i need you

I wanna fuck you slow when the lights on (Я хочу медленно заниматься с тобой любовь при включенном свете) You're the only one I've got my sights on (Ты единственный, на кого я обращаю внимание)

Казутора закрывает за собой тяжелую дверь и щелкает замком. Чифую, стоящий спиной рядом со своим рабочим столом, оборачивается. Он выглядит будто маленький кролик, загнанный лисицей в ловушку. Тяжело дышит, смотрит на Тору из-под опущенных ресниц и бесстыдно краснеет. Ханемия понимает, что выбора у него уже нет, этот парень одним взглядом заставляет действовать, без слов. Кто тут еще лисица? - Ну наконец-то, - шепчет татуированный, делает шаг в сторону Чифую. Еще шаг. Ближе и ближе. А Чифую усмехается, опирается задницей о стол и ждет Казутору. - Так долго ждал, что уже невтерпеж? Я, знаешь ли… - фраза обрывается, когда Казутора вжимает Чифую в стол, расставив руки по бокам и тем самым не давая Мацуно сбежать. Не в этот раз. У Чифую губы кажутся идеальными, влажными и нетерпеливыми. Казутора прижимается к ним сильнее, вдыхая аромат мыла и кофе, который окутывает кожу Чифую. Он просто умопомрачительный, и Торе срывает крышу. Он впивается пальцами в бедра парня, от чего тот обиженно скулит, сжимая плечи Ханемии. Поцелуй становится слишком влажный, когда Чифую буквально вылизывает рот Казуторы. Татуированный одним движением приподнимает горячее тело и опускает на поверхность стола. Чифую сам не замечает, как сильнее раздвигает ноги, позволяя Казуторе прижаться еще ближе. В голове Ханемии проносятся давние события, когда Чифую, будучи пьяным, позволил ему зайти чуть дальше поцелуев. Но та вспышка ни в какое сравнение не шла с тем, что происходило сейчас. Это в сто тысяч раз превосходит все ожидания и мечты. Потому что Чифую сейчас стонет ему в губы не потому что выпил, а потому что хочет его. Он позволяет снять с себя рубашку, не разрывая поцелуй, как будто боится, что если Казутора отодвинется хоть на миллиметр, тут же передумает. Такой серьезный и непоколебимый в обычной жизни, сейчас Чифую дрожит от нетерпения и страха, что что-то может пойти не так. В руках Казуторы он согласен абсолютно на все. Казутора осторожно давит на плечи Чифую, заставляя его полностью лечь на стол, и прекращает поцелуй. Парень снова обиженно скулит, но в следующее мгновение с его губ срывает удивленный вздох, когда Казутора прикусывает нежную кожу на шее. Он тут же зализывает место укуса и повторяет то же самое чуть ниже. Чифую под ним закусывает губу и с силой сжимает пальцы на плечах татуированного. С каждый укусом по его телу проходится разряд тока, от которого хочется сильнее прижаться пахом к Казуторе и вскрикнуть. Наконец, Ханемия отвлекается от белоснежной кожи парня, и возвышается над ним. У Чифую красные щеки и до ужаса милые глаза, расфокусированный взгляд и сдвинутые к переносице брови. - Прекрасный, - шепчет Казутора, вновь прижимаясь губами к Чифую. – Самый лучший… Красивый… Прекрасный, - продолжает он, покрывая лицо любимого невесомыми поцелуями в нос, лоб, щеки и виски. - Какой же ты болтливый, - ворчит Мацуно и загнанно дышит. Он обвивает руками чужую шею, притягивает еще ближе к себе, впиваясь в разгоряченные губы Казуторы очередным мокрым и бессовестным поцелуем. Сознание у Торы мутнеет. Он чувствует, как холодные пальцы Чифую тянутся к его торсу, затем ниже, а в следующее мгновение уже расстегивают ремень его брюк. Просыпается Казутора от раздражающего звука будильника. Семь утра. Гребанных семь утра. В единственное в каморке окно светит слишком яркий луч света. И Казутора хочет выть. Сон казался слишком реальным. Настолько реальным, что между ног все ныло и требовало разрядки.

