Зять на полставки

Чохви выскочила из подъезда под моросящий дождь и, быстро перебирая ногами, помчалась к супермаркету. Бутылка вина в пакете немного болталась, а запакованная красиво зажигалка шуршала. Чохви задерживалась, потому что после звонка Чимина никак не могла сосредоточиться на предстоящем деле, всё время думая о Тэхёне. Он ведь правда не обижался на неё? Звучало вполне обычно, когда он предложил им сходить в разные места и провести время со своими друзьями. Он явно не считал Чимина их другом, но всё равно позволил ей пойти. Было ли это проверкой? Или он серьёзно отнёсся к её желанию и сейчас был в мыслях о посиделках с друзьями, а не о ней? Чохви не знала, чего именно хотела от Тэхёна — чтобы он не ревновал и был уверен в ней или чтобы он запретил ей куда-либо идти с Чимином, потому что это Чимин. Чохви не пыталась романтизировать ревность, и ей, конечно, не было бы до жути приятно слышать, что Тэхён ей что-то запрещает из-за ревности, но в то же время хотелось, чтобы он беспокоился о ней чуть больше. Если бы Тэхён мог сейчас забраться в голову Чохви и прочесть её мысли, он бы, наверное, был в шоке. Так ему нужно было увезти её с собой или всё-таки позволить ей пойти? — Привет! — Чимин стоял у белой машины с высокими порожками и махал Чохви рукой. — Привет, — она всё ещё была в своих мыслях, потому вся сжалась, когда Чимин её заключил в крепкие объятия и поцеловал в щёку, задерживаясь на ней тёплыми губами минимум на три секунды. Впоследствии Чохви сильно насупилась, полагая, что Тэхёну это не понравилось бы. — Твой подарок. Она протянула ему пакет, а он рассмеялся и стал говорить, что не стоило. У него была большая тёплая машина, в которой пахло мятой и сигаретами. Чимин даже открыл для неё двери, хотя Чохви и сама с этим справилась бы. Он почему-то считал необходимым помочь ей залезть внутрь и приковать к сидению ремнём безопасности, всё болтая о подарке, которого он не ожидал. — Это место на выезде из Сеула? — Чимин практически заинтриговал её описанием загадочного кафе, где подают всё в огромном размере — огромные рёбрышки, огромные кимпабы, огромные куриные ножки. — Да, — он буркнул себе под нос, левую руку опуская на руль, а правой опираясь на сидение Чохви. Он всё ждал, когда она посмотрит на него, но она уткнулась в свой телефон, строча смс-ку Тэхёну с расспросами о дороге и дожде, который мог идти у него. — А с какой стороны Сеула? — спросила она, всё так же не отрываясь от просмотра смайликов, которые ей отправил Тэхён. — Я планировала заскочить ненадолго, если честно. Чисто подарок тебе отдать. Из-за ситуации с Тэхёном мне было неловко, я боялась, что могла тебя обидеть. — Не помню, чтобы ты когда-либо говорила так много слов подряд, — он включил поворотник, выезжая на дорогу. — Но ты меня совсем не обидела. Кажется, тебе пришлось отменить планы с парнем сегодня ради меня? Это ему льстило. Так и хотелось взглянуть на Тэхёна, который с важным видом заявлял, что у них в пятницу дела, а в итоге отпустил Чохви. — Да, — она звучала виноватой, признаваясь, — мы собирались отдохнуть с его друзьями в пригороде, но поскольку твоё празднование и поездка попали в один день, мы решили, что будет нормально разделиться. Чимин с деловым видом слушал и вёл машину, а в глубине души почти ликовал. Тэхён казался ему умным парнем, но, как и следовало ожидать, чересчур доверчивым и спокойным. Было у Чимина мнение, что Тэхён не из тех, кто будет отстаивать своё или сражаться. Его удел — слова, брошенные на ветер. — Так ты выбрала меня вместо него сегодня? — он рассмеялся, шутя. — Не совсем, — неловкий смех Чохви звучал неестественно, — я просто поступаю по-дружески. — Ну, друзей у меня достаточно, — он откинулся на спинку, пока машина набирала скорость, — так что новых мне не нужно. Возможно, он не понимал, что Чохви слышать такое было неприятно. И ведь деться некуда — вывески кафе и магазинов мелькали за окном в быстром темпе, не позволяя толком различать что-либо. А в машине было очень душно. — Не против, если я покурю? Чохви была против, но не могла ему отказать. Он приоткрыл окно со своей стороны, в то же время вынимая из бардачка пачку сигарет. Помимо них и зажигалки, там лежали несколько скомканных чеков, начатая пластинка жвачки с мятой, коробочка презервативов с надорванной прозрачной плёнкой и банка какого-то японского лимонада. — Чимин, — Чохви заговорила уже когда он сделал первую затяжку и выдохнул дым в приоткрытое окно, — если это правда так далеко, возможно, мы ограничимся подарком? Она отчего-то испугалась. Не могла найти объективных причин, просто передумала. Совершенно внезапно и не вовремя передумала ехать на вечеринку Чимина вместе с ним в его машине, пока он выкуривает сигареты и самоутверждается засчёт отсутствия Тэхёна. — Что? Почему? — он вёл машину быстро, резко притормаживая на поворотах. С ним в машине ремень безопасности был не просто мерой предосторожности, а необходимостью. Они съехали с небольших узких дорог в две полосы