Что-то другое (4). В ту же реку...

*** Кан поискал себе работу среди вакансий от торговых компаний, занимающихся литчие, даже парочке написал - торговать он умел, ведь именно капитан занимается сбытом товара. Да и про торговлю литчие знал немало - наследственный марч обязывал. Только заниматься литчие он ненавидел... и вот снова пришел к тому же. Кан схлопнул экраны и повернулся к Наэве, тот смотрел в абстрактный геометрический узор, перетекающий сам в себя, и слушал тихую музыку. - Наэва, - позвал Кан. - Если хочешь гулять, иди. Можешь даже на всю ночь, - без предисловий отозвался Наэва. - Да, я сейчас выйду прогуляться на пару часиков, но я хотел поговорить не об этом. - О чем? - Я, возможно, нашел работу. Большая часть будет через инфосеть, поиск поставщиков, договоры. Но уезжать на прием товара мне все же придется. Иногда это может занять длительное время. Но зато у нас будут деньги, мы сможем позволить себе больше. - Лично мне ничего не нужно. - Мы могли бы чаще брать машину, ездить гулять куда-нибудь в безлюдное место. Яхту зафрахтовать, ты же хотел посмотреть океан и не с набережной. - Я не против, чтобы ты пошел работать. И я могу оставаться один... на время. Ты же на вахты на корабле уходил. - Еще мне придется летать на Персиль, договариваться с новыми поставщиками, но я смогу брать тебя с собой. - На Персиль? Ты же тут прячешься от своего демона и теперь вдруг собрался летать на Персиль? - Вот он, мой демон, возможно даже здесь, на Мерниоке, - Кан развернул перед Наэвой ленту новостей с улыбающимся Кирсагером. - На демона не слишком похож... Хотя темный окрас, как у меня, - Наэва криво усмехнулся. - На самом деле у него серебряные волосы, а глаза оранжевые, цвета нашей крови. Правда, если все это так, он бы должен быть ниже ростом и не так широк в плечах, так что, шерц его знает, что это на самом деле за тварь. Но то, что он вампир это точно. - Вампир? - Да, тянет жизненную энергию. И потом может ее использовать. И ментально подавляет. И шерц знает, что еще умеет. - Этот твой шерц осведомленнее тебя, - голос мернля при этом был бесстрастен, но Кан уловил иронию, и это было хорошо, раз у Наэвы было настроение иронизировать, можно было правда его оставить и пойти погулять. - Естественно, шерц знает больше про своего непосредственного начальника. - Начальника? - Шерзаим из Бездны - начальник шерцев. Это все глупые древние легенды... ну кажутся глупыми, пока не пообщаешься с Кирсагером слишком близко, - Кан невольно коснулся горла. - Кто мог пустить такую тварь на Мерниок? Это невозможно! - Наэва подтянул экран с новостями ближе к себе. - Он сенатор. И он продвигает дипломатическую миссию на ту планету, которую я открыл. Поэтому я ему и нужен. И Мерниок, как я понял, тоже собирается участвовать. Но я не уверен, что он здесь. Это просто его портрет, как иллюстрация к новости. - Однако теперь ты хочешь в командировку на Персиль? - Это не связано, это просто то, что я умею и на чем могу заработать. Я не думаю, что ему придет в голову меня здесь искать. Мое пребывание здесь слишком нелепо и фантастично, даже парису такое не просчитать. - Ладно, иди погуляй, только не езди в центр. На нашей окраине точно никаких сенаторов быть не может, - с каким-то странным выражением добавил Наэва, но Кан не обратил внимания, он мысленно уже был с Есавой, потому что записался через инфосеть на последний час его работы в салоне. Кан ушел, оставив Наэву с хено и чтением новостей, посчитав, что мерниокские новости это довольно безопасно - мернль-то париса не боится. Лорд пришел чуть раньше назначенного времени, зашел в салон и устроился на диванчике для посетителей, налив себе тэка из стоявшего тут же кихия с автоподогревом, и стал наблюдать за работой Есавы. И первое, что он заметил - парикмахер работал в перчатках и пользовался расческой. Кан не сдержал улыбки - значит, это ему персонально были такие привилегии, хотя изящный мернль в нежно-голубой тунике и золотистыми волосами, сидящий сейчас в кресле, по мнению персилианина, был очень привлекательным. Есава закончил, взбил локоны мернлю пальцами и с улыбкой спросил, все ли нравится. И когда его заверили, что все как всегда прекрасно, распрощался с клиентом и подошел к Кану, улыбаясь уже совсем другой улыбкой и демонстративно снимая