Грязнокровки Пожирателей Смерти

      — Кэти, — крикнул Маркус, заходя в комнату и ведя за собой Меган Джонс. — Посмотри-ка, кто тут у нас. Это твоя подружка Алисия.       Верóника подняла на него глаза. На девушке было довольно много макияжа — специально, чтобы усилить её сходство с Кэти Белл. Верóника — студентка Шармбатона, но сейчас на ней была гриффиндорская форма, а под глазом красовался синяк. Меган Джонс уставилась на незнакомку, не в силах вымолвить и слова из-за наложенного на неё заклинания.       — Привьет, Алисия, — робко ответила Верóника. Она взглянула на Маркуса, не зная, что говорить дальше, но всё же добавила: — Йа… скучала по тебе.       Флинт сделал пару шагов вперёд, а Верóника сразу же отшатнулась, думая, что сказала что-то не то.       — Что с твоим личиком, Кэти? — тихо спросил Флинт, проводя костяшками пальцев по синяку на лице девушки, форма которого подозрительно походила на очертания его же кулака.       — Йето ис-са… бладжера.       Верóника опустила глаза в пол.       — Тебе нужно быть аккуратней, Кэти.       Маркус достал палочку из-за пазухи, второй рукой приобнимая Верóнику за талию.       Она же, в свою очередь, постаралась не скривиться от неприязни, но в итоге всё равно сморщила носик. К её же счастью, Флинт сделал вид, что ничего не заметил, и залечил синяк на лице девушки одним взмахом палочки.       — Вот так, — продолжал он. — Всё-таки не хочется портить такое красивое личико.       — Спасьибо, Маркуз.       Верóника выдавила улыбку. Ей же лучше, когда он в хорошем расположении духа.       — Хочьешь… я… сделаю… Алисии… макияж?       Верóника достала из кармана фотографию, которую рассматривала уже тысячи раз за последние сутки и на которой были изображены три девушки в красно-золотой квиддичной форме. Флинт наконец обратил внимание на перепуганную Меган Джонс.       — Да, — ответил он Верóнике, пристально глядя на Меган. — Мне нужно закончить кое-какие дела, но, когда я приду, макияж должен быть уже готов.       Маркус нечасто выходил из себя, но сейчас — один из таких редких моментов.       — Вот она.       Флинт указал на девушку, стоящую правее всех на фотографии. Хотя в его помощи она и не нуждалась — Верóника и сама могла догадаться.       — Закончи к моему приходу.       — Конечьно, Маркуз, — ответила Верóника, не веря, что так легко отделалась. — Я тьебя люблю.       Во взгляде Флинта нельзя было различить ни одной эмоции.       — Конечно, любишь.       Маркус уже направился к двери, не удостоив Меган ни взглядом, ни взмахом палочки, который снял бы с неё заклинание. Флинт лишь обернулся, глядя на Верóнику.       — Ты неплохо справляешься. Может, станешь новой Алисией, когда я верну Кэти.       И Маркус ушёл. Верóника перевела взгляд на незнакомую, напуганную девушку, по щекам которой уже вовсю текли слёзы. До этого момента шармбатонка думала, что с этой новенькой они станут союзниками. Но, если верить словам Флинта, теперь они с ней соперники. А Верóника хотела выжить.

