Коммандер на одну ночь

      Красный луч жнеца всё-таки достал их на пути к Каналу.       Достал так, что Гаррус и Лиара еле держались на ногах, а Шепард во время взрыва одной из Мако практически оторвало руку — предплечье держалось на броне и коже.       Из-за объёма обезболивающих, впрыскиваемых системой жизнеобеспечения в её кровь, она уже не отличала здоровые конечности от раненых. Пришлось быстро запомнить, что левой рукой лучше пока не размахивать, и стараться держать её так, чтобы никто из отряда не заметил. Церберовские импланты работали безотказно, поэтому смерть от потери крови Шепард пока что не грозила.       В отличие от остальных.       — Вы должны выбираться отсюда.       — А ты, должно быть, издеваешься надо мной!       Джейн и Гаррус остановились у трапа под перекрёстным огнём; Лиара с немым отчаянием наблюдала за ними с борта Нормандии.       — Что бы ни случилось, Гаррус…       Он не позволил прикоснуться к себе, перехватил её руку в какой-то паре дюймов от лица. Его глаза опасно сверкнули, и, если бы Джейн не чувствовала, как дрожат его пальцы, то подумала бы, что он снова стал тем Гаррусом, который готов пойти на всё ради достижения своей цели.       Но он таким не был. Её Гаррус никогда бы не смог пойти на это, не смог бы отпустить её одну.       — Не смей говорить мне, что любишь меня, будто это последний раз в твоей жизни. — Его голос постепенно смягчился. — Я иду с тобой, потому что… Я тоже тебя люблю. И ты это знаешь.       — Гаррус…       Нормандия оторвалась от земли, оставив их вдвоём напротив ослепительно сияющего Канала. Они всё же добрались до него, а затем и до Цитадели, Андерсона, Призрака.       И наконец — до Катализатора.

***

      — Пора это заканчивать… Я выбираю Синтез.       — Делай, что должно.       Гаррус удержал Шепард за руку. Подошёл к Катализатору, принявшему облик ребёнка, которого она часто видела в кошмарах, медленно присел напротив — так, чтобы их лица были на одном уровне. Шепард узнала это движение. Так же он когда-то допрашивал волуса, что выдавал себя за Тень.       — Почему вся Шепард нужна, чтобы добавить её энергию к Горну? Неужели недостаточно волоса или капли крови?       — Нет. Для того, чтобы создать гибридную ДНК, нужна комбинация синтетической и органической жизни.       Шепард всё смотрела на ярко-зелёный луч. Гаррус поднялся, не выпуская её руки, и заговорил. Очень тихо.       — Ты помнишь, что сказала мне год назад? Что не позволишь нам умереть раньше, чем мы посетим все бары в этой чёртовой Галактике?       — Помню.       — Тогда держи своё слово.       Джейн было нечего ответить. Она сделала шаг вперёд.       — Шепард, НЕТ!       Гаррус с силой рванул её к себе; от этого прикипевшие остатки брони и тканей, удерживавшие левую руку всё это время, разорвались. Джейн вскрикнула — видимо, болевой шок уже прошёл — и прижала её к груди.       Поражённый Гаррус в ужасе уставился на оторванную кисть.       — Что за… Шепард, чёрт возьми, как давно ты… Почему не сказала?       — Неважно. — От боли у Джейн всё-таки потекли слёзы, но она не могла сдержать смеха. — Ты только что самым нелепым в Галактике способом удержал меня от разложения на атомы.       Она подняла свою руку к глазам, рассмотрела при свете Горна.       — Как же странно и удобно это выглядит.       — То есть, ты хочешь… А ты уверена, что… Этого хватит? И что это вообще сработает, нужны ведь живые ткани…       — Она ещё и не начинала отмирать. Импланты творят чудеса.       На лице Гарруса, как всегда, ничего не отразилось, но Шепард поняла, что он на грани.       — Ладно… Давай просто попробуем.       Катализатор стоял в стороне, и Шепард всё никак не решалась задать ему свой последний вопрос. Когда она уже собиралась заговорить, он молча и еле заметно кивнул. Они с Гаррусом помогли друг другу добраться до центра площадки, остановились в паре шагов и сели, свесив ноги с края.       — Смотри-ка, до луча радости отсюда буквально рукой подать.       Джейн усмехнулась и взглянула на своего плохого турианца. Он и правда быстро отошёл. Хотя, проделав весь этот путь плечом к плечу с ней, он невольно научился постоянно адаптироваться. Иначе можно было запросто свихнуться.       — Мы сделали это. Вместе. Потому что если Шепард, то с Вакарианом.       — И Вакариан — с Шепард.       С мыслями о том, что это было самое безумное свидание в её жизни, Джейн бросила свою многострадальную конечность прямо в луч Горна и поцеловала Гарруса в шрам на щеке.       Спустя мгновение их накрыло ослепительной волной зелёного света.

