Падение сильных

      В лифте Дафны не оказалось. Как и двери, от которой остались лишь покорёженные металлические пластины. Варсус одобрительно хмыкнул. А она не промах! Заблокировав магию, он совсем забыл о бронебойном оружии, которое обитало в её рюкзачке. К юноше подкралось запоздалое чувство вины. Заставил же её понервничать лишний раз! Всё равно она не сумела ему помешать. Однако при мысли о том, что девушка могла наблюдать за исходом боя, парню стало не по себе. Нет, всё-таки хорошо, что он запер её и хоть чуть-чуть задержал!       Пробежавшись истинным зрением по зданию в поисках беглянки, Варсус заинтересовался вознёй внизу. В подвальных помещениях кипела жизнь, и орды созданий хаоса сновали туда-сюда. «А может, взять-таки этот камень? — закралась в голову шальная мысль. — Лигул его не получит, но и перед светом лишний козырь пригодится…»       К камню он подходил прогулочным шагом, засунув руки в карманы. Перешагивал через чьи-то хвосты и когтистые лапы, словно и не скалились со всех сторон тысячи хищных пастей. Чуть не доходя, остановился. Всё так же прильнувший в камню Багров оторвал взгляд от очередного раненного дракона, на глазах покрывающегося молодой зелёной чешуей, и, увидев Варсуса, молча нахмурился. Он ещё не прознал о дуэли. Призрак барона мрака также всё ещё парил над камнем и, похоже, был занят беседой с кем-то. Но, заметив Варсуса, осёкся. Смерил юношу холодным, пронзительным взглядом. Задержал его на груди, словно разглядев под курткой сосульку дарха, и горько усмехнулся. Их схватка состоялась не совсем так, как это рисовало воображение Пастушка, но всё же состоялась. И тот замер, окрылённый осознанием того, что вышел из неё победителем. На его лице отпечаталось торжество. Но бывшего первого мечника, казалось, оно ничуть не тронуло. Отвернувшись, он снова обратился к кому-то невидимому. Откуда-то из-за спины Варсуса неожиданно вынырнул Корнелий. Но его внимание было направлено не на друга, а на камень. Казалось, он разглядел кого-то ещё рядом с ним. Пастушок догадался, что это были жена и дочь мечника. И по тому, как грустно опустилась голова Корнелия, он понял, что те исчезли, как исчез и Арей.       — А теперь отойди, — скомандовал Варсус Багрову. И, едва узнав свой властный голос, словно извиняясь, дёрнул плечиком. — Я забираю камень.       Матвей переменился в лице. Но вместо гнева на нём отразилось недоумение. Корнелий встрепенулся.       — Варсус, что ты?.. — начал было он, потянувшись к плечу Пастушка, но тот увернулся, сделав решительный шаг к камню. Матвей напрягся, соображая, что ему предпринять, а Варсус меж тем уже протянул вперёд здоровую руку. Камень вновь подпустил его к себе, вызвав прилив облегчения. Он не тёмный! Слышите? Не тёмный! Не до конца тёмный… Но коснуться камня юноша не успел. Его руку неожиданно перехватили. Пастушок возмущённо дёрнул ею, вырываясь из цепкой хватки, и уже потянулся к рапире, как вдруг его по лицу хлестнул пышный хвост светлых волос. Юноша замер, пронзённый узнаванием словно молнией.       — Даф… — смущённо выдохнул он.       — Где Мефодий? — её голос нервно подрагивал.       Варсус замялся под её требовательным взглядом. А ведь он только сейчас вспомнил, что оставил Буслаева живописно валяться распростёртым на земле. Надо было дождаться, пока его тело исчезнет, сливаясь со светом. Убедиться, что его оружие не достанется мраку. Подождать, пока Дион спустится и объявит окончание дуэли. Соблюсти элементарные нормы нравственности. Он ведь собирался! Но, ослеплённый болью, совсем забылся. Эх… «А крылышки-то прихватил…» — от этой мысли на душе стало как-то особенно мерзко.       — Я… я искал тебя, — Варсус чуть отступил, стараясь говорить как можно мягче. Сейчас он всё ей объяснит. Как и планировал…       — Мефодий ушёл с ним! — раздался чей-то взволнованный девичий голос. Ирка! Дева надежды стояла неподалёку и нервно сжимала в руках рунку. На Пастушка она поглядывала выжидающе, цепко. Так не смотрят на товарищей. Так смотрят на тех, от кого ожидают удара. Пастушок недовольно сдвинул брови: а вот толпы свидетелей в его плане не было.       — Нам надо поговорить. Наедине. Я всё объясню, — пообещал он, протягивая руку. Но девушка взмахнула кистью, избегая прикосновения.       — Что. Ты. Сделал? — лицо Дафны переменилось. Чем больше смущался Варсус, тем сильнее её терзали страшные догадки. От её холодного тона ему стало больно. Чувствуя неладное, Ирка придвинулась чуть ближе, с не меньшим вниманием ожидая ответа. Багров и Корнелий также явно не собирались возвращаться к своим делам, напряжённо наблюдая за разыгрывающейся сценой. Понимая, что не сможет увести Даф силой, Пастушок сдался.       — Он сам согласился на дуэль, — тихо проговорил он, с трудом удерживаясь от жгучего желания опустить голову и не смотреть в полные ужаса глаза девушки. Он был готов к её слезам, но намеревался преподнести всё куда более деликатно. Выставить себя жертвой обстоятельств, а Буслаева — упрямым тираном, не желающим уступать и поплатившимся за это. Глупцом, не дорожащим своей жизнью ради любимой. Затем сыграть успокаивающую маголодию. Утешающе обнять…       Даф дёрнулась и часто заморгала. Её сознание отказывалось воспринимать полученную информацию, отторгало её, как организм отторгает яд. Затем вдруг скривилась и замахнулась — на него, на Варсуса! Впервые! Но так и не ударила. Её остановил зычный клич:       — Стой!       Все синхронно повернули головы. К камню, пробираясь сквозь армаду монстров, спешил Эссиорх.       — Не трогай его! Отойди! Быстро! — крикнул он, махнув рукой. Дафна повиновалась, испуганно отступив за спину перехватившей рунку Ирки. И только теперь до Варсуса дошло, что угрозой, так взволновавшей её хранителя, был он сам. Гнев вспыхнул от одной искры.       — Я бы никогда её не тронул! — крикнул он, медленно приподнимая руки и косясь на остальных. Матвей встал возле камня, как бы невзначай придерживая руку у пояса. Корнелий бочком отступал, нервно поглядывая куда-то вглубь парковки. «Грифон! О нет, только не эта наглая курица…» — вспомнив, что тот остался без присмотра и шастает где-то поблизости, парень нервно сглотнул. Если бы не полчища тварей, загромождающих подход к камню, недолюбливающий его зверь уже давно распустил бы когти.       — Держи руки на виду! — Эссиорх остановился в шести шагах, восстанавливая дыхание. Его голос звучал уже не так взволнованно. Но взгляд… таким хранителя ещё никто не видел. — А теперь медленно положи на землю оружие. И отойди.       — …Что? — Варсус непонимающе усмехнулся. — Я не собираюсь драться!       — А вот я собираюсь. Если ты меня вынудишь, — непривычно жёстко отрезал хранитель.       Юноша растерянно заморгал. Перевёл взгляд на остальных. Хмурые лица, напряжённые позы. Неуютно поёжился.       — Эй, ребят… вы чего? Я же свой… я ненавижу мрак! — быстро сказал он, не находя поддержки.       — Свет не ведает ненависти, — и вновь Эссиорх отвечал за всех.       Но никто и не думал заступаться за Варсуса. Бывшие друзья смотрели на него теперь как на врага, но отчего-то медлили. Никто не пытался сократить дистанцию или атаковать. Дафна отвернулась, держась рукой за лицо, а Ирка гладила её по плечу. Кажется… о нет! К горлу подступил ком. Ну почему всё вышло именно так??? Рядом с ней должен был стоять Варсус, а не эта девица! Он бы смог её утешить… Глаза неприятно защипало, но парень сдержался, отвернув голову. Его взгляд упал на громадного, покрытого тысячелетним мхом дракона, недовольно сопящего в ожидании своей очереди. Трудно было понять, как он вообще смогу протиснуться на парковку, не обрушив всё здание.       — Вы ведь всё равно не сможете драться здесь, — пробормотал он, осенённый этим открытием. На парковке было слишком много опасных тварей, и слишком узкое пространство. Обернувшись к Эссиорху, юноша попятился, безошибочно угадывая, куда поставить ногу, чтобы не оказаться чьим-то обедом. Боковым зрением уловил знакомый изгиб мощного орлиного клюва, развернулся и бросился бежать без оглядки.