***

      Из размышлений Трейси вывела ладонь с желтоватой кожей и длинными, похожими на когти пальцами, сильнее сжавшая её плечо. Снейп. И как только она сразу не заметила его? Наверное, всё из-за волнения и страха.       Снейп затолкнул девушку в спальню. Трейси не удержалась на ногах и упала на пол, ободрав колени. Она с укором глянула на профессора — говорить она не могла. Снейп же захлопнул дверь, наложил на комнату пару заклинаний и снял маску и капюшон.       — Вы невероятно глупая девчонка, — прошипел он, тёмные глаза сверкали чистым отвращением, будто перед ним сейчас стояла группка гриффиндорцев. — Малолетняя идиотка.       Снейп, чуть подрагивая от ярости, двинулся ближе к сидящей на полу девушке.       — Как у вас только ума хватило пойти в Хогсмид, зная, как там опасно?       Трейси указала на свои губы. Да и в конце концов, с ней были Дафна, Салли-Энн и Лайза.       — Нет, я не сниму с вас заклинание, — чуть ли не шипел Снейп — чем больше он раздражался, тем тише говорил. — Вас схватили Пожиратели Смерти, так ещё и все поняли, что я шесть лет покрывал магглорождённую слизеринку. Ну или… — Снейп задумчиво потёр пальцем подбородок, — или я притворюсь, что сам ничего не знал.       Он остановился прямо около Трейси, нависая над ней.       — Варианта два: я либо дурак, либо предатель крови. Так что же по вашему мнению лучше, мисс Дэвис?       Снейп достал палочку и что-то прошептал — заклинания как не бывало.       — У них нет никаких доказательств того, что вы всё знали, сэр, — начала Трейси тихим голосом из-за продолжительного молчания. — Вы можете сказать, что это задание Дамблдора, — нерешительно продолжала она. — То есть, ну… нас же таких несколько, да?       Снейп молчал с минуту, и Трейси показалось, что её идея ему понравилась. Так и оказалось: Снейп и не ожидал, что девушка предложит такой дельный план.       — Очень хорошо, мисс Дэвис, — протянул Северус, глядя куда-то поверх её головы. — Очень хорошо. Да, сработать может: я могу следить за вами и за собой, но не за другими магглорождёнными.       Снейп перевёл взгляд на Трейси, его брови сошлись на переносице.       — Так, вот что у нас получается: я знал о вашем происхождении, но человек, которого я ненавижу, заставил меня покрывать вас — так я мог сохранить своё место в профессорском составе в качестве профессора Зелий и остаться шпионом. Вы понимаете?       Трейси почему-то стало страшно, но она кивнула. Трейси не глупая — она понимает, к чему клонит профессор.       — Вы правда понимаете, мисс Дэвис? Вот как будет: я ненавидел тот факт, что мне приходилось скрывать ваше происхождение. Вы и вам подобные вызываете у меня отвращение. И я ненавижу вас так сильно, что не позволяю никому из других Пожирателей Смерти дотрагиваться до вас. И я не разрешаю никому другому причинять вам вред, потому что хочу сделать это сам. Понимаете?       Трейси вновь кивнула, расслабляясь. Она понимала. Профессор Снейп вновь защитит её. Она в безопасности.       — Хорошо.       Снейп будто бы видел её насквозь. Профессор поднял палочку, и Трейси вскрикнула от боли.

***

      Маркус Флинт свернул в очередной коридор. Его лицо помрачнело от злости. В своей ярости он казался гораздо крупнее и опаснее. Парень остановился перед нужной ему дверью на седьмом этаже и со всей силы ударил в неё. Он колотил в дверь ещё несколько минут, прежде чем та открылась и на пороге появилась Пэнси. Её волосы были в полном беспорядке, на ней была странная одежда, напоминающая маггловскую. Но Маркус не обратил на это внимания, поскольку Пэнси волновала его даже меньше, чем, наверное, Теодора.       — Ты ненавидишь Монтегю, правильно? — прорычал Флинт.       Пэнси вздёрнула бровь. Маркус, в силу роста, возвышался над девушкой и прекрасно видел её пурпурно-фиолетовую комнату и происходящее в ней. Если бы он был Эйданом Монтегю, сначала завис бы на пять секунд, а потом выдал бы ехидный комментарий. Если бы он был Теодором Ноттом, подавился бы собственной слюной. Если бы он был Драко Малфоем, совсем не удивился бы. А так как он был Маркусом Флинтом, он даже бровью не повёл: всё-таки и в его покоях происходили не менее странные вещи.       — Конечно, ненавижу, — ответила Пэнси. — Я думала, это очевидно.       Верóнике удалось его успокоить минутами ранее, но сейчас былая ярость возвращалась. Он не позволит этой маленькой курносой сучке разговаривать с ним как с отсталым. Со всеми другими слизеринками и их подпевалами, смотревшими на него с высока, он давно расправился. Но сейчас Флинту нужна была её помощь, поэтому он лишь сжал кулаки покрепче, пытаясь унять гнев. Пэнси скосила взгляд на его руки, и насмешка с её губ тут же сошла. Пусть она и была куда храбрее других Пожирателей Смерти, мозгов ещё не совсем лишилась, поэтому Маркуса Флинта благоразумно боялась. И было за что — историй о его жестокости ходило не мало.       — Но я и подумать не могла, что тебе он тоже досаждает, — добавила Пэнси, ведя себя уже более сдержанно, чем до этого. — Разве ты не назначил его капитаном квиддичной команды?       Создавалось впечатление, что Флинт её совсем не слушал, что Пэнси вовсе не устраивало. Её всегда должны слушать.       — И разве не его приказам ты подчинялся? — раздражённо продолжала она, наблюдая за смотрящим поверх её головы Маркусом.       А он тем временем помрачнел, из-за чего Пэнси почувствовала себя не в своей тарелке. Она обернулась. Флинт бы не стал её осуждать. Кто угодно, только не Флинт. Правда ведь?       — Грязнокровки, — прошипела она Генри Дюкс и Энтони Голдштейну, а те загнанно на неё уставились, стыдясь, — приведите себя в порядок. У нас же гость.       Те поспешили выполнить приказ. А Пэнси повернулась обратно к Флинту, поправляя край халата и чуть прикрывая декольте, которое готово было вот-вот вывалиться из выреза халата. Но Маркусу Флинту она бы разрешила взглянуть на свою грудь. А вот если бы с ним был ещё и Теодор, пусть даже с этой зубастой грязнокровной сучкой… они бы знатно повеселились втроём. Может, Пэнси в качестве подарка даже разрешила бы своим грязнокровкам развлечься с Грейнджер.       — Зайдёшь, Флинт? Поболтаем, — будто бы невзначай пригласила его Пэнси.       Дюкс и Голдштейн в это же время забились в самый дальний угол. Теперь одежда прикрывала большую часть их тел, не то что до этого.       — Он не должен её заполучить, — неожиданно для обоих прошипел Флинт, он не контролировал свою речь. — Не должен. Я не позволю этому ублюдку её угробить.       Пэнси не сразу поняла, о чём тот говорит. Но она могла понять и намного раньше, если бы её мысли не были заняты Грейнджер и Тео. Интересно, он с ней уже трахался...?       — Я тебе говорю, я не позволю ему её коснуться, — уже рычал Флинт, с каждой секундой зверея всё сильнее. — Даже если придётся…       — Мерлина ради, Флинт, — прошипела Пэнси, хватая его за мантию и пытаясь втащить в комнату его грузное тело. — Не здесь же.       Маркус хмыкнул в знак понимания и всё-таки прошёл за Пэнси. Он громко хлопнул дверью, и Голдштейн с Дюксом ещё сильнее сжались в своём углу.       — Идиот, — начала Пэнси, — ты же знаешь, что на коридор заглушающие не наложены. Тебя любой мог услышать.       — Да плевать.       Маркус нервно расхаживал из стороны в сторону, в процессе он ещё и свой нож достал, начав постукивать обухом по ладони. На испуганных грязнокровок внимания он не обращал. Пэнси неотрывно за ним следила, нервничая не меньше. Наверное, не стоило впускать его в комнату… да и дверь ещё закрыта.       — Она настоящая, невинная, — бурчал себе под нос Маркус, уже в восьмой раз обходя по кругу лавандовое кресло с оборками. — Хотя ты, наверное, не знаешь значения этих слов, Паркинсон.       — Закрой свой чёртов рот, — грозно прошипела Пэнси.       Но Флинт пропустил её слова мимо ушей.       — Она такая… — Флинт замолчал на пару секунд, нож застыл в нескольких сантиметров от руки, а взгляд такой отсутствующий и даже… мечтательный?       «Да ну нет, — подумала Пэнси, — Маркус Флинт не умеет мечтать.»       — Она такая… такая… — Он продолжал играться с ножом, а Пэнси уже злилась и сравнивала Маркуса с огромным тупым троллем, не способным даже мысли свои сформулировать. — Она как ангел, — наконец озвучил Флинт. — Она хорошая, настоящая. И она делает всё, всех вокруг себя такими же хорошими и настоящими, как и она сама. И я не позволю этому грязному ублюдку хоть пальцем её коснуться.       