Коммандер на одну ночь

      После ночи на Омеге Джейн и Гаррус никак не могли найти время для разговора. В команде, готовой в любой момент превратиться в группу враждующих индивидуумов, Джейн приходилось непрерывно поддерживать — нет, не баланс, это чересчур красивое слово — скорее, хрупкий мир.       В Альянсе в этом отношении всё было проще, потому что враг всегда был где-то там, снаружи, за бронированным фюзеляжем Нормандии. Теперь же противоречия раздирали не только галактическое сообщество, но и тех, кто должен был эти противоречия разрешать. После разоблачения нескольких лицемерных манипуляций Призрака, а также нейтрализации пары стычек, в которых стороны пришлось буквально разнимать, Шепард поняла, что не выдерживает.       А потом за кончиной Тейлора-старшего, спасением сестры Миранды, изучением прошлого Джек, поисками отца Тали, улаживанием разногласий в консенсусе гетов и удержанием сына Тэйна от убийства по найму последовал Бахак. В обмен на несколько сотен тысяч жизней Шепард получила лишь зыбкую тень надежды... И куда больше отчаяния.       В конце концов она сама наведалась в отсек артиллерии.       — Шепард, это может немного подождать? Я провожу кое-какие калибровки.       — Я... Думаю высадиться на Алкере.       Больше Гаррус не произнёс ни слова. Увёл процесс калибровки в фоновый режим, настроил удалённое управление на уни-инструменте и, пока завершалась передача данных, пару раз посмотрел на монитор с отчётами систем навигации. Джейн проследила за его взглядом.       — Мы в четверти часа от Амады. Хакет просил поискать на месте крушения жетоны пропавших без вести.       — Я пойду с тобой.       Вскоре они уже бродили по заснеженной пустоши, собирая по крупицам воспоминания о службе на Нормандии SR-1. Собственная память представлялась Шепард таким же заснеженным полем — холодные, мелкие частички её прошлой жизни беспорядочно кружились на ветрах времени.       В своей ненавязчивой манере Гаррус напомнил ей, что и на старой Нормандии всё не всегда было гладко. Помог смириться с тем, что ей, в отличие от Чарльза Прессли и ещё двадцати членов экипажа, был дан второй шанс. Позволил почувствовать себя живой, хоть и немного разбитой.       А потом предложил хорошенько напиться.

***

      Тёмная звезда и правда уступала Логову Коры — да что там, даже Сверхновой — по всем параметрам. Но Джейн было наплевать. Только что она провела крайне познавательную беседу с садовником Президиума, а также пополнила свою коллекцию тропических рыбок иллиумским скальдом и тессианской луной. Келли явно будет в восторге.       Среди её приобретений также значились модели кораблей, в частности — Нормандии SR-1. Шепард уже полвечера боролась с искушением вскрыть контейнер прямо здесь, за барной стойкой, чтобы просто подержать её в руках. Это была единственная покупка, которую она забрала на месте, не доверившись службе доставки Цитадели. Её крепкий коктейль уже какое-то время оставался нетронутым.       — Ладно, Шепард. Бросать тебя одну на Цитадели было плохой идеей, но мне надо было отлучиться.       Голос Гарруса вернул её в реальность. Она повернулась и увидела его — с соломинкой в зубах и смешинкой в проницательном взгляде.       — Неужели мы идём кататься на лифтах? Может, по пути обезвредим враждебный ИИ в каморке за магазинчиком? О, или урезоним ханара-проповедника?..       — Лучше. — Гаррус безошибочно считал её горький сарказм, неумело замаскированный под шутку. — Мы развеселим своего коммандера, чтобы увидеть наконец, как она танцует.       — То есть, как это — «мы»...       До слегка пьяного сознания Джейн вдруг дошло, что на этот вечер её вряд ли оставят в покое. Она обернулась и увидела два до боли родных лица. Одно было надёжно скрыто непрозрачным шлемом скафандра, второе — лишь козырьком бессменной кепки.       — Тали? Джокер? Что вы задумали?!       — Это тебя надо спрашивать, коммандер! Напиваться в одиночку просто неприлично, когда у тебя под рукой завалялась пара-тройка старых друзей.       — Да, Шепард, неужели ты думаешь, что мы позволим тебе скрывать от нас свои таланты?       Джейн полувопросительно глянула на Гарруса. Тот не растерялся.       — Знаешь, ходят слухи, что на танцполе ты полный ноль. Я всем отвечаю, что это неправда, пару раз даже хвалил твою... Э-э-э... Гибкость. Как бы там ни было, — он эффектно облокотился о стойку, — есть настроение размять мышцы?       — Ах ты засранец...       Гаррус всё так же невозмутимо потягивал свой коктейль через кислотно-зелёную трубочку. Шепард вдруг представила его в пляжной кафешке у моря, с гирляндами из ярких цветов на шее и доской для сёрфинга в руках. Ему почему-то очень шла атмосфера старых романтических комедий её земной юности.       — Ну давай, Шепард, будет весело!       Шепард решительно отставила стакан, смерила суровым взглядом своих подчинённых. Теперь она поняла, зачем Гаррусу нужно было отойти, и почему на их закрытую вечеринку были приглашены только члены старой команды.       Неполный экипаж Нормандии SR-1 в лице Джокера и Тали тем временем дружно затаил дыхание.       — Хорошо. Будет вам мастер-класс.       — Только постарайся не увлекаться поддержками — у меня хрупкие кости!