перчатки. - Привет! Ты решил все-таки придать оттенок своему чисто белому цвету? Уже придумал какой или доверишься мне? - он встал рядом, почти касаясь колен сидящего персилианина. - Нет, я... - Кан поднялся с дивана и они оказались очень близко, но Есава не отступил, правда, ему пришлось задрать голову, чтобы смотреть возвышающемуся над ним персилианину в лицо. - Не доверишься? - перебил он, с таким умильным выражением показной обиды на своем красивом лице и такими сладкими эмоциями, что Кан поймал себя на том, что уже готов дать ему себя покрасить хоть в розовый. А глаза у Есавы сегодня были естественного цвета - просто серые с легким зеленоватым оттенком, но так Кану даже больше нравилось. - Доверюсь, но в выборе мне ужина где-нибудь в местном ресторанчике. - Это приглашение? - Да. - А стричься или краситься ты не будешь? - Я готов оплатить твое рабочее время. - С ума сошел?! - Есава рассмеялся. - Пойдем, я сейчас, - и, сделав шаг назад, развернулся на пятках, подошел к своей рабочей панели и стал выкладывать из карманов и снимать с пояса всякие инструменты. Они зашли в маленький, скромный, но уютный ресторанчик недалеко от салона, и Кан действительно доверил выбор блюд Есаве, тем более, что сам персилианин в местной кухне совсем не разбирался. Мернль выбрал для себя фигурки из теста в подливке, а Кану подали какие-то мелкие плоды, тушеные с мелко порезанными овощами и, кажется, грибами, в пряном соусе. Стоило раскусить этот плод и оказалось, что внутри он представлял из себя что-то вроде мягкого ореха - должно быть, Есава решил, что такому большому зверю, как персилианин, нужно много белка, хоть тут и подавали только растительный. - Хочешь попробовать? - он протянул в столовых щипчиках одну из фигурок из своей тарелки и Кан с удовольствием принял подношение. - Очень вкусно. Как это называется? - Аноли. Соусы бывают разные. После еды, они заказали еще напитков, и Кан опять развлекал своего очаровательного парикмахера историями из пиратского прошлого, естественно скорректированными, чтобы не вызвать у мернля отрицательных эмоций. - Вин, пойдем еще погуляем? - спросил Есава, когда они выпили уже и кихий тэка, и, заказанное после, лаомо. Парикмахер обезоруживающе улыбнулся и подкрепил свое предложение, накрыв ладонью руку персилианина. По коже побежала волна мурашек, делая нервные окончания невероятно чувствительными, так что показалось, что мерль касается его изнутри... очень приятно касается и отзывается это где-то глубоко внутри, ёкая где-то в животе. Так что, Кан явно прочувствовал, почему за руки - это интимно. Лорд поймал себя на том, что у него до сих пор еще не было отношений с равным ему по статусу партнером и тут совершенно новые правила игры. Даже с Таши было не так - тенессуриец был ему пленником и даже потом, это все равно чувствовалось, что Кан хозяин положения. С персилианскими леди Кан никогда даже не пробовал - не с его неустроенной жизнью думать о браке, а иных отношений с аристократками быть не может. Так что ощущения были для него совсем новые. Кану очень хотелось ответить согласием - с Есавой расставаться не хотелось, да и прогулка потом могла оказаться с приятным продолжением, но изнутри непонятно от чего поднималась тревога за Наэву, словно он что-то упустил, проскользнувшее мимо сознания и теперь не дававшее ему покоя. А стоило задуматься о том, чтобы уйти гулять с очаровательным парикмахером на всю ночь, тревога развернулась и хлестнула его изнутри. Они с Есавой одновременно отдернули руки. - Прости, - покаянно сказал Кан, усилием воли загоняя тревогу поглубже. - Твой больной друг? - Да, я должен вернуться. Может быть, в другой раз, Есава... если ты конечно захочешь, - закончил Кан со вздохом. - Я понимаю, Вин, иди. - Мы только недавно переехали, ему нужно привыкнуть... И, может быть, потом... Особенно когда закончится этот проклятый ящик хено, который я ему обещал и не мог не выполнить обещания. Есава нахмурился. - Прости, - еще раз сказал Кан, - я не хотел нагружать тебя своими проблемами. И не хотел портить тебе вечер... - Эй, - Есава снова протянул руку и сжал его ладонь, - Вин, ты только не пропадай, ладно? Я буду рад тебя видеть. - Спасибо, ты замечательный, - Кан потянулся через стол и коснулся его щеки губами. Есава только моргнул и смущенно улыбнулся