***

- Вы что сделали?! – крик Доракена, казалось, мог снести все окна в мастерской. Ставить новые потом, естественно, будут за счет Чифую и Казуторы. Инуи рядом давится кофе, пытаясь унять приступ смеха. - В свое оправдание хочу сказать, что... - Не хочешь, блять! Глаза у Рюгудзи тоже готовы испепелить все вокруг себя. Казутора закатывает глаза и замолкает, потому что, похоже, закончить фразу ему уже никто не даст. - Ты вообще думал?! Ты зачем это сделал?!! – трудно было понять, зол Доракен или испуган. Кажется, все вместе. Что ж, нужно было предугадать этот исход событий еще вчера. Подобрать слова, на которые Доракен снова не заорет, достаточно трудно. Казутора обдумывает, как бы лучше объясниться с другом, глазами ищет помощи у Сейшу. Но блондин прикрывается кружкой и тихонечко посмеивается. Да, без Ханемии в мастерской станет в разы скучнее. Он же просто невероятен. Не найдя поддержки у Сейшу, Казутора снова поворачивается к Доракену, глубоко вздыхает и пожимает плечами. - Почему ты так злишься? – спрашивает он, пытаясь изобразить на своем лице самое невинное выражение, на которое только был способен. – Я в порядке ведь. - Ну ебать! Мне похлопать в ладоши?! - Доракен демонстративно пару раз делает медленные хлопки, не сводя глаз с друга. – Я злюсь, потому что ты, блять, не учишься на своих ошибках. - Ты все равно знал, что это произойдет, когда рассказывал Чифую, что я вечером поеду к Аккуну! – не остается в долгу Казутора. – Если тебя это так бесит, зачем ты сказал ему? - Я надеялся, что ты его пошлешь! А ты… вы… ты… - Доракен пытался подобрать нужное слово, избегая все, что были похожи на «поцелуй», «отношения» и «примирение». – Вы в край ебнулись! Казутора закрывает лицо ладонями и протяжно воет. Как же с этим двухметровым телохранителем сложно жить. Говорить о том, что произошло вчера вечером, было не то что неловко, а даже страшно. Казутора целый час проходил рядом с Доракеном бесшумной тенью, и в конце концов выдал короткое «мы помирились», от чего у Рюгудзи мгновенно кровь в сосудах застыла, а глаз задергался. Узнав подробности примирения, Рюгудзи был готов исполнить свою угрозу сломать руку одному поганцу. - Доракен, да успокойся ты, как ребенка малого отчитываешь, - вмешался, наконец, в разговор Инуи, от чего на душе у Казуторы стало чуточку легче. – Может, лучше порадуешься за друга? - Да идите вы оба, - обиженно фыркает Доракен. Он хватает с вешалки кофту, накидывает на плечи и пулей вылетает из мастерской. Нужно было раньше думать о возможных исходах разговора Казуторы и Чифую. Нужно было морально готовиться к любому варианту. Доракен всю ночь промаялся, думая о том, что же у них там произошло. Конечно, лицо Торы, светящееся от счастья, все разъяснило, и спрашивать не надо было. Конечно, это жизнь Казуторы, и только он знает, как будет лучше. Но сердце за парня болит. Оставшись наедине с Сейшу, Ханемия устало бухнулся на диван рядом с блондином и закрыл лицо руками. Инупи тихо хохотнул, убрал кружку. - Не волнуйся, отойдет скоро, - парень толкнул Казутору в плечо. – Сам ведь знаешь, он только распыляется зазря. Не дурак ведь. - Я так и думал, что ему это не понравится, - протяжно стонет Казутора в свои ладони и утыкается взглядом куда-то в потолок. Его воспоминания о примирении с Чифую были еще слишком свежие, они приводили его в такой восторг, что никакой Доракен со