Я знаю дорогу к берегу

Очередной сон настиг Гарри в мягкой постели отеля. В насквозь мокрой рубашке, прилипшей к телу перед ним стоял Снейп. Гарри ощутил, как песок под ногами из-под них уходит. – Простите меня…– нервно шептал он, сжав в объятьях мертвецки холодное тело, – как вас найти, где это место... – Ты должен сам, – безэмоционально ответил Снейп и исчез. Гарри посмотрел на руки к которым прилипли черные песчинки. Все кончилось, но Гарри не проснулся. Он четко понимал, что спит, но не мог вырваться из этого сна. – Профессор, профессор, я найду...просто дайте мне знать, что вы живы… – судорожно шептал Поттер, комкая в кармане пальто записку. Он сел на мокрые, блестящие, в свете тусклой зимней луны, камни. – Жив…– издевательски отозвалось эхо и утонуло в шуме моря. Гарри открыл глаза. Утро было таким же невыносимо-серым как и дома, но вот отсутствие Джинни, любившей почитать мужу нотации с утра пораньше, определенно радовало. На ближайший день было запланировано несколько встреч и расслабляться было некогда. Гарри откинул одеяло и услышал странный звук, словно что-то рассыпалось по полу. Он нащупал на тумбочке очки и наконец понял, что было не так. К его рукам прилипли черные песчинки. Он отряхнул руки и пошел собираться. Сны начали выходить на какой-то новый уровень, но сейчас нельзя было поддаваться панике. Выходя из отеля Гарри набрал номер Драко. Это было все еще странно звонить по обычному маггловскому телефону, вернее было странно звонить именно ему. Не сказать, что они хорошо общались, но после войны стали ближе. Гарри помнил, как они встретились в Мунго, куда младший Малфой аппарировал с почти бездыханным крестным. Тогда он не сразу понял, кто кого тащит, потому что вид у обоих был достаточно мертвый. Через месяц они снова пересеклись в тех же больничных декорациях. Малфой обернулся на шум открывающейся двери, и Гарри тут же захотелось уйти, но тот жестом подозвал его к себе. – Поттер, я хотел тебе сказать, но как-то ситуации не было... – он сделал паузу. Гарри заметил, как осторожно Малфой держит Снейпа за запястье, поглаживая большим пальцем, – спасибо, что спас меня, – его голос был совсем тихий, но Гарри почувствовал – он говорит искренне. Казалось, в этой комнате время застыло. – Не за что… – неловко кивнул тот. Он не очень понимал, как правильно реагировать, а нарастающее чувство вины кололо в груди все больнее, – он ведь выживет? – Ну, он дышит, – постарался улыбнуться Малфой, но вышло не очень убедительно. Они просидели совершенно молча около четверти часа. В какой-то момент запах больничной палаты стал лекарственно-горьким, и Поттер понял, надо на воздух. Перед глазами все поплыло. Он даже не смог совладать с голосом, чтобы попрощаться. Просто коснулся плеча Драко, тот коснулся его руки в ответ. Гарри понимал: негоже двум взрослым мужикам показывать друг другу свои слезы. Это не поможет ситуации. Малфой поднял трубку не сразу. – Здравствуй, Поттер, – его голос был гораздо взрослей. Сколько они не виделись? Три бесконечно долгих года. – Привет, Драко, – Гарри сам удивился, почему назвал бывшего врага по имени. Возможно, это было подсознательное примирение. – Ты в Париже? – Да, – от привычного презрительного тона не осталось и следа, – хочешь увидеться? – Неуверенно спросил он. – Да, мне нужно с тобой поговорить, – Поттер снова занервничал, перед глазами начали плясать черные и белые точки. – Сейчас пришлю тебе адрес. Приезжай когда захочешь, я все равно никуда не выхожу, – удрученно сказал он. – Спасибо, я заеду завтра. Пока. – Пока, – грустно отозвался собеседник и повесил трубку. Гарри взглянул на адрес, который прислал ему Малфой. Шестнадцатый район. – “Да, красиво жить не запретишь. В этом ему не отказать”, – Поттер улыбнулся мыслям. Снежинки таяли на его щеках превращаясь в воду. *** На следующий день вырваться из плена дел Гарри удалось только ближе к восьми вечера. Весь день его мучила мысль, почему он не увидел никаких снов. Словно это была обязательная часть ежедневной рутины, без которой все казалось недостаточно полным. Поттер вернулся в отель, забрал бутылку огневиски, припасенную