Panther in crime

– Закройте дверь, профессор Грейнджер, сквозит, – голос коснулся ее уха как-то запоздало. Она послушно сделала еще шаг и закрыла дверь, прижавшись к ней спиной. – То есть вас объявили в международный магический розыск, а вы все это время были… – Гермиона так резко возмутилась, что у нее закончился воздух в легких быстрее чем мысль. – ... большим черным котом, – спокойно закончил ее мысль Снейп (правда совсем не так, как она планировала), медленно сев на диван, на котором до этого лежал. На его коленях покоилась пушистая темно-зеленая подушка. Гермиона поперхнулась несказанными словами и закрыла рот. Она просто смотрела на сюрреалистическое действо. Он медленно поднял с пола у дивана бокал, сделал глоток, посмотрел на Гермиону, которая так и стояла у двери и подозвал еще один, – не думал, что вы придете сегодня, так бы принял более привычную для вас форму. Будете виски? – Буднично поинтересовался он, словно они встретились в большом зале за ужином. – Буду, – неожиданно для себя ответила она и опасливо подошла к нему ближе, сжимая в кармане палочку, словно он внезапно мог сбежать. Хотя весь его вид, особенно босые ноги, показывал, что бежать он никуда не собирается. Тонкие пальцы сомкнулись на горлышке бутылки, но Гермиона внезапно поменяла свое решение, – из вашего бокала. Снейп смерил ее удивленным взглядом и протянул свой. – Как знаете, – он пожал плечами, – и к сожалению, вашей вкусной шоколадки у меня нет. В памяти всплыло, как она кормила большого черного кота с ладони и стало ужасно стыдно. Гермиона сделала глоток и собравшись с силами посмотрела ему прямо в глаза. Она могла сказать наверняка, что он не был пьян, но что-то с ним было не так. – И вас до сих пор никто здесь не нашел? – Она почувствовала, что по телу пробежало приятное тепло. – Если хотите что-то спрятать, положите на самое видное место, – едва заметно улыбнулся он, – моим бывшим студентам нравится думать, что я оберегаю их, пусть и не находясь рядом. Но в отличие от ваших слабоумных и отважных, – он усмехнулся. Слизеринцы часто так называли Гриффиндор, – мои держат свои сплетни и поверья в своей гостиной, – его улыбка стала шире, и Грейнджер уверилась, с ним явно что-то не так. По ее мнению, у профессора Снейпа уже давно должны были атрофироваться мышцы отвечающие за улыбку, – да прекратите вы на меня так смотреть, – наконец не выдержал он, отчего сразу стал больше похож на себя. Она отвела глаза и только сейчас заметила, что он гладит рукой ту пушистую зеленую подушку. – А как мне на вас смотреть?! Вас все ищут, а вы, вы… – Она отмахнулась, сделала еще глоток, присела на подлокотник кресла напротив и обиженно вздохнув протянула ему бокал. Он тоже сделал глоток и поставил его обратно на пол, все также не убирая вторую руку с подушки. Гермиона пристально следила за его движениями. Нельзя было терять бдительность. "Может проблема не в нем, а в подушке..." Сейчас ей уже и начало казаться, что пить с ним тоже было достаточно опрометчиво. Жар полз по телу несоразмерно количеству алкоголя. Сердце забилось быстрее, и она поняла, что лучше уйти. Попыталась встать с подлокотника, но это оказалось непосильно тяжело. Стало страшно. Контроль над ситуацией ускользал. Он посмотрел на нее так, словно она была диковинным ингредиентом для зелий. Очень заинтересованно. – Как вы себя чувствуете? – Гермионе показалось, что она физически может ощущать его голос. По телу побежали мурашки. Она понимала, что прокололась, но признавать это не хотела. В голове сразу начали всплывать действия ядов, но ничего похожего по ощущениям она не вспомнила. Она дернулась встать еще раз, но попытка оказалась неудачной. – Что там было? – Расслабляющее зелье, – темные глаза гипнотизировали, рука медленно сжала подушку. – Я знаю как действует расслабляющее зелье, профессор Снейп! И это не оно, – запротестовала Грейнджер. – Вот видите, заносчивая козлина профессор Снейп вас чему-то научил, – выдохнул он, и Гермиона из последних сил сжала палочку в кармане готовясь защищаться. Пальцы не слушались. Она тяжело задышал. Он тут же поменялся в лице, – вам плохо? – В вопросе не было издевки. Снейп двинулся чуть ближе. – Что. Было. В. Виски? – Еще раз спросила Гермиона и снова попыталась встать, понимая, что варианта только два: либо она уйдет отсюда сейчас, либо не уйдет вообще. – Зелье повышения тактильности, – как-то расстроенно ответил Снейп. – Вы врете, – огрызнулась она, – я не слышала о таком, – было страшно и обидно. От собственной