и, судя по эмоциям, был совсем не против. Когда Кан вернулся домой, то понял, что тревога была не напрасной: Наэва лежал, свесившись с постели, так что волосы темной лужей растеклись по полу, рядом валялась бутылка хено и жидкость тоже растекалась рядом, промокая волосы мернля. Кан испугался, подбежал к нему, но Наэва дышал... вернее, судорожно всхлипывал, весь в слезах. И они так жутко смотрелись на его лице... посветлевшие из-за того, что их было много, но все равно темные. Кан поднял мернля, обнимая, баюкая в руках и шепча самому себе уже привычную мантру о том, что это не его эмоции, не его боль. Кан бросил мельком взгляд на все еще висящие экраны, ничего там особенного не было - те же новости, что и он смотрел. Что могло так выбить Наэву из равновесия? - Наэва, ну что случилось? Почему ты мне не позвонил, если тебе стало плохо? Надо было позвонить, у тебя же есть коммуникатор. Сделать тебе укол? Тот только покачал головой, глаза были широко открыты и из них по-прежнему беззвучно текли слезы. - Ну-ну-ну, хочешь я вообще не буду больше уходить? - спросил Кан, чувствуя, как больно сжимается сердце в ожидании еще одного сковывающего его обещания, загоняющего его в капкан. - Нет, - едва слышно прошептал Наэва, - я не хочу, чтобы ты тоже сошел с ума рядом со мной. - Я просто немного гуляю, общаюсь, но я всегда вернусь к тебе. Ты не останешься один, - Кан прижался губами к мокрому от слез виску мернля. - А он почему-то остался... - Кто? - Я хочу посмотреть на океан. - Да, я помню. Завтра. Завтра же поедем смотреть океан. *** Посмотреть на океан они действительно съездили: Наэва просто смотрел на волны с пустынного, продуваемого ветром берега и плакал, а Кан обнимал его со спины и заставлял себя глубоко размеренно дышать. У них было с собой хено и с каждым глотком, уже со второй бутылки, становилось чуть легче, и лорд все яснее понимал, почему его пьют до остановки сердца - Наэва не собирался умирать, а просто знал, что ему будет необходимо бесконечно глушить боль и он, возможно, не сможет остановиться, но Кан пока его еще удерживал от этого. А потом Наэва неожиданно предложил пройтись, персилианин продолжал приобнимать его за плечи, и они неловко ковыляли по дикому берегу. А когда они вернулись в свои апартаменты, Кану захотелось завыть от тоски, потому что внезапно навалилось осознание, что лучше не станет, что вот она теперь его жизнь - рядом с моральным калекой, и никакого выхода он не видит, и что Наэва был во всем прав... Кан помотал головой и сбежал из дома, оставив мернля с бутылкой хено и сгорая от малодушной мысли, что если тот все-таки допьется до остановки сердца, может быть, это и правда будет лучше для всех. Эта мысль сжигала изнутри его самого, и становилось совсем невыносимо, Кан зашел в магазин, стараясь не приближаться к мернлям, и купил себе двика - ничего крепче тут просто не было, но хоть что-то. Лорд пошел бродить по улицам, сторонясь прохожих и прикладываясь к бутылке, пока она не кончилась. Ужасно хотелось увидеть Есаву, просто поговорить, ощутить себя живым, но Кан сознавал, что с таким кошмаром в душе он причинит мернлю очень сильный дискомфорт и вместо тех волшебных ощущений от общения все может стать еще хуже. Но ноги сами привели его к салону, и он просто болтался, издали высматривая стройную фигурку с необычной стрижкой. Есава вышел на крыльцо и прямо посмотрел на него, а затем махнул рукой. Кан боролся с собой целую минуту, а потом подошел, встав поодаль. - Вин, не хочешь зайти? - спросил Есава, он не улыбался, а настороженно смотрел на персилианина, хотя с такого расстояния уловить эмоции не мог, а каменное лицо Кан умел делать в совершенстве. Но потом он сообразил, что, возможно, для мернля отсутствие эмоций, даже в мимике, как раз и является чем-то очень тревожным, и расслабил мышцы на лице, позволил уголкам губ сползти вниз. - Очень хочу, но не могу. Мне очень плохо, не хочу, чтобы и тебе было плохо. Извини, не смог удержаться, захотел увидеть тебя хотя бы издали. Есава моргнул, а потом спустился с крыльца и подошел сам, судорожно втянул воздух открытым ртом, и Кан тут же отступил. - Нет, не уходи, - Есава снова сократил расстояние между ними на шаг, - пойдем, Вин. Пойдем со мной в салон, я думаю, я кое-что могу для тебя сделать. - Не надо, мне