на длинную трассу. Со стороны Чимина по-прежнему мелькали здания, а со стороны Чохви тянулся чёрный металлический забор, которым был обнесён парк. — Мне как-то нехорошо, — она чувствовала себя очень уверенной с ним, когда они были в кафе или университете, но в машине наедине растерялась. Она знала, что с Тэхёном она бы никогда не чувствовала себя так. Чимин сбросил скорость, снова включая поворот, в этот раз правый, и сворачивая к бровке. Чуть дальше, метрах в пятидесяти, маячил вход в подземный переход. — Нехорошо? — переспросил он. — Болит что-то или тошнит? Не хватало ещё испачкать его новую машину. Не дожидаясь ответа Чохви, он отстегнул ремень безопасности и открыл дверь со своей стороны, выбегая на улицу. Чохви слышала, как он возится в багажнике, а спустя минуту он открыл и её дверь, поднося к её губам горлышко бутылки с водой. — Спасибо, — она выхватила у него бутылку, ощущая на своей коже морозный воздух. Он был свежим, пробирал почти до костей, заставляя Чохви дрожать, но это было куда лучше, чем душная машина с сигаретным дымом. Она не могла поверить, что нервничает рядом с парнем. Ей пришлось побывать на сотне свиданий за последние пару лет, часто её партнёры были очень разными, в том числе и пугающими внешне, но Чимин был очень приятным. Он утешительно поглаживал её по плечу, придерживал бутылку снизу и смотрел обеспокоено. Тэхён наверняка повёл бы себя точно так же, если бы услышал, что Чохви нехорошо, но у этих одинаковых с виду действий был совершенно разный посыл. Чохви замычала, давясь водой, когда Чимин опустил левую руку на её колено, сжимая его до щекотки. Струйка воды заструилась от правого уголка её губ по подбородку. С трудом проглотив воду, она поспешно вытерла лицо рукавом куртки. — Уже лучше? — рука Чимина сжимала и разжимала её колено, поглаживала немного. Этот жест не произвёл на неё должного впечатления, лишь заставил переживать ещё больше. — Да, — она дёрнулась вперёд, уже через секунду возвращаясь назад на сидение, потому что ремень безопасности сдерживал её. Дрожащими руками с какой-то необоснованной торопливостью она взяла бутылку в левую руку, чтобы вскоре отставить её над бардачком, а правой попыталась дотянуться до ремня и нажать на кнопку. Но Чимин её опередил — он накрыл место крепления ладонью, глядя на Чохви с неловкой улыбкой. Он был как бомба замедленного действия. Никогда не казался полностью безопасным, но Чохви не думала, что он когда-нибудь взорвётся, особенно после того, как они больше не вместе. По сути, они никогда и не были вместе, потому что он ничего не предлагал и не обещал, просто целовал без спроса. — Можешь выпустить? — попросила она требовательно, дёргая коленом, чтобы он убрал руку. — Хви, — он портил её сокращённое имя своим языком, — ты мне правда нравишься. Не знаю, что мне с этим делать. Он захныкал, не позволяя ей сбежать и удерживая её на пассажирском сидении, когда свобода была в нескольких сантиметрах, за открытой дверью. — Чимин, — она произнесла серьёзно и холодно настолько, насколько смогла, — я перепутала, ошибочно считала, что встречи с тобой судьбоносные. Ты мне не нравишься как парень. Совсем. Прости. Даже если она истолковала его слова неправильно, и он просто над ней насмехался, ей не хотелось усугубить положение молчанием. Дружба с ним была плохой идеей. Достаточно было бы здороваться с ним в университете, если бы они сталкивались, а после окончания учёбы просто притвориться, что они не знакомы. Только оказавшись в слегка плачевной ситуации — каковой представлялась она Чохви — ей стало очевидно, что её глупые попытки быть дружелюбной никому вообще не нужны. И тем парням, которым она отказывала — тоже. Всегда было достаточно в конце свидания сказать, что это был неплохой день или вечер, но на этом им лучше закончить. — Ты стала такой грубой и высокомерной после того, как начала встречаться с Тэхёном, — его голос звучал обманчиво сладко, противореча смыслу вышесказанного. — Я не считаю себя грубой и высокомерной, это ты так себя ведёшь, — ведь он по-прежнему гладил её колено и не позволял ей выйти из машины. Он цокнул языком, после немного улыбаясь. Его настроение было очень трудно испортить, а понизить уровень самоуверенности и вовсе невозможно. Чохви попыталась отцепить его руку от своего колена, затем убрать другую его руку с ремня безопасности. А он с ней играл, принимал её правила, дополнял своими и играл. Когда Чохви посмотрела на него разгневано, он рассмеялся. Его смех был зачастую приятным и мелодичным, но сегодня он Чохви пугал. — Ну хватит ломаться, — он фыркнул, устав от её игры в недотрогу и постепенно становясь серьёзным, — ты же сама писала, что часто по свиданиям ходила. И ты целовала меня, начиная с первого свидания. У нас было одно, два… — он шумно втянул воздух через нос. — Я выдержал тебя два свидания, чтобы на третьем мы могли повеселиться. И что ты сделала? Начала встречаться с Тэхёном? Он чуть не попросил её не смешить его. Тэхён был милым и красивым, а