мерилин-мерлин

      — Отправляйся с нами, — говорит Тристан. Они только что спасли его сына, помогли другу и теперь неловко мялись, не зная, как проститься с тем, кто понимает лучше всех. — Станешь первой разбойницей-магом. Как тебе?       Мерилин Тристану ярко улыбается, думает согласиться и сбежать наконец от пытки видеть любимого человека с другим. Мерилин уже собирается ответить «да», как слова Уилла всплывают в голове.       Коль не признаешься, всю жизнь потом будешь жалеть.       Мерилин так не хочет, Мерилин хочет жизнь новую начать с чистого листа, закрыть все хочет гештальты и наконец вдохнуть полной грудью. Мерилин говорит.       — У меня осталось одно дело, — и Тристан кивает понимающе.       — Любимый?       Мерилин только дергает плечом, ерошит на прощание мелкому Гарету волосы и сбегает в камелотский замок, к Артес и Гвену, сейчас наверняка поглощенным друг другом. Мерилин знает — шансов нет, но все равно попытать хочет счастья. Все равно признаться, хотя бы напоследок, и будь что будет. И если в глубине души Мерилин надеется на заветное «и я люблю тебя», это только ее проблемы.       Мерилин знает Гвена с тех пор, когда тот был благородным оленем, скакал по лесам и периодически ужас нагонял на окрестные деревни. Гвен для нее друг и брат, надежное плечо в бою и самый верный соратник; они с Гвеном так много прошли вместе, что со счета спасенных жизней сбились, сблизились как никто, семьей стали друг другу. У Гвена — невеста, спящая вечным сном по вине Моргаузы, у Мерилин — отцовское наследие и желание доказать, что пол на службе значения не имеет; Мерилин о Гвене заботится, как Гвен заботится о Мерилин, и так они живут, пока не находят оплетенный плющом замок и белокурую Артес на пьедестале, бледную и спящую, мертвую почти, но все еще живую. Гвен подходит к своей невесте, губами касается губ и приводит в чувства.       У Артес глаза голубые, что небо над головой, скверный характер и тяжелая рука, привыкшая держать меч. У Артес искренняя любовь к Гвену и жгучая ревность при виде Мерилин, будто Мерилин когда заявляла на Гвена права. У Мерилин от Артес перехватывает дыхание, сердце сбивается с ритма и вообще в жар-холод бросает; Мерилин искренне делает вид, что ей все равно.       Когда Гвена у них отбирают, Мерилин с Артес отправляются на поиски. Артес все еще слаба после вечного сна, подскакивает от кошмаров ночами, и Мерилин с ней рядом успокоить-поддержать, гладит по волосам, напевает тихо слышанную от мамы колыбельную, оставляет поцелуй на виске, шар света над ними колдует, и Артес, убаюканная, засыпает вновь. Кошмары повторяются, а они с Артес сближаются день за днем, и это так правильно, что Мерилин хочется кричать.       Артес любит Гвена, Артес спасает Гвена и собирается с Гвеном прожить всю жизнь, и Мерилин стоять на пути истинной любви просто не может. Мерилин умирает внутри каждый раз, стоит бросить на Артес взгляд и осознать это «никогда она твоей не будет», но Мерилин сильная, справится она, как справилась с рыцарями-насмешниками, как справилась с потерей отца и изгнанием из армии. Мерилин справится, обнимет крепко вернувшегося Гвена и улыбнется ярко, поздравляя с женитьбой. Мерилин справится, до последнего вздоха останется верной своим друзьям, как те останутся верными ей.       Мерилин справится, а о захлестывающих ночами слезах никто, кроме Гаюса, никогда не узнает.       И теперь она здесь, вдохновленная Уиллом, стремительно разыскивает ту, без кого невозможно дышать, чтобы отыскать на стене вглядывающуюся вдаль, выискивающую будто кого-то, такую невозможно красивую, родную и одновременно далекую, такую...       любимую.       И Мерилин решается. Подходит ближе, окликает громко и широко улыбается, замечая, как ярко сияют артесовы глаза. Артес оглядывает Мерилин с головы до ног, щурится довольно, спрашивает, как все прошло. Мерилин отвечает.       — Лучше, чем мы ожидали, — и добавляет, не давая себе времени на попятный. — Мне нужно с тобой поговорить.       — Мне тоже, — кивает Артес, и вид у нее весь нетерпеливо-радостный, улыбка восторженно-неверящая, и Мерилин не может отказать ей.       — Ты первая.       — Мерилин, я, — она глубоко вдыхает. — Беременна. У нас с Гвеном будет малыш.       Внутри обрывается все, и застывшая улыбка едва не трескается на лице. Беременна, Артес беременна, у Артес будет ребенок, у Артес ребенок от Гвена, полноценная у Артес семья и счастье в глазах, и только Мерилин здесь ненужное пятно, белая ворона, лишнее колесо. Только Мерилин здесь совсем не к месту, и от осознания хочется кричать. Боль скручивает узлом, сгинает к земле, придавливает тяжестью правды не-нужна-не-нужна-не-нужна, никогда не была и не будешь, не так, как хочется сердцу, не так, как мечтает душа.       И уничтожить семью Мерилин права не имеет, не после того, как сама столько лет росла без отца.       — Господи, — выдыхает Мерилин. — Я так рада за вас. Поздравляю.       И обнимает крепко, прижимает к себе, в последний раз вдыхает запах ее волос. Отстраняется, смотрит глаза в глаза, говорит.       — Я отправляюсь с Тристаном, — и что-то болезное мелькает у Артес в глазах. Мерилин об этом себе задуматься не дает. Артес хмурится.       — Бросаешь нас?       — Я всегда буду рядом, — обещает Мерилин. — Но мне пора двигаться дальше.       Артес понимающе кивает, обнимает напоследок и делает шаг назад, к Гвену делает шаг, к Камелоту и будущей идеальной семье. Шаг от нее, Мерилин, делает назад, и между ними разверзается пропасть. Мерилин просит передать Гвену от нее прощание, разворачивается и уходит прочь. Прочь от несбывшихся надежд, безответной любви и места, которое так скоро стало домом.       Тристан принимает ее с распростертыми объятиями, Гарет крутится вокруг, восхищенно глядит на искрящихся золотых драконов и учится стрелять из лука; тристановы веселые ребята берут ее под свое крыло, становятся друзьями-братьями-семьей и Мерилин вдруг чувствует, что начать все заново можно, можно оставить чувства в глубине и жить дальше, быть счастливой можно и улыбаться искренне.       И Мерилин...       улыбается.