Когда нечего терять

Но я тысячу раз обрывал провода Сам себе кричал: "Ухожу навсегда" Непонятно, как доживал до утра Салют, Вера! Когда закончатся полеты первых ласточек И ты усталая придёшь к себе домой Увидишь из окна слова из ярких лампочек Я напишу тебе: "Не бойся, я с тобой"

В. Меладзе

Как же долго ехал лифт. И почему соседу пришло в голову выгулять свою собачку именно в двенадцать ночи? В голове мужчины крутились множество картин возможных течений событий прямо сейчас, прямо в этом лифте, если бы им не мешал случайно приблудившийся сосед. Даниил смотрел на Алину, наблюдающую за маленьким белоснежным шпицем, который сидел на руках у своего довольно пожилого хозяина. В данный момент мужчина ревновал её даже к этому псу. Ему не хотелось, чтобы она даже на минуту отводила от него глаза и переключила своё внимание на кого-то другого. Неизвестно, сколько у них есть времени, неизвестно надолго ли она здесь, неизвестно, повторится ли эта ночь. Алина подняла глаза на Даниила и улыбнулась, продемонстрировав ряд ровных жемчужных зубов. — Как там, интересно, мои? — произнесла она, чуть приблизившись к нему. Девушка немного стеснялась соседа по лифту и говорила полушепотом. У неё на лице красовался румянец, ресницы вздрагивали, словно в такт дыханию, а неумело собранная наверх причёска сползла вниз и частично прикрыла её оголенную шею. Даниилу так и хотелось убрать ее волосы назад, чтобы они не закрывали её соблазнительные изгибы. Но вместо этого он только взял ее за руку. — Уже соскучилась по ним? — Немного. Сабина обещала присмотреть за всеми, — Алина снова перевела взгляд на собачку, которая скулила и так хотела спрыгнуть из рук хозяина. На небольшом экране бесконечно долго отсчитывались цифры. Наконец, нужный этаж и лифт остановился. Мужчина с собачкой пропустил пару и они оказались в ярко освещённом широком коридоре, по обе стороны которого были двери, ведущие в апартаменты. Даниил, сделав несколько шагов, остановился у ближайшей двери и полез в карман брюк в поисках ключей. Вытащил небольшой ключ и судорожно начал открывать дверь. Дверца распахнулась и они оказались в темной квартире, окна которой заливал уличный свет отдаленных огней, создавая какое-то ощущение таинственности. Но продолжалось это недолго, Даниил сразу же включил тусклую желтую лампу, стоящую буквально у входа. Комната залилась тёплым желтоватым светом, очерчивая размеры и убранство. Это была небольшого размера комната, где с одной стороны стояли белые кухонные шкафчики, со столом-островком ближе к входной двери, а другая половина была отдана под гостиную, с гордо стоящим одиноким светлым диваном. Прямо уходил небольшой коридор, ведущий, по всей видимости, в спальню и в ванную. — Ох, какой кайф, — Алина сняла свои лодочки и ступила ногами на холодный паркет, — Поносил бы Сальваторе Феррагамо свои шпильки хоть денек перед тем, как распространять их в массы. Даниил пустил понимающий смешок и по-хозяйски уверенно шагнул внутрь, включая свет на кухне. — Квартира маленькая, но мне здесь нравится, — положил он ключи на полку, подвешенную над стеклянным кухонным столом. — Еще бы! Такой вид из окна! — Алина, как и все, была заворожена огнями ночного Джерси-сити. Она подошла к окну, которое практически заменяло одну из стен в гостевой части комнаты. За окном был широкий балкон, а дальше только Гудзон и огни соседнего берега. Даниил заметил, что она все ещё стоит в его пиджаке. Он приблизился к ней сзади и аккуратно взял её за плечи. — Тебе холодно? — Нет, спасибо, — девушка начала снимать его пиджак. Он ей помог, после бросив пиджак на спинку дивана. Туда же полетел чёрный клатч. — Слушай, Даня, мне интересно, ты теперь постоянно так одеваешься? — Алина повернулась лицом и провела пальцами по пуговицам жилета на груди Даниила. Мужчина лукаво посмотрел наверх и негромко похихикал. — Алина, это все, что тебя сейчас интересует? — он, наконец, откинул её волосы назад, оголяя