***

      — Я думал, мы оба там погибнем, но... Клянусь тебе, Джейн, оно того стоило.       — Да брось, Гаррус. Ты пробовал вещи пострашнее визита в кроганские ясли.       — Вроде двух самоубийственных миссий? Да ну, ерунда.       Небольшая квартирка на Иллиуме несколько месяцев служила Джейн и Гаррусу убежищем, куда они возвращались на каждое своё увольнение. После выписки из больницы на Земле именно здесь их встретила его семья.       Оставив вещи у входного шлюза, они прошли в спальню.       — Когда эти маленькие комки ярости набрасываются на тебя вдесятером — эти ощущения ни с чем не сравнятся.       — Да? А как же другие… Ощущения?       Не дожидаясь реакции, Джейн приглушила свет, осторожно повалила Гарруса на кровать, развела его руки в стороны и начала обвязывать невесть откуда взявшейся черной шёлковой лентой его правую лодыжку.       — Шепард… Что ты задумала?       Джейн только приподняла бровь и улыбнулась, не выпуская вторую ленту изо рта.       — Ладно, я уже давно заметил те наручники в твоей тумбочке. У меня только один вопрос — откуда?       — Наши общие друзья в СБЦ. — Шепард наконец привязала обе его ноги к спинке кровати. — Но ты никогда не догадаешься, кто именно.       Вытащив наручники из ящика прикроватной тумбочки и защёлкнув их над головой Гарруса, Джейн села ему на бёдра, повязала на глаза чёрную ленту — такую же, как те, которыми до этого обездвижила ноги.       — А ты не перестаёшь удивлять...       — Ты умеешь ладить с детьми, Гаррус. Видеть тебя играющимся с маленькими кроганами было чертовски мило.       Гаррус не успел ответить — Джейн засунула ему в рот что-то мягкое и защёлкнула ремень на затылке. Он заинтригованно помычал.       — Настолько мило, что я готова была трахнуть тебя в ближайшей каморке.       Шепард медленно легла к нему на грудь и почувствовала, как он рванул цепи наручников. Торжествующе ухмыльнувшись, она просунула свой язык за воротник в основании шейного панциря, провела им по чувствительным участкам кожи. Довольное урчание Гарруса не могло обмануть — ему отчаянно нравились такие игры.       Она раздевала и исследовала его целиком, заглядывая в каждый укромный уголок его восхитительного, сильного, отливающего зелёным тела, одно за другим находя чувствительные точки, распаляя и поддразнивая. Он отвечал ей резким сокращением мышц, измученным мурлыканием, горячей пульсацией в области паха.       Обласкав его шею, затылок, кончики гребней, ключицы и живот, Джейн поняла, что пора играть по-крупному. Расстегнув его костюм чуть дальше, она провела языком тоненькую линию от одного бедра к другому, и была вознаграждена заметным напряжением чуть ниже этой черты. Обрадовавшись своей новой находке, Шепард расширила зону действия и сделала прикосновения более ритмичными, с удовольствием наблюдая за тем, как Гаррус выгибается ей навстречу.       Доведя Гарруса до дрожи, Шепард сняла повязку с его лица. Сойдя с кровати, распустила волосы, расстегнула и сбросила на пол свой комбинезон. Под ним оказалось новое, очень тонкое бельё из кружевной чёрной ткани. Не в состоянии пошевелиться или что-то сказать, Гаррус молча пожирал её взглядом с другого конца комнаты, а его возбуждение в попытке привлечь внимание становилось всё более очевидным.       Когда она заползала обратно, у него блестели глаза и вибрировали мандибулы.       Она оседлала его: сначала осторожно, будто впервые пробуя, каково это — чувствовать его внутри, потом быстрее и агрессивнее, ощущая его желание, горящий взгляд и непрерывные попытки вырваться. Она двигалась в ритмичном танце, понимая, что сама уже не может сдерживать стоны, и выгнулась в судорогах оргазма, когда звенящая от натуги цепь наручников наконец лопнула.       Гаррус впился когтями в её бёдро и спину, притянул к себе и продолжил так резко, что Джейн накрывало снова и снова. Когда он протяжно замурчал, она уже не могла дышать.       Свалившись на кровать рядом с ним, она обессиленно вытащила кляп из его рта и ещё долго целовала.       — Когда ты научился так хорошо целоваться?       Они всё ещё лежали в обнимку, пытаясь восстановить дыхание. Гаррус гладил Шепард по растрёпанным волосам.       — Перед запуском Горна, когда ты потянулась ко мне, я понял, что совсем не знаю, что делать. Не очень-то приятные мысли перед смертью.       — А ты не перестаёшь удивлять…       Гаррус отыскал её левую руку, только недавно восстановленную по лучшим рецептам Цербера, и прижал к груди.

