Panther in crime

Профессор Грейнджер знала, что от ежегодного зимнего бала в Хогвартсе ей не откосить, поэтому пришлось идти. Пришлось даже обнадежить профессора Амбертона медленным танцем. Впрочем, в этой ситуации она нашла и свой шарм: снова почувствовала себя девчонкой прячущейся от Кормака на балу Клуба Слизней. Гермиона улыбнулась и расстегнула платье. Оно упало к ее ногам. – Завтра уберу, – пробормотала она себе под нос. Платье ей не ответило, но и против отдохнуть на полу, судя по всему, тоже не было. День был бесконечно длинным и насыщенным, и теперь Грейнджер ощутила накатившую усталость, но все поменялось как только ее голова коснулась подушки. Желание спать улетучилось. Она вертелась юлой в постели, то раскрываясь, то снова укутываясь и никак не могла найти удобное положение. В конце концов, пришлось встать за расслабляющим зельем, но и тут ее ждало разочарование. Бутылек был пуст. Гермиона недовольно заскулила и натянув мантию прямо поверх пижамы вышла из комнаты. Решение было очевидно, надо было подышать. По пути на разных этажах ей встретились две парочки, прячущиеся за колоннами. Гормоны, разгоряченные танцами и весельем было не так просто унять, Гермиона отлично это понимала, поэтому даже немного удивилась, что встретила только четверых, которые тут же были отправлены по спальням. Быть может остальные просто прятались лучше. Профессор усмехнулась, вспомнив, как однажды и сама попалась, да и ни кому бы то ни было, а именно профессору Снейпу. Тут же запылали уши. Вопреки слухам, отношения Гермионы и Крама остались платоническими, если не считать пары неловких поцелуев. Но с течением времени подростковая влюбленность переросла в хорошую дружбу, и они согласились, что это пожалуй даже ценнее, теперь вспоминая те времена с улыбкой, когда встречались. Но в тот вечер что-то пошло не так. Гермиона, очарованная заботой и вниманием к своей персоне решила, что ей тоже стоит проявить какие-то ответные знаки внимания и позвала Виктора незаконно проникнуть на Астрономическую башню после отбоя. Крам тогда удивился ее смелости, но согласился, потому что ничто не кажется подросткам более романтичным, чем нарушение школьных правил. Гермиона скрестила руки на груди, кутаясь в мантию. Сегодня тут было ветренно. Огоньки вдалеке поблескивали, с неба хлопьями падал снег. Виктор обнял ее за плечи в каком-то непривычно ласковом жесте, согревая и защищая. – Можно тебя поцеловать…? – И Гермиона была готова согласиться, почти удивившись, почему он вообще спросил, но тут за их спинами послышался низкий кашель. Грейнджер спешно обернулась. Сердце рухнуло в пятки. Рядом с колонной стоял профессор Снейп. Лежащее в пятке сердце вообще перестало биться. Дар речи тоже куда-то испарился, впрочем, и Снейп на удивление не горел желанием общаться. – Извините, профессор, – начал Виктор, все так же обнимая Гермиону за плечо, – это было очень некультурно и глупо с моей стороны позвать мисс Грейнджер… – “мисс Грейнджер” на этом моменте форменно опешила, потому что до этого такого красноречия от своей пассии не наблюдала. Профессор перевел взгляд с Крама на Грейнджер, устало вздохнул и вопреки ее ожиданиям произнес: – Виктор, проводите вашу мисс Грейнджер в ее гостиную, и отправляйтесь в свою. И чтобы больше я подобного не наблюдал, – Крам лишь учтиво кивнул, и они спешно пошли прочь. Прошло столько лет, но осознание того, что же за приступ эмпатии случился с профессором в ту ночь, к Гермионе так и не пришло. Зато сейчас пришло осознание того, что от детского стыда уши горели так, что вполне обогревали ее всю на продуваемом балконе. Она усмехнулась, еще раз глубоко вдохнула холодный зимний воздух и направилась обратно. Проходя мимо кабинета прорицаний она остановилась. Знакомый запах коснулся ее носа. Она осторожно открыла дверь. Трелони сидела за своим столом как ни в чем не бывало и что-то напевала под нос. Когда Грейнджер стала профессором ей пришлось пересмотреть свое отношение к Сивилле. И внезапно выяснилось, что при всей своей чудаковатости, она очень добрая женщина. Гермиона не сразу пришла к этому выводу, но со временем даже не могла вспомнить, почему так не любила ее, когда училась. – О, Гермиона, никак не ожидала вас увидеть так поздно, – Терлони подняла голову, устало улыбнувшись. – Да бессонница, решила