глупости. Он не заставлял ее пить. Он только предложил. Лишь она сама подписала себе смертный приговор. В голове метались разрозненные мысли, и она никак не могла собрать их воедино. – Ну, никто же не заставлял вас пить из моего бокала, – внезапно она поняла, что он смотрит на нее почти виновато, – расслабьтесь. Своей паникой вы не помогаете. Сядьте в кресло и закройте глаза. – Не то, чтобы я могла шевелиться, – огрызнулась Гермиона. Снейп лениво поднялся, положил ей на колени ту самую подушку и придержав за затылок, чтобы не ударилась о второй подлокотник легонько толкнул в плечо. Она безвольным телом стекла на кресло. Внезапно сил на пощечину ей хватило. Хлесткий звук разлетелся по комнате. Он заторможенно дернулся, но приняв унижение сел на ковер рядом. Темные глаза взглянули обиженно, но он промолчал. – Сколько это продлится? – Снейп пожал плечами. – Час, может чуть больше. – Мне надо идти, – Гермиона не оставляла попыток сбежать, хотя и понимала, шансов нет. В целом, ее никто не держал, но и вырваться из лап виски с бонусом у нее не выходило. Если расслабляющее зелье там и было, то в такой концентрации, что встать не удавалось. – Я вас не отпущу. Не в ближайший час,– спокойно произнес Снейп, гладя кончиками пальцев манжет своей шелковой рубашки. Грейнджер пыталась отдышаться, но от обиды только сильнее кололо легкие. Она резко сжала подушку на коленях, и тело пронзило непривычным ощущением, словно током. Она почувствовала, что ее обнимают сотни рук. Сконцентрировала взгляд на Снейпе. Он лишь молча смотрел на ее реакцию. Часы над камином тикали невыносимо медленно, – ты перестанешь злиться, если я стану пантерой? – Помедлив спросил он. – Нет. – Я не смогу тебе помочь, если ты не расслабишься, – его голос трогал ее, она ощущала прикосновение каждого его слова на своем теле. Глаза закрылись сами, – это как дьявольские силки, просто поддайся. Не бойся, – он перешел на шепот, который накрыл ее новой волной жара. Она из последних сил открыла глаза, но не нашла его на ковре рядом. Стало еще хуже. Пока он находился в поле ее зрения у нее было смутное ощущение, что он не сделает больше ничего плохого, но когда она поняла, что не видит его - краски сгустились. Она снова с силой сжала подушку. – Зачем ты это сделал со мной? – Наконец выдавила она. Хотелось плакать. От обиды. Потому что ее тело отзывалось. Он был прав, как всегда прав. Ей было безумно тактильно приятно. Но обида не давала отдышаться. – Ты сама попросила мой бокал, – вздохнул Снейп с дивана, – если бы не дал, ты бы подумала, что отравлю. Ты перехитрила сама себя, но это всего лишь час времени, не злись, скоро пройдет, – его голос был так спокоен, что Гермиона невольно тоже начала успокаиваться, – я понимаю, что тебе обидно, но, если тебе станет от этого легче… подушка самый приятный предмет в этой комнате, – он тихо рассмеялся, и Гермиона повернулась на звук. Такое шоу она пропустить не могла ни в каком состоянии. Профессор Снейп сидел, подогнув одну ногу под себя на диване, закинув голову на спинку и скользил пальцами по подлокотнику. Она разжала руку сжимающую подушку и погладила ее ворс. Мурашки снова пробежались по спине, – тебе ведь не плохо, – он не спрашивал, скорее констатировал факт, и она сдалась. – Я не могу расслабиться, потому что очень сильно злюсь. На тебя, – выдохнула она, – и на себя. Я думала, что уж в твоем-то бокале яда не будет. – Это не яд, так что оставь эту мысль на потом, сконцентрируйся на ощущениях. Закрой глаза и дыши. Медленно и глубоко. Я тебе обещаю, станет легче. Терять уже было нечего и Гермиона приняла правила игры. Легче стало почти сразу. Она гладила мягкий ворс и внутренний тремор отступил. Она наконец поняла о чем он говорил. – Прости. – За что? – Что дала пощечину, – смущенно произнесла Грейнджер. От стыда снова бросило в жар. Она очень медленно стянула мантию. – Если честно, в этом состоянии даже пощечина была приятной. Но больше так не делай, – он делал большие паузы между словами и Гермиона окончательно поняла, что бояться нечего. Резких движений ждать не стоило, – все еще злишься? – Больше нет, – она перевела взгляд на Снейпа. – Хочешь чтобы стало лучше? Я ничего не сделаю, против твоей воли. – Хочу, – робко ответила Гермиона. – Иди ко мне. Память услужливо подкинула ей те же слова, но сказанные ей самой. Теплую кошачью морду на колене и шелк шерсти, атлас халата и кружево белья. Безграничное спокойствие и тонкий запах пало санто. Она собралась с силами и пересела на диван.