Ценность

В сознании Боруто совсем нечего делать. И это первое, что подметил Момошики, находясь там около полугода. Теперь младший Узумаки является его сосудом, а Ооцуцуки скоро возродится, все идет даже слишком хорошо. Но… Момошики не распечатает свою сущность, пока что он будет помогать. К этому все пришло постепенно. Наблюдая за жизнью Боруто Узумаки, сына седьмого и маленького гениального шиноби, Ооцуцуки с презрением относился ко всему, что видел все через его сознание. Это было безразличием, а потом сочувствием… Маленького чуть не убили в битве с одним из кары, тогда уж Момо захватил над его телом контроль и со своей мощью одолел слишком сильного противника. Хотя мог нанести удар по друзьям Боруто, по его отцу… Этого не случилось. А совсем недавно Ишики сломал руку его сосуду и сильно поиздевался над ним, младший Узумаки отключается, попадая в своё сознание. -Где я… — Ему не первый раз снились такие странные сны, он знал, что ему могли являться всякие разные образы, но… Увидеть ЕГО предвещало беду. Ооцуцуки Момошики обосновался в пустом пространстве сознания сосуда. И теперь стоит позади Боруто, положив руки ему на плечи. -Ты слаб, мальчишка, даже с теми силами, что я тебе дал. — С возвышенностью в голосе произносит Момо. Узумаки дёргается от прикосновений, оборачивается и замирает на месте. А затем отходит от Момо, делая несколько шагов в противоположном направлении от него. -Почему я опять тебя вижу? Тот убирает руки, всем видом выражая брезгливость в общении с мелким. -Я сам к тебе прихожу. — Хоть и сын седьмого имел нетерпеливость в познании всех ответов на вопросы, он представлял ценность для Ооцуцуки. Связь с кланом присутствовала, хотя бы взять чакру Боруто и его глаз. И тут Боруто вспоминает почему он отключился и что сейчас все еще продолжается бой против Ишики… Отец и Саске все еще там. Сын Наруто начинает обеспокоенно вертеть головой, ища что-то. -Сейчас ты в безопасности, я вижу это. Если что-то будет тебе угрожать, я помогу. — Снисходительно Момо подходит к нему вновь, нависая плотной тенью над ним. Он развеял некоторое волнения сосуда, тем не менее, Момошики нагнал на него панику своим приближением. Боруто боится смотреть в глаза своего покровителя, украдкою поглядывая в них. Он не трус. Он не позволит Момо сделать снова что-то плохое, не допустит этого. А тот усмехается, кладет руку на голову мальчика и убирает золотистые волосы в другую сторону, поглаживая тем самым. Ооцуцуки с небрежностью, не свойственной такому как он, тащит за ворот курточки к себе, пока с силой не сжимает мальчика. -Ты стал посмелее с прошлого раза. — Тот улыбается с тихим смешком, похлопав его по спине. Неожиданная мягкость по отношению к своему сосуду могло означать что-то плохое? Боруто насторожился. Да, чтобы Момо обнял его? Это могла быть игра подсознания, сон, проверка Ооцуцуки… Или видение? Момо постукивает подушечками пальцев по его шее, с удовлетворенностью обхаживая свой сосуд. -Можешь расслабится, я ничего плохого тебе не сделаю. Сейчас. Боруто, уже не зная, что думать. Просто прикрывает глаза, не ожидав, что в следующие мгновения, его возьмут за щеку и больно потянут. -Ай. Момошики снова выдал смешок, отпуская чувствительную кожу сосуда, смотря как та немного побелела, а потом снова становится того же цвета. -Забавно. — Ооцуцуки вдруг откидывается назад и садится на что-то, что Боруто не видел. А его самого тянут к себе и усаживают на коленях у бога. Как же это тешило самолюбие Момошики… Узумаки начинает чувствовать жуткую боль. -Ещё увидимся. — Момо касается его руки, а Боруто уже исчез. Снова Ооцуцуки остаётся запертым тут одним, наблюдая за течением жизни сосуда через его память и глаза. Покуда они тут разговаривали с Боруто, Момо успел попользоваться его телом. Сделать подлянку Учихе и подраться с неродным братом Узумаки. Ооцуцуки совсем скоро выйдет. Распаковка завершается. Все идет прекрасно, значит можно и сосуд тревожить сильнее.