своими нравоучениями не испортил бы его настроение. На часах всего десять утра, они расстались меньше двенадцати часов назад, но Тора уже безумно скучает. Улыбнувшись своим мыслям, Ханемия достает телефон, быстро пишет короткое «Доброе утро» и отправляет. Через минуту-две приходит ответ. «Доброе))» И, кажется, Казутора готов вознестись на небеса прямо сейчас. Инуи, что сидит рядом и наблюдает за тем, как быстро веселеет парень, тепло улыбается. Влюбленный Казутора похож на счастливого ребенка. Он трепетно прижимает телефон к груди, и у Сейшу возникает желание потрепать это чудо по голове. - Ты весь светишься, а это главное, - говорит он. - Но Доракен мой друг, я бы хотел, чтобы он меня поддержал, - фыркает парень. Конечно, реакция Доракена уже ничего не изменит. Но хотелось бы услышать слова поддержки, а не ругань и маты. Ругаться с другом Казуторе хотелось меньше всего. - Ну, если тебе станет легче… - загадочно протягивает Сейшу. – Расскажу тебе один секрет, - он делает демонстративную паузу, в течение которой Тора придвигается ближе, готовый внимать словам Инупи. – Я не просто так никому не рассказываю о человеке, с которым встречаюсь. Это не просто прихоть. Например, если Доракен узнает, он из меня всю душу вышибет. Казутора удивленно смотрит на Инуи, прикидывая, кем же может быть этот таинственный человек. - Ссориться я ни с кем не хочу, - продолжает Инуи. – Проблем лишних тоже. Вот мы и скрываемся. Сохранишь мой секрет? Ханемия согласно кивает. Сейшу дорожил своей дружбой с Доракеном, но кем же может быть его любимый человек, что в силах разрушить дружбу парней? Парень задумался. Выбирать между Доракеном и Чифую не хотелось совсем. С одной стороны старый друг, который уже не первый раз помогал Казуторе в тяжелой ситуации, а с другой стороны – парень, в которого он безумно влюблен. Этот выбор был нечестным, и Рюгудзи просто не имеет право выдвигать подобные условия. Как хороший друг он должен только порадоваться за Тору, потому что у него, наконец-то, все складывается отлично. Спустя пару минут Кен возвращается в мастерскую. Гром и молнии он уже не метает, только грозно зыркает на парней и грузно падает в кресло напротив. - Ты, значит, опять к нему переедешь? – хмуро спрашивает он. - Нет-нет, - оправдывается Тора. – Я все еще хочу сам снимать квартиру. Сегодня вечером поеду смотреть один хороший вариант… А Чифую мне поможет с выбором. Пока я не найду место, я бы хотел остаться тут. Если ты, конечно, не против! Переехать обратно к Чифую было бы простым выходом из ситуации. Но Казутора хотел иметь хоть какую-то «подушку безопасности». Торопиться им сейчас точно нельзя. Доракен тяжко вздыхает и потирает переносицу. Хоть он не сказал этого вслух, но Тора с Инупи точно заметили, что ему стало легче. - А работа? - Ты замечательный начальник, так что я еще остаюсь, - улыбается Казутора. – Но, честно говоря… Рюгудзи машет рукой, чтобы не слышать продолжение фразы. - Понял, понял. Работаешь тут до тех пор, пока не найдешь квартиру. А потом шуруй на все четыре стороны, - проговорил Доракен. Лицо Казуторы моментально светлеет. - Так значит ты не… - Я не злюсь, - фыркает Доракен, вставая с кресла. – Но хоть одна ошибка, и твой паренек будет ходить без правой руки, - Сейшу снова еле сдерживает смех. – А ну, быстро за работу, - Доракен прикрикивает на блондина, чуть ли не отвесив ему подзатыльник.