как раз для Малфоя, и взяв такси отправился к нему, мысленно репетируя как будет с ним разговаривать. Ничего путного в голову после рабочего дня не приходило, и он уставился в окно. Мимо проплывали огоньки улиц, витрин, кафе. Праздно шатались туристы и влюбленные парочки. Мокрый снег усилился. Гарри расплатился с таксистом и вышел, задрав голову вверх к темному низкому небу. Мысль о том, что сегодня ночью ему не приснился сон настораживала. Хотя он объяснял это тем, что слишком сильно устал от дел и переговоров. Он сжал пальцами попавшуюся в кармане записку. – Привет, – Драко открыл гостю дверь и постарался улыбнуться, – входи, – он был как всегда хорош в своей небрежности. Футболка, джинсы, но непривычно растрепанные волосы. – Привет, – Гарри зашел, неуклюже помялся на пороге, развязывая шнурки, – я привез тебе огневиски. Напоминание о родине. – Спасибо, Поттер, – Малфой кивнул, – раздевайся, проходи, я просто ногу подвернул вчера, не могу долго стоять, – он поковылял на кухню, – я отвратительный хозяин. Северус меня гонял, а сам я не могу себя заставить что-либо делать, поэтому если хочешь есть, холодильник перед тобой, – спокойно сказал он, устроившийся на диване, когда Гарри опустился на стул напротив. – Снейп? – Переспросил он, широко распахнув глаза. – А у нас с тобой много знакомых Северусов? – Съехидничал, наконец, Малфой, отчего сразу стал похож на самого себя. – Он все это время был с тобой?! – Гарри просто возмущало царящее здесь спокойстви. – Я бы сказал они оба, – пожал плечами Малфой, но заметив как начинает закипать собеседник, продолжил, – успокойся, я тебе все расскажу. Ты читал «Пророк», я так понимаю, раз у тебя такая реакция. В общем, ты тогда ушел, а я остался. Мне кажется, я провел в этом чертовом Мунго целую вечность. Весь пропах лекарствами. И знаешь, что он сделал? Он пришел в себя именно в тот момент, когда я решил, что пора хотя бы ночь поспать дома. Возвращаюсь, а он сидит на постели, книжку читает, которую я там оставил. Как будто ничего не случилось. Как будто он помирает двадцать пять раз в неделе! – Драко шумно выдохнул, видимо это сильно его обидело, – Знаешь, он мне гораздо ближе, чем отец. И меня определенно радует тот факт, что он тоже испытывает ко мне отцовские чувства, иначе мы бы уже давно друг друга поубивали, – улыбнулся наконец Драко, – Он хотел покоя, и мы инсценировали нечто среднее межу смертью и побегом. Поттер, не смотри на меня так, это была не моя идея! Потом уехали сюда. Отец подарил ему эту квартиру, я помню, когда я был маленький, мы приезжали с мамой… – его голос дрогнул, – не важно. Это длинная история. В общем Северусу тут нравилось. Конечно, уживаться с ним то еще удовольствие, но мы справляемся. Только вот пару месяцев назад с ним что-то случилось. В итоге, он собрал вещи и, даже обняв меня на прощанье, ушел. Сказал, что будет скучать, да-да, Поттер, мы говорим такое друг другу, сказал, что вернется. На мой логичный вопрос: «Куда ты собрался, старый черт?» он мне любезно ответил, что ему нужно разобраться в себе. Последние дни я просто видел в нем двух совершенно разных людей. Он и так-то не сахар, а тут…ну, в общем, с ним тяжело управляться стало. Он мог быть флегматично спокойным и разумным, а через секунду накинуться на меня с кулаками без особого повода. У него глаза меняются немыслимо. Они пустые становятся, – Малфой задрал футболку демонстрируя лиловые синяки на выступающих ребрах. Поттер загипнотизированно изучал бледную кожу глазами, силясь понять, сколько процентов из речи Малфоя правда. – Зачем ты его отпустил? – спросил Гарри, открывая бутылку огневиски, и делая глоток прямо из нее, – он же может еще кого-то покалечить или себя. – Потому что он был в себе в этот момент. Я более чем уверен, что он один и никого не тронет. Если сказал, что вернется, то вернется. Он всегда держит слово, – Драко вздохнул, – но мне без него очень плохо. У меня есть догадки, – он протянул руку за бутылкой, и сделал большой глоток, словно это была вода, – это яд. – Что ты имеешь в виду? – Гарри все еще не мог поверить в то, что рассказ Малфоя правдив, – Кстати, как вы ушли