ещё жил с ней. Только слепой не заметил бы, что её используют. — Я не из тех, кто позволяет себе всякое или считает свидания перед тем, как «повеселиться», — Чохви хмурила брови, раздражаясь всё сильнее. — Да, уверен, с Тэхёном ты вообще не считаешь, — он упрямо смотрел ей в глаза. — Скажи ещё, что не успела перепихнуться с ним в мотельном номере. Ты… как бы это сказать, — он облизал губы, раздумывая над подходящими словами, — очевидно доступная. Одна из этих шумных девушек, которые якобы ищут свою любовь и встречаются со всеми подряд. Такие называются… шлюхами, кажется. Если он ждал, что после этих слов Чохви расслабится и будет на всё согласна, он глубоко ошибался. Раздражённая и обиженная до предела, она с минуту смотрела на его весёлое лицо, думая о том, что не стоило тратиться на такое дорогое вино, дешёвого по скидке ему было бы достаточно. А когда он открыл рот, рефлекторно наклоняясь чуть вперёд, она замахнулась головой и со всей силы, как показывали в фильмах, приложилась лбом об его нос. У неё от боли челюсти свело, удар ноющей болью отдался во всей черепной коробке, но радовало то, что Чимину тоже было несладко. Он потянул руки к лицу, хватаясь за нос и рот и издавая при этом болезненные стоны. Пока он не разозлился и сегодняшнее приключение не превратилось в триллер, Чохви со второй попытки отстегнула ремень безопасности и ногами вытолкала Чимина из машины, выскакивая на улицу. Снаружи было очень свежо, голова немного отпустила. — Считаешь себя самым умным? — она отдавила ему ногу, пачкая его белый кроссовок. — Вот посмотрим, что с тобой будет, когда я Тэхёну расскажу! Да ничего, скорее всего. Тэхён будет в бешенстве и отругает именно Чохви, а не Чимина. — Истеричка, — Чимин всё ещё стонал. — Придурочная! Тупица… — Какой богатый словарный запас, — она чувствовала себя увереннее вне машины. С другой стороны дороги сновали люди, отсюда стало заметно, что в глубине парка тоже мерцает свет. Если бы он попробовал её схватить или приставать, она бы закричала, а ещё пощадила бы свою голову, во второй раз ударяя ногой или рукой. Да ей просто хотелось поколотить его. И себя тоже. У неё был большой опыт общения с разными парнями, и почему она сразу не поняла, какой Чимин козёл? Всё в нём её отталкивало, как бы сильно она ни пыталась убедить себя в обратном. Да ей и даром такой друг не нужен. — Не подходи, — пригрозила она, когда он вытер нос рукавом куртки, хотя там не было никакой крови. Видимо, Чохви недостаточно сильно ударила. — Ты в самом деле ненормальная, — злясь, он выглядел скорее смешно, чем устрашающе, да и страх давно отпустил Чохви. Ей уже не терпелось рассказать Тэхёну, который бы наверняка оценил её навыки самозащиты, притом, что Чимин вовсе не нападал. Он обошёл машину, возвращаясь к водительскому месту, залез внутрь со своей стороны, поправил ремень безопасности, который как попало отстегнула Чохви, а затем на секунду отвернулся на заднее сидение. Он был зол и пристыжен, потому поступил несколько импульсивно, вышвырнув пакет с её подарком через пассажирскую дверь, у которой она стояла. Упакованная зажигалка вывалилась из пакета и заскользила по асфальту в сторону парка, а бутылка вина звонко звякнула, разбиваясь и обрызгивая не только штаны Чохви, но и белую машину. Придурок захлопнул дверь до того, как Чохви успела удивить его своим словарным запасом. У неё слов не хватало, чтобы объяснить, что она испытывала в тот момент. Ничего хорошего и толику гордости за свой поступок. Была бы она такой крутой всегда и проницательности одолжила у Тэхёна, и цены бы ей не было. Стоя посреди улицы она ещё какое-то время смотрела вслед уезжающему автомобилю, а когда на дороге стали появляться другие машины, присела на корточки, так как ноги дрожали, и достала телефон из кармана. Сообщение от Тэхёна со смайликами было до сих пор открыто. Он прислал ей сердечек и цветочков, сообщая, что почти уснул в автобусе, но её сообщение его разбудило. Не раздумывая слишком долго, она нажала на вызов, прикладывая телефон к уху. — Так-так-так, — раздался по ту сторону голос ЫнТака, — и зачем же наша пропажа звонит сюда? Она вдохнула холодного воздуха, надеясь уловить ещё немного вируса ярости, но он понемногу выходил из неё, вместе с уверенностью в себе. — А Тэхён далеко? — сдавленно пробормотала она в трубку. — Да, — ЫнТак отклонил телефон, смеясь с кем-то другим, — он очень-очень далеко, на вечеринке только для парней. Мы, конечно, хотели впустить тебя в свой узкий круг, но ты предала нас, выбрав якобы более крутую вечеринку. Хотя все знают, что даже самая крутая вечеринка ничто без PlayStation и камина прямо в доме… Его голос прервался, хотя он явно мог рассказать Чохви ещё много всего крутого, что было в арендованном доме и в сценарии вечера. — Хви, — голос Тэхёна звучал тепло, радостно, слегка взволновано. Он умудрялся вкладывать в её имя — в три несчастные буквы — столько чувств, что это было незаконно — поражать сердце Чохви меньше, чем за секунду. Последние