Грязнокровки Пожирателей Смерти

      Тео оглядел те руины, что остались от «Дырявого Котла», — в голове странная пустота. Пэнси направила палочку на пойманных людей, стоящих сейчас посреди пустоши. Рейд прошёл просто отлично, даже лучше, чем рейд с Олливандером.       Они получили разведданные о том, что член Ордена, Дедалус Дингл, который был частым посетителем «Дырявого Котла», будет в баре вместе с подозреваемым членом Гестией Джонс. Они и ещё семь других волшебников были связаны и сидели сейчас с кляпами во рту, палочки конфисковали Малфой и Монтегю — причём Драко приложил минимум усилий. Никого из Пожирателей Смерти не убили. Троих только ранили и всё. По общему мнению, это был оглушительный успех. Но Тео не мог избавиться от охватившего всё его тело оцепенения.       Из головы не выходили воспоминания о лицах Грейнджер и Белл, корчившихся в мучениях. Он понимал, что правильно поступил, облегчив им страдания. А ещё благодарил Салазара за то, что Эйдан заранее дал ему разрешение касаться Белл, иначе ничего не получилось бы. Но поступок всё равно был глупым и слишком сентиментальным. Он должен был последовать примеру Монтегю и не делать вообще ничего. Они бы не умерли. Они бы не…       — Я убью тебя, — раздался голос Флинта прямо рядом с ухом Тео, но слова были сказаны в адрес Эйдана. — Ты умрёшь, Монтегю. Может, не сейчас, может, не через неделю или не через месяц. Но ты умрёшь.       — Угрожаешь начальству, Флинт? — ответил Монтегю, стараясь не терять лёгкость в голосе.       Тео глянул в сторону друга и будто бы посмотрел в отражение — у него на лице точно такое же отсутствующее выражение лица.       — Это не угроза, — прорычал Флинт так тихо, что слышать могли лишь они трое, — это обещание.       — Какой же ты иногда до ужаса банальный, — бойко откликнулся Монтегю. — Звучишь, как актёр второсортного маггловского фильма.       — Чего? — хмыкнул Флинт.       — Это не угроза, это обещание, — передразнил его Монтегю, пародируя очень низкий голос. — Ты не с тем связался! Единственное, что может быть хуже зомби, поедающего свежую плоть… это я!       Тео, как и Флинт, ничего не понимал и чувствовал себя из-за этого ужасно.       — Ты что, выпил болтающее зелье, пока мы этого не видели? — встрял Тео, пытаясь разбавить повисшее напряжение.       Монтегю шумно вздохнул, может, даже слишком наигранно.       — И как мне продолжать с тобой общаться, Тео, если ты ничего не смыслишь в ужасной маггловской культуре?       — Мальчики, прекратите уже собачиться из-за гриффиндорских грязнокровок. Давайте уже свалим отсюда, — хмыкнула стоящая рядом с Тео Пэнси.       У Тео галлюцинации, или она и правда сейчас осадила Флинта? Тот кинул ей нечитаемый взгляд, но всё равно прошёл мимо Эйдана, грубо толкнув того плечом.       — Я за тобой слежу, Монтегю, — предупреждающе произнёс он, не оборачиваясь.       — Да он ходячая неоригинальность, — разочарованно вздохнул Эйдан. — Ему бы новых фразочек поднабрать.       Тео нахмурился. Ему сейчас не до Самого Великого Спора 1997 года между Флинтом и Монтегю. Он не мог забыть выражение лица Грейнджер…       — Всё хорошо, Тео? — полюбопытствовала Пэнси. — Ты сам не свой.       — Устал, — выдал он. — Я просто устал. Давайте уже заберём этих предателей крови и уйдём отсюда.