***

Работа у Чифую снова не шла, как бы он не старался сосредоточиться. В голове снова и снова всплывали образы вчерашнего вечера, объятия Казуторы и его губы. Он поцеловал его с десяток раз, когда Мацуно прощался с парнем у мастерской. Уходить совсем не хотелось, но если бы Доракен утром обнаружил тело Чифую на футоне в подсобке, на одного члена «Свастонов» стало бы меньше. Чифую уже давно не чувствовал себя настолько прекрасно. Внутри все сжималось, трепетало и требовало новой встречи. Ох, теперь можно проводить с Казуторой все свободное время. Ходить на свидания, например. Почему бы не пригласить его на свидание прямо сегодня вечером? Отличная идея! Но куда ходят на свидания? Погулять в парке? В кино на последний ряд? В милое кафе? Или стоит сразу пригласить на ужин к себе домой? А не слишком ли рано для этого? Но, они же так долго жили вместе… Чифую окидывает магазин рассеянным взглядом, ища единственного человека, который мог ему сейчас помочь. Девчонка копошилась у клетки с домашними кроликами, что-то усердно пропихивая им за решетку. Видимо, морковку. Мацуно позвал её по имени, и блондинка с неизменной улыбкой обернулась к начальнику. Быстро потеряв интерес к животным, она быстренько подошла к кассе, за которой сидел Мацуно, и оперлась о нее, нагло выставив грудь вперед. Чифую про себя усмехнулся, но замечание ей делать не стал. В конце концов, она еще подросток, который уверен в своей неотразимости на все сто. - Слушай, ты на свидания ходила? – сразу перешел к делу парень, а работница на миг просветлела. - А как же! Ходила! – обрадовалась она, уже в голове представляя, как идет за ручку с Чифую по вечернему парку. – Больше всего мне нравятся… - И куда лучше сходить на первом свидании, - не дав ей закончить предложение, перебил Чифую. Она бы, как обычно, пустилась в пространные объяснения, решив, что начальник наконец-то в ней заинтересовался. - На первое? – девчонка призадумалась. – Это должно быть такое место, которое позволит вам узнать вашу даму чуть лучше, - протянула она. – Можно просто прогуляться по городу, сходить в кафе и поболтать! Чифую обдумал её план, но решил, что это не совсем подходит. Он отрицательно покачал головой. - А если так… Я уже давно знаком с моей… дамой. Но, мы ни разу не ходили на свидания. И отношений у нас не было, хотя мы хорошо друг друга знаем. Но сегодня я хочу позвать ее на свидание, чтобы сделать приятное. Как ты думаешь, может кино? Губы девушки вытянулись, когда до нее дошло, что Чифую говорит про какую-то совсем иную даму, а никак не про нее. Но работница быстро проглотила обиду и подумала, что это вполне логично, раз Чифую все еще не влюбился в прекрасные глаза своей подчиненной. - Кино немного заезженная тема, - пожала она плечами. – Но если ваша дама не… младше вас, тогда, думаю, сойдет. Но лучше подобрать фильм, который и ей, и вам понравится, а то впечатления будут плохими и поговорить после просмотра не о чем. Ах! Кстати! Тут недавно такой фильм хороший вышел, про любовь! Он очень интересный, всем нравится! Я вам сейчас в сообщения скину название и время сеанса. Подберете, что вам больше подойдет. С этими словами девушка уткнулась в телефон, что-то агрессивно там выискивая. Чифую её поблагодарил и тепло улыбнулся. Им с Казуторой обоим нравились слезливые фильмы про любовь. Получив всю информацию от девчонки, Чифую подобрал самый поздний сеанс и настрочил сообщение Казуторе.

