Шаг вперед

Панические атаки, даже несмотря на то, что они уже давно стали для Чимина обыденностью и он вроде как умел справляться с ними, всегда были тяжелым испытанием для него самого и его организма. Но… сегодня всё было иначе. Разомлевший то ли от таблеток, то ли от тепла и запаха обнимающих его Юнги и Чонгука Чимин и сам не заметил, как его пульс и правда замедлился, дыхание выровнялось, дрожь унялась, мрачные мысли покинули отяжелевшую голову, а сам он… уснул? И проснулся совершенно здоровый и спокойный, лишь с небольшой постпанической ломотой и слабостью в теле, когда на улице было темно. И он был в комнате совершенно один. Заботливо укутанный кем-то в одеяло и зачем-то обложенный огромным количеством неизвестно откуда взявшихся подушек. Когда Чимин аккуратно выбирался из этого кокона, почему-то ему хотелось улыбаться. Возможно, потому, что это была одна из самых простых панических атак в его жизни? Или… потому, что это был первый раз, когда кто-то о нем заботился? Он не знал. Просто, несмотря на жуткую слабость и усталость, он чувствовал себя настолько хорошо и легко, что, кажется, еще чуть-чуть, еще немного – и мог бы взять и по-настоящему взлететь. А еще он был чертовски голоден, поэтому решил осторожно, чтобы не разбудить Тэхёна, спуститься вниз и украсть для себя шоколадку или какое-нибудь печенье из волшебного шкафчика. Вот только его планам не было суждено сбыться, потому что, вопреки всем его предположениям и ожиданиям, Тэхён не спал. И не только Тэхён. Внизу в гостиной, там, где они обычно каждый день смотрели кино или играли в приставку, на всех свободных горизонтальных поверхностях: диване, креслах, теплом пушистом ковре на полу – расположилась вся группа, а также Юнджи и Джейн. Чонгук и вовсе сидел в позе йога на журнальном столике, вперившись напряженным взглядом в экран телевизора, на котором один за одним гремели какие-то взрывы. Чимин прекрасно понимал, что они все собрались здесь из-за него, и от этого всё внутри него внезапно сковало странным холодом, сердце, пропустив удар, забилось раз в десять быстрее, а весь воздух в помещении резко закончился, заставляя Чимина подавиться собственным вдохом и начать задыхаться. Он инстинктивно попятился и, по закону подлости, конечно же, споткнулся о нижнюю ступеньку лестницы, ведущую на второй этаж, с которой и спустился всего минуту назад. И не просто споткнулся, а смачно шлепнулся прямо на задницу, привлекая к себе всеобщее внимание и заставляя всех позабыть о фильме, который они только что так увлеченно смотрели, и повскакивать со своих мест. – Чимин, что случилось? Тебе плохо? Зачем ты встал? – Буквально перепрыгнув через спинку дивана, первым бросился к нему на помощь Юнги. – Я же говорил, что не нужно было оставлять его одного, без давления! – Следом за ним к красному как рак от этого внимания, собственной глупости и неуклюжести Чимину подлетел Чонгук, и они в четыре руки помогли ему подняться на ноги. – Со мной ничего не случилось, всё хорошо, – неловко пробормотал себе под нос он. – Я просто споткнулся. – Тебе нужно немедленно вернуться в постель, – как всегда, поспешила взять контроль в свои руки Юнджи. – Как твоя паническая атака? Всё еще?.. – Тэхён с беспокойством смотрел на Чимина, пытаясь найти в его лице тревожные сигналы, которых, к его величайшему облегчению, уже не было. Ну или они были настолько слабыми, что Тэхён просто не замечал их. – Нет, всё правда нормально, – поспешил успокоить всех одновременно Чимин. – Всё прошло, и я хорошо себя чувствую. Просто… немного запнулся и упал. – Когда хотел сбежать от нас в спальню, – насмешливо хмыкнул прекрасно оценивший ситуацию Намджун. – Нет, вообще-то, я… шел на кухню. Мне захотелось есть, – Чимин нашел вполне успешную отмазку, которую лишь подтвердил жалобный ной его внезапно проснувшегося желудка. Так что вышло очень даже правдоподобно, и ему все даже поверили. Ну или