***

      Штаб Пожирателей Смерти       Тео вернулся обратно в свою комнату, в тайне надеясь, что Грейнджер сбежала, или исчезла, или просто испарилась — да что угодно, только бы ему больше не пришлось париться из-за неё или из-за любой другой грязнокровки. Когда он вошёл, заметил её, сидящую на его постели. Не на своей кушетке. На его постели. Бельё слегка помято, а простыня сбита, как будто она там спала. Половина пуговиц на одежде расстегнута, а сама она вся в складках. Тео остановился как вкопанный, поражённо глядя на всю эту картину. Грейнджер уставилась в ответ, ещё и бровь изогнула. Тео сбросил на пол маску и плащ, а она смотрела, всегда смотрела, всегда…       — Ладно! — рыкнул он. — Ладно! Твоя взяла! — Он наставил на неё палочку, снимая заглушающее заклинание. — Вот! А теперь потрудись объясниться.       Грейнджер поднесла руку к горлу, на полсекунды сжимая, а потом довольно громко прокашлялась.       — Что мне тебе нужно объяснить? — прохрипела она, звуча одновременно и как Флинт, и как Хагрид с насморком.       — Вот это объясни, — ответил Тео, указывая в сторону сбившегося постельного белья.       Грейнджер опустила взгляд на свою наполовину расстегнутую рубашку.       — Да не это! — воскликнул он, по тонкости звука превосходя сонару летучей мыши.       — Я устала, — прохрипела она, — поэтому легла на кровать. На ней люди спят обычно, когда устают.       — Да ты издеваешься? — прикрикнул Тео — видимо, Малфой оказывает на него слишком большое влияние (что ни к чему хорошему привести уж точно не может).       — Каков вопрос — таков и ответ, — голос, как наждачная бумага. — Не мои проблемы, что ты принял его так близко к сердцу. — Она пожала плечами.       Тео прищурился.       — Сейчас середина дня.       — Серьёзно? А я не знала. Окон-то нет. После пыток совсем теряешь счёт времени.       Тео продолжал смотреть на неё, подавляя желание виновато отвести взгляд.       — А кто тебя просил нападать на Флинта? Это было глупо.       — Ты тоже глупо поступил, сняв с меня то проклятие, — тихо произнесла Грейнджер.       — Я его не снимал, — тупо ответил Тео. Он снова направил на неё палочку, пробормотав заклинание. — Вот теперь снял. А до этого просто заморозил его действие.       Грейнджер продолжала впиваться в него взглядом. А он заставлял себя смотреть в ответ.       — Ты не особо любишь пытки, да? — так же тихо спросила она. — Странно, ты же Пожиратель Смерти, тебе не кажется?       — Ты ни черта не знаешь обо мне и моей жизни, — разозлился Тео. — А теперь будь добра заткнуться и свалить с моей постели. Я спать хочу.       — Сейчас середина дня, — съязвила Грейнджер.       Тео не без страха во взгляде заметил слабую улыбку на её губах.       — Я сказал тебе заткнуться, — прорычал он. — Давай, живее, или мне тебе помочь?

***

      Кэти тупо уставилась на Монтегю.       — Ты, должно быть, шутишь, — неверяще пробормотала она. — После всего случившегося ты хочешь, чтобы я…       — Да, хочу, — повторил Монтегю, — так что иди переоденься, и мы пойдем поедим.       Он кинул в неё чистую хогвартскую форму. Кэти одной рукой её словила и нахмурилась.       — Но… в этом? После того, что Флинт…       — Ты оглохла? — прикрикнул Монтегю. — Да! Надевай. А потом я подправлю тебе личико.       Он стянул через голову мантию Пожирателя Смерти, а затем и остальную форму, оставаясь в одном белье. Потом взял полотенце, намочил и принялся стирать с торса кровь.       — Ты ранен? — робко спросила Кэти.       — Нет, — ответил Эйдан, переходя на левое плечо, — хотя если Флинт научится управляться мозгами и будет использовать их, как оружие… — уже себе под нос добавил он.       Следующие несколько минут Монтегю протирал нижнюю часть живота, а Кэти неподвижно сидела на диване.       — Я могу тебе помочь, — наконец нарушила тишину она.       — Чего? — Эйдан от растерянности уронил полотенце на пол.       — У тебя, похоже, проблемы. — Она указала на его сгорбленные плечи.       Эйдан поднял тряпку с пола.       — Просто переоденься уже.       Кэти поправила грязную рубашку и расстегнула первую пуговицу, только потом замечая, что Монтегю не сводит с неё взгляда, неподвижно прижимая полотенце к правому плечу.       — Ты не, эм… ты не…       Он так и продолжал на неё смотреть.       — Можешь отвернуться, пожалуйста?       — Зачем? Ты принадлежишь мне. А значит, и твоё тело мне принадлежит. Я могу смотреть на него, сколько хочу.       Кэти округлила глаза. Он приподнял брови в ответ. Она была напугана. До этого без одежды её видели лишь мальчики-магглы, когда она отдыхала на пляже. По собственному опыту Кэти поняла, что мальчики-магглы гораздо более склонны по-настоящему ценить тело полуобнажённой девушки, а не делать из этого глобальную сенсацию. Не то что некоторые волшебники — те ещё ханжи.       — Ну? Давай, продолжай. — Монтегю указал на её рубашку рукой, в которой держал полотенце.       В Кэти вдруг вспыхнуло нечто большее, чем обычная вспышка агрессии. «Тебе нужно влюбить его в себя, — прошептал ей внутренний голос. Не гриффиндорский голос. А голос, который содержал в себе хоть каплю логики. — Почему бы просто не…»       — Тебе не принадлежит моё тело, — прорычала Кэти, привставая с дивана. — Мне всё равно на твоё мнение. Оно всё ещё моё, несмотря на всё случившееся.       Она ждала, да даже надеялась, что Эйдан вспылит, но он лишь приподнял бровь.       — Бережёшь себя для Оливера Вуда?       Кэти изо всех сил старалась не покрыться ярким румянцем, но тщетно. Это правда. Она бережёт себя для Оливера. Но боже милостивый, откуда о её влюблённости в Оливера узнали буквально все? Это что, так очевидно?       — Долго же тебе ждать придётся, — оскалился Эйдан. — Он вообще знает, что ты девушка?       Но кончике языка так и вертелось злобное «да», но Кэти его проглотила. Оливер заметил её. Он её поцеловал. Но это был вовсе не Оливер. Она подавила в себе гнев и дёрнула подол рубашки — пуговицы повылетали из петель. Кэти встала и стянула юбку с обувью, а чулки дёрнула так резко, что те немного порвались. Монтегю склонил голову к плечу, наблюдая за ней.       — Неплохо, гриффиндорка, — через мгновение произнёс он. — Я, конечно, видел и похуже.       — А я, конечно, видела и получше, — съязвила Кэти, оглядывая его живот.       И это была полная чушь. Монтегю, к её раздражению, был идеально сложен. Она надела новую юбку и принялась застёгивать рубашку.       — Подожди, — вдруг остановил её Эйдан. — Я и новое бельё тебе принёс. — Он кинул ей два тончайших лоскутка ткани, которые ещё и просвечивали. — Надень.       — Хуй тебе, а не бельё, — вспылила Кэти, не контролируя себя.       — Ну, если настаиваешь.       Монтегю пожал плечами и запустил руку в бельё, и там — Кэти проследила взглядом, даже против своего желания — что-то было. Она резко вдохнула через нос.       — Прекрати, — сдавленно пробормотала она.       Кэти развернулась к Монтегю спиной, живот неприятно скрутило — нет. Это чуть не случилось. Он хотел заставить её…       Монтегю рассмеялся.       — Ой, да успокойся, Белл.       Кэти услышала, как он продолжил оттирать полотенцем кровь.       Она сняла с себя чистую рубашку, всё ещё не поворачиваясь, и так быстро сменила бюстгальтер, что Монтегю не видел её обнажённую спину дольше пяти секунд. Она отвернулась, не желая на него смотреть, и спустила вниз бельё, не снимая юбки. Хлопковые трусы сменились на те, что наверняка носят стриптизёрши. Кэти встала, лицо горело, хотя она была уверена, что Монтегю ничего лишнего не видел. Она прошла к камину и бросила в него старое бельё. Эйдан снова расхохотался.       — Ты чокнутая, Белл. — Он покачал головой.       Кэти перевела на него взгляд, пытаясь подавить свои эмоции. Он, Монтегю, довольно привлекательный. Она была уверена, если бы её годами не приучали его ненавидеть, она заметила бы это гораздо раньше. Ещё красивее он был, когда улыбался, но Кэти этого, конечно, не замечала, потому что до этого никогда не видела его улыбку. Он был до ужаса хорошо сложен. Может, её план был не такой уж и плохой. Совсем не плохой. «Возьми себя в руки, — приказала она сама себе. — Веди себя как гриффиндорка. Возьми себя в руки. Нужно выжить. Никто не будет тебя винить.» Чем дольше Кэти на него смотрела, тем больше меркла улыбка Монтегю. Он вперил в неё пристальный взгляд, когда она подошла к нему ближе — впервые по собственной воле. Эйдан прекратил протирать кожу, когда она приблизилась и забрала полотенце из его ослабленной хватки.       — Не будь идиотом, — начала она. — Всем будет проще, если я тебе помогу.       Монтегю посмотрел на неё и шумно сглотнул. «Да, — Кэти чувствовала вкус победы и мести, — теперь ты в моей власти.» Она принялась стирать кровь с его спины, лишь бы он не заметил самодовольного выражения лица.       — Знаешь, Белл, — через некоторое время ответил Монтегю, — твоё поведение вызывает у меня довольно противоречивые чувства.       Кэти медленно провела полотенцем по плечам, гадая, чья же это кровь и откуда она на нём взялась. На Эйдане не было ни царапинки. Это не его кровь. Она ещё больше замедлила движения, за что была вознаграждена судорожным дыханием Монтегю. Он то сжимал, то разжимал кулаки.       — Давай я тебе всё разъясню, — начала она. — Я просто пытаюсь выжить.       Он снова сжал и разжал кулаки. Он молчал, а Кэти уже закончила смывать кровь со спины и переместилась к торсу, на мгновение засомневавшись, а потом всё же проводя тряпкой по коже. Монтегю молча наблюдал за ней, уже закончившей с кровью. «Убийца, — промелькнуло у неё в голове. — Он убийца. Я мою убийцу.» Кэти отвернулась, закончив и борясь с приступом тошноты. Монтегю резким движением вытянул руку и перехватил её запястье, останавливая.       — Белл, — низким голосом окликнул её он. — Я тебя не убью. Об этом не волнуйся.       Кэти смогла выдержать его странно пристальный взгляд.       — А Флинт? — тихо спросила она.       — Он больше тебя и пальцем не коснётся, — тут же ответил он.       — А Уоррингтон? Или…       — Я никому не позволю тебе навредить, — проговорил он, бегая взглядом по её лицу. — Обещаю. Я же говорил, ты принадлежишь мне.       — Я тоже тебе говорила. — Кэти выдернула запястье из его хватки и отступила на шаг назад. — Я принадлежу сама себе.       Монтегю без капли веселья усмехнулся.       — Ну раз ты так считаешь, Белл. А теперь нужно что-то сделать с твоим личиком. Мы идём на ужин.       — Ты же только что сказал, что пытаешься сохранить мне жизнь, — указала Кэти, беря ещё одно мокрое полотенце и протирая лицо.       — Я и пытаюсь.       Монтегю наконец-то отошёл. И вдруг ни с того ни с сего снял своё перепачканное кровью бельё.       Кэти ахнула и отвернулась так резко, что в ушах зашумело.       — Ой, да повзрослей ты уже, — вновь усмехнулся он. — Если бы я не хотел, чтобы ты смотрела, не стал бы раздеваться перед тобой.       Кэти молчала, не рискуя оборачиваться, хотя только что увиденное навсегда останется в её памяти. Ну, хотя бы её помощь с кровью на него всё же как-то подействовала. Она едва сдержалась, чтобы истерически не рассмеяться.       — А если серьёзно, — продолжил Монтегю, подходя к ней уже полностью одетый, он забрал у неё из рук полотенце и грубыми движениями стёр слёзы с её щёк. — Я сохраняю тебе жизнь. Поэтому нам и нужно сейчас сходить на ужин. Сделай вид, что ты меня ненавидишь и боишься. Хотя с первым проблем не возникнет.

***

      Тео присел на скамейку в столовой, потянув Грейнджер за руку и усадив рядом. Она не издала ни звука, хотя Тео понимал, что потянул сильно и ей наверняка было больно. Драко всё это время не сводил с них взгляда, сидя на другом краю стола.       — Ну, грязнокровка, — протянул он, жадно глядя на Грейнджер и декольте её нового платья. Он чуть ли слюнями не исходился, походя на книжного злодея, мутировавшего из жабы и белобрысой крысы. — Вижу, Нотт тебя принарядил и, — он сделал паузу, чтобы улыбнуться своему же дебилизму, — наслаждается тобой по полной.       Тео почти физически почувствовал возмущение Грейнджер, поэтому заговорил прежде, чем она успела бы всё испортить:       — Завали свой рот, Малфой, — скучающим тоном произнёс он. — Никому не интересно слушать о твоих грязных фантазиях.       