пять минут она чувствовала себя женщиной-воином, способным вынести всё, а услышав его голос, расклеилась. — Тэхён, — его имя превратилось во всхлипывание. — Что случилось? Ты плачешь? — голоса на заднем фоне смолкли. — Хви? Она снова всхлипнула прямо в трубку. Из-за её молчания он успел напридумывать себе кучу ужасных событий, которые приключились с ней потому, что его не было рядом. — Тэхён, — она повторила его имя, хныча, — прости, пожалуйста. Он никогда не видел и не слышал, чтобы она плакала. Её не расстраивали плохие оценки, она не рыдала из-за мелодрам и даже когда её любимый футбольный клуб проигрывал. Было непривычно и странно слышать, как её голос дрожит из-за назревающих рыданий. — Можно я приеду? — спросила она, кажется, плача ещё сильнее. — Что? — переспросил он, будто с первого раза не расслышал. — Нет! — он не узнал собственного громкого голоса. — Ой, то есть да, но нет. Скажи, где ты, я приеду за тобой сам. ЫнТак швырнул в него упаковкой сушеных кальмаров, от которых Тэхён и не пытался увернуться. Он уже прикидывал, в какой службе лучше вызвать такси. — Я… я не знаю, — она шмыгала носом, — но я посмотрю по картам. Ты правда приедешь за мной? — Конечно, — он обогнул кухонный стол, за которым ребята маринованное мясо надевали на шампуры, — ты на улице? Можешь зайти куда-нибудь, чтобы не мёрзнуть? Чохви покрутилась вокруг, но не нашла никаких магазинов или кафе на стороне парка, поэтому влезла в винную лужу и поплелась в сторону подземного перехода. — Я зайду, — сказала она в трубку чуть спокойнее. — Мне скинуть тебе своё местоположение? — Да, отправь в Какао, я постараюсь быть как можно скорее. Если бы всё зависело только от Тэхёна, он бы на ковре-самолёте прилетел, но нынче он мог полагаться только на водителя такси. — Хочешь поговорить со мной, пока будешь ждать? — он махнул рукой парням и нахмурился, когда те начали шёпотом задавать вопросы. — Можешь рассказать мне, что стряслось. Ты не поехала на вечеринку? Тэхён воткнул в разъём наушники, чтобы можно было практически беспрепятственно надевать куртку, заходить в Какао и слушать Чохви. Из-за её звонка он был взбудоражен, несмотря на то, что уже полчаса просто валялся на диване и пил пиво из банки. — Чимин заехал за мной, — она звучала подавленной, — а потом вёз меня чёрт знает куда. Он приставал ко мне… — Подожди, что? — глаза Тэхёна округлились. Захватив чей-то шарф с вешалки, он выскочил на улицу в расшнурованных ботинках. Он не знал, за что хвататься — за разговор с Чохви, за её сообщение с геолокацией или за вызов такси через приложение. — Он приставал? — Положил руку мне на колено и не позволял выйти из машины… — Вот ублюдок мелкий, я ему все пальцы повыдёргиваю, — прошипел Тэхён в трубку, оставляя заявку на машину. — Но он ничего ведь не сделал? Хви? Он думал, что для того, чтобы заставить её плакать, должно было произойти что-то поистине ужасное. От этих мыслей у него стыла в жилах кровь. Он поступил очень глупо, отпустив её к Чимину одну. Если ей так хотелось пойти туда, он должен был отменить планы с парнями и пойти с ней. Он считал её взрослой и самостоятельной, когда сам прекрасно знал, какой доверчивый ребёнок она на самом деле. — Он назвал меня шлюхой, — она ввалилась в тёплое кафе в промокших от вина штанах, и Тэхён расслышал перемену не только в заднем фоне, но и в её голосе, — поэтому я разбила ему нос. Ну, или не совсем разбила. Если крови не было, значит, я ударила несильно, да? Но моя голова до сих пор болит… Точно шишка вылезет. У Тэхёна от сердца отлегло. Её настроение становилось лучше, она всё ещё шумно выдыхала, не совсем покончив со слезами, но звучала гораздо бодрее. — Ты ударила его? — не поверил сразу Тэхён. — Только в нос? Он расслышал, как она усмехнулась в трубку, и немного расслабился. Он не думал, что из-за неё, находящейся в нескольких десятках километров от него, может так сильно стучать сердце. — Я имею в виду, ты должна была ударить ему между ног за то, что он сказал. Или было положение неподходящее? — Нет, ты прав, нужно было врезать ему, — Чохви рассмеялась. — Но, по правде говоря, он не успел сделать что-нибудь, чтобы заслужить такое наказание. Кажется, в чём-то он был прав. Чохви стала водить пальцем по меню с горячими напитками, выдыхая в маску с ароматизированной наклейкой. Она снова чувствовала себя в безопасности, Тэхён уже ехал к ней, вокруг были люди. — Он сказал, что я доступная, — Чохви побоялась, что Тэхён не услышал её слов, потому что он как раз здоровался с водителем, который его забирал. — Ты? — он вернулся к ней очень скоро, поднимая микрофон ближе к губам, чтобы можно было говорить шёпотом. — Не смей даже думать так о себе. Ты не такая. Подумай, сколько свиданий ты искала кого-то особенного и как трепетно относилась к мысли о поиске своей судьбы, которая, очевидно, всё это время была у тебя под носом и пылесосила всю квартиру вне очереди вместо тебя… И… К чему это я? К тому, что за все эти поиски ты ни разу не дала тем парням