***

      Джейн сама удивилась тому, с какой лёгкостью ей давались движения. Начав с осторожных шагов, она всё сильнее и сильнее погружалась в музыку, давала себе всё больше свободы.       Однако в этот раз в своём чёрном океане звука она точно была не одна. Тали не ошибалась — разминать перенапряжённые от постоянных забот мышцы в их маленькой компании и правда оказалось весело. Они кричали и прыгали, как дети, несмотря на относительно малую заполненность клуба, спокойную обстановку и непривычно низкий уровень адреналина в крови. Вечер выходил потрясающим ещё и потому, что присутствие Гарруса придавало Шепард уверенности. А блеск его глаз в полумраке обжигал её снова и снова.       Спустя несколько часов они вернулись на Нормандию SR-2, но Шепард больше не чувствовала отчаяния, с которым её покидала. Тали и Джокер остались в грузовом отсеке, позволив Гаррусу проводить её, едва стоявшую на ногах, до каюты.       — Ты, наверное, устала. Не буду тебя задерживать.       — Да, ты прав. Насыщенная выдалась неделя...       На мгновение они застыли у шлюза на первой палубе, а потом заключили друг друга в объятия.       — В следующий раз соберём всю команду — только напомни мне не налегать так на батарианский эль. Импланты, конечно, справляются с фильтрацией крови, но и у них есть предел.       — Хорошо. Может, стоит предупредить доктора Чаквас, чтобы она не отпаивала тебя своим любимым бренди?       — А вот это уже лишнее. — Шепард улыбнулась и помолчала, прижавшись щекой к жёсткому нагруднику. — Спокойной ночи, Гаррус.       — Сладких снов, Шепард.       Джейн искренне удивилась той буре эмоций, которую вызвал даже не поцелуй, а лёгкое касание её лба губами — если у турианцев вообще таковые имелись. Этот простой жест отпечатался в её памяти подобно яркому солнечному блику.       И она поняла, что хочет его. Хочет отчаянно, не так, как раньше, и дело было вовсе не в алкоголе или усталости. Она поняла это, но дала ему уйти, потому что так и не ответила на его признание лёжа в джакузи на Омеге. Он тоже почему-то не выразил желания остаться, но что-то заискрилось в его взгляде за мгновение до того, как между ними сомкнулись створки лифта. По коже Шепард пробежали мурашки.       Она с усилием помассировала виски, отгоняя ненужные — по крайней мере, сейчас — мысли. Следующей по плану полётов была Тучанка... А это значило только одно: ей надо проспаться.

