Бамбуковая флейта для протагониста

Бинхэ никогда не был особо умелым любовником. Не то чтобы Юаню было с чем сравнивать, но он небезосновательно полагал что близость не должна приносить физического дискомфорта и боли. О том, что его что-то не устраивает он всегда и стеснялся, и опасался говорить. Однажды он заикнулся о подобном и Бинхэ был так расстроен… Представляя, как он, запинаясь и краснея, начнет объяснять ученику, что что-то было не так, а тот в ответ замкнется в себе и своем самобичевании, Юань раз за разом отказывался от мысли об откровенном разговоре на эту тему. Нельзя сказать что все было так уж и безнадежно. Бинхэ, как и сам Юань, никогда не был скуп на ласку. Они познавали друг друга, становились все смелее и свободнее. Но, в то же время, ученик бывал порой слишком неосторожен и поспешен и мог этим причинить боль. Да и не стоит забывать о размерах небесного столпа протагониста, из-за которого близость, всегда, вызывала болезненные ощущения. Теперь же ласки супруга стали более уверенными, выверенными, правильными? Если так вообще можно говорить о сексе. А еще все стало откровеннее, приятнее и невероятно смущающе. Юань не мог понять какое же чувство он испытывал в большей мере, когда супруг, зафиксировав его ноги, вдруг стал вылизывать его ТАМ. Это казалось неправильным, постыдным, но тем не менее и невероятно приятным, когда язык Бинхэ, проникнув внутрь, стал проталкиваться дальше, вперед, насколько это было возможно. Он пытался остановить Бинхэ, но, в то же время, и сам понимал насколько это его сопротивление было жалким и неуверенным. — Бинхэ, что ты делаешь?! — Пытаюсь доставить удовольствие учителю, — мягко ответил Бинхэ, чуть оторвавшись от своего занятия, так, что теплое дыхание, коснувшееся увлажненной кожи, отозвалось мурашками по всему телу. — Бинхэ… — только и смог ответить Юань, откинувшись спиной обратно на подушки. Тем временем Бинхэ продолжил свои бесстыдные ласки, а Юань продолжил буквально плавиться от необычных ощущений. Наконец, он оторвался от хризантемы учителя и потянулся к бутылочке с ароматным маслом, которым щедро полил себя и Юаня. А после начал так же выматывающе медленно и аккуратно готовить его пальцами. Входил Бинхэ так же невероятно осторожно. Юань с удивлением отметил полное отсутствие боли. Это было неожиданно приятно. И не только от отсутствия болевых ощущений, но и от того, что его супруг, казалось, сам понял что же мешает Юаню в полной мере наслаждаться их близостью. И даже подумал о том как это исправить. Юань понял что плачет, когда Бинхэ приостановил свои толчки и оперевшись на локоть правой руки, провел пальцем другой руки по виску супруга, а потом медленно и задумчиво глядя в глаза Юаню, облизнул палец. — Ты плачешь. Я делаю что-то не так? — неожиданно серьезно и как-то трезво, для происходящего спросил Бинхэ. — Все так, — попытался улыбнуться Юань, — просто все как-то слишком… Слов не находилось, туманившее разум возбуждение давало о себе знать. А потом, увидев, как темнеют глаза напротив, неожиданно сам для себя, поспешил добавить. — Я люблю тебя! Глаза напротив расширились в немом изумлении. Казалось Бинхэ лишился дара речи. Юань, постарался как можно более мягко улыбнуться в ответ. Как же он был неправ, когда не говорил этого раньше! — Я люблю тебя, — мягко повторил Юань, с улыбкой смотря в растерянное лицо супруга. А потом притянул того вниз и вовлек его в нежный, неспешный поцелуй. Бинхэ ответил и они продолжили ласкать друг друга. Но темп заданный Юанем продержался недолго. Сдерживаемое возбуждение вернулось, казалось, с новой силой. Бинхэ оторвался от губ Юаня, возобновил толчки и буквально сразу ушел в какой-то бешенный, звериный темп, не отрывая взгляда от лица последнего. Излились они практически одновременно. Юань только чуть опередил супруга, когда почувствовал, что и Бинхэ тоже последовал за ним. * * * Юань никогда еще не чувствовал себя таким бесполезным. Бинхэ ушел несколько минут назад. В теле была приятная расслабленность. Он лежал на кровати и смотрел в украшенный затейливыми узорами потолок. Они уже месяц жили в Северной резиденции Бинхэ в царстве демонов. Все это время Юань не покидал их покоев. Комнаты немного переделали. Появилась небольшая библиотека с редкими изданиями, которая, стараниями его супруга, регулярно пополнялась. Кое-где была новая мебель, шкафы ломились от, даже на первый взгляд, дорогих одежд и украшений. Отдельный стенд был выделен специально под так такие привычные и давно полюбившиеся Юанем веера. Юань укорял