ей шею и плечо, — Нет, это дресскод на премьеру. Буквально вчера купил в магазине через улицу. А мне вот больше интересно не то, что на тебе, а то, что скрыто под одеждой. Даниил медленно наклонился и коснулся губами нежной кожи плеч, манивших его весь вечер. В ответ девушка прерывисто выдохнула и, наслаждаясь, откинула голову в противоположную сторону, открывая ему доступ к своей тонкой шее. От нее доносился дурманящий запах сладких яблок, дополненный натуральным ароматом её кожи, который сводил с ума и требовал немедленного продолжения и углубления поцелуев. Мужчина проделал витиеватую дорожку коротких прикосновений губ на её шее, поддерживая руками за талию, и медленно дошел до мочки уха. — Малышка моя, как же я скучал по тебе… Ты не представляешь, как я хочу тебя! — слова уже перешли в нашептывания. Алина обвила руками шею мужчины и молча смотрела в него своими бездонными глазами, в ожидании решительных действий. Данил припал к приоткрытым губам девушки в поисках ее влажного язычка. Он чувствовал как в унисон колотились их сердца, как нещадно подскочил пульс. Одновременно его руки блуждали по спине, в поисках замочка платья. Платья, которое было сейчас так некстати. Но это оказалось тяжелым испытанием, замка нигде не было, а тугая ткань так и продолжала закрывать все прелести девушки. С губ Алины сорвался смешок и она сама помогла ему, спустив замок сбоку. После чего судорожно начала расстегивать пуговицы на его жилете, а потом добралась и до белой рубашки. Синее платье девушки беззвучно упало на пол, оставляя её в нижнем белье без бретелек. Даниил на секунду оторвался от её губ и сделал шаг назад. — Что? — удивившись, тихо спросила Алина. — Знаешь, сколько раз я представлял тебя такой., — парень изучающе рассматривал приподнятую чёрным бра грудь девушки и талию, переходящую в женственные бёдра, прикрытые тонкой полоской чёрного кружева, — Но реальность меня все равно приятно удивляет. А распусти волосы. Даниил потянулся к её прическе, чтобы помочь ей освободить волосы от невидимок. — Вот так ещё лучше, — его пальцы повели вверх по её спине, вскользь касаясь легко прощупываемых позвонков, поднялись по тонкой шее, зарываясь прямиком в волосы. И растирали черные пряди между подушечками, сминая их, медленно сжимая в кулак и оттягивая назад, вынуждая её поднять голову и смотреть прямо на него, глаза в глаза, губы в губы. Алина, наконец, освободила все пуговицы и стянула с него рубашку. Даниил будто только и ждал этого, не отрываясь от губ девушки, поднял её за ягодицы и понёс в спальню. И мягко положил на белую постель. Тело девушки покрылось мурашками то ли от холода белья, то ли от его объятий и поцелуев. В другой раз можно было бы и в темноте, но не сейчас, не с ней. Это надо видеть, это надо запомнить. Даниил потянулся и включил лампу с тусклым светом на прикроватной тумбочке. Этого света хватило увидеть, как запылали красным её щеки, как она в сладостной неге закрыла глаза. Даниил начал целовать каждый сантиметр ее тела, начиная от ключиц, спускаясь к груди, и умудряясь снять с первой попытки бюстгальтер. Впился в возбужденные соски на налитых грудях, тем самым вырывая первый стон с уст девушки. Поцелуи становились ниже, тело желало большего. Брюки полетели куда-то вниз. Неожиданно, Алина взяла инициативу в свои руки и ловко вырвалась из-под его объятий, оказавшись сверху, давя на его плечи, тем самым заставляя опуститься на постель. Она осторожно коснулась губами его шеи, обнаженных ключиц, её пушистые волосы щекотали ему лицо и грудь. Её поцелуи становились все горячее и влажнее, опускались на живот и ниже, на линию его боксеров, медленно приспуская их и вызывая нереальное наслаждение и предвкушение. — Ну уж нет! Не сейчас, маленькая моя! — Даниил стянул её с себя, снова оставляя под собой и закрывая своим телом, — А ты, оказывается, не из робких, — в ответ девушка только скривила улыбку. Его руки продолжили блуждать