбак рыбака видит издалека. И да, Казутора уже тогда был готов на коленях просить прощения. Где-то на периферии сознания Казутора чувствовал, что тоже нуждается в поддержке Чифую. Ханемия бы хотел, чтобы они не ненавидели друг друга. Если бы только Чифую думал о Казуторе так же, как Казутора думает о Чифую… Чем ближе был срок его освобождения, тем сильнее Тора впадал в свои мечты. Он твердо решил, что на этот раз все будет по-другому. Да, его друзья, «Свастоны», распались. Его ждал совершенно другой мир. Но теперь у Казуторы был впереди маяк, на который он в предвкушении смотрел издалека – Чифую Мацуно. Конечно, он боялся, что друг Кейске его отвергнет, видеть не захочет. Но Доракен упоминал, что Чифую расспрашивал о Казуторе, и это грело его сердце и давало надежду. Надежду, что на этот раз он сможет доказать, что исправился. Он завоюет прощение Чифую, покажет, на что готов ради этого. Он выполнит свой долг перед Баджи и, возможно, наконец-то получит все то, чем его обделили в детстве. В конце концов, Казутора просто надеялся на взаимность. Ни о какой любви и речи не было. Серьезно, Ханемия ведь совсем Чифую не знал. Они были все равно, что незнакомцы друг другу. Просто… Просто весь мир Казуторы почему-то выстроился вокруг Чифую. И Казутора на самом деле был собственником, поэтому немного расстроился , когда впервые узнал о пьяных приключениях Чифую. Ханемия начал зависеть от Мацуно не только в финансовом плане, но и в эмоциональном. Он слишком быстро к нему привязался (даже не смотря на агрессивное поведение Чифую в начале) и не ожидал, что парень так жестко с ним поступит. А потом… А потом все так закрутилось, что Казутора забылся. На целый месяц он выкинул из головы все, что держал годами. Он просто позволил себе быть счастливым рядом с другим парнем. Он разрешил себе слишком многое, на самом деле. Казутора думал, что достаточно узнал Чифую, живя с ним рядом. Он научился разглядывать за его маской безразличия и агрессии боль, которую Чифую не мог прожить. Он научился по одному взгляду определять мысли парня, его настроение. Он выучил его привычки – душ каждое утро, первая сигарета в обед, полбутылки вина вечером каждого выходного дня. Выучил каждое выражение лица Чифую. И чем больше он его узнавал, тем больше влюблялся. А вообще, Казутора стал слишком мягок рядом с Чифую. Слишком, для этого мира, который никогда не давал Торе ничего, кроме боли и разочарований. Пожил спокойно в собственной сказке целый месяц? Будь добр, отплати своими страданиями, Казутора Ханемия. Казутора не хотел злиться на Чифую, по крайней мере, очень старался. Но чем дальше, тем сильнее были эти эмоции.

- Я не хочу отношений. Понимаешь? Мне лучше быть одному. Поэтому я не буду влюбляться в тебя, Тора.

Глупый, строптивый, чересчур языкастый мальчишка. Ведет себя как маленький. И Казутору начинает это бесить. Потому что он реально старался. Старался, чтобы, в конце концов, прийти к такому финалу. После разговора с Мацуно он возвращается в гостиную. Футона, что валялся рядом с диваном на полу, уже не было, хотя Тора помнил, как видел его с утра. Что ж, отлично, значит, теперь он снова спит в одиночестве. Что делать дальше-то? Казутора вроде как обещал, что будет добиваться свою любовь. Но как это сделать? Ясно, что все романтические поползновения в свою сторону Чифую будет воспринимать в штыки. Может, просто затаиться и жить дальше, как ни в чем не бывало? Правда, Мацуно довольно непредсказуемый, нельзя понять ход его мыслей. В голове крутился образ Ханмы, его холодные глаза и очки Кисаки в кармане мешковатой кофты. А что если Казутора не сможет помочь Чифую? Он станет… таким же? Тогда получается, Ханемия не сможет вернуть Баджи должок. Парень устало заваливается на диван, уставившись в потолок. Тянуло в сон, но вряд ли его ждали радужные сны. Скорее, очередные кошмары и непонятные иллюзии. Попадать в мир сновидений не хотелось, Казуторе и в реальности хватает кошмаров. Ханемия закидывает затекшие ноги наверх и чувствует, что в кармане его брюк что-то мешает. Запускает руку внутрь и с удивление достает пачку купюр. Черт, забыл. Первая зарплата, которую он получил позавчера. В тот день о деньгах как-то не было времени подумать, вот он и запихал их в карман, благополучно забыв. А куда, собственно, ему тратить эти деньги? Казутора крутит в руках пачку, размышляя. В самом начале он планировал чуть подкопить и снять отдельную квартиру. Думал, два-три месяца работы и можно будет съезжать от Чифую. А теперь что? А теперь уезжать никуда не хотелось. Так ничего дельного не придумав, Ханемия убирает зарплату обратно в карман и поворачивается на бок. Глаза сами по себе слипаются и Тора уже не противится своей сонливости. В конце концов, ему нужен отдых.