ученика за подобное расточительство, да и честно говоря ему, привыкшему за последние годы к аскетизму пика искусств, виделось в подобном слишком много излишеств. Но делал он это не особо настойчиво. На самом деле ему нравилось такое проявление заботы. Однако то, что он больше не был совершенствующимся…. Юань и сам не ожидал, что проживая в мире новеллы он станет настолько зависим от этих навыков. От возможности ими обладать. Когда он понял, что больше не может управлять своей «ци» на него обрушилось ощущение будто он лишился конечности. Невосполнимо. Это ощущалось именно так. Даже в то время, которое он провел, когда-то давно, в водной тюрьме Хуаньхуа в ожидании суда, связанный вервием бессмертных, все осознавалось не так. Тогда разум был занят планом спасения с помощью цветка росы, луны и солнца. Он знал — все это временно. Сейчас такой уверенности не было. Если бы не надежда все восстановить, он, и правда, не знал, как бы это пережил. Но приходивший лекарь и приведший его Бинхэ подтвердили — ядро Юаня цело, а значит был шанс восстановить меридианы, а значит и вернуть утраченное совершенствование возможно. Стены невероятно давили. Нет, у Юаня никогда не было клаустрофобии, что в прошлой жизни, что здесь. Но находиться в одних и тех же комнатах сутками напролет ужасно угнетало. Он хотел выйти отсюда, но Бинхэ настойчиво отговаривал его от этого шага. Покушение, которое Юань не помнил, организовал какой-то могущественный южный лорд при помощи шпиона засланного в свиту Мобей Цзюня. Бинхэ, конечно, организовал масштабную проверку своих приближенных, однако неизвестно мог ли остаться кто-то еще? Будучи практически полностью беззащитным Юань не сможет оказать сопротивления недоброжелателям. Шэнь Юань это понимал и даже признавал, но сидеть в четырех стенах, будто, пусть и комфортной, клетке было невыносимо. Чем больше проходило времени, тем больше Юаню начинало казаться, что предпринятые меры предосторожности все же чрезмерны. Кроме того его неожиданно напугало отсутствие Системы. Это тоже было странно. Раньше он мог только мечтать избавиться от надоедливого компаньона, живущего, казалось, прямо в его мозгу и ничего кроме неприятностей не доставляющего. Однако, неожиданное ее исчезновение, тем более при таких обстоятельствах, пугало. В кои-то веки он надеялся на ее помощь! Этот день прошел для Юаня также однообразно как и все остальные. Он сидел за столиком их маленькой библиотеки и читал книги. Сегодня, ради разнообразия ему в руки попался низкопробный слезливый роман о любви служанки и ее господина. Неожиданно зачитавшись, он даже подумал, а не написать ли ему какой-нибудь глупый любовный роман? Однако, вспомнив о том, что он считает себя относительно сносным литературным критиком, решил не портить свою репутацию хотя бы в своих собственных глазах. Книгу он прочел быстро, больше читать не хотелось и он совершенно не знал чем себя занять. Потом он кое-что вспомнил, но рассказать об этом было некому. Супруг еще не вернулся. Когда Бинхэ вечером появился на пороге Внутренних покоев, Юань с трудом подавил желание поделиться с ним появившейся у него днем идеей. — Знаешь, — начал Юань, когда они сели ужинать, — я ведь могу и поселиться в копии бамбуковой хижины. — Учитель? — Бинхэ удивленно моргнул, подняв взгляд на Юаня. — Там уже давно прижился бамбук. Роща уже достаточно густая, чтобы хижины не было видно со стороны, охрана там и раньше присутствовала практически постоянно, так что ее наличие никого не удивит. — постарался как можно убедительнее донести Юань. — Учитель… — начал вновь Бинхэ, несколько неуверенно опустив взгляд в тарелку. — Я вам не говорил, так как не хотел расстраивать, но она сгорела. — Как…? — несколько растерянно произнес Юань. Он не особо любил это место, но оно будило в нем странную ностальгию по тем временам, когда они с Бинхэ никак не могли понять друг друга. Какими же они оба тогда были глупцами! — Во время нападения разлили несколько бутылок с горючей смесью и подожгли ее. Это было неожиданно. — Что ж, видимо, ближайшее время мне придется коротать тут, — Юань старался не подавать виду, чтобы голос звучал беззаботно, но Бинхэ похоже понял, как он расстроился. — Ничего страшного, учитель, мы построим новую бамбуковую хижину. — и улыбнулся. Юань хотел возразить, что ничего не нужно строить, но осекся увидев эту улыбку. Бинхэ уже давно так солнечно не улыбался. Пусть строит, если это сделает его счастливым. Тем более что и сам Юань хочет, наконец, увидеть небо, пусть и в царстве демонов.