***

      — Рекс, давно не виделись!       — Привет, Шепард.       — Ты ведь помнишь пруды на Президиуме? В них всё-таки нет рыбы. Местный садовник подтвердил.       — Дерьмо. Так я и знал.       С экспериментами помощника Мордина было покончено, и Джейн старалась не думать ни о Вейрмаре, ни о генофаге, ни о саларианцах, ни о данных, которые они почему-то решили сохранить, ни, тем более, о кроганах. Последнее давалось ей особенно тяжело, так как она находилась в компании целых двух представителей этой расы.       И конкретно сейчас её старый друг Рекс с высоты трона главы клана Урднот осматривал её нового подчинённого Грюнта, который, почти без преувеличения, вчера родился. Это, впрочем, не помешало ему учинить разгром на Нормандии и разбить ударопрочный иллюминатор своей твердолобой башкой.       В конце концов Рекс вынес свой вердикт.       — С ним всё в порядке. Он просто становится взрослым.       — Взросление... Почему бы нам просто не отвезти его на Омегу и не заказать пару танцев?       — Ты всё про танцы, а, Гаррус?       От того, как он покосился на неё через визор, Шепард стало смешно. И немного жарко — наверное, из-за местного климата. После разговора им и правда пришлось выйти на поверхность планеты, чтобы вместе с Грюнтом пройти обряд посвящения.       — Ну что, потанцуем?       Гаррус осмотрел полуразрушенную арену, повторно оценивая обстановку. Джейн усмехнулась и саданула кулаком по кнопке, активирующей первое испытание.       С упорством, которое само по себе могло бы заслужить всем троим членство в клане Урднот, они отбивались от волн варренов и кликсенов, пытались достать молотильщика, выныривавшего из выжженной радиацией почвы так легко, будто это была вода. У Шепард с этими тварями были давние счёты, и потому она с холодным спокойствием наблюдала за его грациозными движениями. Параллельно следила за тылами парней и боролась с желанием плеваться, хотя герметичная броня не позволяла гари и песку просочиться под шлем.       Убравшись в укрытие, чтобы восстановить щиты, Джейн то и дело посматривала на арену. Видя, как слаженно Гаррус и Грюнт прикрывают друг другу спины, она испытала что-то вроде материнской гордости, к которой быстро добавился боевой азарт. Кроган очевидно наслаждался происходящим, ведь на родной планете его предков ему не нужен был шлем, а пластины надёжно защищали от кислотных плевков и радиации. Гаррус же ощутимо выдохся, но не подавал виду. Выбрав отличное место для засады, он выстрелил — так, чтобы привлечь внимание молотильщика — и уже был готов нажать на курок второй раз, но резко замер, ожидая, пока тварь приготовится к атаке.       Настроив зашифрованный канал связи с ним, Шепард выбежала из укрытия и на ходу открыла огонь прямо по распахнутой лазурной пасти.       — Что-то хотела, Шепард?       Сквозь самодовольный тон в голосе Гарруса проступила усталость. Шепард улыбнулась.       — Только напомнить тебе, какой ты первоклассный снайпер.       — О, не стоило. Я это знаю.       За секунду до того, как червяк с протяжным визгом повалился на землю, она предельно отчётливо проговорила в коммуникатор:       — Моя каюта. Через час после возвращения. Захвати чего-нибудь выпить.

