Глава 5. Почти знакомо
31 октября 2021 г., 09:00
– Три тысячи фунтов? Это минимум?
Они снова в пабе, Ева и Билл, сидят за столом напротив друг друга и пьют пиво.
– Ага, знаю, – ворчит Ева в свой пинтовый стакан.
– Я знал, что они дорогие, – качая головой, говорит Билл, – но не знал, что настолько дорогие. И это даже беря в расчёт необходимость в новом доме. И мебели. И...
– Ага, Билл, я имею представление о предстоящих расходах, – огрызается она, но беззлобно. – Прости. Я устала.
– Моя свободная кровать недостаточно хороша для тебя? – спрашивает Билл, приподняв брови.
Ева закатывает глаза:
– Ты же знаешь, что дело не в этом.
– Знаю, – успокаивающим тоном произносит Билл. Ева чувствует на себе его взгляд, пока потягивая пиво, осматривает паб. – Но, зато, ты нашла себе хорошего адвоката.
– Слава Богу. – Ева вздохнула, переводя взгляд обратно на Билла. – Честно говоря, Билл, эта женщина невероятна. Она такая деловая, такая профессиональная, и в то же время в ней есть эдакая непринуждённость.
Билл кивнул, когда Ева поставила свой стакан на стол, и стала активно жестикулировать, будто бы слов было недостаточно.
– Я просто знаю, что она действительно может мне помочь. Я понимаю это... у меня такое чувство, как будто она понимает меня, будто, как и я не хочет, чтобы говнюку сошло с рук это дерьмо.
– Адвокат? Против несправедливости? Как необычно, – с сарказмом произнёс Билл, но Ева просто отмахнулась от его комментария.
– Но дело даже не в этом, – подчеркнула Ева. – Похоже, она полностью на моей стороне, не только потому, что я ей плачу. Будто услышав мою историю, она реально захотела мне помочь. Это имеет смысл?
Билл открыл рот, чтобы ответить, но Ева его прервала.
– Мне даже не нужно, чтобы ты соглашался. Это просто ощущение. Просто я рада, что она на моей стороне.
– Кажется, ты уже достаточно высокого о ней мнения. – Билл усмехнулся. – Что-нибудь ещё хочешь добавить? Подожди, только не говори, что она не только умна, но и красива.
– Ладно, я смотрю, ты всё поржать надо мной норовишь, – Ева подняла руку и указала пальцем на своего друга, – но, по правде говоря, ты понятия не имеешь. Эта женщина сногсшибательна. Она будто... она одновременно красива, умна, успешна, и это... это восхищает. Женщина, так высоко поднялась в своей сфере, по дороге не потеряв ни капли женственности.
– Сногсшибательная, да? – с ухмылкой и изогнутой бровью произнёс Билл.
– Да, сногсшибательная? – Ева слегка нахмурилась. – Эй, о чём ты?
– Просто "сногсшибательная" - не то слово, которое я бы использовал.
Ева невозмутимо смотрит на мужчину, допивая остатки своего пива.
– Прикалывайся сколько хочешь, извращенец. – Она пожимает плечами. – Тебе не понять. Это такое чувство...
– "Такое чувство", да, Ева, ты говорила. – Он ухмыляется шире, слегка приподнимая подбородок.
Ева фыркает и вертит в руках пустой стакан. Билл просто не понимает. Ева чувствует, что нашла человека, который действительно облегчит для неё этот болезненный процесс, проведёт через него и в его конце сделает её только сильнее.
Но он всё ещё смотрит на неё с ухмылкой и приподнятыми бровями. Она издаёт разочарованный вздох.
– Что?
Билл смеется и пожимает плечами.
– Ничего, – с улыбкой говорит он, и Ева немного расслабляется.
На мгновенье наступает тишина, только звуки других людей в пабе создают фоновый звук, пока Билл не открывает рот:
– Просто хотелось бы, чтобы у нас с Кейко всё ещё было это "чувство", при взгляде друг на друга.
Ева бросает в него свою влажную салфетку.