из Мунго? Никто же по сути ничего не знает, “Пророк” тоже никакой информации не дал. – Один вечер и пара конфундусов, поверь, с ним это не сложно, – он рассмеялся, – Мне кажется, если бы там кто-то узнал, что он пришел в себя, был бы переполох, поэтому он позаботился, чтобы все было тихо. На самом деле когда я последний раз разговаривал с врачом, – Гарри приподнял брови от явно непривычного слова, – что? – Ну, ты просто сказал “врачом”, – Но вопреки ожиданиям, Малфой ни капли не смутился. – О, мой дорогой Поттер, мои убеждения подверглись некоторым модификациям. Ты удивишься сколько маггловских слов я знаю. А как я ругаюсь, оооох, – он сделал еще глоток огневиски, – не то, чтобы жить без магии оказалось совсем невозможно, но вот твою Грейнджер, я готов признаться - уважаю. Столько дел приходится делать руками. А еще общественный транспорт, магазины, компьютер, в конце концов. Я бы на самом деле здесь свихнулся, если бы не Северус. Меня же не лишили магии сразу, потому что я как Хатико сидел у его кровати. Короче, просто пожалели. – Прости, я совершенно забыл, – Поттер потер лицо руками, – Я забываю вообще все, в этом году даже Гермиону забыл поздравить с днем рождения. Чувство, что жизнь идет мимо. – А, мне это знакомо, да, – Драко тяжело поднялся с дивана и сунул нос в холодильник, – ты голоден? Я все таки сделаю вид, что я хороший хозяин. У меня есть пирог, а то огневиски на пустой желудок, тебе может и ничего, а вот мне завтра грозит похмельем. Гарри посмотрел на Малфоя. Ему всегда казалось, что он знает его “от и до”, с этими манерными движениями и холодным серым взглядом. Сейчас перед ним как-будто стоял совершенно другой человек. – Ты хочешь мне что-то сказать, но не решаешься, – заметил Малфой его испытывающий взгляд и немного приосанился. – Да просто, так странно...мог ли я подумать, что мы будем вот так сидеть здесь и разговаривать. – Кажется тебе неловко в моем обществе, и готов признать, мне тоже это дается не очень легко. Не в смысле, что я хочу тебя выгнать, а просто давно ни с кем не общался, поэтому не могу расслабиться, – он поставил на стол два бокала и разлил огневиски, – но это помогает, ты прав. – Твое предположение верно, – кивнул Гарри, хотя не очень понял, откуда в Малфое возникла такая проницательность, – я не очень хорош в речах, но…”за встречу”, – он поднял бокал, – я рад тебя видеть. – Я пока не готов ответить тебе взаимностью, – улыбнулся Драко, но Поттер понял: он врет. Они выпили. – Так что было дальше в Мунго? – А да, извини, у меня мысль - бесконечна как вселенная. В общем, целителя, – Малфой сделал жирное логическое ударение на последнем слове, наблюдая за реакцией Гарри. Тот подавил смешок, – смутил факт, что у Нагайны не было яда. Они исследовали ее потом, ну, то что от ее осталось, и пришли к заключению, что она перекусила ему горло, а не отравила, именно поэтому он выжил. Но еще он сказал мне, что эта змея могла быть куда опаснее, и яд ее не банальная отрава, а что-то более серьезное. Что-то что влияет на психику. Так сказать, психотропная змея. Я думаю, этот яд не дает ему чувствовать себя счастливым. За день до того, как он первый раз на меня накинулся, он сказал мне, что его очень трогает, что я его не бросил. Так забавно, как бы он себя со мной не вел, я всегда жил в святой уверенности, что я один единственный слышал от него слово “люблю”. А ты себе даже представить не можешь, как мы иногда ругаемся. Но он моя семья, – Гарри проглотил подступивший ком, – Я читаю много книг, но пока у меня есть только теории и ни одной версии как привести его в чувства. Что ж, ваша очередь, мистер Поттер, рассказывай, что привело тебя сюда, в наш скромный дом. – “В наш скромный дом в шестнадцатом районе”, – мысленно закончил Гарри. – Он мне снится. Ночь-через-ночь. И сны все время разные, но там море или океан, не знаю, и он часто говорит мне одну и ту же фразу... – Я не знаю, кто я, – тихо произнес Малфой. – Откуда ты... – Он сказал мне это, когда уходил. – В моем пальто записка: “Не можешь отпустить, найди”, я не понимаю как я должен его найти, и почему он выбрал меня, если у него есть