Со всех сторон послышались смешки, даже со стороны Флинта. Тео посмотрел на Грейнджер, та криво ухмылялась, как бы спрашивая его, нужно ли ей тоже смеяться. Теодор ей подмигнул, и она хихикнула. И он продолжил, наслаждаясь самим собой:       — Все и так знали о твоих мечтах касательно Грейнджер. Вообще, это даже жалко. — Гермиона снова рассмеялась, и Тео ещё больше воодушевился. — Но мне как-то совсем не хочется знать, что ты фантазируешь о нашем сексе.       Сидящие с ними Пожиратели тоже хохотали вовсю. Уоррингтон даже подавился тыквенным соком, смешанным с огневиски, Пэнси на грани истерики стучала ладонью по столу, и даже её сидящие рядом грязнокровки нервно посмеивались.       — Спасибо Мерлину, он уже перестал думать о слизеринской команде по квиддичу в сексуальном плане, я бы такого не вынес, — раздался позади голос Эйдана. — Подвинься, Грейнджер. У тебя причёска больше места занимает, чем ты сама.       Со стороны Флинта вилка звонко звякнула о тарелку. Не успел Тео обернуться, как рядом с Грейнджер присела Кэти Белл, а Эйдан уместился у неё под боком.       «Пора проваливать», — мрачно подумал Тео. Он краем глаза глянул на Эйдана, который лишь сухо ему кивнул. На периферии зрения он заметил, как Белл сжала ногу Грейнджер под столом.       — Две гриффиндорские грязнокровки, — протянула Пэнси. — Полагаю, они больше не считают себя такими всемогущими и всесильными?       — Больше нет, — хором ответили Тео и Эйдан, после чего обменялись взглядами и рассмеялись.       Белл опустила взгляд вниз, прядь волос частично скрыла её лицо, а Грейнджер спокойно наколола картофель на вилку и положила кусочек в рот.       — И когда ты мне её одолжишь, Нотт? — внезапно спросил Малфой, не сводя взгляда с Грейнджер.       — После того, как обойдёшь её в знаниях, — ответил Тео, вгрызаясь в кусок хлеба. — То есть никогда. По крайней мере, не тебе, — поспешно добавил он, подумав о Лестрейнджах, которые, к счастью, сидели далеко и ничего не слышали.       — Кэти, — довольно настойчиво позвал её Маркус.       — Флинт, что ты сделал с этими девчонками? — оборвал его Эйдан, указывая вилкой на двух грязнокровок, сидящих позади него на полу.       Флинт замолчал и обернулся, с минуту смотря на девушек, как будто совсем о них забыл. Одна из них, Меган Джонс, видимо, изображала из себя Алисию Спиннет. А вторая была жалкой пародией на Белл.       Сама же Кэти на секунду глянула на девушек и заворожено уставилась на блондинку, чья кожа была покрыта всевозможными синяками и порезами. Особенно её заинтересовали те синие пятна, что были у неё на шее. Девушки жалостливо уставились на Кэти в ответ. Флинт обернулся как раз вовремя — встретился с испуганным взглядом Белл, прежде чем та снова опустила его в стол.       — Это… это… — мямлил Флинт.       Мямлил. Тео был в шоке. Флинт никогда не мямлил.       — Больной, — изумился Эйдан, — ты и правда больной, Флинт. Разве не так, Белл?       Кэти беспомощно глянула на Монтегю.       — Больной, — пробормотала она, снова опустив взгляд вниз.       — Тебе разве не лучше со мной? — неумолимо продолжал он.       — Намного лучше, — едва слышно повторила Белл.       — Довольно убедительно, — протянула Пэнси.       — Я тебя убью, Монтегю, — уже второй раз за день процедил сквозь зубы Флинт. Он встал со скамьи, сжимая вилку в кулаке.       — И сколько ещё ты мне смертью угрожать собираешься? — довольно весело, учитывая обстоятельства, спросил Монтегю, откусывая неприлично большой кусок курицы и наигранно мыча от гастрономического удовольствия.       — Я убью тебя, — повторил Флинт, — а потом сотру в порошок.       Остальные из молодых Пожирателей Смерти замерли в нерешительности. Грейнджер сделала глоток тыквенного сока так, будто ничего сейчас и не происходит.       — Ага, дай знать, как тебе это понравится, — Монтегю больше не звучал так весело, как до этого.       — А потом, — продолжал Флинт, пропуская слова Эйдана мимо ушей, — я заберу её. Навсегда. Она моя.       — Ох ёб твою мать, — себе под нос выругалась Пэнси.       На них начали оборачиваться Пожиратели с соседних столов.       — Монтегю, Флинт, — не без волнения в голосе начал Тео, когда понял, что все вокруг смотрели на него с мольбой во взгляде — хотели, чтобы он что-нибудь сделал.       