Вредина

      Шло время. За пару месяцев Эва заметно повзрослела и стала намного серьезнее. Теперь она не производила впечатление безответственного ребенка при первой встрече. И только самые близкие знали, что это все та же девочка, которая капризничает от недостатка внимания, случайно роняет или ломает вещи, бесконечно смеётся и постоянно хочет на ручки. Дома ничего не изменилось, а вот при посторонних людях девчонка вела себя вежливо и сдержанно, чем была совсем не похожа на прежнюю себя.       Они с Катей немного поменялись местами: теперь Эва всегда вставала раньше, чем девушка. Первое время Катерина каждый раз просыпалась вместе с ней, часто готовила завтрак, пока девчонка была в душе. Но чем противнее становилась погода за окном, тем это давалось сложнее и, в конце концов, Эва научилась вставать за пару минут до будильника, переводить его на два часа вперёд и неслышно ускользать из спальни. Катя первое время шутливо ругалась, говорила, что хочет каждое утро провожать девочку на холодную улицу, чтобы та добиралась до работы в хорошем настроении, но со временем смирилась с заботой со стороны Эвы. Зато девушка исправно встречала ее каждый вечер. Она не всегда успевала что-то приготовить, иногда даже выходила к девчонке прямо с какого-нибудь позднего созвона, но никогда не позволяла себе пропустить возвращение голубоглазой домой. Катя знала, как для нее важно чувствовать, что дома ее ждут. Ее и правда ждали.       Осень выдалась невероятно дождливой, с непрекращающимся ужасным ветром. Катерине было, в общем-то, все равно, а вот Эве погода доставляла неудобства. Иногда, когда с погодой было особенно плохо, Катя вызывалась забрать или отвезти на работу девчонку, иногда она пользовалась услугами такси, и обе всерьез начали задумываться о покупке машины.       В один из вечеров, когда на улице уже стемнело и шел жуткий ливень, Катя так заработалась, что совсем не заметила времени и просто забыла о том, что вот-вот должна вернуться девчонка.       Эва не открыла дверь своим ключом, а позвонила в звонок, и это показалось девушке необычным. Она открыла дверь и увидела перед собой девчонку: продрогшую и насквозь промокшую. Слегка волнистые волосы сейчас были прямыми под тяжестью влаги, водостойкий лёгкий макияж оказался не таким уж и водостойким.       — Ты так от метро шла?! — Катя бросилась к девчонке и помогла ей снять куртку. — Эва, ты же замёрзла ужасно! — возмутилась Катерина, когда случайно коснулась ледяных ладоней девчонки. — Почему ты не позвонила? Или хотя бы такси?!       — Не ругайся, я же знаю, какой у тебя сейчас важный проект и каждая минута для тебя – на вес золота. Я дома уже, все хорошо.       — Хорошо будет, если в ближайшие дни не появится никаких последствий! — строго проговорила Катя. — Быстро в спальню и снимай с себя все!       — Прости, я пока не очень хочу... — девочка хитро улыбнулась, но не успела договорить.       — Эва! — девушка перебила ее и посмотрела на нее взглядом, который дал понять, что ей совсем не до шуток.       Девчонка послушно ушла в комнату, на ходу снимая теплую толстовку, капюшон которой можно было выжимать. Катерина тем временем поставила чайник и пришла к девочке, которая уже успела переодеться во все сухое, замотать мокрые волосы в полотенце и укутаться в плед, устроившись на кровати. Загнать бы ее сейчас в горячую ванную и оставить в горячей воде на пару часов! Но отогреваться, и правда, лучше с помощью одеяла и теплых носочков.       — Глупая, ты такая глупая! — Катя присела рядом с ней и, вооружившись салфетками, начала аккуратно убирать то, что когда-то было тушью и красивыми ровными стрелками на глазах девчонки. Она бы сделала это сама, но обе ее руки были спрятаны под пледом, где к ним постепенно возвращалась чувствительность, отзываясь лёгким покалыванием в пальцах. — У меня и правда сейчас сложности на работе, да, но ведь можно было просто спросить! Ну что мне с тобой делать, если ты сейчас заболеешь?       — Любить?       — А что ещё остаётся... — Катерина вздохнула и продолжила вытирать лицо Эвы. — Ругать тебя все равно бесполезно. Может, я и правда не смогу сорваться к тебе в любой момент, но когда тебе нужна помощь – говори мне об этом, хорошо?       — Я хотела быть самостоятельной, взрослой. Хотела сама решать свои проблемы. Это же мелочь, просто промокла.       — Промокла до нитки и вся продрогла от ужасного ветра. Очень по-взрослому, Эв, — Катя вздохнула. — Не делай так больше, ладно? Ты и без этого геройства взрослая и самостоятельная. Быть взрослым – не значит отказываться от помощи и все свои проблемы решать самому. Даже такие мелкие!       — И это говоришь мне ты? — Эва усмехнулась и случайно чуть не получила в глаз уголком сложенной салфетки. — Я хотела быть похожей на тебя, у тебя вообще на все проблемы есть решение. Мое вот вышло не очень изящным, но рабочим.       — Нашла с кого брать пример... — недовольно фыркнула Катерина. — В общем, мы договорились, да? Никогда не стесняйся спрашивать! Если я не смогу тебе в чем-то помочь, я тебе так и скажу, я не буду делать что-то в ущерб для себя. Лучше получить отказ, чем не пытаться.       — Договорились, — девчонка улыбнулась на этот раз осторожнее, чтобы Катя случайно не ткнула куда не нужно.       Катерина принесла чашку горячего чая с медом и лимоном, а сама забралась в плед к девочке, крепко обняла ее, обвивая ногами и взяв уже немного согревшиеся, но все ещё холодные ладони Эвы в свои руки. Жарко безумно, и наверняка девчонка могла бы согреться и без присутствия Кати, но хотелось отдать ей все свое тепло.       — Согрелась немного?       — Угу... — девочка уткнулась все ещё холодным кончиком носа в ключицы Катерины.       Уже было не холодно, но выбираться из любимых рук совсем не хотелось. На следующее утро все сомнения Катерины по поводу последствий подтвердились. Эва привычно встала чуть раньше будильника, но Кати уже не было в спальне. Все тело ужасно ломило, болела и, кажется, слегка кружилась голова.       "Ничего себе я не выспалась."       Девчонка пошла в ванную, где в зеркале увидела, что у нее слегка красноватые глаза.       "Только не это, неужели реально температура?"       Эва приложила ладонь ко лбу, но понять ничего не смогла, пришлось идти искать градусник. Катя, которая уже успела начать работу, пришла на звук и застала голубоглазую за мини-раскопками в их аптечке. Девочка понимала, что если она заболела, то скрыть от Катерины это не получится, но этот момент хотелось оттянуть подальше. Ей почему-то казалось, что Катя будет ругать ее после вчерашнего, хотя девушка никогда не повышала голос на голубоглазую, никогда не упрекала ее ни в чем, а обо всем, что ее не устраивало, просто спокойно говорила и они вместе пытались найти выход.       — Ты чего там ищешь?       — Я... — попалась, что уже теперь. — Градусник.       Катя подошла поближе к девочке и коснулась губами ее лба, а потом резко отстранилась и внимательно посмотрела на лицо слегка испуганной девчонки.       — Он, по-моему, в тумбочке в спальне, — тихо сказала девушка, уже прекрасно понимая, что ничего хорошего он не покажет.       Эва измерила температуру, которая превышала 38, и расстроенно легла на кровать, свернувшись в клубочек.       — Что там? — девушка, не дожидаясь ответа, сама взяла в руки градусник. — Ясно. Доигралась.       Катерина злилась на девочку, ведь ей казалось, что простуды легко можно было избежать, но пока она не спешила высказывать свои предположения.       Болела Эва просто очаровательно. По-крайней мере, так казалось Кате. Другие наверняка бы увидели самого обычного болеющего человека: часто кашляющего, громко чихающего и не знающего спасения от постоянно текущего носа.       Новой проблемой стал поход к врачу. Девчонка упиралась как маленькая, всеми силами оттягивая этот момент. Может быть, у нее бы даже получилось избежать этого визита, но ей как минимум нужно было открыть больничный.       — Ну давай не поедем, Кать, я просто полежу немного дома и все пройдет! — хныкала девочка уже в десятый раз за день.       — Эва, прекрати спорить! У тебя высокая температура, ты сильно кашляешь! Я затащу тебя силой, если ты не будешь готова через десять минут!       