***
Стеклянный лифт, явно созданный самим дьяволом, по-прежнему остаётся для неё чудовищным, и Ева отказывается приближаться к стенам, когда входят люди и делят с ней пространство. Они бросают на неё забавные взгляды и очень по-английски фыркают, но она так и продолжает стоять на месте. Лифт останавливался семь раз, последний человек выходит, и Ева позволяет себе неуверенно вздрогнуть, но когда двери закрываются, их блокирует блестящий чёрный ботинок. Ева подпрыгивает при внезапном появлении ботинка, но не успевает убрать с лица мини-шок, прежде чем появляется нога, а затем и остальная часть тела. – Ну, привет, Ева. – Хьюго. – Она как можно спокойнее кивает. Он стоит перед ней, держа в руках три чашки на вынос на картонном подносе, и смотрит на неё сверху вниз. – Ты собираешься подвинуться и меня впустить? Ева поджимает губы и делает шаг влево, позволяя Хьюго протиснуться внутрь. Двери закрываются, и Ева чувствует его пристальный взгляд на своей щеке. – Не фанатка лифта, да? – говорит он с явной ухмылкой в голосе. Он слегка подпрыгивает, когда Ева внезапно к нему поворачивается. – Это стеклянный куб, взлетающий на миллиард этажей, – огрызнулась она на него. – И он в буквальном смысле держится на одних проводах. – Ладненько, – протягивает Хьюго, делая шаг назад, – мы пока только на семнадцатом этаже, так что остынь. – Не говори мне остыть, – бормочет Ева, пристально глядя на светодиодные цифры над дверью, чувствуя себя так, будто её желудок остался на первом этаже. 22, 23, 24… В ту секунду, когда мигает 25 этаж и двери открываются, Ева практически бежит к столу Хьюго, игнорируя его раздающийся сзади смешок. – В конце концов, тебе придётся привыкнуть к этому, Ева, – говорит Хьюго, шагая к своему столу. Ева берёт чашку из его протянутой руки. – Ну, определённо не сегодня, – пробормотала она в пластиковую крышку. Едва Хьюго сел, как раздался звонок. – Хьюго? Ева здесь? Хьюго сделал глоток кофе, прежде чем ответить: – Ещё нет, госпожа Астанкова. Должно быть, она опаздывает, как некультурно... Ева хлопает Хьюго по руке, который тут же отшатывается, поглаживая свой бицепс. Ева нажимает кнопку. – Я здесь, – Ева хмуро глядит на Хьюго, который просто закатывает глаза. – Сделка отменяется, – шепчет она ему и ухмыляется, когда его рот с негодованием открывается. – О, здравствуйте... хорошо. Пожалуйста, проходите. И Хьюго? Мужчина, о котором идёт речь, наклонился вперёд, уже хмурясь в ожидании. – Да, госпожа Астанкова? – Зайдёшь ко мне, когда я закончу с Евой. После этого линия обрывается, и Хьюго громко стучит лбом о стол.***
Сидя в почти знакомом плюшевом кресле, лицом к почти знакомому деревянному столу перед почти знакомыми гигантскими стеклянным окнами, Ева ждёт, когда Вилланель закончит пролистывать папку, аккуратно спрятанную в деревянном шкафу с документами. – Ладно, – произносит Вилланель, прежде чем закрыть шкаф и снова сесть за свой стол. – Итак, вы проходите развод со мной в качестве своего адвоката. – Да, – кивает Ева. – Что заставило вас принять решение? – У меня был секс с Нико. Вилланель выглядит потерявшей дар речи, что, по мнению Евы, является нормальной реакцией на то, когда твой клиент, практически незнакомка, прямо заявляет о своей сексуальной активности. – Хм. Это хорошо? – Ага. Я хотела узнать, не сможем ли мы помириться. Мы занялись сексом. Это не сработало, он всё ещё мудак. Ева замечает гримасу на лице Вилланель прежде, чем блондинка успевает её скрыть. Может быть, такие разговоры доставляют Вилланель неудобство. – Хорошо, всё, что помогает вам прийти к решению, это хорошо. Я так думаю. В любом случае, – Вилланель прочищает горло и несколько раз щёлкает кончиком ручки, – нам нужно поговорить о том, что вы рассказали по телефону. – О том, что я собираюсь доказать, что он... – Не-а! – внезапно прерывает Вилланель, поднимая руку в прерывающем жесте. – Мы не можем это обсуждать. Ева в недоумении хмурится. – Ну, ладно? Вилланель вздыхает и роняет ручку на стол, прежде чем пристально посмотреть на Еву. – Послушайте. Ева, вы мне нравитесь. Мне нравится ваш дух, в вас есть страсть, которая мне симпатична. Вы забавная. Поэтому я собираюсь вам помочь. Но для этого нам нужно работать вместе. Понимаете, о чём я говорю? – Да. – Ева уверенно кивает, но карие глаза Вилланель смотрят на неё не отрываясь, и она обнаруживает, что её кивок превращается в дрожь. – Нет. Вилланель кусает губы, похоже, пытаясь не улыбнуться. – Хорошо. К примеру: если вы, скажем, спросите меня, какие проступки могут привести к аннулированию брачного договора, я, как ваша поверенная, смогу ответить. Ева несколько раз моргает, прежде чем в её голове раздаётся щелчок. – Оу! Хорошо, гм, госпожа Астанкова, какие проступки сделают брачный договор недействительным? Вилланель усмехается и снова хватает ручку, указывая ей на Еву. – Отличный вопрос, – хвалит Вилланель. – Ну, в вашем конкретном