Эйдан тоже медленно встал, опираясь ладонями о столешницу и наклоняясь ближе к Флинту.       — Ну давай, попробуй. Хуй тебе, Флинт. Я тебе её не отдам.       Грейнджер, похоже, наконец-то начала обращать внимание на происходящее и одарила Белл одобрительным взглядом, суть которого Тео понять не смог. Белл тоже перевела взгляд на Монтегю. И глядя на выражение её лица, Тео запутывался лишь сильнее. Пэнси подалась вперёд, её глаза блестели интересом.       — Мерлина ради, — с отчаянием в голосе снова начал Тео, пытаясь прогнать из головы слишком реалистичные картинки изуродованного тела собственного друга.       Окончательно озверев, Флинт достал из-за пазухи палочку, Эйдан не стал от него отставать.       — Ну а кому ты готов одолжить Грейнджер? — громко поинтересовался Малфой, очевидно, этот вопрос не выходил у него из головы.       — Не возражаешь заткнуться, Малфой? — прорычал Эйдан. — Мы здесь вообще-то не на жизнь, а на смерть дерёмся.       — В чём дело, мальчишки? — прогремел Мальсибер откуда-то позади Пэнси. Тот замер, услышав вздох Кэти, и Тео вспомнил, как он спрашивал о ней Эйдана. Он рассмеялся. — Да, ладно, я вас понимаю. У этой девчонки зачётный зад, лучше чем у всех других в этой комнате.       Гермиона невольно пробурчала «фу» себе под нос.       — Согласен, Грейнджер, — возмущённо воскликнул Драко. — Твой зад лучше. У неё он какой-то плоский.       Тео уже не знал, чему удивляться больше: тому, что Драко переплюнул сам себя по глупости сказанного, или тому, что тот наконец открыто заявил, что хочет Грейнджер.       — Ну тут только один выход, мальчики, — нетерпеливо заявил Мальсибер, игнорируя слова Драко, как и все остальные, в общем-то, — магическая дуэль, вот прям сейчас, перед…       — Не глупи, — услышал свой же голос Тео — он даже не понял, когда это сказал.       — Что ты щас вякнул? — медленно и с расстановкой спросил Мальсибер, оборачиваясь в сторону Тео.       — Зачем нам убивать друг друга? Наша цель — предатели крови и магглы.       Грейнджер посмотрела на него, и взгляд её был даже… впечатлённый?       — Тео прав, — неожиданно поддержала его Пэнси, — сядьте уже и уберите палочки.       — Да кто ты такая, — неверяще начал Мальсибер, — чтобы указывать мне…       — Она уж поумнее тебя будет, — рявкнул Родольфус Лестрейндж из-за спины Мальсибера. — Иди в свою комнату, Флинт. И грязь эту с собой забери. А что касается тебя Монтегю, — продолжал он, а Флинт неохотно направлялся к выходу со своими грязнокровками, которые теперь смотрели на Монтегю, как на героя, — не ввязывайся в драку, которая тебе не по силам.       — Да, мистер Лестрейндж, — вежливо ответил Эйдан, присаживаясь обратно на скамейку.       — Пэнси, Теодор, — уже более спокойным голосом начал Лестрейндж, но внезапно замолчал. — Да это же любимая грязнокровная потаскушка Поттера, — проговорил он, уставившись на Грейнджер. — Скучаешь по ублажению своего полукровного героя?       Он показал рукой неприличный жест на случай, если не все поняли, что он имел в виду под словом «ублажение».       Все сидящие за столом рассмеялись, некоторые лишь притворились, что им смешно. Но смеялись все, кроме Грейнджер и…       — Уверен, Поттер ещё девственник, — самодовольно заявил Драко. — А Грейнджер просто ждёт настоящего мужчину.       И он тоже показал неприличный жест с языком.       — Меня сейчас стошнит, — протянул Монтегю.       — Как будто ты знаешь, как доставить девушке удовольствие, Малфой, — хмыкнула Пэнси.       — Она уже несколько недель живёт с Ноттом, — встрял Уоррингтон. — Она уже бэушная, Малфой.       — У неё уже был настоящий мужчина. — Тео выдавил ухмылку.       Он специально наступил ей на ногу, молясь, чтобы она поняла намёк. Все рассмеялись, кроме двух бывших гриффиндорок и Малфоя.       — Себя-то не обманывай, Теодор, — прервал всеобщее веселье Лестрейндж. — Уверен, Поттер любую свободную минуту пользовался её грязнокровным телом. И уверен, ей это только нравилось. Великий защитник грязнокровок уж точно потрахивал одну из них.       — Гарри в разы лучше любого из вас, — тихо пробормотала Гермиона, её руки дрожали от злости.       