Нефритовые стержни и не только

Они встретились случайно, в сердце большого города, окруженные безразличными людьми, бегущими по своим делам. Скотт, сбежавший из проклятого города, истинный альфа, и Дерек, уставший от потерь и собственной жизни, почти омега. Встретились, сцепились и закружились вместе, будто связанные прочной мистической красной нитью. Сначала они пытались сбежать друг от друга, конечно, пытались. Скотт, привыкший сам принимать решения в своей жизни и плевавший на Судьбу, Предназначения и прочие концептуальные штуки, и Дерек, уставший терять дорогих ему людей, покрывший сердце толстым слоем льда и ярости. Они пытались сбежать друг от друга, но все равно столкнулись снова, в густонаселенном сердце другого города. В этот раз Рок преследовал их. Понадобилось еще несколько таких побегов, всегда на ночь глядя, в никуда, оставляя любое полусобственное логово, и столько же встреч, всегда случайных, нежданных и нежеланных, прежде чем они смогли смириться. Скотт, рычащий на себя и Судьбу, и Дерек, разбитый и почти сломленный еще одним отказом мира. Было нелегко. Для них никогда не было легко, всегда конфликтующие, странные. Как раскаленное масло и холодная вода. Шипение, рычание, угрозы и кровь от когтей и укусов. Ярость и злость бушевали в обоих, заставляя обращаться, сверкать глазами, угрожать и фыркать друг на друга. Скотт был альфой, он не мог терпеть такого отношения к себе. Дерек был слишком уставшим и погасшим, и только упрямство, почти баранье, а не волчье, держало его спину прямо. Они натыкались друг на друга в совершенно разных местах. Магазины, темные переулки, заправки, общественные туалеты. Шипели, рычали, расходились, только чтобы встретиться снова. И каждый раз, что-то обвивало их все крепче, притягивая друг к другу. Время расставаний становилось короче, а встречи чаще. Скотт почти смирился, его волчья сущность требовала предъявить права на Дерека, забрать себе непослушную бету, установить связь, собрать стаю. Дерек не хотел этого, его наполнял страх и отчаянье, злость струилась по венам, он все чаще огрызался и хотел вцепиться в горло идиоту-альфе. Как будто они сбегали из Бикон-Хиллс именно для этого, чтобы снова собраться вместе, что за чушь. Прошел почти год, прежде чем Скотт не выдержал. Дерек был слишком плох, его взгляд почти потух, а моменты, когда он был спокоен, сокращались. Некогда величественный альфа, выглядел хрупким, как треснувшее стекло. Вся его фигура, казалось, сгибалась под весом вселенной, наваленной на его плечи. А в глазах, когда-то ярких и суровых, теперь были лишь тени, принадлежащие мертвым. Скотт не выдержал, не тогда, когда его волк считал Хейла своим, нет, они больше никого не потеряют. Дерек рычит, когда клыки альфы погружаются в его плоть. Он пытается оттолкнуть Маккола, но сил не хватает, он подточен лихорадкой и воспоминаниями о пожаре, чтобы сдвинуть альфу с места. Внутри все трясется от гнева, заполняющего его лавиной, от новой связи, сковывающей его и еще крепче привязывающей к альфе, от темного неожиданного возбуждения, заставляющего его притягивать альфу ближе и запрыгнуть на него, как на чертово дерево, обхватив талию ногами. Чистые инстинкты волка, признающего власть альфы и требующие немедленной более личной связи. В мозгу Скотта что-то смещается, как только его руки оказываются полны Дереком Хейлом. Он сжимает в ладонях его задницу, кусает за шею снова, в этот раз мягче, но все еще до металлического вкуса на языке. Дерек шипит, откидывая голову назад, открывая больше шеи, трется об него, как животное, сильно жмурясь. В другой жизни, Скотт возможно остановился бы. Оттолкнул нуждающуюся бету, убрал руки подальше, создал связь по другому, медленно и деликатно. Но этот Скотт однажды тоже потерял все, что любил, и его потребность в стае такая же сильная и отчаянная, как у Дерека. И такая же скрытая от всех где-то в глубине души. Ему нужно все здесь и сейчас, и как альфа, он имеет право взять это. Прямо здесь и сейчас.