Ты больше не один

      После прогулки по городу Инь Цзяня распирала радость и жажда деятельности. Он выложил купленные травы на стол, пробежал глазами свои заметки. На чистый лист добавил вопросы, а их после прогулки по городу было немало. Главный — как в отсутствии солнца население Сумеречного города остается здоровым и даже смуглым? Очень хотелось пообщаться на эту тему с кем-нибудь из местных целителей. Ему срочно нужен был хороший наставник и еще срочнее Юй Минъе. Они не виделись уже целую вечность, это было непривычно и неправильно.       Раздался стук в дверь, и сердце Инь Цзяня встрепенулось. Минъе?       Да, это был Глава Дворца Темной ночи, старательно делающий вид, что все отлично, и он не расстроен скорым расставанием с другом. Ведь они будут видеться. Ездить друг к другу в гости. Все будет хорошо, все уже хорошо, почему же на душе так отвратительно? — Минъе. Наконец-то. Я скучал. Как прошел Совет? — жизнерадостно спросил Инь Цзянь, но потом начал внимательно вглядываться в тень на лице друга. — Лучше, чем ожидалось, — ответил Минъе. Невольно улыбнулся в ответ, но сердце тут же кольнуло. Да что с ним не так? Почему сегодня ему стало хуже? — Собирайся, прогуляемся кое-куда. Буду выполнять... свое обещание.       Они чуть ли не бегом дошли до конюшни. Юй Минъе спешил, так было легче. Быстро, без разговоров, потому что голос подводил. Он стискивал зубы, ругал себя и летел вперед, не зная, как избавиться от накатывающего чувства одиночества из-за скорого расставания с другом. Да какого гуя? Он же не один! Первый Старейшина любит его как родного сына, у него есть верные люди, есть целый клан! Возможно, скоро появится невеста, одна из лучших заклинательниц Дворца Лазурных небес! В конце концов есть Ван Ихань, с которым они неразлучны уже больше года.       Они ехали к северной окраине города широкими, светлыми от фонарей улицами. Инь Цзянь молча наблюдал тихую истерику Юй Минъе и ждал удобный момент. Увидев лавочку с пирожками и другой едой, он свернул к ней. — Надо перекусить, — заявил он безапелляционно и начал выбирать еду на двоих. Попросил бутыль воды, накапал туда тонизирующего эликсира и протянул Юй Минъе. — Попробуй. Это мой напиток для путешествий, когда для чая нет времени, а для вина повода.       Юй Минъе, не глядя, взял бутылку и начал пить. Сначала с трудом, затем с удовольствием, большими глотками. Он с аппетитом набросился на еду, которую протягивал Инь Цзянь. Только сейчас вспомнил, что пропустил обед из-за Совета. То ли из-за напитка, то ли от еды на душе стало немного спокойнее. Да, они расстанутся, но кто мешает сейчас получать удовольствие от общения, пока они еще вместе? Как там Цзянь говорил, то есть Лао-цзы? Живи в настоящем и будешь умиротворен? Он взял себя в руки. Руку. И все-таки смог улыбнуться и поблагодарить друга за заботу. — Минъе. Мы обещали друг другу делиться переживаниями. И что вместо этого ты делаешь сейчас? — строго спросил Инь Цзянь.       Ну вот кто еще будет таким голосом допрашивать Темного повелителя? Почему, чтобы полюбоваться этим суровым целителем, придется куда-то ездить? Как же не хотелось расставаться... Он глубоко вдохнул, потянулся к Золотому ядру, запуская по меридианам исцеляющую ци, и смог почти беззаботно произнести: — Ой, Инь-лаоши, не обращай внимания. Просто усталость. Эти Советы — такие Советы, бессмертного в могилу сведут. — Но ты говорил, что все прошло лучше, чем ожидалось? — Говорил. Если б не лучше, я бы еще сидел там.       