***

Спустя шесть часов парочка уже стояла возле кинотеатра. Казутора принял предложение Чифую с нескрываемым восторгом и даже с работы пораньше отпросился. Правда, пришлось сказать Доракену, что это все ради просмотра квартиры. - Тебе там правда понравилось? – спросил Мацуно, когда они вышли из высотки, где Тора присматривал себе жилище. В его голосе проскальзывала нотка неудовольствия, но окрыленный счастьем Казутора её не заметил. - Ага! Небольшая, как раз для меня. И место удобное. Недалеко от зоомагазина. Чифую обидчиво поджимает губы, но не перечит. Конечно, ему хотелось бы, чтобы они снова жили вместе. Но Казутора отказался, оперируя тем, что хочет больше независимости. Зато теперь он вернется на прежнюю работу, что просто не могло не радовать. Так что, Чифую решает на время забыть о том, что Тора начнет жить один, и провести этот вечер в прекрасной компании любимого человека. Они садятся на последние ряды, ведь Чифую говорит, что фильм классный и народу будет много, а значит они своей болтовней (а они очень любили болтать при просмотре фильмов) всем будут мешать. Но сеанс начнется буквально через минуту, а в зале, не считая парней, около десяти человек. И Казутора не чувствует себя обманутым, ему наоборот даже нравится такой исход. Он светится словно лампочка, поглядывая на Мацуно. Чифую, что сидит рядом, чувствует себя немного неловко, почти залпом выпивая стакан колы. Почему то сейчас, он чувствует себя подростком. Снова тем самым Чифую Мацуно, что трепещет от одного взгляда с его стороны. Свет, что падает от экрана, освещает профиль Казуторы: его витиеватую татуировку, прямой нос, бледную кожу, длинные ресницы, янтарные глаза и аккуратную родинку возле одного из них. И Чифую снова подмечает, что Казутора нереально красив. Ханемия чуть опускается в сторону Чифую и что-то ему нашептывает. Он не отрывает глаз от экрана, а Мацуно пропускает смысл его слов, потому что от одного взгляда на губы Торы по коже пробегает табун мурашек. Затем Казутора замолкает, как-то неопределенно улыбается, и снова садится в кресле прямо. А Чифую чувствует, что стало как будто холоднее. - Тора, ты сегодня ночуешь у Доракена? – Чифую тянется уже сам, прильнув ближе к плечу парня. - Ага, - кивает Казутора. – Завтра оформим договор с хозяином квартиры и через день перееду. А что? Ханемия чувствует, как Чифую чуть дрожит, и сердце у него готово бухнуться куда-нибудь в область желудка. Взволнованный Чифую слишком милое зрелище. Казутора осторожно берет в руку ладонь Мацуно, убирает её с подлокотника и прижимает к своей щеке. Уши у парня моментально вспыхивает, но ладонь он не отдергивает. Только неловко отворачивается. - Ничего, - бурчит он, уже совсем красный. - Ты ходил на свидания в кино? – спрашивает Казутора, отпуская Чифую. Тот быстро возвращает ладонь на подлокотник, хотя немного недоволен таким действием со стороны Торы. Чифую роется в памяти, вспоминает, как ходил пару раз в кино с Такемичи. С Такемичи и Хиной (слушал их взаимные сопли). С Такимичи и Наото (слушал недовольство Тачибана-младшего). Ах да… - Я как-то ходил в кино с Баджи-саном, - откликается он. Плечи Казуторы чуть напрягаются, парень ничего не отвечает. Мацуно думает, что ляпнул лишнего. Но врать и умалчивать не хотелось. В конце концов, Казутора ведь должен понимать, что это все теперь в прошлом. Правда? Остаток сеанса они проводят в молчании. Казутора изредка жестом предлагает Чифую попкорн или колу. Тот каждый раз отказывается. Он чувствует какую-то неловкость, мысленно себя ругает и думает, что после кино точно все попробует исправить. На улице кажется