***

- Идиот, - шепчет Чифую себе под нос, когда Казутора пропадает из зоны видимости. – Непроходимый дебил. Нужно же тебе было рот свой раскрывать. Мацуно хлопает себя по лбу ладонью и с усталым стоном утыкается в стол. Все вышло… не совсем так, как он того хотел. Разговор какой-то скомканный, с пассивной агрессией и очередной порцией недопонимания. А Чифую всего-то хотел прояснить, что не будет больше переступать черту их с Торой дружбы. Он надеялся на понимание со стороны друга, а тот такое заявил…

- Все нормально. Если не можешь сейчас, я подожду.

От одного воспоминания о сказанном Чифую краснеет, то ли от злости, то ли от смущения. Да за кого его тут принимают? За глупую героиню романтической комедии?! Что еще за «подожду»?! Чифую не кисейная дама, если сказал нет, значит - нет. Не нужны Чифую никакие отношения. Совсем не нужны. Он глубоко заблуждался, когда захотел взаимных чувств. Как же это глупо. Глупо! Ведь Чифую не зря придумывал для себя все эти правила – без поцелуев, без близких отношений. Не зря он избегал чувства влюбленности годами. Совсем забыл, каково это, и вот тебе, получите, распишитесь. Мерзкое это чувство. Пробирает до костей, вызывает только тревогу и стресс, потому что не понятно, что с ним делать и как жить. Любовь самая переоцененная в мире вещь, и нуждаются в ней только подростки. А Чифую, взрослому, состоявшемуся человеку, любовь нахер не сдалась. Он ценил дружбу. И эта связь ему казалась куда крепче. Друг останется с тобой на долгие годы, он не будет требовать от тебя беспрекословной верности, не придется менять свой образ жизни ради друга. Можно одновременно иметь много друзей, и никто ни на кого не будет обижаться и ревновать. С другом можно и выпить сходить, и в киношку вечером, и по парку прогуляться, и дома в приставку сыграть. И дружить с Торой было определенно круто. До тех пор, пока Чифую не начал замечать в их отношениях романтический подтекст. И с удивлением обнаружил, что пытается выжать из этих отношений все, что недополучил в подростковом возрасте. И это не правильно. А если не правильно, нужно исправлять… Чифую слышит, как в гостиной Казутора укладывается спать. Пересекаться с ним сейчас не хочется, и парень решает дождаться на кухне, пока сосед уснет. Мацуно больше не будет спать с Казуторой. И не будет спускаться к нему по ночам, какие бы кошмары не снились. Нужно держать себя на расстоянии… Спустя пару минут Чифую понимает, что проголодался. За сегодня он съел только завтрак, что приготовил Ханемия, больше ничего в горло не лезло. Но сейчас похмелье отступило, а аппетит разыгрался с новой силой. Парень обшаривает холодильник, находит онигири, которые он заказывал еще вчера, и успокаивается на этом. Шаря по шкафам в поисках чистой посуды, чтобы выложить онигири, Чифую цепляется взглядом за угол кухонного стола. Парень несколько секунд тупо смотрит на столешницу, пытаясь понять, что его так смутило. Выглядит пустовато, или это только кажется? Вроде, все как всегда. Не найдя в своей голове разумного ответа, но зато найдя для себя тарелку, Чифую садится обратно за стол. Что ж, завтра ждет новый день с новыми возможностями. Чифую нужно набраться сил и решимости действовать по намеченному плану, чтобы вернуть свою жизнь в прежнее русло. Придется отойти от Казуторы на пару десятков шагов, чтобы вновь вдохнуть полной грудью, не испытывая чувства сожаления и этой чертовой влюбленности. О, да. Ханемия потом сам ему спасибо скажет, когда его чувства тоже пройдут. Потому что это неправильно… Дожевывая последний онигири, Чифую невольно вспоминает весь прошедший месяц. Да, был определенно весело. Он как будто вернулся на несколько лет назад, когда бесконечные проблемы и навязчивые мысли его не тяготили. Казутора, только вышедший из тюрьмы, показал Чифую, каким ярким может быть мир вокруг. Что он бывает не только серый и унылый, но и завораживающий. В глазах Ханемии все, что их окружало, было завораживающим.