полагать, что ты доступная. Ты капризничала из-за неподходящего одеколона и того, кто переносил встречу с тобой трижды. Ты послала меня куда подальше, когда я к тебе приставал в мотеле. — Я хотела согласиться, — вклинилась Чохви в его слова. — Тш-ш, — перебил он её, — важно не то, что ты хотела сделать, а что сделала. А то, что Чимин позволил себе лезть к тебе с поцелуями… Это злит меня очень сильно. Я правда ему пальцы повыдёргиваю, когда увижу. И язык. И глаза, чтобы он больше не смотрел в твою сторону. Потому что ты не такая. Чохви прерывисто выдохнула в трубку, ощущая нечто странное в груди. Из-за слов Тэхёна ей становилось лучше и хуже одновременно. Утешая её, он показывал свою слишком хорошую точку зрения о ней. Не исключено, что сам он думал по-другому. — Я попросила тебя заняться сексом в наш первый день, — проговорила она угрюмо. — Я бы тоже попросил тебя об этом в первый день, если бы ты не устроила мне пробежку днём, мукбанг в обед и трёхчасовой показ мод, — Тэхён обожал разговаривать с ней. По телефону или так — неважно. Он бы мог с ней болтать круглосуточно. Он бы утешал её, баловал, дразнил и слушал бы её неуместные шутки и насмешки. — Но не это главное, Хви. Мы оба взрослые люди, и то, что происходит между нами — наше дело. Не слушай никого, кроме меня, пожалуйста. Он был слишком замечательным для неё. Теперь понятно, почему тётя Джувон так переживала, что он уехал куда-то в рубашке. Чохви уже тоже начинала переживать. — Ты скоро будешь? — спросила она. — Почему ты так резко ответил «нет», когда я спрашивала, могу ли приехать? — Водитель говорит, что будем не раньше, чем через сорок минут. Хочешь всё это время выдумывать причины, по которым я сказал тебе «нет»? — Это ведь неспроста вечеринка «только для парней», — Тэхён издал в трубку глубокий стон, — это потому что вы пригласили кого-то, да? Девушек? Тэхён понятия не имел, откуда у Чохви берутся эти навязчивые ревнивые мысли. Он на своём примере пытался ей показать, что в отношениях важно доверять друг другу. С другой стороны, это привело к тому, что Чимин обидел его Чохви. — Это потому что там все ходят в трусах и дырявых носках, отрыгивают после пива и притворяются геймерами, — он едва мог сдержать улыбку, представляя, как рушатся фантазии Чохви. — Фу, какой кошмар, — прошептала она тихо, — надеюсь, ты принимаешь участие во всём этом. Я не могу встречаться с идеальным парнем, ты должен быть обычным. Его обескуражило и рассмешило её заявление. — Я… делаю всё это, — в итоге сказал он. — И тебе тоже придётся делать, если ты хочешь влиться в нашу компанию. Ей не о чем было переживать. Разгулявшаяся за окном осень в этом году была холоднее обычного, а она оказалась заперта в стенах тёплой квартиры вместе с самым уютным парнем на Земле, а может и во всей Вселенной. От него у неё кружилась голова, до россыпи звёздочек в глазах, до растекающихся тёплых океанов внизу живота, до этих несуществующих бабочек в желудке. И ей вовсе не нужен был кто-то другой для того, чтобы заполнить пустующее место, потому что его попросту не оставалось из-за Тэхёна. — Я буду, — ответила она совсем скоро, — если ты уже скажешь, что любишь меня. — А если не скажу? — она могла представить его игривую улыбку. — Тогда придётся тебе слушать мои признания, пока не надоест, — разом она выдохнула всё то плохое, что случилось сегодня и случалось прежде, целиком и полностью сосредотачиваясь на едва уловимом в трубке дыхании Тэхёна. — Я тебя люблю. Сильно-сильно. Табун мурашек, а может стадо маленьких кудрявых овечек атаковали Тэхёна со спины, пробегаясь галопом по ней. Ему уже не терпелось увидеть Чохви, обнять её крепко и чмокнуть в висок, пока она будет цепляться пальцами за его куртку, приподниматься на носочках, сказочно улыбаться ему и всем своим видом показывать, что любит его. — Да ладно, — пришлось приложить немало усилий, чтобы слова звучали отстранённо, — не верю я тебе… Вот если бы ты меня любила, ты бы послала Чимина куда подальше с его днём рождения… — Я так и знала, что ты обижаешься! Чохви, казалось, не нашла ничего необычного в его словах. Она и не ждала, что он сдастся так скоро. Наверное, Земля перевернётся, когда он скажет, что любит её тоже. — Конечно я обижаюсь, — он не отрицал, — нам обещали двуспальную большую кровать, если мы приедем вместе, а поскольку я был один, меня выгнали на диван. — Но мы можем снова претендовать на кровать, раз уж теперь мы будем вместе? Напугай их тем, что мы очень шумные. Он хотел возразить, потому что она была сдержанной. Он не знал точно, дело в компании её тёти или в том, что Чохви реагирует на оргазмы не так бурно и громко, как некоторые. Однажды ему хотелось сделать ей так хорошо, чтобы она забыла обо всех окружающих и стонала так громко, как только могла. — Можно уточнить, — всё чаще в окне мелькали не деревья и поля, а вывески магазинов и въезды в жилые комплексы, — мы просто пугать будем или правда пошумим? — Я заметила, что тебе нравится заниматься чем-то таким на публику. Хочешь снять своё порно? Он чувствовал, как его щёки постепенно охватывает жаром. — Я заметил, тебе нравится говорить со мной о порно. Хочешь сделать это еженедельной рубрикой? — Конечно, — её голос внезапно стал хриплым, — лучше ежедневной.