ты... – Не надо на меня перекладывать ответственность, – судя по виду Малфоя, его история ни то что не потревожила, она его даже не удивила, – а ты уверен, что это он тебя выбрал, а не наоборот? – Ну это же не я ему снюсь, – парировал Гарри, – или ты знаешь что-то еще? – Он прищурился изображая подозрительность. – Не знаю, пока руководствуюсь только догадками. Давай так: я тебе сейчас расскажу, что мне кажется, а ты скажешь на сколько я прав, – Поттер кивнул, – тебя до сих пор преследует вина. Ты чувствуешь себя виноватым перед ним и за то, что его укусила чертова змея, и за то, что относился как к предателю, и, вероятно, даже за собственные мысли. Ты чувствуешь вину, что ушел тогда из Мунго, а еще, что поверил, что он действительно мертв, – Драко сделал паузу ожидая ответа. – Пока ты бьешь в самое сердце, подлец, – кисло улыбнулся Гарри. – А еще, у меня есть чувство, что ты ощущаешь обиду, – Малфой медленно пустил виски по горлу, – обиду за то, что он не сказал тебе с самого начала про все это. Про свои мотивы, про матушку. Он не подпустил тебя близко, хотя по факту всю жизнь защищал. Не дал к себе привязаться, поэтому тебе обидно. А из-за этого ты чувствуешь злость на себя, потому что понимаешь, что ты не имеешь право на него дуться, но все равно дуешься. Ты испытываешь вину за эмоции, которые сам же и испытываешь. Гарри молчал. Лед серых глаз больше не был льдом. Ему казалось, что Малфой видит его насквозь. В горле пересохло. – Я не пытался тебя уколоть, Поттер. Поверь, я бы мог сказать любую бытовую гадость как в старые добрые времена, – Драко провел рукой перед его глазами в надежде привести собеседника в сознание. – Но твои слова правда попали в цель. Не замечал за тобой раньше успехов в прорицаниях, – попробовал отшутиться Гарри, но голос звучал неуверенно. – Мне не нужна была магия, чтобы это понять, – он налил еще немного из бутылки и подвинул бокал к Поттеру, – пара книжек по психологии, масса свободного времени и самоанализ. Вот и все. Знал бы ты в какие дебри в своей собственной голове я забрался. Хотелось понять, насколько я могу применять догадки на практике, но не было возможности на ком-то попробовать, ну не дуйся, мне здесь скучно, особенно скучно теперь без Северуса. Я только и делаю что лежу, читаю и играю на гитаре. Изредка ем. Иногда напиваюсь. Но без него...плохо. – И ты не пытался его найти? – Задумчиво спросил Поттер все еще загипнотизированный точностью сказанных Драко слов. – Вот она Гриффиндорская натура во всей красе, – улыбнулся тот, – мне не нужно его искать, я знаю дорогу к берегу. Поттер вскочил со стула. – И ты все это время молчал!? Ты говоришь мне об этом только сейчас!? Малфой, ты серьезно!? – Да, – лаконично ответил тот и пожал плечами, – но твоя реакция сейчас стоит всех проклятий, которые ты готов в меня кинуть. Не истери, – он потянул Поттера за рукав, принуждая сесть, – я не с целью тебя побесить. Я бы тебе сказал об этом все равно, – он накрыл руку Гарри своей, – я отведу. Только давай не сегодня. – Ты хорек, – с какой-то детской обидой констатировал Поттер, но засмеялся. Почему-то ему показалось, что он лет на десять моложе, сейчас каникулы, а скоро нужно будет вернуться в школу. Легкий налет ностальгии витал в воздухе. – Ой, без тебя знаю, очкарик, – поддержал его смех Малфой, шутливо шлепнув по руке, – мог и пооригинальнее что придумать. Мир был восстановлен. – У меня выходной завтра, – Поттер разлил последнюю часть огневиски по бокалам. Рукам было очень тепло, а голова стала немного ватная. – Хорошо, проспимся и поедем, – кивнул Малфой, – ты же останешься? В его словах появилась какая-то неуверенность, словно он задал неловкий вопрос. Поттер мялся. Ему не хотелось в отель, здесь было куда уютнее, а после выпитого и Малфой стал как-будто приятнее. Он был прав, алкоголь решил проблему небольшого стеснения. Поттер ослабил галстук, который все еще стягивал его шею и расстегнул пуговицу на воротнике. – Пусть это будет тебе моим ответом! – Гордо произнес он и тут же рассмеялся от пафосности сказанного. Драко расплылся в улыбке. – Я рад, что ты приехал. Настало время это озвучить.