Юй Минъе подробно рассказал о затруднениях, которые удалось разрешить. — Да ты сам все видел. "Чудесный" вид Сумеречного города никого не оставляет равнодушным, — горько усмехнулся он. — Но ты нашел отличное решение! Адепты доставят Духовный металл в города, а оттуда принесут необходимые клану товары, — добавил он, радуясь, что можно будет быстро получать все необходимое для таблеток и эликсиров.       Юй Минъе остановил коня и удивленно посмотрел на Инь Цзяня. — Товары? Точно, им же обратно лететь!       Он достал бумагу для писем-молний и тут же отправил старейшинам указание составить списки для закупок, пока они не успели расслабиться после Совета.       На сердце опять стало тяжело. Инь Цзянь никак не помогал привыкать к своему отсутствию, а вовсе наоборот. Своими поступками только усиливал желание схватить его и запереть где-нибудь, например, в купальнях. Пусть наслаждается, раз они ему понравились. Главное, чтобы поближе к Юй Минъе. Нет, ну как можно быть таким красивым и умным?       По дороге они продолжали обсуждать Совет и дела клана. Инь Цзянь настолько заинтересованно расспрашивал, что Минъе хотелось рассказывать и рассказывать. А раз хочется, то можно хотя бы в этом себе не отказывать. Тем более, Инь Цзянь продолжал давать дельные советы. Например, предостерег от бесплатной доставки товаров адептами. Люди не ценят то, что достается даром. В этом он убедился на себе и с тех пор всегда брал за лечение деньги. Пусть даже пару монет.       Каменистое плато, на котором располагался Сумеречный город, в народе прозвали Дьявольской кухней из-за мрачного вида и горячих источников, нашедших себе выход на поверхность в нескольких местах. К западу оно обрывалось спуском в долину. Он был пологим с северной окраины города и более крутым с южной. Как раз на Южной дороге горячая вода выходила прямо на склон, образуя природные ванны, и, сидя в ней, можно было любоваться видом Мерцающего леса, росшего в долине.       Но сейчас Минъе вел их к северной окраине леса, где дорога была пологой, и добраться до поляны с Пугливыми кустами было проще всего. Он опять начал спешить, пытаясь справиться с диким желанием попросить Инь Цзяня остаться, поэтому ехал впереди и не оценил выражения лица целителя, когда тот увидел долину и Мерцающий лес.       Инь Цзянь привстал на стременах и изумленно вглядывался в волшебную картину, открывшуюся перед ними. В темной чаше долины лежало мерцающее светом облако. Голубые огни, золотистые искры, зеленые всполохи переливались, перетекали друг в друга, то гасли, то снова вспыхивали. Растения, рожденные в сумеречном мире, сами стали источником света, приспособившись к жизни без солнца. Они въехали под полог светящегося леса, и целитель жадно рассматривал удивительные растения. — Инь Цзянь, знакомься, это — Пугливые кусты, — Юй Минъе спешился на небольшой поляне, обрамленной бледно-желтыми растениями. — Они помогут тебе почувствовать темную энергию и научиться управлять ею. Инь Цзянь оторвался от созерцания леса. Какая энергия, какие в Диюй кусты, если на Юй Минъе больно смотреть? Дело тут точно не в усталости после Совета. Очень хотелось привести Главу в чувство подзатыльником или шлепком пониже спины, чтобы впредь даже не пытался скрывать от друга свои проблемы. Он посмотрел на Юй Минъе, который как раз очень удобно остановился спиной к Цзяню. Широкие плечи, тонкая талия, крепкие ягодицы, которых не видно под ханьфу, но Цзянь-то помнит! Точно, лучше шлепком. Вразумить рукавом или ладонью?       Ничего не подозревающий глава Дворца Темной ночи тем временем продолжал: — Собственные раны заклинатели запечатывают и лечат при помощи ци и развитого Золотого ядра. Но таким способом нельзя остановить чужую кровь, можно лишь влить свою силу в меридианы другого заклинателя, — Минъе запнулся, вспомнив, как это с ним делал Инь Цзянь. Сглотнул и продолжил. — Зато темная Иньская энергия находится повсюду. С ее помощью мы можем воздействовать на другого человека, и неважно, заклинатель он или нет.       