***

*двумя неделями ранее* - Так, хорошо, а как насчет свиданий? Такой красавчик как ты точно был завален приглашениями весело провести свободное время. Чифую многозначительно пожимает плечами, отпивая горячий кофе из стаканчика. На улице ночью становилось морозно, и парень решил согреть руки теплым напитком. - Да я как-то не очень, - отзывается он, искоса поглядывая на Казутору. Тот шел рядом, озираясь по сторонам и пытаясь разглядеть еще какое-нибудь интересное место, куда можно затащить друга. - «Не очень» что? – Тора поворачивается к Чифую и улыбается. - Не очень хожу на свидания. Пустая трата времени. - Эээ, а как же романтика? Ты слишком серьезен для человека, который любит смотреть любовные драмы. Парни присаживаются на лавочку возле небольшого кафе. Чифую все пьет свой кофе, и Казутора с наслаждением вдыхает свежий воздух. Атмосфера ночного города была ему по душе – яркие огни, меньше людей и машин, небо темное. Было в этом что-то мистическое, подгоняющее делать всякие глупости. - Романтика нужна влюбленным парочкам, а я заводить отношения не собираюсь, - Чифую делает последний глоток и одноразовый стаканчик отправляется в урну неподалеку. Теперь греть пальцы нечем, и парень прячет их в карманы толстовки. Мацуно уже очень долго не выбирался из дома после работы, чтобы просто прогуляться. С его точки зрения, это было как-то по-детски. Ночная обстановка завораживает подростков, влюбленных и пьяных. Нормальные люди, в понимании Чифую, к закату солнца уже валились с ног, уставшие после тяжелого трудового дня. Да и вообще гулять ему было не с кем. - Если бы в моей жизни появился человек, с которым я захотел бы завести отношения, то конечно я бы пошел с ним на свидания, - начал размышлять Чифую. – Чтобы узнать его получше. На свиданиях ведь это делают? Когда-то Чифую перечитал огромное количество манги, где главные герои ходили на свидания со своими возлюбленными. Но сути этих действий не особо уловил. Все эти свидания практически ничем не отличались от его обычных прогулок с друзьями. Разве что имели романтический контекст, и в конце иногда герои целовались. Став взрослым, Чифую все еще плохо понимал смысл свиданий. Но Такемичи очень любил проводить свободное время наедине с Хинатой, водил её по разным местам, и потом с жаром рассказывал об этом своему лучшему другу. Если смотреть на этих двоих, свидания очень сближают людей. - Я не знаю, что делают на свиданиях, потому что никогда на них не был, - смеется Казутора, разглядывая порозовевшее лицо Чифую. – Но! Если все так, как ты говоришь, и на свидания ходят, чтобы поближе узнать друг друга, тогда получается, что я тебя сейчас на свидание позвал. Ханемия снова улыбнулся, рассуждая над своей логической цепочкой. Чифую фыркает и отворачивается, чувствуя, как уши краснеют. - Это не может быть свиданием, мы же не влюблены друг в друга, - чеканит он. Ханемия согласно кивает и осматривается вокруг. Вдали