Бомба, сброшенная на них словами Грейнджер, успешно взорвалась — добрая половина всех Пожирателей повскакивала на ноги, оскорблённая таким заявлением. Тео действовал без запинки и даже не задумываясь — наотмашь ударил её по щеке. Она завалилась на Белл, но Тео тут же поднял её на ноги, выкручивая руку так же слабо, как он её и ударил. Грейнджер заорала, будто бы резанная.       — Не надо! — причитала она. — Перестань! У меня ещё после прошлого раза ничего не зажило…       — Ты открываешь рот только тогда, — крикнул Тео, — когда я тебе разрешу, грязнокровка! Не раньше.       — Да, я забыла, хозяин! Простите, хозяин!       Грейнджер зажмурилась. К счастью, только Тео и Белл, сидящая достаточно близко, заметили, что в её глазах ни единой слезинки. Они так же и перед Амбридж притворялись, только Тео этого не знал. Он потащил её через всё помещение, но не удержался и оглянулся на их стол. Все Пожиратели как один смотрели на них поражённо и даже впечатлёно. Так Тео и вёл её до самой их комнаты, Грейнджер всю дорогу плакала и молила о пощаде. Они прошли мимо одного из шпионов с носом крючком и блестящими чёрными глазами. Снейп. Он остановился и глянул на Грейнджер.       — Переигрываешь, — прошептал он не своим голосом — специально изменил заклинанием, — поработайте над реалистичностью.       А затем он продолжил свой путь по коридору, даже не оглядываясь назад.       Грейнджер отняла ладони от лица — совсем незаплаканного и спокойного. Она посмотрела вслед удаляющемуся Снейпу.       — Это…       — Да.       Тео ввёл её в их — его — комнату. И остановился, так и стоя лицом к двери, не зная, что делать теперь.       — Как думаешь, другие поверили? — спросила его Грейнджер.       Тео развернулся. Она снова сидела на его кровати, болтая ногами.       — Ага. Они все тупые. Могла бы и предупредить, что собираешься сказать ту фигню о Поттере.       Грейнджер пожала плечами, ничуточки не раскаиваясь.       — Это просто вырвалось.       — Что ты можешь рассказать мне о Поттере? — спросил он после довольно долгого и неловкого молчания.       — Я не собираюсь говорить с тобой о Гарри, — вспылила Грейнджер.       — Он хотя бы искать тебя будет?       — Конечно, будет. И Рон будет, и профессор Дамблдор, и все остальные. Они всех нас будут искать. И не остановятся, пока не найдут.       — Думаешь, они тебя найдут?       — Конечно, — уверенно заявила Грейнджер.       — И что, по-твоему, они со мной сделают, когда найдут тебя? — тихо спросил Тео.       Грейнджер перевела на него взгляд, перестав болтать ногами.       — Я расскажу им, что ты делал, — так же тихо ответила она.       Сердце Тео ухнуло куда-то в район желудка.       — И они, наверное, попробуют завербовать тебя в Орден.       Тео замер. Такого он уж точно не ожидал.       — Что… и что это значит? — он даже запнулся, а ладони покрылись липким потом. Мерлин, неужели всё так очевидно? Так очевидно, что он не…       — Ты пытаешься помочь мне, — произнесла Грейнджер. — Я сначала этого не понимала, но теперь понимаю.       На лбу выступили крошечные капли холодного пота. Одна из них скатилась за воротник.       — Да не пугайся ты, Нотт. Ты неплохо справлялся. Сомневаюсь, что кто-нибудь ещё это заметил. Но ты меня не бил. Даже не касался почти. И наложил то заклинание на нас с Кэти. Ты не пытался мне как-то навредить. Ты либо сожалеешь, что вступил в ряды армии Волдеморта (на этих словах Тео вздрогнул), либо влюблён в меня. Но в последнем я очень сомневаюсь.       Мысли пролетали в голове Тео с невероятной, даже дикой скоростью. Весь их план, весь их с Эйданом план… полетел к чертям. Всё пропало. Всё…       — Я… я влюблён в тебя, да, — выпалил Нотт, будто в бреду. — Я, эм. Уже. Уже несколько лет. Это мой грязнокровный секрет. Просто, м-м-м. Твои волосы. Они такие…       «Растрёпанные и просто ужасные», — подсказывало подсознание.       — Эм… сексуальные. И-и-и… я винил себя за чувства к грязнокровке, поэтому примкнул к Пожирателям Смерти, чтобы попытаться… стереть из головы эти грязные мысли. Но потом появилась ты, и сейчас… я.. эм… просто не могу. М-м-м. Контролировать себя.       