Пэнси застыла как вкопанная. Она и подумать не могла, что в голове Флинта такие мысли. Как и не могла подумать, что он решится их озвучить. Она и её грязнокровки только что стали свидетелями самой красноречивой из речей Маркуса.       — Мы о Кэти Белл говорим, Флинт? — подала голос Пэнси. — О той гриффиндорке? О гриффиндорской грязнокровке?       Флинт глянул на неё.       — Разве это не очевидно?       — Туше, — решила отступить Пэнси.       Когда это Флинт узнал такие умные слова? И когда вообще научился думать? Удивительно.       — Наверное, для грязнокровной гриффиндорки она не так уж и ужасна, — поверьте, из уст Пэнси это звучало одобрительно. — Но сомневаюсь, что она такая уж особенная. Ты найдёшь ещё сотню слизеринских девушек получше.       — Вы все испорчены, — ответил на это Флинт, не обращая внимания на возмущённый возглас Пэнси. — Все мы испорчены. Поэтому мне нужна она.       Он никогда никому ни в чём подобном не признавался, потому что друзей у него не было и нет.       — Ну и что ты хочешь, Флинт? — наконец спросила его Пэнси. — Ты же знаешь, убить другого Пожирателя Смерти нельзя.       Маркус печально усмехнулся, от былого красноречия не осталось и следа.       — По крайней мере, — медленно произнесла Пэнси, похоже, найдя выход из ситуации, — не на глазах у других Пожирателей.       Флинт поднял на неё взгляд, полный надежды. Поэтому-то он и пришёл к Пэнси — она не особо ему нравилась, но думать умела. А сам Маркус только горой мышц и отличался.       — Так, и что ты хочешь взамен? — поинтересовался Флинт, краем глаза глядя на грязнокровок.       — Взамен на помощь?       — Не на помощь, ты бы в любом случае мне помогла. Ты же ненавидишь Монтегю.       Он перевёл взгляд на Пэнси, и выражение его лица пугало больше, чем встреча с самим Тёмным Лордом.       — Что ты хочешь за молчание?       — Ты же знаешь, я бы не стала докладывать на тебя. — Пэнси закатила глаза.       — Я о другом молчании — насчёт Кэти и всего того, что я наговорил до этого.       — Что, не хочешь, чтобы все прознали, что у такого монстра, как ты, есть сердце? — усмехнулась она.       Флинт лишь ожидающе уставился на неё.       — Ничего мне не надо, — наконец выдавила Пэнси, раздражаясь проваленными попытками побольнее задеть Флинта.       Голдштейн шумно выдохнул — наверное, подумал о тяжёлой судьбе Кэти Белл. И тогда внимание Пожирателей вернулось к ним двоим.       — Грязнокровки тоже должны молчать, — прорычал Флинт, вновь беря в руку нож. — Хочешь, отрежу им языки?       — Нет, пожалуйста! — взмолился Генри Дюкс.       — Пожалуйста, Пэнси, пожалуйста, останови его, — добавил Голдштейн, не сдерживая слёз и пропитавшего его слова страха.       — Да ну не надо. — Пэнси двинулась к Флинту. — Их языкам найдётся куда более полезное применение, правда же, грязнокровки?       Оба спешно закивали, как болванчики, видимо, потеряв дар речи.       — Хотя, если Голдштейн не подтянется, придётся всё же избавиться от его язычка, Маркус.       — Я исправлюсь, — прохрипел Энтони, проклиная тот день, когда ему захотелось прогуляться до Хогсмида за сахарными перьями.       — Конечно, исправишься, — приторно сладко пролепетала Пэнси.       Энтони подавил в себе мысль о её невероятной схожести с Амбридж. Всё-таки язык ему ещё нужен был.       — Да и сам подумай, Флинт, — раздражённо произнесла Пэнси, — писать-то они не разучатся. Но всё же… — Она подошла ближе к ним; при каждом шаге грудь слегка подпрыгивала, грозясь показаться из выреза халата. — Грязнокровки, я запрещаю вам каким-либо образом сообщать кому-нибудь об услышанном. — Пэнси повернулась к Флинту, удивлённо приподняв брови. — Ты что же, совсем забыл, что они тоже в школе учились и перо в руках держали, Маркус? Ну от кого, от кого, но от тебя я такого не ожидала?       — Что-то запамятовал. — Он пожал плечами.       — Но не волнуйся, Флинт, — Пэнси вновь вернулась к насущному вопросу, — мой рот на замке.       — На замке, — согласился он, — но только если я дам тебе то, что ты хочешь, правда ведь?       — Да ничего мне не нужно, — напомнила Пэнси.       — Тебе нужен Тео.

