Плавные переходы

      Вне пределов своих комнат они вели себя как коллеги. Это однозначно не всегда было легко, так как взгляды склонны задерживаться, а пальцы склонны тянуться к прикосновениям, но они делали все возможное, чтобы не выдать себя.       Насколько Гермионе было известно, никто не догадывался, чем Профессор Зельеварения и Профессор Заклинаний занимались за закрытыми дверьми, и ей хотелось сохранить это в тайне хотя бы на некоторое время.       Однажды ночью после обходов Гермиона потянула Снейпа в проход позади гобелена с изображением Беатрисы Милосердной на пятом этаже и опустилась на колени. Его прерывистое дыхание казалось слишком громким в узком пространстве, каменный пол слишком холодным и жестким, когда она довела его до оргазма ртом, с силой сжимая его бедра.       — Черт возьми, — задыхаясь, сказал он, когда девушка встала, стряхивая грязь с одежды. — Ты что, пытаешься меня убить?       Гермиона посмеялась и пробежалась рукой по волосам, чтобы разгладить место, которое Северус лихорадочно сжимал.       Снейп усмехнулся и откинул голову на стену. Он только открыл рот, чтобы заговорить, но замер. Вдалеке послышались шаги, приближающиеся быстрее, чем можно было предположить. Северус достал свою палочку и быстро наложил всевозможные заклинания. Шаги раздавались все ближе, и Гермиона затаила дыхание, когда они миновали гобелен.       Ни один из них не сдвинулся с места, пока ночь вновь не погрузилась в тишину.       — Удача сегодня на нашей стороне, — сказала Гермиона, прислонившись плечом к стене рядом с Северусом. — Несколькими минутами раньше, и у нас на руках был бы психологически травмированный студент.       Снейп заправил рубашку в брюки и поправил мантию. Если не считать румянца на лице, он вовсе не выглядел так, будто всего несколько минут назад был не в себе от оргазма.       — Я бы не позволил им запомнить этого.       Гермиона фыркнула и нежно погладила его по руке.       — Замечательно, а потом ты попал бы в Азкабан за коррекцию памяти студента. Как думаешь, теперь, когда дементоры исчезли, они разрешают супружеские визиты?       Северус удивленно приподнял бровь.       — Ты бы сдала меня МакГонагалл?       — Сразу же. — Гермиона хихикнула. — Но если серьезно. Я тут подумала…       Снейп фыркнул.       — Ты когда-нибудь не думаешь?       Грейнджер игриво толкнула его в плечо.       — Очень смешно. Пришло время рассказать о нас Гарри и Рону. Откладывать больше нет смысла, а я не люблю врать.       Снейп фальшиво ахнул.       — Так вот о чем ты думала, обхватив губами мой…       — Северус! — рассмеялась она.       — Нет, в тот момент я об этом не думала.       Северус протянул руку и погладил ее предплечье, что он начал делать только после того, как она показала ему свои шрамы. Это было непринужденное движение, и Гермиона даже не обратила на это внимание.       — Что ты собираешься им сказать?       — Правду?       — Какую?       Если бы Грейнджер не знала его так хорошо, то не уловила бы краткой задержки его дыхания.       Оттолкнувшись от стены, Гермиона наклонила голову, чтобы посмотреть ему в глаза.       — О том, что мы находимся в отношениях?       — Это вопрос или утверждение?       Девушка хмыкнула.       — Мерлинова борода, Северус, почему ты такой упрямый? Я знаю, что мы не обсуждали этот вопрос, но разве это не больше, чем просто перепихон? — Ее голос дрожал от накатившей неуверенности.       Северус обхватил ее лицо руками; уголки его рта изогнулись вверх.       — Да. Хоть у меня и нет особого опыта, но это похоже на отношения. Если это выглядит как утка и крякает как утка…       Гермиона широко улыбнулась, схватив его за предплечья.       — Неужели? Полагаю, это означает, что ты мой парень. — Она сморщила нос. — Нет, это звучит странно.       Снейп фыркнул.       — Если мне не нужно присутствовать при признании, то мне все равно, как ты меня назовешь.       Гермиона одарила Северуса укоризненным взглядом.       — Очаровательно. На самом деле, я думаю, будет лучше, если я пойду одна. — Она мило улыбнулась. — У вас будет достаточно времени, чтобы сблизиться, когда я им расскажу. Может, мы даже устроим двойное свидание с Гарри и Джинни?       Снейп закатил глаза.       — Невменяемая всезнайка.       Приблизившись к его губам, Гермиона захихикала:       — Заткнись. Ты же меня обожаешь.       Северус улыбнулся и, прежде чем их губы встретились в поцелуе, пробормотал:       — Конечно.