Сегодня Катя была совсем не похожа на себя. Сегодня она вела себя с Эвой так же, как с любыми другими людьми, и девчонка прекрасно все чувствовала.       Не вовремя! Очень не вовремя это приключилось с ней! У Катерины было очень мало времени, и она не собиралась упускать ни минуты на капризы Эвы. Девушка могла бы, как и всегда раньше, обнять, упросить, нашёптывая разные приятности на ушко, но сейчас делать это было просто некогда.              — Ты готова? — чересчур строго, даже с раздражением, спросила Катя спустя ровно десять минут.       Девушка не хотела так себя вести, понимала, что Эва болеет и сейчас будет ещё беззащитнее, чем обычно. Но и как заставить ее быть хотя бы чуть-чуть взрослее – тоже не знала. А когда Катя что-то не знала и не контролировала – она начинала злиться, и даже взгляд "кота из Шрека" со стороны девочки не мог спасти ситуацию.       — Готова, — девочка как раз закончила укутываться в теплый шарф.       Ехали молча. Как назло, долго искали каршеринговую машину. Теперь Катя всю дорогу нервно стучала по рулю и думала только о том, как много времени они потеряли. А вперемешку с волнением за Эву это превратилось в совсем непонятные, плохо контролируемые эмоции. Девчонку слегка пугало такое поведение Кати, поэтому она сидела, почти сливаясь с сиденьем, и не издавала ни звука. Даже кашель изо всех сил сдерживала.       — Пойдешь со мной? — тихо спросила Эва, когда они, наконец, доехали.       — А ты сама не справишься?       — Нет так нет, я просто спросила, — безразлично ответила девочка и вышла из машины.       — Черт... — Катя вышла следом. — Эв, подожди! — она взяла ее за руку и они направились в поликлинику. — Ну прости меня, просто все это очень не вовремя!       — Сказала бы, что для тебя это так сложно, я бы добралась сама, — обиженно бросила девочка.       — Мне не сложно, Эва! Но утром из-за твоих капризов мы потеряли очень много времени!       Эва не ответила. Да и нечего было сказать. Девочка думала, что рядом с Катей мучительное ожидание приема у врача станет короче, а вместо этого они получили ещё более мучительное и не менее длительное молчание.       Катерина постоянно была занята сообщениями в рабочих чатах и совсем не обращала на девчонку внимания. Впрочем, Эве не очень и хотелось сейчас разговаривать. Она понятия не имела, как вести себя с такой Катей. Девушка даже не сразу заметила, что девчонку уже позвал врач.       — Ну что? — спросила Катя, когда Эва вернулась.       — 10 дней больничного и список лекарств, — девушка взмахнула листочком в руках.       Когда добрались домой, Катерина протянула руку девчонке ещё сидя в машине, а та в недоумении подняла бровь.       — Давай список, схожу в аптеку.       — Я сама схожу, иди лучше работать.       — Эва, ты болеешь.       — Спасибо, я знаю, мне только что это врач сказал. Вот и подышу воздухом, полезно, говорят, — дожидаться ответа девочка не стала и вышла из машины.       "Хочет обижаться? Ладно, пусть, к вечеру отойдет и все будет нормально. И правда пойду работать, и так мало времени."       Вопреки ожиданиям девушки, вечером Эва не забыла об обиде. Не пришла, чтобы оттащить уставшую Катю от компьютера, потому что рабочий день давно закончился, не предложила принести чай или что-нибудь вкусное. Она даже ни разу не заглянула в комнату!       Ближе к ночи Катерина нашла девчонку в спальне. Она уже была укутана в одеяло и явно собиралась спать. Катя села рядом, положила руку ей на лоб и не почувствовала ничего хорошего.       — Мерила температуру? Сколько?       — Нормально. 38, — Эва даже не стала открывать глаза.       — Ты ничего не ела. Может, пойдем поужинаем?       — Я не хочу. Я устала и хочу спать.       — Эв. Ну прости меня, я не хотела ругать тебя утром.       — Но отругала. Хотя знаешь, что я боюсь болеть и врачей.       — Я не знала. Ты никогда не рассказывала.       — А узнать об этом утром у тебя не было времени. Доброй ночи, Катя, я не хочу пока об этом, — девочка поставила точку в их разговоре.       