просто нужно немного прийти в себя. - Нет, идем, - Есава решился и уцепился за локоть персилианина, увлекая его за собой в салон. Кан уставился в пространство, заставил себя размеренно дышать и мышцы лица снова закаменели. - Садись, - мернль усадил его в кресло и его пальцы снова зарылись в волосы персилианина. Кан не очень понимал, что тот собирается делать и зачем, но подчинился этим ласковым рукам, которые принялись массировать ему кожу головы, перебирать волосы, прядку за прядкой, касаться за ушами, сначала робко, будто пробуя, можно ли. Несмотря на рикошет душевной боли, метавшийся в их общем эмоциональном поле, возникшем из-за тактильного контакта, ощущения от нежных прикосновений умелых пальцев словно пробивались через эту бурю, разбавляя ее все более крепшими ручейками физического удовольствия. Лорд прикрыл глаза, его отпускало, по телу от затылка побежали теплые мурашки, заставляя на время позабыть обо всем. Чуткие пальцы коснулись лица и стали словно стирать напряжение, Кан поцеловал их, когда они добрались до губ - легким, полным благодарности поцелуем. Поймал тонкую кисть своего волшебного парикмахера, прижал к своим губам, переплел пальцы, услышав вздох, и почувствовал, как Есава прислонился к его креслу сзади. Кан запрокинул голову, потерся затылком о его грудь. Он совершенно потерял ощущение реальности, забыл, где находится - осталось только удовольствие от прикосновений и разделяемых эмоций. Кан продолжал целовать его руку, мернль двинул кистью так, что его пальцы скользнули между пальцев персилианина и в эмополе так ярко вспыхнуло удовольствие, что Кан инстинктивно понял, что надо делать, и начал ласкать руку мернля, услышав очень соблазнительный вздох и Есава уже совсем навалился на спинку кресла, склоняясь к персилианину, вороша ему волосы, и уже откровенно лаская за ухом. Это было очень яркое и сладкое удовольствие, но тем не менее Кан бы не сказал, что испытывал при этом острое сексуальное желание - ему не хотелось схватить Есаву и разложить прямо тут, на кресле - ему просто не хотелось разрывать контакт рук и чтобы это волшебство, теплой волной сметавшее всю хандру с души, заканчивалось. И было хорошо, очень хорошо - им обоим, кончики пальцев, да и вся кисть стали очень чувствительными, и Кан продолжал ласкать руку Есавы, остро ощущая, что у мернля все точно так же, а, может, и ярче. Стоило представить, что рука на самом деле проекция тела и если вот так, по ладони, и между пальцев, и еще погладить запястье... мернль тихонько застонал... а Кан ощутил, что сексуальное возбуждение все же мягко растекается по телу... так странно, как у него еще никогда не было. Это было просто приятно... даже не возбуждение, а истома. Кан давно уже раскрыл все биосенсоры, чтобы чувствовать мернля, впитывать его эмоциональный свет и тепло. Кан и чувство времени давно потерял, купаясь в спокойной взаимной ласке... боль и безысходность ушли и персилианин о них не вспоминал. Он не знал, сколько это продолжалось, просто в какой-то момент обнаружил, что мернль уже просто обнимает его, прижавшись щекой к щеке, и они все еще держатся за руки, переплетя пальцы, а у него... у них обоих на душе спокойно и хорошо, все тело мягко расслаблено и в нем еще гуляют отголоски удовольствия. - Это невероятно - то, что ты со мной сделал, - прошептал Кан, снова притягивая его руку к своим губам. - Да, я кое-что умею, но это, к сожалению, работает только на тех, кто мне действительно нравится. Иначе я бы уже открыл какую-нибудь врачебную практику. Но я слабенький эмпат, меня на многих не хватило бы все равно, даже если бы я мог помогать без личных симпатий. - Врачебная практика? Это вот так у вас лечат? - Кан повернул голову, пытаясь заглянуть ему в лицо. - Я про начальный этап, до того, как ты тоже решил поучаствовать, - лорд ощутил, что Есава усмехается, губы раздвинулись, мазнув персилианина по щеке. - Ты удивительный, - сказал Кан, купаясь в эйфории сладких эмоций, смешанных с физическим удовольствием от объятий Есавы. - Твоему другу нужен хороший врач. То, что он делает с тобой, ненормально. - Мы были у врача. Он выдал ему ошейник... то есть, блокиратор, и нейролептики, и все. Больше он ничем не может помочь. - Где вы нашли этого врача? - Это бесплатный врач, Наэву направили к нему по