***

      В следующее воскресенье Гермиона аппарировала в дом на площади Гриммо с порхающими бабочками в животе.       На самом деле, её волновала не столько реакция Гарри, сколько Рона. Его отношение к Снейпу не изменилось с тех пор, как они учились в школе, и ему потребовалось больше всего времени, чтобы признать, что Снейп все это время был на их стороне.       Гермиона вошла в дом, радуясь, что на портрет мисс Блэк было наложено Муффалиато.       — Есть кто? — позвала она, заглянув в столовую и обнаружив, что та пуста.       От аромата готового ужина у нее заурчало в животе. Спустившись на кухню, Гермиона обнаружила Джинни и Рона за длинным столом, беседующих с Гарри, стоявшим у плиты. Удивительно, но после войны Гарри приобрел новое хобби в виде приготовления еды и теперь был отличным поваром.       Рон заметил ее первым и вскочил со своего места.       — Миона! — Он бросился обнимать ее.       Гермиона, смеясь, ответила на его объятия.       — Привет, Рон.       Рон обнял ее за плечи и повел к столу.              — Мы скучали по тебе, ты не заходила в гости целую вечность.       — Я тоже по вам скучала, — сказала Гермиона, обняв Джинни и Гарри, прежде чем сесть за стол. — Я все еще пытаюсь найти баланс между работой и жизнью, — усмехнулась она. — Ужин пахнет потрясающе, Гарри. Тебе нужна помощь с чем-нибудь?       — Нет, все готово, — пробормотал Гарри, доставая из духовки запеченный картофель.       Пока они ели, разговаривали и смеялись, Гермиона чувствовала, как по венам разливается знакомое тепло, не имеющее ничего общего с едой. Она скучала по ним больше, чем думала. Она знала, что с началом работы будет трудно поддерживать с ними связь, как это было в Хогвартсе, но поклялась, что впредь будет стараться лучше.       Как только ужин и десерт были съедены и все стали довольно потягивать чай, Гермиона поняла, что больше не может ждать.       Поставив чашку на стол, она прочистила горло.       — У меня есть новости, которыми я хочу поделиться.       Джинни не выглядела удивленной, а вот брови Гарри взлетели вверх.       — Это что-то про рождественского парня?       — Рождественский парень? — переспросил Рон.       Джинни закатила глаза.       — Во имя всего святого, Рон, ты когда-нибудь вообще слушаешь наши обсуждения?       — Слушаю конечно! — взвился Уизли. — Просто в последнее время слишком много всего происходит.       Гермиона улыбнулась.       — Все в порядке, Рон. И да, речь идет о рождественском парне.       Рон хмыкнул.       — Ну, неужели никто не введет меня в курс дела?       — Парень Гермионы, который не пришел на рождественскую вечеринку, — огрызнулась Джинни. — Не тормози, ладно?       Гарри провел рукой по волосам и бросил на Гермиону взгляд, заставивший ее хихикнуть.       — Если вы двое уже закончили, может, дадите Гермионе рассказать?       Уизли хором воскликнули:       — Прости, Гермиона.       Гермиона улыбнулась.       — Все в порядке.       На мгновение она замешкалась, размышляя, как лучше подвести к новости. Сказать: «Я трахаюсь с Северусом Снейпом», вероятно, было не лучшим вариантом, хотя как по-другому это объяснить.       — Ну, короче говоря, Рождество было недоразумением, все в порядке, и мы теперь состоим в отношениях.       — Это ведь хорошо? Я рад за тебя, Гермиона. — Взгляд Гарри на секунду метнулся к Джинни. — Но кто это? Джинни была слишком скрытной, говорила, что это ваше дело и вы расскажете нам, когда будете готовы. Может, это кто-то, кого мы знаем? — Поттер улыбнулся.       