Тео подался вперёд. Ладони были уже не просто потными — они были такими мокрыми, будто он наложил на себя Агуаменти. Он вплёл пальцы в растрёпанные и просто ужасные волосы Грейнджер и поцеловал её. Они стукнулись зубами, Гермиона по инерции упала на кровать позади, а Тео неуклюже повалился сверху. Он не размыкал губ и отстранился, тяжело дыша, будто бы только что бежал марафон. Теодор чувствовал себя странно, но гордился собой. Да, это был лучший выход из ситуации. Он одурачит Грейнджер, заставит её думать…       — Что ж, Нотт, — произнесла она, широко распахнув глаза и вытирая губы тыльной стороной ладони, — это было довольно жалко.       Он сразу же поник.       — Что конкретно? — спросил он, чувствуя себя всё так же странно, но уже разочарованно. — Поцелуй или моя речь?       — И то, и то, — честно ответила Грейнджер. — Ты до этого вообще целовался с девушками?       — Да, — возмутился Тео.       «Нет, — твердило ему сознание. — Нет, ты не целовался. Твой отец будет гордиться своим сыном — первый поцелуй и с грязнокровкой, подумать только!»       Грейнджер выгнула брови.       — Что? С сестрой, что ли?       — Нет у меня сестры, — обиженно пробормотал Тео. Видимо, Грейнджер пыталась вывести его на чистую воду. — Ну то есть… я же чистокровный, — ещё тише прошептал он, — а ты видела вообще других чистокровных девушек?       — К сожалению, — хмыкнула Грейнджер.       — И даже если кто-то из них мне нравился, не думаю, что я достаточно богат для чистокровной девушки, — жаловался он. Грейнджер. Он жаловался Грейнджер о своей личной жизни — точнее, о её отсутствии. Внутренности сжались ещё больше.       — Как же тебе тяжело, — невозмутимо ответила Гермиона. — Как минимум половина всех мальчиков в школе считают, что слишком хороши для меня только потому, что мои родители магглы. А другая половина думает, что я невыносимая всезнайка с ужасной причёской.       — Твои волосы и правда не очень эм… — Тео нервно дёргал руками, пытаясь подобрать слова, — эм. Они такие лохматые… в э-э-э… хорошем плане.       Грейнджер хмыкнула.       — Избавь меня от объяснений, Нотт. Я знаю, что они похожи на куст дикого шиповника.       — Эм. Ну. Разве что чуть-чуть, — признался Тео. — Ты всё равно выглядишь намного лучше, чем Пэнси.       — О, вот это комплимент, — усмехнулась Грейнджер.       Ещё некоторое время они просидели в тишине. Тео комкал в руке одеяло, по телу пробежала странная комбинация облегчения и ужаса.       — Всё правда было плохо? — наконец спросил он.       — Да, всё было плохо, — подтвердила Грейнджер.       — Может, ну, — Тео чувствовал странную смесь слизеринских предрассудков о частоте крови, что буквально кричали у него в голове, и гриффиндорского безрассудства, подталкивающего его к безумству, — ещё раз попробуем?       Грейнджер обомлела. Молчание напрягало. Внутренний ужас в Тео рос. А слизеринец в нём громко хохотал.       «Как ты жалок — поддался влиянию грязнокровки, так ещё и не самой красивой гряз…»       — Ладно, — ответила Грейнджер странным голосом. — Всё равно мне заняться нечем.       — Спасибо, — пробормотал Тео, снова подавая вперёд, ближе к ней.       — Попридержи коней, — раздражённо оборвала его Грейнджер, отталкивая подальше. Это был её фирменный тон «не нужно класть в это зелье шесть слизней, Рональд Уизли, или ты хочешь, чтобы тут всё взорвалось?», но Теодору об этом знать необязательно. — Не надо на меня так нападать. Или хотя бы сначала пойми, что делаешь, а только потом начни проявлять настойчивость. Просто, эм-м-м…       Тео поднял на неё беспомощный взгляд, даже жалостливый. Не так он себе это представлял. Не так он представлял себе свой первый поцелуй.       — Давай я тебе покажу, — наконец произнесла она, — повторяй за мной.       Грейнджер положила ладонь ему на щёку, а потом подалась вперёд и прижалась к его губам в нежном поцелуе. Тео старался повторять за ней, копируя движения. «Всё получается гораздо лучше, — кричало ему сознание. — Гораздо лучше. Гораздо, гораздо…» А потом он почувствовал язык Грейнджер и окончательно поплыл. Если бы не это, он бы наверняка заметил совершенно неромантическое и решительное выражение лица Гермионы.