слишком светло, после приглушенного освещения кинотеатра. Ханемия опирается о кирпичную стену, закуривая. Опять жестом предлагает Чифую, но парень опять отказывается. - Понравилось кино? – спрашивает Мацуно, устраиваясь рядом с Казуторой. Они зашли в небольшой переулок у кинотеатра, место было не особо много, зато не мешались люди. Казутора неопределенно пожимает плечами. - Мне кажется, ты не смотрел, - отзывается он. – А одному скучно. Чифую криво усмехается. Он и вправду пропустил почти все. Сначала загляделся на профиль этого ослепительного красавца, а потом сгрызал себя мыслями. - Слушай, я там… лишнего сказанул, - он неловко улыбается, заводя одну руку за голову, и стараясь выглядеть как можно более непринужденным. Только вот лицо у Казуторы темнеет. Эта неосторожная фраза вызвала у парня не самые хорошие мысли. Он вдруг вспомнил, что есть еще одна нерешенная проблема. Вчера они об этом не поговорили, слишком были взволнованы и счастливы, чтобы задевать больные темы. Но Тора понимал, что чем дольше он будет молчать, тем хуже в итоге все получится. - Почему у тебя была фотография Баджи в комнате? – спрашивает он, не поднимая глаз на Чифую. Он только чувствует, как тот нервно дергается и вздыхает. - Ну, это же… типа воспоминаний, - отвечает Мацуно. – Я её везде таскал, как память о… дорогом друге. - Я понимаю, - кивает Казутора. – У Доракена есть фотография со всеми «Свастонами» и отдельная с Майки и Такаши. У близнецов в раменной тоже есть общая фотография. Она, наверное, у всех есть. Это я понимаю, - парень делает большую затяжку, замолкая на пару секунд. – Я только не понимаю, почему ты спрятал ту фотографию. Точно помню, что сначала она стояла на тумбе. А потом ты её убрал. Зачем? Чифую вспоминает события того дня. Как необдуманно притащил в свою комнату Казутору без сознания. Как пытался всеми силами привести его в себя. Как забыл обо всем на свете. И как потом, поняв свою ошибку, сгреб фото в деревянной рамке в самый нижний ящик. Как будто заметал следы преступления. - Боялся, что ты её увидишь. Мне было очень неловко из-за этого. Как если бы… если бы мой нынешний парень увидел мою любовную переписку с бывшим. Казутора давится дымом, а Чифую быстро подскакивает к нему, чтобы помочь. - Все в порядке, - отмахивается парень, чувствуя сильные ладони Мацуно на своей спине и талии. Они как будто обжигают, но Тора справляется с дыханием, и Чифую его отпускает. – Я просто хотел бы сразу все решить, - возвращается он к теме. – Ты мне нравишься, и… мне было бы очень обидно, если бы ты испытывал чувства… к нему. Щеки Чифую краснеют, а наружу уже рвется возглас возмущения. - Я же сказал, что мне нравишься ты, - поток слов останавливается где-то в горле, и Чифую понимает, что хочет сказать слишком много, но не может даже одно предложение сформулировать. Он смотрит на Казутору растерянным взглядом, пытаясь ему хотя бы мысли свои передать. Но таких способностей у них нет, так что Чифую беспомощно утыкается в плечо Торы и шумно выдыхает. Татуированный успевает только отбросить окурок в сторону, на асфальт, чтобы случайно не задеть им Чифую. - Я отпустил свои чувства к нему, - бормочет он куда-то в кофту парня, и Казутора слышит его приглушенный голос. – И хочу быть только с тобой… На последних словах Казутора не сдерживает улыбку и с силой зажмуривает глаза. Нет, все-таки Чифую до невозможного милый. Ханемия обнимает Мацуно за талию, ближе притягивая к себе. Руки парня сразу же обхватывают талию Казуторы, он вдыхает его запах и успокаивается. - Ладно-ладно, я тебя понял, - улыбается татуированный. – Я должен был