Я знаю дорогу к берегу

Когда Гарри вышел из душа, взору его предстала немыслимая картина. Малфой смиренно натягивал наволочку на подушку, а у его ног на полу комом лежало снятое постельное белье. Поттер застыл в дверях, боясь помешать интимному процессу, но то ли после выпитого он достаточно громко ходил, то ли у Малфоя были таки глаза на затылке - незамеченным остаться не удалось. – Не смотри на меня как на домового эльфа, – стушевался Драко, – я делаю над собой усилие, ненавижу заправлять одеяло, – Гарри улыбнулся и сел на край кровати. – Мне пока не встречались люди, которые любят заправлять одеяло. В детстве, пока жил у Дурслей это было повинностью - менять белье, так что теперь я стараюсь без нужды его вообще не трогать, – Малфой кинул подушку в изголовье, – оставил бы, я бы сам поменял. – Отстань, я пытаюсь быть хорошим хозяином! – Деланно возмутился он, – в конце концов, меня лишили магии, а не руки отрезали. Я не такой бытовой инвалид, как вам всем хочется думать. Поттер снял очки. – Никогда не видел тебя без очков. – Видел, в Малфой Мэноре, когда твоя тетушка нас всех чуть не угробила, – уколол Гарри. – Ой, не вспоминай, между прочим, она не только моя родня, – Драко закатил глаза, – хочу забыть это как дурной сон. Особенно тетку эту. А тебя тогда Грейнджер хорошо разукрасила, не могу зачесть за Поттера без очков, там вообще какой-то другой человек был, – он потянулся, – вообще весь этот вечер очень сюрреалистичен. Сидишь в моем халате, без очков…– он наклонился собирая охапку белья. – И ты с постельным бельем в руках, согласен, немыслимо, – Малфой поморщил нос и совсем по-детски показал ему язык. – Не напоминай, я все еще переживаю из-за отсутствия магии на самом деле, – он направился к двери, но зацепил что-то на тумбочке и оно с металлическим звоном упало к ногам Гарри. – Ты куришь? – Он повертел пепельницу перед самыми глазами, рассматривая серебряную змею, вьющуюся по ее стенкам – Северус, – Малфой отнес белье и вернулся в комнату, – это же невозможно ему что-то запретить делать, например, курить в моей постели, – Гарри поставил пепельницу обратно на тумбочку с мыслью о том, что если бы она упала ему на ногу, то точно бы сломала. Судя по весу она была цельнометаллическая, – это мой подарок на Рождество. Говорю, раз приходишь сюда курить, тогда хотя бы делай это эстетично. Люблю красивые вещи, – Он провел по металлической змеиной голове пальцем и улыбнулся. – Не знал, что он курит… – Для Гарри на сегодня было слишком много открытий, и он откинулся на мягкие подушки. – Не думаю что ты имеешь представление и о половине тех вещей, которые он способен делать, когда выходит за пределы класса, – махнул рукой Малфой, как будто это было что-то само собой разумеющееся, он начал закрывать за собой дверь, но вдруг остановился в проеме двери, – Знаешь, Поттер, я вот завтра буду совсем трезвый и боюсь, что постесняюсь у тебя спросить, – он сделал драматичную паузу, дождавшись, пока Гарри кивнет, – если мы найдем его, и тебя перестанет мучить вина, ты поможешь мне вернуть магию? Это не услуга за услугу, ты можешь мне отказать, – тут же добавил он, – я все равно тебя отведу. Гарри растерялся. С одной стороны, от слизеринца можно было ожидать подобный пассаж, но вторая часть слов Малфоя начисто сломала схему “ты мне - я тебе”. С другой стороны, в гриффиндорском сердце все еще трепетало желание помогать всем нуждающимся. Отметая негативный опыт школьных лет, в эту встречу он мог сказать, Малфой вообще оказался неплохим парнем. Хотя эта мысль пришла ему в голову еще тогда в Мунго. Детские обиды остались где-то далеко, он лежал на мягкой подушке, в чужом