Рукавом. Так будет эффектнее. Инь Цзянь уже примерился и замахнулся, как вдруг услышал: — Тебе нужно успеть подружиться с темной энергией и отработать прием на людях... до того... как ты уедешь, — Юй Минъе очень старался говорить ровно и беззаботно, но голос все-таки подвел. Инь Цзянь растерянно опустил занесенную руку. Кто уедешь? Куда уедешь? Так это из-за него Минъе расстроен? Эта горечь в голосе из-за идиота-лекаря, который не сказал другу, что не собирается его покидать? Теперь понятно, откуда эти недомолвки. — Смотри, Пугливые кусты выделяют темную энергию, стоит только приблизиться к ним, — Юй Минъе протянул руку к блеклым желтым листьям, и те тут же покрылись черной дымкой. Инь Цзянь шагнул вперед и обнял Главу со спины. — Минъе, прости. Я должен был сразу тебе сказать.       Юй Минъе тяжело дышал, сердце рвалось на части. Ну, зачем он так, теперь будет еще больнее! Глава положил ладонь на руки своего целителя. Нужно разорвать объятие, повернуться к Цзяню с улыбкой, сделать вид, что все нормально. Но на это сил не было. Другое дело — схватить и никуда не отпускать. — Я не изменил своих намерений, я буду жить в Сумеречном городе, лечить людей и ходить с тобой на ночные охоты. Это взвешенное решение. Я не хочу расставаться. Можешь стукнуть меня за то, что забыл сказать тебе, — быстро проговорил Инь Цзянь и улыбнулся. — Только не очень сильно, ведь я не говорил, что собираюсь уезжать.       Цзянь положил подбородок на плечо Минъе. Все-таки этого Главу хотелось наказать за то, что надумал себе всякого. Например, укусить за ухо, которое вот оно, только голову поверни. Но он не стал, просто обнял друга еще сильнее. Стоять так было хорошо и правильно. Умиротворяюще.       Осознав слова Инь Цзяня, Юй Минъе расплылся в счастливой улыбке. Инь Цзянь не хочет с ним расставаться. Он сжимал и прикусывал губы, пытаясь выглядеть серьезно, но это было бесполезно. Да и зачем, кого тут стесняться, Пугливых кустов что ли? Продолжая улыбаться, он откинул голову на плечо друга, который в очередной раз избавил его боли. Теперь Юй Минъе знал, что чувствуют прошедшие Небесное испытание и вознесшиеся на Небеса. Необъяснимое отчаяние исчезло, уступив место дикой, необузданной радости, и Юй Минъе с удовольствием отдался ей. Он знал, что теперь может все. Все проблемы стали мелкими и незначительными, а планы самыми радужными. С Инь Цзянем рядом он свернет горы. Возможно, даже Западные вместе со всей этой Дьявольской кухней. Спине было горячо, сердце прыгало в счастливом танце, а Цзянь лишь крепче обнимал своего глупого пациента, который сам придумал, сам расстроился, зато сейчас стоял полностью счастливый и уверенный в будущем. — Цзянь, обычно я не такой дурак, веришь? Инь Цзянь энергично закивал в плечо Главы, скосив глаза на доверчиво открывшуюся шею. Он обрадовался, почувствовав перемены в настроении друга. Значит, он угадал причину и все сделал правильно. — Минъе, это я виноват. Что забыл поговорить об этом. Я поеду с тобой во Дворец Лазурных небес, но только затем, чтобы купить то, чего не нашел тут. Кстати, сегодня на рынке мне пригодились твои кинжалы! Минъе, у меня получилось быстро достать их! Я вчера тренировался, и сегодня утром, и дацзе сказала, что я молодец — взволнованно, но тихо рассказывал Инь Цзянь. Зачем кричать, когда ухо собеседника рядом, а сам он надежно зафиксирован. Был. Юй Минъе в изумлении развернулся. — Дацзе? На рынке? — изумленно произнес он. — Мгм, — радостно