прилету на планету. - То, что с ним случилось, произошло не на Мерниоке, так? - Да. Я к этому не причастен, я просто не смог пройти мимо. - Ему нужен ксенопсихолог. Хороший, сильный ксенопсихолог, который поймет, что с ним сделали. - Ксено? Он же мернль. - Но тот, кто с ним сделал такое, мернлем не был. И мернль вряд ли может понять... Вам нужен ксенопсихолог. - Там же был ксенопсихолог при миграционном корпусе, но почему он беседовал только со мной? И почему ты понимаешь в этом больше, чем все эти специалисты? - Тоже когда-то хотел стать психологом, но, оказалось, мое уникальное чутье не компенсирует того, что я слабый эмпат. Так что я парикмахер, - он улыбнулся, чуть отклоняя голову, чтобы они все же встретились глазами - близко, так и не размыкая объятий. - Вам нужен кто-то, кто хорошо умеет и то, и другое - лечит мернлей и разбирается в ксенопсихологии. В миграционном корпусе служат те, кто должен помочь адаптироваться инопланетянам в обществе мернлей. Это не то. - Хорошо, спасибо за совет. Я найду ему врача. - Надежда - это хорошее чувство. - Думаешь? - Уверен, - Есава наконец отстранился, и лорд с сожалением выпустил его руку. - Нас оставили одних? - Кан огляделся и понял, что салон пуст и свет приглушен. - Да, салон закрылся час назад, - Есава лукаво улыбнулся. - А то... что ты со мной сделал, вообще можно делать в общественных местах? Есава рассмеялся и взъерошил персилианину волосы. - Мне пора возвращаться, пока он там не перепил хено, - с сожалением сказал Кан. - Иди. И приходи, даже когда будет плохо. - Я не хочу тебя так использовать. - Ты очень чутко отзываешься на мое воздействие и удовольствия даришь даже больше, я же его тоже разделяю, - Есава улыбнулся такой интимной улыбкой, что у Кана уже не осталось сомнений, почему это работает только с теми, кто ему нравится, да и ответ на его последний вопрос - нет... хотя на Мерниоке всякое может быть. *** Липкая тяжесть. Нет, она же твердая, металлическая, холодная, но почему-то кажется липкой, обволакивает, не давая дышать. Нет, воздух свободно проходит в легкие, его душат спазмы... отвращения. И беспомощность, сковывающая по рукам и ногам. А вот горло и почему-то голову... виски... давит реальной тяжестью. Хотя самая реальная должна быть на спине... и поясницу уже ломит... а проникновения в его тело он физически почти не чувствует, только отвращение и ненависть... и безысходное ощущение, что это не кончится никогда и ничего уже больше не будет в его недожизни кроме этого... Но это еще не самое страшное, он видел, как бывает страшнее... и там, в соседней клетке... и он ничего не может сделать. Только представлять, как они корчатся на полу, мыча как животные, выдавливая сами себе пальцами глаза, оранжевую кровь на их лицах... и как липкая тяжесть медленно уступает, растягивая свои границы, чтобы поманить надеждой, что однажды она сможет прорваться этим кровавым кошмаром. Кан проснулся в холодном поту, мернль в его руках глухо стонал, сквозь плотно сомкнутые, скрежещущие с жутким звуком, зубы. - Наэва, Наэва, все хорошо... я с тобой... сейчас я с тобой... неееет, ни шерца не хорошо! - Кан разжал объятия, выскочил из постели и побежал в санузел, чтобы проблеваться и долго вымачивать голову в холодной воде. Потом он сделал воду потеплее, притащил все еще не очнувшегося Наэву и запихнул в душ, усевшись прямо на пол с ним на руках, и стал ласково оттирать дрожащими ладонями его лицо от темных слез - сегодня особенно темных. Мернль заморгал, хватанул ртом воздух, пополам с водой и закашлялся. - Тихо-тихо, это я, Кан, мы на Мерниоке, ты в безопасности... ты... - он тяжело вздохнул, ткнувшись губами в его мокрые волосы, - со мной... со мной... *** - Наэва, я иду искать тебе врача, - сообщил Кан, зайдя обратно в комнату с чашкой тэка, он никак не мог проснуться и добиться прояснения в голове, несмотря на убойную дозу тоника в напитке. - Е... один мой знакомый сказал, что тебе может помочь хороший ксенопсихолог. Я ничего ему про тебя не рассказывал, но он сам догадался... - Потому что такое невозможно скрыть от мернля, занимаясь с ним любовью, - отстраненно добавил Наэва, лежа на спине на постели и бездумно пялясь в потолок. - Я не занимался с ним... хотя шерц вас разберет, чем вы, мернли, со мной занимаетесь! Наэва даже криво