***

      Шампунь и тёплая вода показались Джейн благословением после семейного отдыха на лучшем курорте Тучанки. Ещё с испытательной арены её преследовало ощущение, что удушливый смрад просочился под броню, а радиоактивная пыль забилась в лёгкие, проигнорировав системы фильтрации с упрямством, достойным крогана. К счастью, саларианцы не халтурили при строительстве Завесы, и потому душ быстро развеял неприятные иллюзии.       Наслаждаясь каждым мгновением, Шепард впервые за многие годы побаловала себя ароматным гелем, несколькими бальзамами и масками. Она осознала, что немного увлеклась, только выйдя из душа — Гаррус терпеливо ждал её появления у шлюза капитанской каюты.       На нём снова был простой синий комбез — из тех, что он носил на момент их первой встречи. В руке он неловко сжимал какой-то сосуд. На долю секунды Джейн задумалась, как долго он уже топчется у входа и почему просто не прошёл в спальню.       — Эй, я принёс вино. Лучшее, что мог себе позволить на жалование линчевателя.       Вся его поза снова до боли напоминала того слегка скованного и зажатого турианца, которого она подцепила на танцполе Логова Коры — кажется, в семьдесят восьмом. Шепард не смогла сдержать улыбки.       — Спасибо и на том, что это не ринкол. Всем, что связано с кроганами, я сыта как минимум до конца недели.       Глаза Гарруса потеплели, и он наконец прошёл в каюту, к настенной панели управления стереосистемой. Было что-то забавное в том, как он двигался — Джейн только сейчас вспомнила, что это его первый визит на палубу номер один. Она решила дать ему время.       — Знаешь, если бы ты была турианкой, я бы сделал комплимент твоей талии или гребню, — Гаррусу приходилось перекрикивать музыку, которую он сам включил минутой ранее. — Так что... Твои волосы выглядят хорошо, а твоя талия... Э-э-э... Воодушевляет.       Шепард видела, что он чувствует себя увереннее, когда музыка хотя бы отчасти заглушает его слова. Она то и дело закусывала губу, пытаясь не добавлять ситуации комичности.       — Надеюсь, это не оскорбительно в человеческой культуре... Дерьмо, мне точно стоило посмотреть те видео. Или хотя бы пригласить тебя на нормальный танец.       — Гаррус, тебе ведь не нужно соблазнять меня второй раз. Не напрягайся.       Джейн убавила громкость, сменила трек на что-то более спокойное и осторожно коснулась его иссечённого шрамами лица. Под её прикосновениями мандибулы наконец перестали дрожать.       — Я просто... видел слишком много всего, что пошло не так, Шепард. Моя работа в СБЦ, то, что случилось с Сидонисом... — Гаррус ласково потерся щекой о ладонь Джейн. — Я хочу хоть что-нибудь сделать правильно. Хоть раз. Я не хочу терять то, что у нас есть.       — Я тоже.       Прислонившись друг к другу лбами, оба закрыли глаза.       — И я тоже люблю тебя, Гаррус.       Немного помолчав, он взял её руки в свои и начал раскачиваться из стороны в сторону в такт мелодии. Шепард переступала по полу каюты вместе с ним.       — Что ж, думаю, после такого можно спокойно идти на самоубийственную миссию.       — Я не позволю нам умереть раньше, чем мы посетим все бары в этой чёртовой Галактике. И это приказ.       Гаррус тихо усмехнулся.       — Так точно, коммандер.

***

      Шепард решила отключить только основное освещение. Синий свет от аквариума погрузил всю каюту в неяркое сияние, и ей казалось, что они парят в невесомости или толще воды. Движение, речь, даже само течение мыслей будто замедлилось.       И в этот раз они не торопились. Не было рваных ритмов, гудящих басов, всплесков адреналина. Не было горячности случайной связи, не было даже дешёвого алкоголя. Только чувства, немного важных слов и сухое вино отличной выдержки.       И они любили — со всей нежностью, на которую были способны их сердца. Не спеша, пробуя на вкус каждое мгновение, они дарили друг другу совершенно новое ощущение близости. Открывая друг друга заново, они не пересекали негласных границ, стремясь восполнить все пробелы. Им больше не нужно было прятаться, скрывая свои отношения от команды, не нужно было обманывать самих себя краткими побегами с Нормандии. И они признавались друг другу в любви снова и снова — мягкими касаниями, руками, губами и языком, осторожными ласками и горячим дыханием.       Позже Шепард стонала, задыхаясь от удовольствия, в руках Гарруса, а он невесомо гладил её по волосам. Затем уже Гаррус с громким мурчанием дрожал в её объятиях, стискивая ей бёдра когтистыми лапами. В этом океане нежности они провели несколько часов, пока, утомлённые и счастливые, не забылись крепким сном.       Впервые проснувшись вместе, они оставались в постели ещё пятнадцать бесценных минут, просто наслаждаясь тишиной и теплом друг друга.