От неожиданности щеки Гермионы вспыхнули. Она потянулась к чашке чая, чтобы скрыть дискомфорт.       — Ага, так и есть, — усмехнулся Гарри. — И кто бы это мог быть… — Он на мгновение задумался, а Гермиона и Джинни встретились взглядами. Младшая Уизли закатила глаза и ухмыльнулась. Гарри действительно не имел ни малейшего понятия, пребывал в полном неведении. Внезапно зеленые глаза распахнулись.       — Гермиона, это ведь не Хагрид?!       Гермиона поперхнулась чаем, закашлялась и зашипела:       — Хагрид? — сказала она, постукивая по груди и вытирая слезящиеся глаза. — С чего ты решил, что это Хагрид?       — Я не знаю! — Гарри поспешно отступил. — Похоже, тебе сложно сказать, кто это… Но если речь идёт о знакомом нам человеке, то предположение, что это Хагрид, — самое нелепое.       Рон, который до сих пор молчал, фыркнул и толкнул Гарри локтем в бок.       — Ага, не считая Снейпа.       Гермиона замерла. Ее взгляд столкнулся с Гарри, который нахмурился в замешательстве, но затем на его лице появилось выражение ясности.       — Это Снейп? — раздался его низкий голос.       Грейнджер беззвучно кивнула.       — Погоди, ты что, трахаешься со Снейпом?! — Рон зашипел с выражением полного отвращения на лице. — Он старый! Да еще и Пожиратель смерти!       — Он не Пожиратель смерти! — резко произнесла Гермиона.       Рон закатил глаза.       — Бывший Пожиратель, не суть важно. Но неужели ты на полном серьезе хочешь сказать, что тебе симпатичен этот жирноволосый урод? — Парень выглядел так, словно его вот-вот стошнит.       Рон резко встал из-за стола, сжимая кулаки.       — Он — отвратительный убийца и чертов тиран. Не вздумай потом бежать ко мне, когда он бросит тебя на произвол судьбы.       Гермиона почувствовала себя маленькой девочкой и, потеряв дар речи, сидела неподвижно, пока Рон поднимался наверх. Всё её тело дрожало от избытка эмоций. На кухне было так тихо, что можно было услышать каждый шорох.       Джинни прочистила горло, прервав тишину.       — Он просто болван, Гермиона. Он одумается, даже если для этого мне придется ударить его булыжником по голове.       Выпустив дрожащий вздох, Гермиона сдерживала слёзы. Она привыкла к тому, что Рон иногда вел себя как придурок, но давно уже не видела его таким.       — Мне жаль, Гермиона, — прошептал Гарри, проводя рукой по волосам, отчего они взъерошились во все стороны. — Я не говорю, что Рон не был вне себя, но это действительно шокирует. Ты и Снейп? — Он опустил взгляд на свои руки. — Ты уверена, что он чувствует то же, что и ты? Я не говорю, что это невозможно, — поспешил добавить Гарри, — но всегда думал, что он был влюблен в мою мать. Я просто не хочу, чтобы ты пострадала!       Гермиона хихикнула.       — О, Гарри. — Она протянулась через стол, чтобы взять его за руку. — Всё в порядке. Я ожидала, что это станет небольшим шоком. Что касается Лили… — она запнулась, не зная, как продолжить. — Мы с Северусом всё обсудили, и это не проблема. А что именно это значит… прости, Гарри, но это не твоё дело.       Гарри повернулся к Джинни.       — Значит, ты всё это время знала, что это Снейп, и не сказала мне?       Джинни пожала плечами.       — Это было не моё дело.       Он усмехнулся.       — Негодяйка.       Гермиона улыбнулась их краткому разговору.       — Всё было, конечно, замечательно, но мне пора возвращаться в Хогвартс.       Лицо Гарри потускнело.       — Тогда мы тебя проводим.       Гермиона надела пальто, и, когда они подошли к входной двери, Гарри крепко обнял её.       — Давай списываться чаще, хорошо?       