Шаг вперед

Сначала идея записать видео для канала на одном из школьных газонов показалась Хосоку и всем остальным едва ли не гениальной. Все эти танцевальные практики в зале и студиях до черных точек в глазах замылились и приелись и не вызывали ничего, кроме скуки и тошноты. И яркая летняя хореография на улице при теплом солнечном освещении под дуновением солоноватого, уже как будто предвещающего весну ветерка, шелест листвы и школьные шум и гам в тот момент привела их всех в восторг. Вот только… BTS стоило сделать лишь первые два прогона на месте, как Хосок и все остальные тут же вспомнили, почему они так невзлюбили подобную практику и в свое время очень быстро и рьяно от нее отказались. Во-первых, неровная поверхность и трава постоянно сбивали всех с ритма, заставляли думать о том, куда и как правильно поставить ногу, осторожничать, тормозить и путаться, а в некоторых случаях (когда Намджун случайно споткнулся о торчащий из земли почти незаметный корень и едва не подвернул ногу) были и вовсе травмоопасны. Во-вторых, приятные шум и ветерок отлично заглушали музыку, что тоже не добавляло им точности и синхронности. В-третьих, вокруг них практически тут же собралась целая толпа незваных зрителей, которые, вооружившись телефонами, выкладывали их репетицию – каждое их движение и каждую ошибку – буквально в прямом эфире. Возможно, это было даже неплохо: чем больше информационной шумихи – тем лучше, но… все эти люди заставляли нервничать и сбиваться Чимина, а следом за ним нервничали и сбивались Юнги и Минхёк, а там и все остальные, так что… Однако если они уже взялись за эту съемку, то стоило довести ее до конца. Иначе все их нервы, силы и время были потрачены впустую. А всё это в BTS ценилось на вес золота. И да, кажется, идею со съемками на пляже и на голливудской «Аллее славы» Хосок решил пока отложить как можно дальше. – Так, давайте еще один раз сначала – и будем записываться, – почти полностью удовлетворенный последним прогоном, Хосок хлопнул в ладоши, отдавая команду. – И да, Намджун, ускорься: под конец ты сильно отстаешь. Если не слышишь музыку, считай такты про себя и смотри на Чимина и Минхёка, – Хосок наградил друга не слишком-то довольным взглядом. – Ладно-ладно, – недовольно проворчал Намджун, решив, что если и равняться на кого-то, то только на Чимина, и занял свою исходную позицию. И в этот раз у них всё вышло просто идеально. Как и сама съемка. Джейн с Лу поставили сразу три камеры и еще на две снимали с рук, чтобы поймать все нужные кадры и ракурсы, поэтому на запись ролика у них ушло буквально десять минут. И еще столько же – на пару тиктоков, ведь контента, особенно в непривычной окружающей обстановке, никогда не бывает много. Они сняли сразу четыре челленджа, в два раза перевыполнив план съемок на сегодня. Хосок был не просто удовлетворен, а чертовски доволен этим. Всё оборудование уже было собрано, их слегка раздражающие зрители и просто зеваки рассосались, а сам Хосок, уже с огромным трудом стоящий на ногах, даже несмотря на поддержку в виде сразу двух костылей-подпорок, собирался было присоединиться к развалившимся на траве и наслаждающимся своим законным отдыхом BTS, когда его взгляд зацепился за одиноко стоящую неподалеку девушку. Высокий рост и несуразная фигурка, висящая мешком, как будто абсолютно чужеродная форма, два ярко-розовых хвостика на макушке и кислотно-желтые кроссовки – не узнать Вэлери Эванс было просто невозможно. И если бы у Хосока кто-нибудь хотя бы раз спросил, какой он представляет девушку Чонгука, то… пожалуй, именно такой. Вот только отношения этих двоих… изумляли всех вокруг. А еще вводили в очень и очень глубокое недоумение. Были ли они парнем и девушкой? Друзьями? Соперниками? Врагами? Это всё еще было для Хосока и всех остальных огромной загадкой. Но психотерапевт Чонгука уверял их, что даже такие отношения – огромный прогресс. И что им нужно дать Чонгуку и Вэлери немного времени. Чтобы они сами разобрались в себе, своих отношениях и к чему-то пришли. Ведь у подростков с синдромом Аспергера… всё развивалось совсем иначе. И Хосок с мамой, как и мама Вэлери, оказавшаяся фантастически приятной и позитивной женщиной, поддерживали эти их отношения-неотношения изо всех сил. Четко следуя всем тем инструкциям, что им дали врачи. Именно поэтому сейчас, несмотря на то, что Вэлери как будто бы немного пугала его и, честно говоря, по доброй воле Хосоку общаться с ней не очень-то хотелось, да и, в общем-то, было не о чем, ведь он не интересовался буддизмом, индейской культурой, шаманизмом и садоводством и обладал весьма скромными познаниями (ну, по сравнению с этими двумя юными гениями так точно) в физике, химии и биологии, так вот, несмотря на всё это и на боль в ноге, он с самой дружелюбной улыбкой из всех возможных приблизился к девушке и поздоровался с ней: – Привет. Ты к Чонгуку? – кивнув на валяющегося на траве в обнимку с Джином брата, задал самый очевидный вопрос из всех Хосок. – Мы уже закончили, так что можешь похищать его. – Привет, к нему, – даже без тени улыбки на лице кивнула Валери. Однако Хосок знал, что единственное, что способно вызвать улыбку на лице этой девушки, – ее рассада и очередная истерика Чонгука, поэтому уже особенно не пугался и не напрягался. – Но сначала мне нужно спросить кое-что у тебя, – девушка наградила Хосока строгим, внимательным, совершенно не вяжущимся с розовыми хвостиками взглядом. И вот теперь, кажется, действительно пришло время напрячься. – Что такое? – Кажется, у Хосока даже голос немного сел от напряжения. – Ты не знаешь, когда приезжает ваш дедушка из Голландии? – Дедушка из Голландии? – брови Хосока неумолимо поползли вверх. – Оба наши дедушки умерли. – Давно, я правильно понимаю? – прищурившись и закусив губу, уточнила Вэлери и, получив в ответ от Хосока ошарашенный утвердительный кивок, задала еще один уточняющий вопрос: – И никто из них не занимался разведением цветов, я верно понимаю? – Да, – всё так же ошарашенно кивнул старший. – Спасибо, Хосок. Я так и думала, – попытавшись сымитировать вежливое подобие улыбки, кивнула Вэлери, а затем под еще более изумленным взглядом Хосока стянула с ног кроссовки, связала их за шнурки и, размахивая ими наподобие пращи, буквально бегом, подбадривая себя гневными боевыми криками, рванула в сторону еще не подозревающего о раскрытом обмане и приближающемся возмездии Чонгука: – Чертов Чон Чонгук! Ты не только глупый, ты еще мерзкий врун! Самый мерзкий врун на планете! Таракан разноцветный! Укроп! Нет! Кинза вонючая! Вот ты кто! Лучше беги, потому что сейчас меня не остановят даже уголовное законодательство и суд!