пройтись. Не думала что вы тут. У вас чем-то так пахнет, я поэтому и зашла, – оправдалась Гермиона, как будто ее кто-то мог наругать за праздные шатания после отбоя. – Это же пало санто, не узнали? – Она подвинула по столу небольшое блюдце и только сейчас Грейнджер заметила, что от него поднимается тонкая струйка дыма, – помогает настроиться при гаданиях, обладает целебными свойствами. А как пахнет… – Готова признать, что зря я не посещала ваши уроки, – улыбнулась Гермиона. – Вот так и среди ночи узнали что-то новое, – Трелони улыбнулась в ответ. – Ладно, доброй ночи, Сивилла, – они попрощались, и Гермиона вышла из кабинета. “Ну не может же она быть пантерой, – растерянно подумала она, – бред какой-то”. Она неспешно направилась в сторону своей комнаты, продолжая рассуждать, почему угольная шерсть отдает ароматом дерева. Мысль ее прервал шорох за очередным углом. – Выходите, – буднично сказала она, подсвечивая лица старшекурсников палочкой, – Слизерин. Что делаем тут в такое время? Сразу предупреждаю, шутки про то, что в подземельях страшно не принимаются, – ребята мялись. Парень осторожно обнимал девчонку за плечо, прижимая к себе, словно пытаясь защитить. – Извините, профессор Грейнджер. Хотя в подземельях и правда страшно, сами же знаете, – все-таки не выдержал и съерничал он. – Пойдемте проверим, – Гермиона сначала было подумала их отпустить, но потом решила, что в подземельях она давно не была, а тут такой внезапный повод пройтись, – устройте мне экскурсию по вашим страшным подземельям, – ее голос звучал холоднее чем обычно и парень сдался. – Хорошо, – уверенности поубавилось. Он убрал руку с плеча своей подруги, но тут же украдкой схватил ее за мизинец. Та подавила улыбку, – пойдемте, профессор. Они молча дошли до входа в подземелья и уже здесь, почувствовав себя на своей территории парень снова оживился. – Итак, тут живет наш декан - профессор Слизнорт, вот здесь лаборатория, – он изящно указывал рукой на двери мимо которых они шли. Гермиона и сама прекрасно знала, что где находится, но наглость пойманных ее очаровала. – Ты путаешь, тут склад ингредиентов, вот тут сама лаборатория, – поправила его девушка. Гермиона мысленно улыбнулась. Забыть откуда она воровала ингредиенты на первом (да и последующих) курсе было невозможно. – Да-да, точно, – поправился парень, – это кабинет, это еще один склад, а здесь наша гостиная, поэтому мы, пожалуй, пойдем, надеюсь наша экскурсия вам понравилась, – они остановились у дверей, – Найдете выход из подземелий или вас проводить? – "Еще немного, и я начну скучать по Малфою", – отвлеченно подумала Гермиона и еле подавила улыбку. Все-таки преподавателем она была даже слишком лояльным. – Да уж как-нибудь найду, – она вгляделась в темноту коридора, – а вон та дверь? – Она кивнула в сторону последней двери. – Это бывшая комната декана, она заперта, там никто не живет, – уклончиво ответил парень. “Я так понимаю, самое страшное место на этаже”, – подумала Гермиона, но озвучивать не стала. – Хорошо. За проведенную экскурсию на сей раз снимать с вас баллы я не буду, но если еще раз увижу после отбоя, – она многозначительно посмотрела в глаза обоим, – вы знаете, чем это чревато, – пойманные кивнули, – Доброй ночи. Уже зайдя в гостиную, девушка кинула на нее смущенный взгляд. – Спасибо, профессор Грейнджер. “Один-один, Снейп, – подумала Гермиона как только дверь захлопнулась, – я вот твоих, видишь, тоже отпустила, – она все никак не могла смириться с тем, что деканом стал Слизнорт. Хотя у них были хорошие отношения еще со школы, до декана “самого скользкого факультета” по ее меркам он совершенно не дотягивал, – самое страшное место на этаже, – снова подумалось ей, и она усмехнулась”. До этого момента она не задумывалась, почему Гораций предпочел переехать в другую комнату, и что теперь находится в комнате Снейпа, но теперь ее бессонное сознание полностью занялось этой мыслью. Любопытство. Ее терзало совершенно детское любопытство. Она неуверенно пошла по коридору, но тут вспомнила, что она, вообще-то, преподаватель и пошла увереннее. Дверь оказалась не заперта. Она сделала шаг. В комнате было тепло. Гермиона опешила. Резко захотелось поспорить, что в комнате никто не живет. От накатившей тревоги заныло в животе и внезапно пазл сложился. В комнате пахло пало санто.