Попрощавшись, Гермиона аппарировала к воротам Хогвартса. В Шотландии было значительно холоднее и ветренее, чем в Лондоне, и она быстро наложила согревающие чары, пока шла к замку. Непрошеные мысли о Роне снова нахлынули, и девушка тяжело вздохнула, идя против порывов ветра. Она могла честно сказать, что его поведение задело её, и за годы общения с ним она знала: эта обида может тянуться месяцами.       Чувствуя себя измотанной, Гермиона, наконец, достигла первого этажа и направилась к покоям Снейпа. Дверь распахнулась ещё до того, как она успела постучать. Северус уже ждал ее там, исследуя внимательным взглядом.       — Ну, что? — поинтересовался он.       К своему огорчению, Гермиона почувствовала, как слёзы навернулись на глаза. На лице Снейпа мелькнула тревога, и он мягко подтолкнул её внутрь.       — Всё прошло не слишком гладко? — с заметным беспокойством спросил он.       Гермиона сухо рассмеялась, пока слёзы текли по щекам.       — О, всё было просто чудесно. Рон, разумеется, не одобрил и не стал этого скрывать. — Она быстро смахнула слёзы. — Зато Джинни и Гарри одобрили, так что тебе теперь придётся проводить с ними время.       — Об этом мы поговорим позже, — мягко сказал Снейп, взяв её за руку. — У тебя холодные руки. Пойдём.       — Северус, я устала, — вздохнула Гермиона.       Он усмехнулся, когда они вошли в спальню.       — Выбрось эти мысли из головы, ведьма, — произнёс он, ведя её мимо кровати в ванную.       Отпустив её руку, он наклонился над ванной и открыл краны, позволяя воде шумно начать ее заполнять. Поднявшись, Снейп повернулся к Гермионе и, не отрывая взгляда, начал расстёгивать пуговицы её пальто, одну за другой. Когда пальто упало на пол, его руки плавно скользнули к её талии и двинулись вниз, к краю джемпера.       — Подними руки.       Гермиона послушно подняла руки, и джемпер вслед за пальто упал на пол. Вещь за вещью её одежда медленно спадала на пол, пока она не осталась стоять обнажённой перед ним. Наконец Северус аккуратно снял её кулон, положив его на тумбочку, и жестом указал на ванну.       — Залезай.       Гермиона собрала волосы в пучок на макушке и шагнула в горячую воду, которая моментально согрела её озябшее тело. Это было истинное блаженство. Услышав шорох одежды, Гермиона медленно открыла глаза. Снейп раздевался, и она бесстыдно позволила своему взгляду скользить по его телу. Подняв глаза, она увидела на его лице насмешливую улыбку — он заметил, как она изучала каждый сантиметр его кожи.       — Как мило, — сказала она, слегка повернув голову, чтобы взглянуть на него. — Ты просто полон сюрпризов, Северус Снейп.       Усмехнувшись, он погладил ее по волосам.       — Рад угодить.       Они нежились в ванной, пока вода не остыла, но Гермиона была такой уставшей, что едва могла держать глаза открытыми.       — Ложись спать, — сказал Снейп, спуская воду в ванной.       Гермиона, почти спотыкаясь, прошла в спальню и рухнула в кровать, оставаясь обнажённой. Зарывшись под одеяло, она закрыла глаза. Шаги приблизились, и кровать рядом с ней прогнулась. Гермиона улыбнулась, почувствовав его прикосновение к спине, и взяла его за руку, когда он положил ее на талию.       — Спокойной ночи, Северус, — пробормотала она сквозь дрему.       Он поцеловал её в макушку.       — Спокойной ночи, любимая.       Если бы Гермиона не была почти в бессознательном состоянии, его слова вызвали бы более бурную реакцию. Но так они просто проникли под кожу, распространяя тепло по всему телу. Она была его любовью.