усмехнулся в ответ. - Вы все тоже вампиры, да? - продолжил Кан, отчего-то не в силах остановиться, глядя на это худое, темное существо на их общей постели и не понимая, почему он сам до сих пор здесь. В голове никак не прояснялось, эта ночь его окончательно измотала и в мозгу бродили странные мысли. - Питаетесь чужими эмоциями, и вот почему вы умираете от истощения в этих ошейниках. - Пока питаешься положительными эмоциями об этом не думаешь, - медленно ответил Наэва, - ты как бы и берешь и даешь одновременно, это взаимный эмоциональный обмен, а не вампиризм, но... такой как я... да, меня можно назвать вампиром, то, что я беру... и как я беру... может истощать, - он повернул голову и уставился на Кана абсолютно черными глазами, казавшимися огромными на бледном, осунувшемся лице. Лорд спрятал желание сглотнуть за настоящим глотком тэка и, слегка откашлявшись, потому что чуть не подавился, спросил: - Ксенопсихолог. Ты пойдешь к нему, если я договорюсь? - Кан, это все бесполезно, разве ты еще не понял? - его голос казался безучастным. - Посмотри на меня, разве такое можно исправить? - Но надо же попытаться хотя бы... научиться жить с этим. - Ты хочешь от меня отвязаться? Это правильно, Кан. Беги, беги пока не поздно... иначе я выпью тебя досуха... пока от тебя не останется серой, двигающейся по инерции, оболочки, - его губы растянулись в вымученной жутковатой усмешке, и даже отсутствие клыков не мешало ей быть плотоядной, в полумраке казалось, что все его зубы острые, хотя лорд сознавал, что это иллюзия. - Если ты сам к нему не пойдешь, я приведу его сюда, - Кан не стал поддаваться на провокацию. - Я найду способ. И найду лучшего ксенопсихолога, - хотя на самом деле его захлестывало отчаяние и бесконечная усталость. Но даже просто лечь лицом в подушку и проспать сутки он не мог... потому что рядом будет лежать Наэва с его кошмарами. - Думаешь, это хорошая идея - привести ко мне новую пищу? - Если она тебя напитает и ты сможешь... - Перестать жрать тебя? - Так скажем, снова научиться питаться более здоровой пищей. - Вряд ли это возможно... - Но я все равно попытаюсь. Кан отнес чашку в мойку, оделся и решительно вышел из дома... если можно считать решительной слегка шатающуюся походку. Кое-какие сведения лорд уже нарыл в инфосети и был намерен действовать... иначе он и сам скоро сдохнет. Он нашел эту клинику, на больницу она не походила, скорее на офис, на ресепшене он спросил доктора Мариниэле, про которого начитался хвалебных отзывов, что у него какие-то прямо невероятные силы. Кан попытался записаться к нему на прием через инфосеть, но запись открывалась только через четыре декады. Он все равно записался, но решил поговорить с доктором лично, объяснить ситуацию, и, может быть, ускорить процесс. На ресепшене его встретил очень приятный мернль в нейтральной для персилианина одежде - не дающей ассоциаций с полом. Кан рассказал про ящик хено, и что до официальной записи его друг может не дожить. И ему неожиданно выдали адрес, где живет доктор. - Вот, примите на свой комм. Доктор Мариниэле сейчас в отпуске, но, думаю, если он с вами лично пообщается и почувствует... то, что от вас исходит, то захочет вам помочь. - Это не мне. Это моему другу, мернлю. - Тем более, если такой фон исходит от вас, то даже не представляю, что там с вашим другом. Я тоже психолог, - мернль на ресепшене слабо улыбнулся, - вернее, собираюсь им стать. На практике тут. - Понятно. Спасибо вам большое. Вы, возможно, спасли жизнь моему другу. *** Мик возвращался домой и увидел, что на ступенях крыльца кто-то сидит. Блондин, с мощной фигурой, он уронил голову на сложенные на коленях руки и, кажется, спал. Землянин остановился, разглядывая странного посетителя... плечи такой ширины просто не могли принадлежать мернлю... инопланетянин? Клиент Мариля? Но представить, что этому здоровяку требовался ксенопсихолог, было трудно. Белоснежные патлы полностью завешивали лицо незнакомца со всех сторон, так что расы было не разобрать. Мик сделал еще несколько неуверенных шагов к крыльцу и чем ближе он подходил, тем больше ему казалось, что это персилианин. Стоило ему поравняться со сгорбившимся на крыльце пришельцем, как тот очнулся, поднял голову, сонно моргнув, но быстро приходя в себя. Он и правда спал, но на приближение терранина