Загадка

      Власте не сиделось на опустевшей Базе. Конечно, она и раньше не слишком-то любила домоседство, но теперь стало как-то особенно не по себе. И ведь пока корабль с колонистами не сойдёт со струны, никакой связи с ними не будет, а межзвёздные путешествия порой длятся месяцами.       С одной стороны, на Базе скучать было некогда: приходилось как и прежде следить за порядком на грибной ферме, ежедневно навещать многоножек и ухаживать за ними, делать какую-никакую уборку в жилых полостях. Власта с Шарком часто вместе и с пользой проводили досуг, просматривая голограммы на самые разные темы, занимаясь в тренажерном зале, разговаривая или просто молча углубляя невинный тактильный контакт. Но Власта всё же чувствовала, что и ей как-то тягостно без дела, и Шарку. Поэтому они и не стали тянуть с очередным путешествием к токсильему городу.       Мерзость, правда, они в этот раз не встретили, но вдоволь понаблюдали со знакомого уступа за тем, как телодвижениями и сменой окраса токсилы общаются меж собой и куда-то один за другим уползают из места своего скопления. Что у них: сезонная миграция в связи с намечающимся пробуждением дьяволов или что-то ещё — сказать было трудно, однако все существа исчезали в разных ходах, густо разбросанных по стенам и своду пещеры. Больше всего это походило на то, как будто после общего собрания все расходятся по домам, по каким-то отдельным территориям. Возможно, токсилы вели одиночный образ жизни и в одну сплошную массу собирались лишь в определённый сезон. Не исключено, что для решения важных общевидовых вопросов. Сомнений в том, что они вели себя именно как разумные существа, у Власты не возникало. Уж слишком организованным было их поведение.       Понаблюдав за токсилами часа три, Власта решила, что на сегодня хватит и пора уже двинуться дальше — в обход почти опустевшей полости, на поиски чего-то, что временами столь таинственно гудело, заставляя твердь планеты дрожать как в ознобе.       Власта, которая часто и с удовольствием путешествовала по прихотливым нехоженым маршрутам родной планеты, неплохо ориентировалась в них, однако места тут были настолько незнакомыми, что временами при взгляде на какой-нибудь узкий, уходящий глубоко вниз туннель ей становилось страшно.       А уклоны меж тем и в самом деле попадались всё круче, извилистей и темнее. Руза часто и тревожно вскрикивала, трубя о том, что зря, ох, зря её двуногие товарищи это задумали, но продолжала семенить вперёд, туда, куда направляла её рука хозяйки.       Власта в этот раз сидела впереди, сосредоточенная на опасной дороге, но всё равно не могла выкинуть из головы то, как Шарк невзначай иногда склонялся к её уху и выдыхал в него согревающий воздух. Ясное дело, что она это себе навыдумывала, но оно так и путалось с мыслями о туннелях.       Щёки её, обдуваемые движением воздуха, пылали, сердце колотилось не столько под воздействием адреналина, сколько от молчаливой близости Шарка, но путешествие их завершилось до того быстро и неожиданно, что всё внутри ухнуло куда-то вниз — в бездонную чёрную пропасть…

***

      Власта не была трусихой, нет, но в том момент всё же завизжала, как и старая многоножка. Не способная вдохнуть и выдохнуть, она едва не сошла с ума от защекотавшего в груди и в животе страха, от потери какой-либо опоры, от чувства свободного падения в бездну. Да, её обняли, выдавив из лёгких остатки воздуха, стиснули сильные руки, но ужас всё равно норовил прикончить.       Да, она привыкла к бешеным гонкам, да, её вестибулярном у аппарату позавидовали бы многие, но никогда ещё она не падала с чудовищной высоты и не была столь близка к нелепой и безвременной кончине, болезненной и безобразной, которую даже некому будет оплакать.       Удар, казалось, вывернул её наизнанку, резко прекратив полёт в ужасающей пустоте. Всё совсем помутилось, сознание спуталось и готово было угаснуть, но в какой-то момент прерванное движение возобновилось, только стало плавным — до тошноты.

***

      Власту едва не вывернуло, голову сдавило, грудь по-прежнему не принимала воздух, словно тот вовсе исчез из пространства вокруг. Девушку охватила паника, жестокое удушье почти что вышибло из неё жизнь, но каким-то чудом она сумела-таки сделать один коротенький вдох. И выдох. Однако стоило капле живительного кислорода поступить в мозг, как тот на радостях отключил сознание…       В себя Власта пришла с чувством странного спокойствия, чего-то совсем безмятежного, как те мягкие волны, которые качали её, точно баюкали. Ничего не болело, дышалось свободно, а весь недавний убийственный дискомфорт как будто канул в бесконечно далёкое прошлое. Открыв глаза, она на удивление быстро сфокусировала взгляд. Было, пожалуй, темновато, но в вышине всё же виднелись россыпи самоцветов, выступающих из породы, радужные сталактиты, пятна лишайников и ловчие плети со своим неизменным и повсеместным бесплатным электричеством.       Вокруг же что-то низко, почти на инфразвуке, гудело, скрежетало и даже грохотало в отдалении.       Власта повела взглядом вокруг себя и обомлела от увиденного. Притихшая, свернувшаяся калачиком Руза лежала слева от неё и всем своим телом тонула в чём-то мягком на вид, будто в необъятном набивном одеяле, а справа сидел Шарк, с ног до головы окутанный чем-то громадным и обсидианово-чёрным, да так, что даже лица его не было видно.