по нежной коже, снимая последнюю преграду в виде кружевных трусиков, которые упали рядом на белую простыню. Шершавые подушечки пальцев дразнили. Они невесомо скользили по внутренней поверхности бедра — коснулись ненадолго самого заветного, но этого было достаточно, чтобы Алина бесстыже подалась бедрами вслед за удаляющимися пальцами. Недовольная девушка, хаотично потянулась к его губам, покусывая их, моля о продолжении. Сдерживаться становилось сложнее с каждой минутой, но ему безумно нравилось играть с ней. Подразнив девушку еще пару раз, Даниил стянул с себя последнюю часть одежды и не спеша, все так же поддразнивая, вошел в нее. Начался танец размеренных, ритмичных толчков, от которых вздрагивало зажатое в кольце его рук тело Алины. Все пространство сузилось до ощущения разгоряченной мягкой кожи под его губами и родного запаха. Её тело казалось под ним совсем невесомым, ненастоящим, ускользающим, растворяющимся между покрытой испариной кожей и скомкавшимся постельным бельем. Он боялся остаться без нее сейчас. И всегда. Нет, не бывать этому. Она теперь только его. Он перехватил её руки, сжал запястья и завел ей за голову, высвобождая гортанный рык. Так, оставляя на её запястьях синяки от пальцев, он пытался сохранить себе обманчивое ощущение полного контроля происходящего не только в постели, но и в её, и собственной жизни. Он толкался в нее снова и снова, в исступлении мечась губами, зубами, языком по тонкой коже, хрипло рыча от злости, от желания продлить это убивающее безумие ещё хоть на мгновение, прочувствовать, как все внутри неё пульсирует и сжимается в оргазме. И, наконец, доведя её до пика, вовремя вышел из нее, благодаря последним клочкам самоконтроля, забрызгивая ей бедра. Не было сил, чтобы попытаться подняться или перекатиться вбок. И они просто лежали друг на друге, обмякнув и расслабившись, пока Алина первая не отдышалась и не захотела вытереть свои бедра одной из простыней. После они долго продолжали лежать и смотреть друг на друга не в силах произнести ни слова. — Как мы будем дальше? — не требуя ответа, в пустоту произнесла Алина через долгое время. Казалось, она спрашивала ответа больше у себя, нежели у него. Даниил приподнялся и посмотрел в её угольные глаза, которые ещё больше сверкали под светом тусклой лампы, и искали ответ будто где-то в воздухе, сквозь него. В них были и страх, и уверенность одновременно. — Знаешь, я больше всего боялся этого вопроса, — провел он тыльной стороной пальцев по ее скулам, — Поэтому и наплёл всякую чушь про дружбу. Но теперь знаю, никогда и ни за что. Я люблю тебя безумно и с этим я уже ничего не поделаю, никуда от себя не убегу. Обещаю, мы будем вместе, я что-нибудь придумаю, — мужчина видел, как лицо Алины расплывается в довольной улыбке. Она притянула его за шею и нежно поцеловала, вызывая новую бурю желаний. Даниил начал снова покрывать грудь девушки мелкой дорожкой поцелуев, а её тело снова начало отзываться на его прикосновения. Он медленно целовал и слегка покусывал её соски, после перешел к её шее, подбородку, губам. Алина откинула наверх руки и испустила еле слышный стон. Она закрыла глаза и полностью отдалась в умелые руки мужчины, чувствуя, как внизу живота снова начинает пылать огонь.

***

— Алин., — руки игрались в шелковых копнах черных волос, — а ты где остановилась? — В отеле «Хэмптон инн» на тридцать шестой, — девушка уже не могла открыть глаза. Только чуть подергалась её нога, окольцовывающая его бёдра. Даниил поцеловал ее в самую макушку, поглаживая по спине. — Думаю, нужды в отеле больше нет. — Хорошо, завтра привезу чемодан, — почти не слышно, сквозь сон пробормотала Алина, утыкаясь носом ему прямо в грудь. Следующий вопрос «когда у неё обратный билет» Даниил решил не задавать. Девушка явно провалилась в глубокий сон, лёжа у него на груди и щекоча её своим дыханием. Теперь, несмотря на всю абсурдность ситуации, его устраивал только один ответ — никогда.