он видит будку с цветами, и внезапная идея озаряет его голову. - Давай сделаем вид, как будто мы на свидании? - З-зачем это?! – вскрикивает Мацуно. – Ты чего удумал?! - Ничего такого, - татуированный поднимает руки. – Просто подумал, вдруг мне или тебе в будущем кто-нибудь понравится. А мы даже на свиданиях не были, ну я уж точно. И непонятно, как себя вести. Поэтому надо отрепетировать. Чифую устало закатывает глаза. Попахивает каким-то разводом. - Не будь таким скучным, Чифую Мацуно, - Казутора толкается в плечо и встает с сиденья. – Это просто повод немного повеселиться. На свиданиях принято дарить цветы, так что пошли, давай. Он тянет за руку парня. Тот хочет было возразить, но только усмехается над повеселевшим Казуторой. - Если ты не был на свиданиях, откуда знаешь про цветы? – спрашивает Чифую на ходу, когда его уже ведут по направлению к цветочному магазинчику. Тора затирает что-то про «у меня могут быть свои секреты», и Мацуно больше не возражает. Это выглядит до смешного странно. Два парня, уже довольно взрослых, врываются в магазинчик. Первый удивленно разглядывает все виды цветов, щупая все, что можно, а второй молча за ним наблюдает. Чифую все эти розочки-ромашки не особо интересуют. Покупать дорогущий букет, чтобы он завял через пару дней и портил общий вид? Взгляд Мацуно падает на странные растения недалеко от него. Довольно экзотические для Токио, парень не помнит, чтобы видел их ранее. Цветок напоминает по форме шар, лепестки маленькие, но их много. И цвет такой яркий, желтый. - Что это? – спрашивает Чифую у девушки-консультанта. Та расплывается в дежурной улыбке. - Георгины, господин. Их в Японии трудно достать, но у нас есть один хороший поставщик. Цветы выглядят необычно, вы точно сделаете приятный подарок. Чифую снова разглядывает так называемые георгины, раздумывая. - Красивые, - произносит Казутора, тоже засматриваясь на цветы. – Может, их купим? Парень пожимает плечами. Вообще, без разницы, гербарий из каких цветов придется в итоге выбрасывать. Но эти и вправду были красивыми. - Просто признай, что у тебя мания на желтый, - усмехается Чифую, дергая Казутору за осветленную прядку. Тот обиженно шикает и заправляет волосы за ухо. – Упакуйте нам пять этих цветков, пожалуйста. Девушка кивает и принимается оформлять покупку. Цветы нравятся Чифую, потому что они выглядят совсем иначе. Необычно, как сказала работница магазинчика. И этим напоминают ему Казутору. Такие же диковинные и яркие. Как раз для Ханемии. - Эй, а разве не я должен был подарить их тебе? – разочарованно спрашивает татуированный, когда они оба выходят из магазина и Чифую передает ему букет. – Это же я тебя на свидание позвал. - Не ёрничай, Ханемия, у тебя денег нет меня цветами задаривать, - ворчит Чифую. - Окей! Тогда я подарю тебе цветы, когда у меня будут деньги! Мацуно снова закатывает глаза, а Тора смеется, прижимая к груди букет. Ему никогда не дарили цветы.