***

      Как и в восемьдесят пятом, так и долгие годы спустя Джейн очень нравилась музыка в баре «Вечность», на Иллиуме. Она была рада, что её не сменили после реставрации — всё-таки, некоторые вещи должны оставаться неизменными.       Отсутствие Конрада Вернера, маячившего у стойки, входило в список немногочисленных приятных изменений. Краем уха Шепард слышала, что они с Дженной из «Сверхновой» остались живы после запуска Горна и, когда всё устаканилось, укатили на медовый месяц в какой-то тропический рай. Да, эти двое явно стоили друг друга… Оба в свое время побыли занозами в заднице.       Кстати, Гаррус ведь тоже хотел поселиться в каком-нибудь тёплом тропическом месте после отставки. Глядя на его светящееся нежностью лицо — а со дня их воссоединения в госпитале на Земле оно редко омрачалось — Шепард испытала дежавю: снова она представила его залитым лучами солнца, с гирляндой цветов на шее, на фоне безмятежного морского пейзажа. Видимо, это означало, что их планам пришла пора сбываться. Тем более теперь, когда в их семье появились крохи, которые пока что ни разу в жизни не видели океана.       — Эй, Морти, осторожнее со стаканом! Ева, пожалуйста, не толкай брата. Помните, что вы обещали нам с мамой не учинять хаос на Цитадели?       Малыши-кроганы, устроившиеся на диване рядом со своими приёмными родителями, никак не могли усидеть на месте. Морт, которого Джейн и Гаррус назвали в честь Мордина Солуса, сосредоточенно пускал пузыри в своем стакане, а Ева, делившая имя со своей приёмной тётей, старалась выбить соломинку у него изо рта.       — Дядя Грюнт скоро будет, потерпите ещё немного.       — Ура-а-а! — маленький Морти на радостях расплескал весь свой коктейль. — Мы пойдем охотиться на молотильщика, прямо как вы и дядя Рекс?       — Ты опять всё перепутал! Дядя Рекс обещал покатать нас на варренах, а охотиться мы будем только когда станем взрослыми!       Ева неуклюже помотала своей огромной головой, чтобы стряхнуть попавшую между пластин влагу. Когда она замерла и подняла робкий взгляд на Шепард с Гаррусом, они уже знали, что она скажет.       — Мам, пап, а можно нам своего варрена?..       — Имя для него вы уже выбрали? — Помогая детям вытереть лужу на сидении, Гаррус хитро покосился на Джейн. — Или у каждого будет свой?       По тому, как растерянно переглянулись малыши, Шепард поняла, что такой щедрости от родителей они не ожидали.       — Думаю, об этом вам стоит поговорить с Рексом, а потом — с Джек. Возможно, она познакомит вас с своим Эн-Э. Как думаешь, Гаррус?       — А что, звучит неплохо. Осталось только Джокера предупредить… Ну и всю команду заодно. Два мелких бесёнка плюс два их мелких варрена на борту — даже не знаю, какая из новостей им больше понравится.       Шепард улыбнулась дну своего стакана. Ну а что поделать — сами вызвались сопроводить чету Шепард-Вакариан в отпуск почётным эскортом. Но это будет позже, уж точно после того, как они с Гаррусом проведут немного времени вдвоём, а малыши — погостят на Тучанке.       Выходные в клане Урднот — сомнительное удовольствие для человеческого или турианского ребёнка, однако Морт и Ева никак не могли дождаться конца недели, чтобы наконец повеселиться со своими сородичами. По оглушительнымо-счастливому рыку на пару голосов Шепард поняла, что дети заметили Грюнта. Вскочив с места, они понеслись ему навстречу, как два маленьких тарана, и вцепились в любимого дядю сразу с двух сторон.       Гордые родители встали, чтобы поздороваться.       — Шепард, Гаррус. Как и договаривались, забираю ваших зверёнышей на пару дней. Как прилетите забирать — Рекс приглашает выпить.       — Спасибо, Грюнт. Держитесь на связи.       Ева и Морти, как по команде, метнулись обратно и изо всех сил заобнимали маму с папой.       — Спасибо, мам, спасибо, пап!       — Мы привезем с собой двух маленьких варренов!       — И будем вести себя хорошо… По возможности!       Джейн и Гаррус по очереди чмокнули Еву и Морти в их маленькие смешные мордочки, ласково потрепали по панцирям. Ухватившись за пальцы Грюнта, они вышли из бара, но их топот и звонкий смех был слышен ещё какое-то время.       Шепард и Гаррус вернулись за столик.       — Даже не думал, что так быстро начну по ним скучать. Рёв двигателей Нормандии покажется симфонией после нескольких лет в роли родителей пары кроганов, но без них становится ужасно пусто.       — Это точно. Тем не менее, так будет всего лишь пару дней. Два дня тишины… Думаю, когда они закончатся, мы заговорим иначе.       — Кстати о тишине. Ты слышала, что Логово Коры снова открывается после реконструкции?       Шепард удивлённо подняла брови.       — Неужели? Думаю, нам стоит нанести визит.       — Прямо как в старые добрые времена, Шепард.       Гаррус откинулся на спинку дивана, а Джейн положила свою голову ему на плечо. С террасы Вечности им открывался захватывающий вид на Нос-Астру, а впереди ждали море, солнце, семейный отпуск и только счастливые времена.