***

Тэхён не мог не злиться на Чимина. Он подозревал, что за его дружелюбием скрывается подвох. В принципе, Тэхён сам не мог представить, как бы повёл себя, если бы вдруг, в один из дней, Чохви сказала, что ей нравится кто-то другой. Сдался бы он сразу? Или добивался её снова и снова? — Тебе нравится? — он отогнал беспокойные мысли, опуская голову чуть ниже и выглядывая из-за плеча Чохви, сидящей у него в ногах, на тарелку с постным мясом. Она оказалась очень голодной после дороги и тройного пересказа случившегося в машине Чимина — ему по телефону, ему вживую и ещё всем желающим, пока мясо жарилось. — Да, — она блаженно застонала, облизывая губы после кисло-сладкого соуса. — А ты почему не ешь? Он качнул головой, отворачиваясь от кусочка мяса, который она протягивала ему. Это была её любимая курица, которая закончилась на столе очень быстро и нынче оставалась только в её тарелке. — Я уже наелся, — в качестве подтверждения он просунул руку под спину Чохви и похлопал себя по животу, — боюсь теперь выдыхать, а то штаны лопнут. Хорошо, что у Чохви были не её штаны, — они отправились в стирку и сушку после приезда в домик — иначе они бы у неё тоже лопнули. Одежда её была вся в красных потёках, когда Тэхён её забрал из кафе, а с собой у неё не было никаких сменных вещей, потому она отобрала у него свитшот с овечкой и его сменные штаны. Помимо этого, она обворовала его на один станок для бритья, подзарядку для телефона и несколько чупа-чупсов, которые он таскал в кармане куртки с незапамятных времён. Запас леденцов он возобновил на кухне, из банки, которую сам же и привёз. — Ты ещё не устала? — Тэхён уткнулся носом ей в шею, при шёпоте касаясь тёплой кожи губами. — От одногруппников? Ещё как! Но от еды нет, — она рассмеялась, когда он подул на её шею, щекоча своим дыханием. — Ты уже хочешь спать? — Не спать, но хочу, — он выпил от силы две рюмки соджу и банку пива, а этого было совершенно недостаточно для того, чтобы вывести его из одной игры и ввести в другую. Он вообще хорошо пил, и для того, чтобы достичь того состояния, когда он спит лицом в салате, ему нужно было практически ничего не есть и пить за двоих в два раза чаще. Чохви повела плечом, отгоняя Тэхёна с его щекочущими поцелуями, потому что это мешало ей жевать. — Мы ещё даже не поиграли в футбол, — строго напомнила она ему. — Почему бы нам не поиграть завтра утром? — он мурчал, как довольный сытый кот. — Потому что утром я буду спать, — она отвернулась обратно к тарелке, не глядя на Тэхёна больше. Он погладил её по плечам, переместил руки на её бёдра, незаметно скользнул одной рукой под свитшот, вот так нагло, на глазах у всех, поглаживая её живот под ним и возбуждая соски через тонкий сетчатый лифчик. Но поскольку все были увлечены настольными играми, музыкой и разговорами, никто толком не смотрел на них, а даже если бы и смотрел, вряд ли что-то сказал. Тэхён запугивал их смертной казнью, если они посмеют шутить над его девушкой. — Хви, — он вернулся к её лицу, целуя в правую щёку, затем в левую, и попутно шепча так, чтобы никто не слышал и не смог разобрать по губам, — давай поиграем в игру, которая лучше футбола. — Такой игры нет, — ответила она ему, посмеиваясь. Тогда Тэхён, на всякий случай окинув друзей за столом взглядом, легонько прикусил мочку правого уха Хви, шепча вперемешку с горячим дыханием: — Для неё нужны леденцы, твои раздвинутые ноги и мой язык, — напоследок он лизнул её в шею. — Всё ещё думаешь, что футбол лучше? Её нижняя челюсть, до этого активно работавшая, замерла. Чохви с трудом проглотила мясо, чувствуя, как оно комком становится у неё в горле. А может это было что-то другое. — Зачем тебе леденцы? — удивлённо поинтересовалась она. Тэхён пожал плечами, при этом загадочно улыбаясь. Он отлично знал зачем, но не хотел рассказывать ей обо всём сразу. — Узнаешь, если пойдёшь со мной, — оттолкнувшись от подушки, на которой они сидели вдвоём, Тэхён поднялся. Отряхнув штаны и рубашку, он притворился, что совсем не смотрит на Чохви и уж тем более не наслаждается её реакцией. Когда он уже собрался уходить, она схватила его за левую штанину, крепко сжимая её пальцами. — Это жестоко, — сказала она. — Ты хочешь, чтобы я променяла полноценную еду на десерт. — Но десерт того стоит, — он подмигнул ей, совсем не так, как это делал Чимин. У него это вышло забавно и соблазнительно одновременно. — Так что, мне подождать тебя в спальне? Чохви помотала головой, протягивая ему правую руку. Она не хотела заставлять его ждать и уходить одной под расспросы и взгляды других. Ей было непривычно проводить время с одногруппниками и другими университетскими ребятами, потому что она успешно избегала посиделок с ними почти пять лет. Раньше было сложно