Обе почти не спали ночью: Эве было трудно засыпать, потому что очень мешал забитый нос, а когда уснуть все же удавалось – все портил кашель. Катя пару раз даже задумывалась о том, что было бы неплохо на время переместиться спать в другую комнату, потому что выспаться в таких условиях было просто невозможно, но она стойко терпела, ведь точно знала, что нужна девчонке здесь. Пусть она и отталкивала ее сейчас всеми силами, но оставлять ее одну не хотелось. К тому же, Эва наверняка восприняла бы это по-своему, и ее обида усугубилась бы еще больше.       Под утро у Эвы все же получилось нормально уснуть, и у них была пара часов сна. Точнее, у Кати, ведь ей пришлось вставать и приступать к работе, а девчонка спокойно досыпала все то, что не смогла ночью.       — Я понимаю, но почему они не могут подождать понедельника?! Мы бы все приготовили, какой смысл встречаться сегодня, в пятницу? — сегодня Эву разбудил громкий голос Катерины из соседней комнаты.       Ее никогда не было слышно раньше, а сейчас она очень строго с кем-то разговаривала на английском языке, но Эва почти полностью понимала, о чём идёт речь. Она не слышала Катерину такой с их первых недель знакомства, когда девчонка еще только обучалась в офисе. Сейчас девчонку это раздражало. Она уснула только ближе к утру, а ее уже разбудил громкий и недовольный голос.       — Нет, я не могу встретиться с ними сегодня, я физически не успею подготовить ничего толкового! ... Так дела не делаются, Харальд! ... Что я скажу им? — потом тон Кати сменился на обречённый и тихий. — Хорошо, я встречусь с ним сегодня в 18.00 по московскому времени. ... Адрес пусть скинут. ... Нет, не нужно, я все сделаю.       Катерина, наконец, завершила свой разговор и пришла на кухню за кофе, где встретила очень недовольную девчонку.       — Проснулась уже? — ласково спросила она, изо всех сил стараясь сгладить недавний конфликт. — Как ты себя чувствуешь?       — Нормально, — Эва пожала плечами. — Не выспалась только.       — А зачем встала? Ещё рано совсем, иди ещё поспи пару часов.       — С тобой поспишь...       — Я разбудила тебя? Ну прости, Эва, я не хотела. У меня такая работа, ты знаешь об этом, и раньше тебя это не волновало. Прекращай уже обижаться!       — Забей, все нормально, — девочка лгала. — Ты куда-то собираешься сегодня?       — Да, вечером придется уехать, и это, кажется, надолго, до поздней ночи. У нас есть проблемы на работе, и их нужно решить сегодня. Посидишь один вечер без меня?       — Будто бы у меня есть выбор, — Эва опустила глаза.       Катерину бесило то, что девочка не понимает, что бывают важные спонтанные дела. Они разговаривали об этом много раз, но каждый раз одно и то же – расстроенный взгляд, несмотря на слова о том, что она все понимает. Взгляд, от которого девушке почему-то становилось стыдно и появлялось чувство, что она оставляет Эву не на пару часов, а как минимум на несколько месяцев. Теперь Катерина знала, что девочке страшно, когда поднимается высокая температура, как было уже два дня подряд, она ведь совсем не знает, что с этим делать. Все-таки она еще ребенок. Но и понять поведение Эвы у нее полностью не получалось. С одной стороны, девочка всем своим видом показывала, как она обиделась, а с другой – не хотела оставаться одна. Что творится иногда в этой маленькой голове?       Вечер был все ближе, и девушка с огромным трудом успела подготовить все, что нужно было для рабочей встречи. На сборы оставалось катастрофически мало времени.       Когда Катерина уже оделась в деловую одежду и вызвала такси, потому что ну никак не успела бы на общественном транспорте, она зашла в комнату, где на диване перед телевизором сидела девчонка, укутавшись в теплый плед и обложившись салфетками.       — А может, ты всё-таки останешься дома? — Эва подняла взгляд на Катю и на самом деле не ждала, что она останется.       Девочка просто хотела показать, как сильно она не хочет сейчас оставаться одна. Эва ждала, что она ответит что-нибудь ласковое, пообещает быстро вернуться или что-то в этом духе. Ей и самой уже надоело это недопонимание между ними. Но Катерина то ли переволновалась перед предстоящей встречей, то ли девчонка просто не попала в ее настроение, а, возможно, ее непонятные обиды сыграли свою роль, но вышло все совсем не так, как она себе представила.       — Эва, хватит! Ты ведёшь себя как ребенок! Ты же прекрасно понимаешь, насколько это важно! Я ведь и так все время провожу дома, неужели ты не можешь потерпеть один вечер?       Девочка совсем не ожидала такой реакции, обняла собственные коленки и опустила глаза.       — Да-да, прости, иди, конечно.       — Не нужно делать из этого трагедию, меня не будет всего один вечер! — Катя тут же поняла, что не стоило так говорить, но было поздно – Эва уже все услышала, а останавливаться Катя теперь уже не собиралась. — Я не понимаю тебя! Ты второй день меня игнорируешь, а теперь просишь остаться! Я даже не могу понять, чем именно обидела тебя! Да, я повела себя грубо с тобой вчера и попыталась извиниться за это! Да, я очень занята сейчас, так случается! Да, я не могу быть с тобой каждую минуту – это нормально!       — Я поняла, говорю же, иди спокойно, все нормально.       Катя видела прекрасно, что не нормально, но так ведь тоже нельзя. Понятно, Эва болела и хотела внимания, но нельзя же забывать о том, что у них обеих могут быть дела отдельно друг от друга, и от их желаний и потребностей иногда ничего не зависит. Катерина обязательно донесет эту мысль до девочки. Но чуть позже.       — Поговорим об этом, когда я вернусь. Не забывай следить за температурой, выпей таблетки вечером и будь в тепле, в идеале в постели, хорошо? И прекращай злиться! Ты же и сама понимаешь, как это глупо, — Катерина на секунду отвлеклась на телефон. — Черт, уже такси приехало. Все, Эв, я побежала, — девушка тут же убежала по своим делам, оставив девчонку наедине со сказанными словами.       — Ничего это не глупо, — прошептала Эва, оставшись в пустой комнате одна.       Вечер Кати проходил просто отвратительно. Ее команда долго работала с одним заказчиком, и с ним никогда не возникало проблем. А сейчас заказчику кто-то предложил решение подешевле. Никто упорно не хотел слушать о том, что более дешевое решение не удовлетворит полностью первоначальные требования и не будет соответствовать ни одному стандарту. Доказать это и было сегодняшней целью Катерины.       Она рассказывала об обоих вариантах решения, о их плюсах и минусах, подкрепляла это все нормативными документами и технической информацией, но ее попытки не увенчались успехом.       Ваня [21.22]: Привет, мелочь! Катюха с тобой? Мне очень нужно с ней поговорить, а я дозвониться до нее не могу. Пни ее, если она рядом, ок?       Эва [21.25]: Больно все взрослые вокруг. Ей сейчас не до нас, она перезвонит, наверное.       Ваня [21.27]: У вас там все нормально?             И этот вопрос остался без ответа.       Девушка возвращалась домой жутко уставшая от безрезультатной дискуссии и хотела лишь поскорее завалиться спать, а уже завтра думать, что делать дальше.       Катерина вошла в квартиру почти беззвучно, даже ключи положила на полку так аккуратно, что они совсем не звякнули.       Везде было темно и тихо. Девчонка, наверное, спала или просто лежала в кровати и, судя по всему, уже давно. Катя переоделась, умылась и хотела поскорее лечь и уснуть, но сначала подошла к Эве с ее стороны кровати и положила ладонь на ее лоб – температура есть, но вряд ли настолько большая, чтобы ради этого стоило бы разбудить девочку. Сразу после Катя забралась под одеяло и обняла Эву со спины. Ее тело было теплее, чем обычно из-за температуры, она чуть вспотела, а Катерина обвила ее своими холодными руками и ногами, прижимая к себе. Только после этого по дыханию поняла, что девчонка проснулась или и не засыпала вовсе, а только делает вид, что спит. Не прижимается поближе, как всегда раньше, не кладет руку на ладонь Кати, которая всегда удобно устраивалась на ее животе, вообще никак не реагирует.       "Серьезно?! Все ещё обижается? Поторопилась с выводами о ее взрослении."       Понимая, что Эва и правда не хочет сейчас никаких прикосновений, девушка медленно отстранилась от нее, не удержалась и коснулась губами не полностью укрытого плеча, а потом поправила одеяло и оказалась на своей стороне кровати. Они никогда ее не делили, спали почти всегда в обнимку, даже специально выбирали одеяла потоньше, чтобы было не так жарко. А что происходит сейчас? Катерина искренне недоумевала: что она сделала не так? Ляпнула пару грубоватых фраз, да, но нельзя же так обижаться из-за пустяка! Они и так проводят вместе все свободное время. Девушка, конечно, знает, что Эва обожает внимание, но чтобы настолько...       