Темные воды

Изумительной красоты белоснежные крыши и купола укрывали от палящего синего солнца убежища, утопленные в воде. Сотни фигурок сновали между домами, спеша по своим делам. С высокой террасы был виден наполовину утопленный исполинский корпус звездного корабля, заслонявший горизонт… Место казалось полностью укрытым. Перламутровые стены, изящные ребристые перемычки, странная геометрия помещения и находившихся в нем предметов, столов, гигантских колб, в которых созревали взрослые тела. Одно из существ, зреющих в колбах, открыло огромные глаза, моргнув вторыми веками, его кожа казалась такой же перламутровой, как и стены лаборатории… Длинный коридор содержал в себе сотни и тысячи капсул, в которых спали существа. Высокий воин с зеленоватой кожей подошел, положив на плечо столь же высокой зеленокожей женщине с удивительным лицом перепончатую руку. — Началось… но если тебе больно видеть… — Я хочу видеть, Дагхон… мне НУЖНО увидеть… … За панорамным силовым полем расцветал исполинской, невообразимой красоты цветок, синий, алый, лиловый. Неистовой болью стиснуло сердце. Дома больше не было, возвращаться было некуда… Остальные корабли сгинули в пространственных карманах. Остались только они, усталые и почти лишенные надежды. Червоточина открылась так внезапно, что они не успели включить экстренное торможение. Корабль вошел в нее на полной скорости, словно схлопнулась Вселенная. А потом вышел на орбите обитаемого мира, планеты, на три четверти покрытой водой. Исследование атмосферы и водных массивов показало почти полную идентичность с планетой-праматерью. Судьба привела их к новому дому… Существа, настолько примитивные, что приняли их как богов, стали неисчерпаемым источником материала для воспроизведения. Ко всему прочему их аджу’кхи было очень легко менять. Настолько легко, что они заподозрили старую колонию, утратившую знания и умения. Подросшие сыновья командира и старшей помощницы взяли в супруги самых красивых дев местной породы и основали город Ат-Ха-Лан-Ти, «Город Двенадцати Владык». Так было положено начало владычеству и восхождению племени Вод на новой планете… Корабль рабов разбился недалеко от колонии Города Двенадцати. Измученные, напуганные, его пассажиры поспешили укрыться в глубине морей, поскольку были приспособлены лишь к жизни в воде. Но стремясь позабыть о собственном предназначении, их предводители, те, кто пожелал сохранить себя и своих детей свободными, рассказали порожденному ими потомству легенду, в которой правдой было все, кроме одного — они поменяли местами повелителей и слуг, представив себя властелинами Океана. Первое время Оанн и его подруга ждали нападения на свою небольшую колонию, но те, кто некогда был их создателями и властелинами, не тронули их. Обретя новый дом и взяв в слуги людей Суши, они более не нуждались в рабах-подводных… Те, кто назвал себя оанниарами, по имени первого из своих предков, были обучены им тем знаниям, которые он сам получил от своих хозяев. Ограничения же, которые были наложены на него и, в силу происхождения, на его потомков, он представил как благородные запреты, предназначенные для пользы людей и сынов Океана. Надо отдать должное Оанну, он благоволил людям и помогал им, даря диким племенам, находящимся вдали от Ат-Ха-Лан-Ти, знания старой расы, обучая их письму, ковке металла и многим другим премудростям. Ему поклонялись как божеству, создавая его статуи и образы, но всю жизнь его терзал страх перед теми, чье имя и знания он присвоил. А те, чьей мести он страшился, увидели, каковы его деяния и какова помощь несчастным дикарям, и приняли решение оставить его и его породу в покое, дав возможность жить и развиваться… На Лиданна было страшно смотреть. Он тяжело опустился на водоросляной покров, прижимая руки к вискам, словно пытаясь выдавить полученные знания. Ошеломленный Ихтиандр последовал его примеру. Чужое присутствие исчезло из его сознания, теперь виски ныли, словно их сдавила чудовищная сила. — Этого не может быть, не может, — оанниар застонал, — не может… Лэллар с неожиданным сочувствием смотрел на них обоих. — Ты можешь узнать правду, запустив полную память, что хранится в твоей аджу’кхи, — сказал он, переведя взгляд на Лиданна. — Оанн не мог уничтожить эту память. Только заглушить и на время укрыть под слоем того, чего не было. Матерь Хидари дала тебе конец нити, но лишь ты можешь размотать весь клубок. Ихтиандр положил руку на растрепанную голову оанниара. — Думаю, нам стоит поискать где-нибудь место, где мы сможем быть хотя бы в какой-то безопасности. Лэллар, здесь есть такие места? Ведь в Кут’Хиалле Лиданну не будут рады, да и сам он вряд ли захочет... — Старый город, — кивнул кутхулл, — это недалеко, ближе, чем Кут’Хиалл. Это всё, что я могу предложить Лиданну. Лиданн вскинул голову. Огромные глаза его были исполнены такой боли, что Ихтиандру стало страшно. Он положил руку на плечо друга. Лиданн моргнул, глядя на него, затем перевел взгляд на Лэллара. — Что остается мне? Но воистину, лучше было бы мне умереть под тем камнем…