случае одному из вас пришлось бы совершить прелюбодеяние. Похоже, это единственное, с чем вы оба согласились, что это нарушит все остальные договорённости. – Да. Поняла, – медленно кивает Ева, – ладно, что ж, я не изменяла, и он тоже. – Уверены? Ева смотрит на Вилланель, которая смотрит на неё в ответ, вопросительно подняв брови. – Эээ, нет, я почти уверена, что он этого не делал. – Почти уверена - не тоже самое, что уверена, – небрежно пожимает плечами Вилланель. – Возможно, английский и не мой родной язык, но в последний раз, когда я проверяла... Ева вздохнула. – Ладно, отлично, конечно на 100% не уверена, но кто это может быть? – Не так много людей, – Вилланель кивает с какой-то мрачной насмешкой, и Ева не может игриво не нахмуриться в ответ. Вилланель перестаёт кивать и на мгновенье с задумчивым прищуром глядит на Еву. – Откуда ты родом? Сейчас произошел полный поворот на 180 градусов, и у Евы закружилась голова. – Я выросла в Коннектикуте. А что? Вилланель мычит, изучая Еву. – На что это похоже? Ладно, Вилланель немного странная, что... интересно. Женщина явно очень умна, и Ева не ожидала, что слово "странная" войдёт в её список описания блондинки. Ева обнаруживает, что ей это даже нравится. Это делает Вилланель более... ну, интересной что ли. – Э-э, там довольно мило. Зелено. Я много времени проводила на улице, когда не училась. – Ева чувствует заинтересованный взгляд Вилланель, будто согревающий её кожу. Она прочищает горло. – Что насчёт тебя? Где выросла ты? – В России, – отвечает блондинка, откидываясь на спинку стула и вертя ручку между пальцами. – И как там? – вежливо спрашивает Ева. – Холодно. Вилланель произносит это с широко раскрытыми глазами, и Ева не может удержаться от смеха. После того как короткий взрыв смеха стих, она замечает улыбку на губах Вилланель. – Хорошо посмейся, Ева, – спокойно говорит она, пристально гладя на Еву. – Надеюсь, твой развод будет окончательным, и ты будешь смеяться гораздо чаще. Это... это очень насыщенные смыслом слова, думает Ева, в особенности потому, что сказаны человеку, с которым та встречалась каких-то три раза. Но Ева надеется, что Вилланель права, и по завершению процесса она сможет ещё смеяться. Тем не менее, она не знала, что адвокаты говорят слова поддержки своим клиентам. Не то чтобы у неё за плечами был какой-то опыт общения с адвокатами по разводу. Ева решает, что, во всяком случае, ей было приятно это услышать, поэтому улыбается. – Я тоже, – соглашается она. Вилланель снова щёлкает ручкой, и Ева задаётся вопросом, не вошло ли у неё это в привычку. – Хорошо, теперь ты знаешь, как со мной разговаривать о некоторых вещах, – говорит Вилланель, полностью возвращаясь к делу и заставляя Еву сконцентрироваться. – Есть вещи, о которых мы можем или не можем говорить в попытке, возможно, помочь тебе развестись с наименьшими потерями, или чем-то большем, чего ты, на самом деле, заслуживаешь. Но я, разумеется, ни на что не намекаю. – Нет, конечно, какие намёки, – с определённым кивком соглашается Ева. Уголок губ Вилланель слегка приподнялся. – Мы просто... клиентка и поверенная, обсуждающие мой развод. – Именно. – Глаза Вилланель весело блестят. – И я ни в коем случае не имею ввиду, что ты могла бы попытаться найти кое-какие доказательства того, что у Нико были определённого рода проступки. – О, мы уже подошли к этому? – произносит Ева, удивлённая тем, как быстро их дискуссия добралась до этой точки. Вилланель улыбнулась в ответ, затем задумчиво поджала губы. – Знаешь что? Нам нужно выпить. Ева никогда не была знакома с кем-то, кто бы так быстро менял тему, как Вилланель. Она пару раз удивлённо моргнула: – Мм? – Выпить, Ева. Ну, ты знаешь. Выпить после рабочего дня? – Я знаю, что означает выпить, засранка. – Ева хихикает, но тут же вспоминает, с кем разговаривает, и прикрывает рот рукой. – О Боже, прости, я не... – Не хотела назвать своего адвоката засранкой? – Брови Вилланель приподняты вверх, на лице расплылась ухмылка. – А ты смелая, Ева. Я была права насчёт того, что ты мне нравишься. И Боже, румянец Евы, начинающий ползти по шее настолько позабытый, что это почти шокирует. Неужели так давно никто не делал ей комплиментов? – Что ж. Ты такая и есть, – произносит Ева, пожимая плечами и поправляя волосы в попытке скрыть румянец на щеках. – И часто адвокаты идут выпить после работы со своими клиентами? – Нет, это было бы слишком непрофессионально, – качает головой Вилланель. – Хорошо, что я спрашиваю тебя как подругу. Ева чувствует... ну, она реально чувствует себя особенной. За те несколько встреч, что у них были, эта женщина, эта умная, крутая и великолепная женщина, у которой должно быть много друзей из высшего общества, решила подружиться с Евой? Такое случается не каждый день. Если вообще случается. Она чувствует, как румянец снова щекочет шею, поэтому она откашливается. – Выпить - звучит неплохо. Куда пойдём?