Из-за этого уснуть не получалось, хотя пришла она настолько уставшая, что готова была отрубиться на пороге собственного дома. Когда в ноги запрыгнул кот, Катя даже слегка улыбнулась – хоть его обнимет. Но рыжий осмотрел девушек, недовольно махнул хвостом, и своей неуклюжей тяжелой походкой перебрался через девчонку и лег с ней. Кота, в отличие от девушки, Эва обняла.       "Ну нормально... Предатель шерстяной"       Встала девушка утром раньше девчонки. Хотя она почти и не спала, очень уж волновало ее все происходящее. Катя и понятия не имела, как донести до девочки то, что они не могут находиться вместе 24/7. Когда девушка услышала движение в квартире, ей стало неуютно. Вести себя так, будто бы ничего не произошло? Извиниться? Дождаться извинений от нее? А, может, вообще лучше игнорировать? Девушки никогда не ругались до этого и обе не имели ни малейшего понятия, что с этим делать.       Эва вошла на кухню. Сонная, с растрепанными волосами, в пижаме с медвежатами, такая домашняя и родная.       — Доброе утро, — она неуверенно улыбнулась.       — Доброе, — спокойно ответила Катерина. — Что ты вчера сказала Ване? Почему он спрашивал, все ли у нас нормально?       — Он назвал меня ребенком, а мне это надоело. Я для всех маленькая девочка, — Эва забралась на диван и подобрала под себя ноги.       — А разве это не так? — девушка присела рядом. — Знаешь, я вчера сказала, что ты ведешь себя как ребенок и что это глупо. На самом деле я люблю твою детскую наивность и непосредственность. Но ты должна понимать, что мы не можем проводить вместе каждую минуту. У нас могут быть какие-то неотложные важные дела и это совершенно нормально. И у тебя они тоже однажды появятся. Я знаю, что ты болеешь, тебе плохо и хочется еще больше внимания, но это не всегда возможно. Мы же уже так много об этом разговаривали, зачем снова?       Эва осторожно, будто бы чего-то опасаясь, подвинулась к девушке и обняла ее, почувствовав, как Катя почти невесомо обняла ее в ответ.              — Простишь меня? — девочка подняла глаза.       — Если ты сейчас пойдешь и наденешь носочки, — девушка только сейчас обратила внимание на то, что Эва сейчас босиком. Что за дурацкая привычка, неужели она не мерзнет?       — Я просто думала пойти ещё поваляться.       — Тогда пойдем под одеяло.       — Как чувствуешь себя? — укрывая девчонку, поинтересовалась Катя. — Тебе лучше?       — Все хорошо. Только ещё немного знобит. И еще немного неловко перед тобой.       — Я тоже хороша, я не должна была так обращаться с тобой. Давай не будем больше об этом. Все капризничают, когда болеют – это нормально. Мне тоже хочется, чтобы кто-нибудь был рядом, когда мне плохо, я прекрасно понимаю тебя. Я просто хочу, чтобы это больше не было проблемой. Мы же столько раз уже через это проходили, я не хочу, чтобы мы постоянно к этому возвращались и ссорились из-за этого.       — Я научусь, я очень постараюсь.       — Больше не обижаешься?       Эва отрицательно кивнула.       — А ты?       — А на что мне обижаться? На то, что ты так сильно меня любишь, что и пары часов без меня не можешь выдержать? Только не игнорируй меня больше так, хорошо? — Катерина мягко улыбнулась и потрепала волосы девочки. — Ты полежи еще, поспи, а я пойду как-то отчитываться за вчерашний вечер. Не знаю, правда, как именно.       — Так все плохо прошло?       — Ты даже не представляешь, насколько. Позже как-нибудь расскажу. Ты спи, набирайся сил.       "И все-таки она еще совсем маленькая и глупая. Но, черт возьми, какая же она искренняя, добрая и светлая! Уже прошел почти год, а она только больше влюбляется. Разве есть куда больше? Безумно люблю ее! Если бы на удовлетворение основных человеческих потребностей не нужны были деньги, я бы, наверное, бросила работу и ни на минуту не выпускала свое чудо из рук... Это капризное и местами неуклюжее чудо."