рассредоточить своё внимание на всех, а теперь — особенно. Она постоянно отвлекалась на Тэхёна, а он наоборот отлично поспевал везде и ладил со всеми. — Какие леденцы тебе нужны? — поинтересовалась она, когда Тэхён опустил правую руку ей на поясницу, подталкивая её в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. — Я вечером захватил пару апельсиновых и яблочных, — он говорил не слишком громко, чтобы ни в коем случае не прервать разговоры остальных. — Мне они нравятся больше всего. Чохви обратила внимание на любопытную закономерность — каждая третья половица тихо поскрипывала. Предположила, что дело в досках, либо в том, что находилось под ними, а уже ближе к верху поняла, что это Тэхён позади переступал сразу через две, нагоняя её. Вместе они прогулочным шагом прошлись по балкончику, направляясь в спальню, которую им всё же удалось отвоевать. Чохви просто приехала и перетащила туда рюкзак Тэхёна, разбросала там повсюду его вещи, автоматически считая их и своими тоже, а ещё перевернула покрывало вверх дном, пока искала в постели свой мобильный, который всё это время был на подзарядке в ванной комнате. — А я люблю клубничные, — протянула Чохви, когда Тэхён толкнул дверь их комнаты ногой, пропуская девушку первой. — Только не вздумай сейчас сбегать, — попросил он, запирая за ними дверь, — но десерт сегодня будет только для меня, как и леденцы. Пока Чохви не передумала и не вернулась на первый этаж, Тэхён стащил с неё подаренный бабушкой свитштот, закидывая его на кровать. Зря он полагал, что она захочет сбежать после того, как он её заинтриговал. Она послушно подняла руки, когда он её раздевал, и показала, как расстёгивать лифчик одной рукой. С любопытством, присущим Тэхёну, они могли бы заниматься этим полночи, поэтому Чохви стянула лямки лифчика и отложила его под подушку до того, как Тэхён слишком увлёкся. — И что теперь? — она следила за ним взглядом, когда он стал опускаться перед ней. Обхватывая её грудь руками, сжимая её в ладонях и целуя повсеместно, Тэхён встал на колени на небольшом мягком коврике. Он расстегнул пуговку, продетую в одну из шлёвок, так как штаны на Чохви были велики, а затем потянул собачку вниз по молнии, припадая губами к животу и ниже, целуя Чохви через ткань таких же, как и лифчик, сетчатых трусиков. — Зачем на вечеринку к Чимину ты надела одинаковое нижнее бельё? — его поцелуи прекратились так же внезапно, как и начались. — Что значит «зачем»? У меня просто много комплектов нижнего белья, я ношу их постоянно, — она стояла босиком у подножья кровати, опираясь на плечи Тэхёна, чтобы не упасть. Её ответ не удовлетворил его полностью. Пусть она и рассказала ему всё до единого, дважды, он бы обрадовался больше, если бы на ней сегодня был обычный чёрный лифчик и трусы с пандами. На черта вообще надевать такое откровенное нижнее бельё? Оно всё просвечивает. — Тэхён, — она потрепала его по плечу, — не надумывай там себе ничего, это просто нижнее бельё. Сними его, если оно тебя так беспокоит. Он последовал её совету, внезапно толкая её на кровать и закидывая её правую ногу себе на плечо. С ним она часто летала, но предпочитала садиться и ложиться самостоятельно. Его быстрые горячие поцелуи снова были нацелены на её трусики, но теперь он немного оттягивал сетчатую ткань в сторону, раздвигая ноги Чохви. Ей было щекотно от его дыхания, от того, как он утыкался в неё носом и немного высовывал язык. В ванной до ужина она очень торопилась и оставила несколько тонких порезов на левой лодыжке бритвой, а ещё Тэхён заметил немного запёкшейся крови, когда отодвинул трусики вправо, так пытаясь добраться языком до её клитора. Чохви выгнула спину, когда он, балуясь и разминаясь, стал двигать напряжённым языком из стороны в сторону. Она так внезапно сжала пальцы на руках, что какой-то из них хрустнул. — Осторожнее, Хви, — Тэхён временно опустил её ногу, пока снимал с неё то, что его «беспокоило», — мы ещё даже не начали. Смяв трусики, он сунул их в задний карман своих джинсов. Несколько секунд он просто рассматривал Чохви, словно там могло поменяться что-то за те пару дней, что они не занимались сексом, а потом развернулся и пошёл к своим вещам, брошенным у комода. Чохви нервничала, но ей также было слишком интересно для того, чтобы упустить всё. Она приподнялась на локтях, удерживая голову на весу, пока смотрела за тем, как Тэхён роется в кармане пальто и вынимает оттуда четыре чупа-чупса — два яблочных и два апельсиновых. Отложив их на комод, он быстро расстегнул пуговицы рубашки и аккуратно сложил её, потирая грудь и плечи. Смотреть на него без одежды Чохви просто обожала. Вечность могла бы пялиться на его худощавое тело, сильные руки, проступающие под кожей косточки и острые лопатки. Но Тэхён не позволил. Захватив чупа-чупсы, он вернулся в постель, присаживаясь с краю и начиная распечатывать мудрёные обёртки конфет. Он мучил их пальцами, пытался поддеть ногтями, грыз зубами, пока одна не сдалась и не надорвалась с одной стороны, а там Тэхён