у него, должно быть, среагировали биосенсоры. Персилианин вскочил на ноги и даже успел произнести начало заготовленной фразы: - Простите, я искал доктора Мариниэле, - у него даже получилось произнести тщательно заученное имя мернля. - Он же здесь живе... - персилианин осекся, в серых глазах мелькнуло узнавание, особенно когда на лице терранина отразился ужас. - Вот же шерц... - Кан скривился, - да что ж за проклятие такое?! Опять ты... Он отступил на шаг и даже умудрился почти споткнуться о ступеньку, что для лорда было нонсенсом. Кан восстановил равновесие и каким-то беспомощным жестом потер ладонью глаза, словно пытался стереть наваждение. - Ну чего ты испугался? - Кан поборол желание бессильно опуститься обратно на ступеньку. - Что я тебе тут сделать-то могу? Да и вообще... с какой стати мне тебе что-нибудь делать... я тебя отпустил давно и здесь, правда, доктора этого искал, - он вздохнул. - Ты тоже, что ли, к нему? Ах, ну да, конечно, ты же жертва жестокого рабовладельца и еще, наверное, насильника... - он скривился. - Лечишься... от меня? - Я здесь живу, - тихо обронил Мик, справившись с первоначальной паникой. Перед ним действительно стоял Кандагер, только его волосы потеряли сиреневый оттенок и старые шрамы с лица он убрал, зато где-то уже успел заработать новые. Боже, неужели Кирсагер был прав и он, Мик, что-то такое, правда, может?! - Живешь... а разве доктор... - Кан замолчал, но взгляд его был достаточно красноречив. - Да, с Марилем живу! - Мик с вызовом поднял голову и выдержал этот тяжелый взгляд, до боли знакомых, свинцово-серых глаз. - А как же твой дружок... или с ним ловить нечего? Он тут такой же нищий и бесправный как ты? А сенатор что же... не удалось его заловить? Или вы тут все вместе живете... у мернлей же можно аж с тремя сразу... - Кан! Если ты пришел меня оскорблять, то выход там, - Мик махнул рукой себе за спину. - А ты изменился... шуршик... Или... всегда таким был, просто мне раньше не надо было об этом знать... Я не к тебе пришел... это шерцево совпадение, потому что ты... ты просто мне проклятие какое-то! Но я уже понял, что этот твой доктор мне не поможет, я ухожу... - Кан спустился с крыльца и направился прочь. Мик простоял несколько секунд, пялясь в пространство, не выдержал и обернулся... он никогда не видел, чтобы лорд сутулился. - Кан! Подожди... Тот остановился. - Кан, зайди, пожалуйста, нам надо поговорить. Лорд молча развернулся, подошел и встал рядом, вопросительно глядя на терранина. Мик открыл дверь и они по-прежнему в молчании прошли в гостиную. - Тэк или лаомо? - спросил Мик, подходя к мини-консоли для приготовления напитков. - Все равно. Мик приготовил лаомо, хотя это заняло больше времени, зато дало возможность собраться с мыслями. - Кан, - он поставил перед персилианином чашку и сел напротив, - я знаю, это все некрасиво выглядело... то, как я сбежал... я не буду оправдываться, это бесполезно... Я просто хочу, чтобы ты знал... ты же сам спросил... и... В общем, мы с Дэном, тем вторым терранином, не любовники и никогда ими не были, мы только друзья и все. И сенатор... он меня забрал просто из жалости... у нас с ним ничего нет. - Ясно. Забудь, что я там тебе наговорил... Я не из-за тебя такой, если ты так подумал, - Кан поморщился. - Мой друг болен... у него тяжелая психическая травма... и ты же с мернлями живешь... и наверное знаешь, что это такое, когда им паршиво... - Твой друг - мернль? Кан кивнул: - Не ожидал, да? - он усмехнулся. - Любезность за любезность - тоже просто друг... Хотя не знаю, с мернлями не поймешь. Но то, что он со мной делает... это удовольствием не назовешь, - Кан не сдержал тяжелого вздоха. - Вам нужен врач, - Мик посмотрел на него каким-то странным взглядом. - Я за этим и пришел. - Я поговорю с Марилем. Я не знаю, когда он придет... но лучше, если я поговорю с ним сначала сам. - Кто тебя с ним познакомил? Это случайность была или сенатор? - Сенатор. - Тогда не надо говорить. Сенатору не надо знать, что я здесь. Я надеюсь, ты не настолько меня ненавидишь, чтобы выдать. - Выдать? Ты что-то натворил? - Приятно слышать, что для тебя моего пиратства не достаточно... в плане "натворения". Мик замолчал и нахмурился. Кан усмехнулся, почти прежней усмешкой: - Пиратство ни при чем. И я ничего не натворил против