***

      Хогвартс       В гробовом молчании, перед входом в кабинет Дамблдора стояли Гарри Поттер и Рон Уизли. Горгулья, охраняющая лестницу, осуждающе смотрела на них. Гермиона не вернулась из Хогсмида. Как и Энтони Голдштейн, Меган Джонс, Су Ли и, к всеобщему удивлению, Трейси Дэвис. И это только их однокурсники, что уж говорить о других. Кэти Белл — товарищ Гарри по квиддичу — и та пропала. Гарри с Роном же — как они думали, к несчастью, а как думали другие, к счастью — в это время отбывали наказание профессора Спраут в Хогвартсе за невыполнение домашнего задания. Они не смогли пойти в Хогсмид вместе с Гермионой. Если бы не эта отработка…       Они поднялись по лестнице, Гарри тяжело вздохнул и постучал в дверь. Во всём произошедшем он винил себя, как и Рон, в общем-то. Если бы только они вовремя выполнили домашнее задание, не надеясь на снисходительность Спраут. Если бы только они послушали Гермиону и пошли выполнять домашнюю работу. Если бы только они в нужный момент оказались с ней рядом, помогая отбиваться от Пожирателей или хотя бы отвлекая их от неё…       — Войдите, — из-за двери донёсся голос Дамблдора.       Друзья вошли в кабинет, мрачно глядя себе под ноги. Напротив директора сидела Макгонагалл, такой обеспокоенной они её ещё не видели.       Рон и Гарри с опаской сели на стулья, наколдованные профессором. Дамблдор оглядел их поверх стёкл очков.       — Гарри, Рон… у меня для вас плохие новости.       Макгонагалл вздрогнула, подняв на студентов покрасневшие глаза.       — Обязательно им это рассказывать, Альбус? — пробормотала она на заявление директора.       — Боюсь, что обязательно, Минерва, — печальным голосом ответил ей Дамблдор. — Думаю, справедливо будет рассказать им всю правду, какой горькой она бы ни была.       — Где Гермиона? — не выдержал Рон, оборвав речь директора. — Куда они её дели?       — Мы знаем, что Снейпу обо всём известно, — добавил Гарри, невидяще уставившись в пол. — Он же шпионит за Пожирателями, да ведь?       Макгонагалл перевела взгляд с мальчиков на Дамблдора и непонимающе произнесла:       — Как вы… — она резко замолчала.       — Это-то я и пытаюсь объяснить, — мягко начал Дамблдор. — Боюсь… я только что узнал, что случилось с пойманными магглорождёнными и полукровными студентами в Хогвартсе. Как узнал и о судьбе своего похищенного брата Аберфорта.       Гарри отнял взгляд от пола и посмотрел на директора. Рон рвано вздохнул. И оба подались вперёд, внимая словам Дамблдора.       — Меня шантажируют Аберфортом, — продолжил он, хоть и знал, что мальчики хотят узнать вовсе не это.       — Ну а что насчёт Гермионы? — подал голос Рон.       — Мистер Уизли… — Макгонагалл уж было хотела отчитать его за бестактность, но Дамблдор её перебил:       — Я к этому и веду, мистер Уизли. Студентов похитили Пожиратели Смерти и отвели к Тёмному Лорду. Теперь их либо заставят вступить в ряды его последователей, либо сделают прислугой, в зависимости от происхождения.       — Получается, магглорождённые теперь рабы? — мёртвенно-низким голосом спросил Гарри.       Дамблдор с мгновение размышлял над ответом.       — Да, — тихо произнёс он.       — И Гермиона теперь у Снейпа? — всё так же мрачно спросил Гарри.       — Профессор Снейп хотел забрать себе мисс Грейнджер, но, к сожалению, было уже слишком поздно. Похоже, у них там своя иерархия. Мисс Грейнджер выбрал другой Пожиратель.       — Кто? Кто выбрал мисс Грейнджер? — теперь ответов от Дамблдора требовала и Макгонагалл.       — Очевидно, этот Пожиратель Смерти — мистер Нотт.       — Этот старик? — воскликнул Гарри.       — Нет… — Дамблдор почему-то погрустнел ещё больше. — Его сын и ваш однокурсник, Теодор.       Гарри заметил, что на этих словах директора Макгонагалл повеселела.       — Получается, он один из нас? — Гарри приободрила реакция Макгонагалл — может, Нотт тоже шпион.       — Нет, — мягко ответил Дамблдор, — но из достоверных источников мне известно, что он не так опасен, как другие Пожиратели Смерти.       Рон уже несколько минут сидел, закрыв ладонями лицо. Но теперь он всё же поднял взгляд на Дамблдора.       — Так какой наш план? — спросил он. — Как нам её вернуть?