уже смог стянуть её с оранжевой круглой конфеты полностью. Это не был совсем крохотный леденец и даже не средний, что-то между средним и большим. — Хочешь яблочный? — спросил он, засовывая апельсиновый себе за щёку. Чохви кивнула, не очень-то представляя, как можно делать что-то с чупа-чупсами во рту. Так ведь и подавиться можно. Обёртка яблочного легко поддалась, и Тэхён забрался по постели вверх, протягивая конфету Чохви. Он удерживал её на весу, ожидая, пока она сама потянется, а когда она оторвала голову от кровати, он поднял руку выше, издеваясь над ней. — Тэхён, — она хотела, чтобы звучало угрожающе, но была не в том положении. — Что? — он облизал сладкие губы, свободной рукой прокручивая чупа-чупс у себя во рту. — Хочешь её или нет? Если бы он сосал чупа-чупс слишком долго и ещё дольше измывался над Чохви, им не с чем было бы играть. Он опустил конфету к её губам, позволив ей на секунду обхватить чупа-чупс, пройтись по нему языком, а потом он убрал и его к себе в рот. Опешив от такой наглости, Чохви лежала на кровати и смотрела в потолок. Он ради этого оторвал её от мяса? Чтобы дразнить своими чупа-чупсами? — Не дуйся, — попросил он, вынимая оба чупа-чупса изо рта. Они были влажные, блестели от его слюны. Яблочный он сунул в руку Чохви, прося её просто «подержать», а потом со стоном сполз с кровати, упираясь в пол коленями и возвращая правую ногу девушки себе на плечо. Липкими и сладкими губами он прошёлся вдоль внутренней стороны бедра, затем дёрнул Чохви вниз, заставляя её съехать вместе с покрывалом, и накрыл губами её клитор. Он буквально присосался к нему, как делал это несколько секунд назад с чупа-чупсом. Чохви сжала в руке палочку конфеты, ощущая себя прекрасно из-за его действий. Ей казалось, что потребуется не больше минуты для того, чтобы довести её до оргазма, но Тэхён не привык заканчивать так быстро. Не дав Чохви войти во вкус, он отпрянул, снова засовывая апельсиновый чупа-чупс в рот. Подержав его там, облизав со всех сторон языком, он, громко сглатывая, опустил его на клитор Чохви, медленно ведя им вниз, между половыми губами. Раздвигая их пальцами, он в восторге и нетерпении покусывал щёку с внутренней стороны, а когда из Чохви вырвался первый стон, чуть надавил конфетой на вход, который хорошенько исследовал пальцами пару дней назад. Чупа-чупс скользнул внутрь без проблем, исчезая в Чохви и оставляя снаружи только белую палочку. — Чёрт, — пробормотал Тэхён, в первые секунды пугая Чохви своей реакцией, — у меня давление зашкаливает от того, что мы делаем. Он ухватился за палочку пальцами, пропихивая чупа-чупс чуть дальше, а после назад, почти до зауженного входа. Чохви сжала губы, чтобы не стонать, пока Тэхён трахал её чёртовой конфетой. Иногда он вынимал её полностью, вводил снова, вынимал, облизывал, обсасывал, причмокивая, исчезал между её раздвинутых ног и ласкал её языком, в большей степени вылизывая то, что из неё вытекало. Было очень сладко и оранжево. Когда Тэхён вошёл в неё пальцами, вынул их липкими и оранжевыми, жалуясь на краситель, в то же время явно довольный всем происходящим. — Ты и это увидел в порно? — леденец так быстро таял внутри и становился маленьким, практически неощутимым для Чохви, поэтому Тэхён перешёл на яблочный. — Мы будем пробовать всё то безумное, что ты находишь в интернете? — Мы мофем пфиумать сфоё бефумное, — рукой он водил чупа-чупсом вперёд-назад, а языком обрисовывал клитор Чохви по кругу. Ему нравилось, когда дрожали её ноги, когда она несдержанно постанывала, сжимала в руках покрывало и пыталась свести бёдра, рискуя придушить его. Если бы кто-то узнал, что ему нравится, его сочли бы чуточку ненормальным, но Чохви сама была отчасти такой, потому ей тоже нравилось. Ох, ей очень нравилось, особенно когда Тэхён зажимал её клитор между губами, сильно всасывая его в рот. Она вся вздрагивала после таких действий. Когда она была близка к тому, чтобы кончить и сильнее сжала ноги на плечах Тэхёна, он слегка высунул чупа-чупс, удерживая его на входе, там, где у Чохви обычно тянуло, и стал работать языком и губами быстрее. Она кончила громче, чем обычно, быстро осознавая свою ошибку и прижимая ладони ко рту, чтобы не издавать больше никаких звуков. Тэхён высунул чупа-чупс, подхватывая оранжевую липкую жидкость, которая стекала на постель и по белой палочке, языком. Кое-как облизав конфету, он обхватил ноги Чохви руками, полностью исчезая между ними, пока лакал последствия её оргазма, как кот. Он вылизывал очень тщательно, проникая языком в неё, вылизывая её всю настолько, насколько доставал его язык. — Думаешь, у нас есть шанс пробраться в душ незамеченными? — спросил он, переходя на пальцы и засовывая их в Чохви. — Тебе нужно хорошенько помыться после этого. Чохви ноги не держали, когда она попыталась встать, так что Тэхён ей помог, устанавливая её ступни на полу и придерживая её за руки, пока поднимал. — Я тебе помогу, — он просиял улыбкой, когда она положительно кивнула. — Всю ночь могу помогать.