сделали вид, чтобы не смущать его еще сильнее. – У нас есть пицца! – внезапно как-то слишком жизнерадостно вскинулся Чонгук и, ничуть не стушевавшись под направленными на него недоуменными взглядами, всё же снизошел до того, чтобы объяснить этому сборищу рептилоидов свою вполне понятную и постижимую простым смертным логику: – Панические атаки приводят к огромным потерям энергии и сахара, и после них всегда нужно есть калорийную и сладкую еду. Пицца с колой отлично подойдут. – Да, хорошая идея, – Юнджи с улыбкой потрепала довольно улыбающегося Чонгука по макушке. – Мы смотрели фильм, хочешь к нам присоединиться? Или поешь и пойдешь дальше спать? – Я… я хотел бы присоединиться, – Чимин вопросительно посмотрел на ребят, понимая, что это, наверное, один из тех раз, когда ему совершенно не хотелось оставаться в одиночестве. И, слава богу, никто не стал выгонять его. Напротив, Чимину выделили лучшее место по центру на диване, между Чонгуком и Юнги, и выдали целый литр колы и сразу четыре куска пиццы с настоятельной просьбой, нет, грозным приказом Юнджи немедленно всё это съесть. И… пусть Чимин так и не справился с этой задачей, а громыхающий на экране фильм был совсем предсказуемым и дурацким, но он сидел здесь, в компании своих смеющихся и возмущенно обсуждающих особенно предсказуемые повороты и ляпы в сюжете друзей, рука Юнги лежала на спинке дивана за его спиной, создавая уютную иллюзию объятий, Тэхён с Чонгуком на повышенных тонах спорили о возможности обитания инопланетян среди людей, а Юнджи с Хосоком залипали в его телефон, что-то тихонько обсуждая, пока Намджун смотрел не в телевизор, а на восторженно наблюдающую за происходящим на экране и, кажется, искренне наслаждающуюся этим шедевром современного кинематографа Джейн и дремлющего у нее под боком Джина, и… это был определенно один из тех вечеров, которые он бережно сохранит в своей памяти в папочке с самыми хорошими воспоминаниями. Кто бы мог подумать. У Чимина действительно были настоящие друзья, которые не притворялись и вполне искренне переживали о нем. У него был человек, в которого он был влюблен. И… кажется, это было взаимно? У него впервые в жизни появилось любимое дело, в которое он был готов погрузиться с головой, и люди, которые могли разделить с ним эти интерес и любовь. И… это был первый раз, когда у него появилась хоть какая-то цель в жизни? И острое желание жить эту самую жизнь. Хотя бы просто для того, чтобы как можно дольше быть рядом с дорогими ему людьми и заниматься тем, что, оказывается, ему по-настоящему нравилось, – танцами. А еще… ему было до чертиков страшно. Что всё это было лишь хрупкой иллюзией. И что в один прекрасный момент он просто возьмет и снова очнется в том аду, которым была его жизнь до BTS, танцев и Юнги. И… Чимин точно знал, что просто физически не сможет справиться с этим. Уже нет. И если такое случится, то это и правда до основания уничтожит его.

***

«Сдохни, тварь, как ты посмел занять место Минхёка!» – сжав губы в тонкую полоску, Минхёк раз за разом перечитывал набранный, но так и не отправленный комментарий к новому тиктоку BTS. Да как они посмели. Нашли ему замену. Еще и так быстро. Да и кого! Какого-то отвратительно смазливого мелкого недомерка, который даже и танцевать-то толком не умел! И когда вкусы Юнги и Хосока умудрились НАСТОЛЬКО испортиться? Минхёк видел этого идиота всего несколько раз на видео, но уже его истово ненавидел. За то, что тот посмел занять его место. И лишил его запасного плана и шанса к отступлению. А еще потому, что, перенервничав, из-за этого недобитка Минхёк снова накосячил на просмотре и его сняли-таки с центральной позиции в группе. И это был еще один повод ненавидеть безымянного новичка в ЕГО группе на ЕГО месте еще сильнее. Хотя, конечно, не факт, что он долго продержится, ведь в BTS нужно еще суметь выжить. И Минхёк, как никто другой, на собственной шкуре знал это.