законов Мерниока. Но меня преследует тот персилианин, с которым твой сенатор работает. Кирсагер. Спасибо за лаомо... и я рад, что мы поговорили... - Я тоже рад. Мне тяжело было... так расстаться. "Кирсагер! Он его преследует, а я... я его позвал? О, боже! И если я сейчас ему скажу, что... нет, это бред..." - мысли лихорадочно метались и Мик, не замечая, кусал губы. Кан в ответ только кивнул и помолчал, глядя в кружку. - Ладно, пойду я. Все слова сказаны... Только, Мик, дай мне слово, что не скажешь про меня ни доктору своему, ни сенатору, или мне снова придется срочно бежать... а я не могу бросить... друга. - Даю слово, - это было легко произнести, Кана он выдавать Кирсагеру не собирался, даже за все его дьявольские посулы. Еще раз предать Кана было бы уже слишком. Только надо бы самому Кану сказать про Кирсагера... но Мик почему-то не решался, да и они сейчас расстанутся и больше не встретятся, вот и все. Лорд поднялся и медленной, какой-то больной походкой, направился к двери. - Кан, вам нужен врач. Тебе и другу твоему, - уже всерьез обеспокоенно проговорил Мик, проходя за ним, чтобы проводить и закрыть дверь. - Кроме Мариниэле есть другие доктора. - Ладно, я разберусь. В другую клинику схожу. - Ладно. Только, пожалуйста, обязательно найди врача... ты на себя не похож... - Не похож? - Кан обернулся уже у двери и посмотрел на Мика с кривой усмешкой. - Да, я и сам себя не узнаю иногда... Вот что... Мы с тобой, наверное, уже больше не увидимся, Мик... ну раз уж пути наши с тобой снова так неожиданно пересеклись, ты уж мне скажи на прощание... только честно... - он замолчал, пристально глядя на терранина. - Что? - еле слышно уточнил Мик. - Твое это... "же тэм"... и прочее... там хоть раз... хоть слово правды было? Мик почувствовал, как предательски задрожали губы: - Я... я тебя и до сих пор... забыть не могу... только мне с тобой не... - договорить он не успел, даже не поняв, как это вообще произошло. Вот, только что, они пытались попрощаться, он пытался что-то объяснить напоследок... а в следующий миг они уже целовались, и Мик не чувствовал пола под ногами, и это не было фигурой речи - персилианин прижимал его к стене, подняв над полом... и Мику не хотелось, чтобы отпускал, и все вообще начисто вылетело из головы, он даже забыл, где они и что мернли могут вернуться... Ах, как он скучал по этим сильным, бесцеремонным рукам! И пальцы запустить в длинные гладкие пряди волос, отыскать кончиками пальцев одному ему известный рисунок биосенсоров на затылке, вызвать нетерпеливый стон, обхватить бедрами талию... сегодня жарко было... и он в одной тунике был... горячий, вибрирующий член персилианина быстро нашел вход в его тело и Мик даже на миг не подумал его оттолкнуть, напротив, сам нетерпеливо насаживался глубже, ерзал по стене, глухо постанывая, цеплялся за широкие плечи, сминал ткань рубашки... А потом они долго не могли отдышаться, Кан так и держал его навесу, тяжело дышал, упираясь лбом ему в плечо. - Мик? - Ммм? - Ванная где у вас? Я тебя перепачкал всего... извини... - Там... - Мик мотнул головой. - Где? - Кан поудобнее подхватил его на руки, глаза у терранина поплыли, ах да, эйфория... Персилианин сам нашел ванную, раздел Мика, сам скинул одежду и зашел в душ с терранином на руках. Тот снова потянулся за поцелуем, и Кан не смог ему отказать. *** - Тебе налить чего-нибудь? - Мик, завернутый до пят в длинное паголе, прошлепал босиком в гостиную. Эйфория уже отошла, хотя он смутно помнил, что в душе лез к персилианину с ласками, но второй раз они сексом не занимались... просто так целовались. - Мальтик есть? Мик помотал головой: - Литчие нет. Из не тэклао есть только хено, но я не уверен, что тебе это вообще можно. Это какой-то местный психотроп, говорят, если его перепить, у мернлей останавливается сердце. Не знаю, как он на персилиан действует. - Не надо... воды тогда просто... а твои... скоро вернутся? - Через пару часов, - Мик не представлял, что бы он им сказал... ревность мернлям не свойственна, но все это было... как-то дико и пока и в его голове еще не уложилось... - Я лучше пойду, - Кан залпом осушил стакан с водой. - Да, лучше иди, - задумчиво согласился Мик. "Надо было сказать ему про Кирсагера, чтобы больше близко ко мне не подходил. О, черт, как же это все... как?"