***

«И когда он успел их выбросить?», раздраженно думает Чифую, разглядывая пустое место на кухонном столе. Этот букет пах и цвел на кухне около пяти дней, а потом благополучно завершил свое превращение в дряхлый веник. И простоял еще неделю. Хорошо стоял и никого не трогал, даже выбрасывать его не хотелось. Почему не хотелось? Ну, при виде него Чифую становилось тепло и спокойно. Даже когда цветки начали отваливаться и падать на столешницу рядом с вазой. В конце концов, кто он такой, чтобы трогать подарок Казуторы. Порывшись в воспоминаниях, Мацуно решил, что цветы выкинули скорее всего вчера. Был ли это порыв злости, или Казуторе все-таки надоел гербарий в квартире, было непонятно. Но впервые Чифую стало жаль.

***

- Доброе утро, - Тора неспешно натягивает на себя толстовку, наблюдая, как Мацуно проходит к ванной. Тот кивает и скрывается из виду. От привычного голоса коробит. Каждое утро Чифую слышит эти слова. И если раньше он был готов просыпаться по утрам только чтобы вновь их услышать, то теперь они неприятно тяготили душу. И когда Чифую подумал, что, возможно, он слышит эти слова последние дни, стало невыносимо тоскливо. Неловкости между ними становятся все больше, и Казутора это чувствует. Ночные размышления привели его к тому, что пора заканчивать все это. Уже который день он находился в нереальном напряжении, боясь, что в следующую секунду весь его мир взорвется на мелкие частички. Они оба жили рядом друг с другом, будто на пороховой бочке. И Казутора хочет немного остановиться, продышаться. Просто понаблюдать за Чифую и решить, как ему действовать дальше. - Извини, я сегодня немного проспал и не успел ничего приготовить, - кричит Ханемия, когда Мацуно выходит из ванной. - Ничего страшного, я не голоден, - отзывается тот, стоя в проходе между гостиной и коридором. На самом деле – голоден. Но есть приготовленную Казуторой стряпню желания нет, совесть грызет. Чифую выглядит немного подавленным, но пытается это скрыть. Он мало говорит, держится поодаль от Казуторы и выкуривает две сигареты за утро. Казутора не влезает в его личное пространство, искоса поглядывая на парня. Его сердце сжимается, когда Мацуно в очередной раз расфокусированно смотрит куда-то вдаль, не обращая ни на кого внимания. На работу они снова едут вдвоем. Ханемия садится в машину своего босса, тот едет сегодня не спеша, не отвлекаясь от дороги. Парню это напоминает их первую встречу после тюрьмы. Чифую тогда так же был сосредоточен, чтобы лишний раз не обращать внимания на Казутору. Они не болтают, как раньше. Оба думают о чем-то своем и не замечают, что аура между ними начинает сгущаться все сильнее.

***

- Я могу купить тебе кофе, - предлагает уже в который раз Казутора. Чифую прикрывает один глаз ладонью, опираясь о стол. – Или езжай домой. - Все со мной в порядке, прекрати, - отмахивается парень, возвращаясь к бумажной работе. Мысли расползаются в разные стороны, а руки предательски дрожат. Чифую пытается унять беспокойство внутри себя, пару раз делает глубокий вдох. Это не особо помогает, поэтому парень закрывает глаза, в попытке абстрагироваться вообще от этого мира. Он не замечает, когда Казутора подходит слишком близко. Только резко дергается, когда знакомая ладонь падает на его плечо. - Ты сегодня странный. Мацуно сбрасывает руку Ханемии, откидывается на спинку стула, подальше. Он смотрит на татуированного, нахмурив брови. Казутора воспринимает этот взгляд и действия парня, как нежелание больше разговаривать, и отходит. Но когда он отворачивается, Мацуно снова пробирает дрожь. Да что же он творит?.. План Чифую кажется ему превосходным, правильным и идеальным. До тех пор, пока рядом нет Казуторы. До тех пор, пока Чифую не думает о том, сколько времени они провели вместе. И когда это происходит, ему кажется, что все это какое-то предательство. Но Чифую не привык изменять себе. Раз уж задумал что-то, нужно идти до конца. Неважно, какие будут последствия. Чифую устал чувствовать себя виноватым, устал бояться совершить неправильный поступок. Он поднимает глаза на Казутору, который в это время занят с животными. Сегодня он ведет себя иначе. Не пристает к Чифую с глупыми вопросами, не пытается постоянно его коснуться и вообще не трогает Мацуно лишний раз. Он постоянно занят чем-то другим, лишь изредка поглядывая на начальника и предлагая ему свою помощь. Мацуно даже бесится от этого. Вчера Казутора выглядел решительным, когда говорил о том, что готов ждать. Тогда почему ничего не предпринимает? О боги, нет! Чифую определенно не хочет, чтобы Казутора что-то предпринял. Чифую думает, что, возможно, этот день стоило провести по-другому. Он мог бы на день забыть о всем, что произошло. Проснулись бы вместе в гостиной, позавтракали, прогулялись по городу, вечером посмотрели бы фильм. Но тогда станет еще тяжелее отказаться от всего этого. Казутора увлеченно играется с котятами, не замечая, как Чифую уже откровенно на него пялится. Если бы в этот момент он обернулся, то заметил бы, сколько боли и сожаления в глазах любимого. Он бы почувствовал, что что-то не так. Спросил. Казутора допытывался бы до Чифую, пока тот не скажет правды. И может, тогда Чифую бы передумал. Потому что в глубине души он не хотел снова остаться один… «Ты и правда очень красивый, Казутора, - думает Мацуно, когда лицо Торы озаряет широкая улыбка. – Если бы мы только могли встретиться немного в другой реальности». В реальности, где Чифую Мацуно нет смысла бегать от своих чувств. Парень нехотя отводит взгляд от своего работника, возвращаясь к пустому листу бумаги. Нужно написать лишь пару предложений, это поставит окончательную точку, придаст уверенности. Немного подумав, Чифую берет в руки черную ручку и неспешно выводит иероглифы на бумаге. «Требуется работник на полставки» Скоро табличка ему понадобится, но пока Чифую прячет её в стопке других бумаг.