это спросить, извини. Но мы же теперь вместе, и со всем справимся. В следующую секунду Мацуно поднимает голову и перемещает руки с талии Казуторы на его шею, сцепив ладони позади. Он выглядит до смешного серьезным. - Тогда, получается, что мы встречаемся? – спрашивает он. - Ага, получается, мы встречаемся, - еще шире улыбается Казутора. «Совсем про это вчера забыл. Я же сам хотел ему предложить это», думает Мацуно, когда парень прижимает его к себе, оставляя между их лицами минимальное расстояние. И снова Чифую нервничает, потому что знает, что будет дальше. Он смотрит в глаза Торы, пытаясь найти в них хоть тень стеснения и страха. В конце концов, у этого парня опыта в сотни раз меньше, чем у Чифую. Но почему тогда он выглядит, будто готов взять его прямо тут, в переулке, а Чифую вот-вот вскрикнет, от нетерпения? Казутора сначала медлит, стараясь прочувствовать момент. Но взгляд у Чифую кажется таким молящим, что он не выдерживает и тянется вперед. Он думает, что может себя сдержать, но стоит почувствовать язык Чифую на своих губах, как кровь ударяет в голову. Тора зарывается пальцами в темных волосах и одним движением поворачивает Чифую спиной к стене, прижавшись к телу. Он не закрывает глаза, потому что вид Чифую сейчас прекрасен. Его брови, сведенные к переносице, легкий румянец, дрожащие ресницы. Казутора готов поклясться, что никогда не видел ничего более прекрасного и возбуждающего одновременно. Чифую знает, что в такие моменты сердце может выскочить из груди, но он старается не замечать этой чертовой тахикардии, и отвечает на поцелуй. Морщится, когда Тора сильнее сжимает его волосы, чуть не стонет в губы, и сам притягивает его за затылок. Чифую ждал этого весь день. Казутора тоже. И хотя свидание выдалось посредственное, пускай Чифую сказал то, что могло обидеть Казутору, этот момент стал лучшим. Лучшее, чувствовать ладони Чифую на своем теле, чувствовать как под его ладонями кожа горит. Чувствовать, как губы Казуторы раз за разом припадают к губам Чифую, а язык проходит по нёбу. Чифую еще вчера подумал, что поцелуй с Казуторой все равно, что самоубийство. Какая то зависимость, от которой и хорошо и плохо одновременно. Но прекращать это все не хотелось. Он прямо сейчас ощущает, что уже погрузился в омут с головой, и его тянет на дно все быстрее. Он думает, что точно задохнется в скором времени, но руки у Казуторы сильные, тело горячее и это дает Чифую чувство защищенности и комфорта. Казутора никогда не учился, как нужно целоваться, но его рот как будто создан специально для Чифую. Он действует с легким напором, обсасывая нижнюю губу и вновь скользя языком внутрь. И Чифую снова плавится, совсем не сдерживая себя, когда с его губ слетает тихий стон. Он понимает, как сильно в нем все это время нуждался Казутора, как он сам в нем нуждался, и коленки подгибаются. - Чифую, - зовет татуированный, оторвавшись от губ парня, и уткнувшись лбом в стену рядом. - Что? – обеспокоенно спрашивает тот. Кажется, ему становится немного тесно, и от этого неловко. - Ты мне так нравишься, что я с ума схожу, - усмехается Ханемия. Чифую смеется, обнимая своего (уже) парня за талию. Им понадобилось время, чтобы успокоиться и привести себя в порядок. Чифую снова чувствует себя подростком и ему это определенно нравится. И хотя он на все сто уверен, что Казутора чувствует то же, на все его уговоры поехать в квартиру на ночь Ханемия отвечает отказом. Они расстаются спустя два часа, у мастерской. Тора легко целует парня в губы и исчезает за дверью. Он точно знает, что ему приснится сегодня, потому что фантазии есть куда разбушеваться.