закивал Инь Цзянь. — Я пошел на рынок с Цзян Лицинь, чтобы начать знакомство с городом. Все равно ты был занят. И, как всегда, нашелся идиот, боящийся конкурентов и считающий, что вправе указывать другим, что им делать. Пришлось поставить его на место. Смотри! Инь Цзянь улыбнулся Юй Минъе, затем, не отводя взгляда от округлившихся глаз темного заклинателя, встряхнул рукавами и продемонстрировал ему уверенно лежащие в ладонях кинжалы. — Видел бы ты его лицо. Он тут же развернулся и сбежал. Так же ловко Цзянь вернул кинжалы в ножны и быстро обнял Главу. — Еще раз спасибо за подарок, Минъе, — прошептал он и отстранился. — Чем ты так удивлен? — Но... Как? Цзян Лицинь? — Да вообще прекрасно. Сказал, что твой друг и все. Она же мудрая женщина. Ну, еще помог ей со стиркой. Расскажу на обратной дороге. Давай заниматься? — Да. Наверное. Но сначала мне надо выпить. Все-таки Юй Минъе сильный. Он воин. Он заклинатель уровня Духовный наставник. Не должен отвлекаться от поставленных задач лишь потому, что его друг добровольно пошел в логово дракона и приручил его. И вообще Инь-лаоши прав, Цзян Лицинь — мудрая женщина, благодаря которой жизнь во дворце стала лучше. Кому как не ей можно было доверить дорогого гостя, то есть нового жильца Дворца Темной ночи! Вспомнив, что все его переживания были напрасны, и Инь Цзянь остается, Глава с воодушевлением принялся обучать нового адепта общению с темной энергией. — На Пугливых кустах очень удобно тренироваться. Протяни ладонь и запомни, что чувствуешь, когда куст выставляет заслон из темной энергии. А теперь останови ладонь раньше и попробуй ощутить ее на расстоянии, пока она еще в листьях. Если не получается, снова подноси руку ближе. Далеко не с первой попытки, но Инь Цзянь смог не только почувствовать, но и призвать темную энергию, накопленную в листьях, к себе. Он сделал это, у него получилось: темное облачко взлетело и впечаталось в его ладонь! — Цзянь, ну нельзя же быть таким идеальным! — возмутился Глава. — Тебя хочется схватить и никуда не отпускать. Запру в купальнях, — сознался он в своих тайных планах. — Ха-ха, да я сам никуда не уеду. Запрусь в прачечной, будешь туда на массаж приходить, — парировал целитель и подмигнул слегка побледневшему Главе. На обратной дороге Юй Минъе свернул на небольшую тропу. — Мы быстро. Думаю, тебе там понравится. Как такое могло не понравиться, Инь Цзянь не представлял. Огромные деревья были усыпаны светящимися цветами от основания до самых верхушек. Он присмотрелся и понял, что стволы и ветви оплетает какое-то вьющееся цветущее растение. — Звездные лианы, — объяснил Минъе. — Красиво?       Он повторил поступок Инь Цзяня, обняв того со спины. Жаль, рука была только одна. И друг точно так же доверчиво откинул голову ему на плечо, разглядывая прекрасные созвездия из цветов в вышине. — Минъе, это невероятно! Как и весь лес. Почему об этом не говорят по всему континенту, почему здесь не стоят толпы желающих посмотреть на это чудо? — Потому что Дворец Темной ночи должны бояться? Были. Раньше. — произнес он озадаченно. Слова Инь Цзяня заставили его задуматься.       Всю обратную дорогу целитель рассказывал. Как его поразил Мерцающий лес, как он подружился с Цзян-дацзе, как ему хочется быстрее приступить к работе и изучению всего для него нового. Его глаза светились не хуже Звездных лиан, он был действительно счастлив.       А Юй Минъе беззастенчиво залипал на губы Инь Цзяня и больше не испытывал по этому поводу ни малейших угрызений совести. Да, ему нравится, и что? Ведь он никогда никому не расскажет и никогда не сделает ничего, что могло бы смутить друга. Поэтому спать они пошли по своим комнатам.