***

Казутора с каждой секундой ощущает, почти физически, как пропасть между ним и Чифую разрастается. Это пугает, вызывает сильную тревогу. Но Ханемия решил не лезть к Чифую сейчас, не допытываться у него причин странного поведения. Просто ждать. Где-то на периферии сознания билась мысль о том, что этим ожиданием Казутора только все портит. Мол, да, жди давай, пока полностью все не разрушилось. Стой в стороне и наблюдай, как твой любимый человек от тебя отдаляется. А что еще-то делать? Хватать за руку, признаваться в любви, просить остаться? Что за глупости… Даже если Чифую захочет все разрушить, Казутора уже не уверен, что будет ему препятствовать. Это его решение. Но когда они уже едут домой, Ханемия снова чувствует огромную дыру между ними. И очень хочется её срочно чем-то заполнить. Нужно сделать что-то, чтобы Чифую понял всю серьезность чувств Казуторы. Нужно сделать что-то, что снова вернет их прежние отношения… - Чифую, - тихо зовет Тора, когда они подъезжают к дому. – Мне нужно кое-куда сходить ненадолго. Иди пока без меня. Мацуно неоднозначно пожимает плечами, и парень быстрым шагом удаляется. Голубые глаза еще пару секунд прожигают его спину, а затем Чифую заходит в дом. Идея, пришедшая на ум Казуторе, казалось странной и ребячливой. Но он, вроде как, дал Чифую обещание. Поэтому направился к ближайшему цветочному магазину. Благо, денег у него на этот раз было хоть отбавляй.

***

Чифую начинал нервничать сильнее. Ходил из стороны в сторону по гостиной, намечая ход предстоящего разговора. Куда же ушел Казутора? Даже ничего не объяснил. Вообще то, Мацуно боялся и одновременно ждал наступления этого вечера. Потому что все самое сложное он отложил именно до вечера. - Соберись же, - вторил он сам себе под нос. Чифую и Казутора провели вместе чуть больше месяца. За месяц невозможно настолько привыкнуть к человеку. Невозможно. И Чифую не понимал, почему его сердце так колотится при мысли, что скоро все закончится? Казутора – источник опасности. Он переворачивает всю жизнь с ног на голову. Из-за него Чифую забывает что-то важное и чувствует что-то, чему не может найти объяснение. Звук открывшейся двери и знакомых шагов в прихожей заставляет Чифую застыть на месте. Душа убежала куда-то в район ног и застыла вместе с парнем. Ханемия неспешно проходит в гостиную. В его руках огромный букет красных роз. Он неловко улыбается, завидев Чифую. - Прости, немного пошловато, да? – спрашивает, оглядывая букет. – Красные розы. Но я не придумал ничего лучше. Чифую тупо пялится на Казутору с цветами. Да он издевается… Парень неуверенно протягивает букет вперед, заливаясь краской. По его расчетам, Чифую должен был как обычно съязвить, они бы посмеялись и все встало на свои места. Но Чифую молчит. Казутора видит, как тяжело ему стало дышать, и пугается. Опять он сделал что-то не то. - С-спасибо, - тихо отзывается Мацуно, принимая подарок. – Не надо было. - Нет же! Помнишь, я сказал, что когда у меня будут деньги, я подарю тебе цветы? Вот, дарю, - Тора махает руками и смущенно улыбается. «И подарю еще тысячи букетов, если это заставит тебя забыть обо всем плохом». - Тогда, получается, мы в расчете, - усмехается Мацуно и кладет подарок Казуторы на столик рядом. – Чудно. Он не выглядит счастливым, и долгожданное облегчение к Ханемии не приходит. Что ж, не следовало рассчитывать на многое. Чифую стоит на месте около минуты, собираясь с мыслями. Выходка Торы выбивает его из колеи, но делать шаг назад поздно. Щеки снова заливаются краской от мысли, что ему впервые в жизни подарили цветы... Казутора... Татуированный стоит в стороне, затаив дыхание. Чувствует, что сейчас случится что-то непоправимое и ужасное. - Казутора, нам надо разъехаться, - наконец произносит Мацуно, не поворачиваясь лицом к другу. Страшно. - Чего? Казуторе кажется, что его коротнуло. Все внутри замерло, оборвалось и превратилось в пепел. - Я устал. Хочу чтобы ты уехал. Сегодня, завтра. Неважно. Просто уезжай. Чифую до сих пор не поворачивает голову в ту сторону, где прямо сейчас готов умереть Казутора. Он боится, что если вновь увидит эти янтарные глаза - пропадет. - Устал? Казутора готов кричать. Что-то вроде "а я по-твоему не устал? терпеть эту боль, не устал?". Но только раскрыв рот, понимает, что еще слово и слезы брызнут из глаз. - Я не отвечу на твои чувства, как бы ты не старался. Это причиняет боль нам обоим. Тора, давай просто разойдемся и забудем это время, как страшный сон. Так будет лучше. Вот оно, то самое ужасное и непоправимое. Глубина пропасти между ними сравнима с Марианской впадиной. Ханемия глубоко вдыхает и сжимает до боли кулаки. Невозможно закончить все так. Нет. Ведь он только начал чувствовать себя дома. Он только смог ощутить себя нужным и важным. Он только почувствовал любовь... - Кому лучше? - спрашивает Ханемия хриплым голосом. - Чифую, оглянись ты вокруг. Нам было хорошо вместе. Разве нет? Разве весь этот месяц ты просто терпел меня? Нет, не правда. Позволь мне остаться рядом с тобой. Не важно, любишь ты меня или нет. Даже если твое сердце отдано Баджи, даже если я не привлекаю тебя как парень. Прошу, Чифую. Я обещаю, что сделаю тебя самым счастливым. Я жизнь ради тебя отдам. Мы не должны расходиться сейчас. Мы нужны друг другу. - Хватит! Молчи! - кричит Мацуно, затыкая уши руками. - Я не хочу, не могу! Ты должен уйти. Немедленно. Потому что ты - проблема. Из-за тебя я чувствую себя слабым. Из-за тебя все в моей жизни пошло не так. Уходи, я просто хочу спокойствия. Мне не нужна твоя помощь. Я прекрасно жил без тебя. Без твоих чувств. Внутри Казуторы после каждого слова что-то закипает. Он чувствует себя каким-то жалким червем, которого Чифую вот-вот раздавит. - Мне жаль тебя ранить, но по-другому нельзя, - продолжает Мацуно. - Только так мы оба сможем жить спокойно и счастливо. Прошу, пойми меня и забудь о своей влюбленности. Мы больше не будем жить вместе, и на работе я тебя больше не жду. Чифую затихает, закрывая глаза. Он вот вот разрыдается, но держится до тех пор, пока Казутора стоит позади. Он ждет, когда Ханемия возразит ему. Ждет криков, уговоров. Ждет очередного признания. В конце концов, ждет, когда его схватят за руку и развернут к себе. Все тело бросает в холодный пот и от этого становится неприятно. Долгая тишина, Казутора ничего не предпринимает. Затем несколько удаляющихся шагов. Хлопок двери. Чифую резко разворачивается. Гостиная пуста, в ней только хозяин. Он ушел. Ушел, как Чифую и попросил. Без сил, чувствуя у себя на плечах тонну неоправданных ожиданий и чужого разочарования, Мацуно падает на пол, закрывая лицо руками.