доме, чужом халате, но ощущал себя самым дорогим гостем. – Извини, я наверное перегнул, – тихо сказал Малфой, вырвав Гарри из размышлений, – доброй ночи. – Постой, прости, – Поттер дернулся чтобы сесть, но ему казалось, что он впитывается в постель, поэтому вышло немного неуклюже. – Она коварная, с нее вообще невозможно быстро встать, – поперхнулся смехом Малфой. Гарри оставил попытки подняться и всеми силами постарался сфокусировать хотя бы взгляд. Правда без очков это тоже не увенчалось успехом. – Я постараюсь помочь. Просто не то, чтобы я какая-то важная шишка. На сколько лет тебя лишили? Судя по силуэту, Малфой прислонился к дверному косяку головой и поджал ушибленную ногу как фламинго. – На семь, и два года я уже отмотал. И если ты думаешь, что я сейчас скажу что-то типа: “Ты волшебник, Гарри, великий волшебник”, то иди к черту, мне и так стыдно. – Никогда бы не думал, что тебе бывает стыдно, – удивился Поттер. – Несколько книжек по психологии, и я открываю новые грани в своем спектре эмоций и поведении, – усмехнулся он, – до завтра. – Спокойной ночи. Дверь за Малфоем тихо закрылась и как только комната погрузилась в непроглядную тьму, Гарри погрузился в сон. *** В этот раз на берегу все было иначе. Серое море переливалось желтыми бликами закатного солнца, которое лишь местами показывалось из-за тяжелых грозовых туч. Гарри пошел вдоль воды, смотря по сторонам. Ему не хотелось просыпаться, сегодня здесь было гораздо спокойнее. – … Я же сказал тебе, я знаю дорогу к берегу, – услышал он голос Малфоя и сбавил шаг. Он понимал, что вряд ли может сильно повлиять на ход сна, но сейчас ему хотелось просто наблюдать. Стать подневольной песчинкой. Рядом с Малфоем стоял Снейп. Его черные волосы колыхались от ветра, а в пальцах была зажата сигарета. Шум моря глотал их слова, поэтому речь было не разобрать. Поттер не хотел подходить, словно это было слишком личное. – Почему ты мне не отдал тот учебник? – Потому что ваше величество покупает себе новые учебники, – парировал Снейп, и Поттер со стыдом понял о каком учебнике шла речь. – Ну это другое! Он же твой, со всякими пометками. Могу зачесть за темный артефакт, – Малфой уткнулся носом в профессорское плечо, тот потрепал его по голове свободной рукой. – Ох, мелкий. Если бы учебник достался тебе, надеюсь тебе бы не пришло в голову проверять действие неизвестных заклинаний на живых людях. Малфой поднял голову заглядывая Снейпу в глаза. – А ты предлагаешь проверять их на мертвых, – со смехом констатировал он. Снейп закатил глаза. – Пошути мне тут еще. – Так сейчас, погоди, – Малфой сделал шаг назад, – С некоторых пор замечено, – начал он тоном диктора, – что «места для поцелуев» под омелой облюбовали дементоры. Первый раз в жизни Гарри Поттер, кавалер ордена Мерлина первой степени, увидел, как улыбается профессор зельеварения Северус Снейп. Не подленько хихикает от того, что снова поймал кого-то ночью в коридоре, а просто. Улыбается. Снова поднялся ветер и разговор стало слышно плохо. – Если догонишь, то обещаю… – Малфой побежал по мокрому пляжу, и Снейп вопреки сомнениям Гарри ринулся за ним. Две фигуры удалялись, и в шуме воды так и осталось загадкой, что же пообещал Драко. Желтые блики заката почти заволокло тучами, Гарри последний раз глубоко вдохнул холодный воздух и проснулся. Первый раз после этих странных снов он не чувствовал тревоги. Голова немного побаливала, но внутри было так тепло и хорошо, словно он был дома. Совсем маленький, желанный ребенок. Впереди Рождество с пушистым снегом, весна с бумажными корабликами, беззаботное лето и теплая осень. Он чувствовал себя так, как будто его окружали только хорошие люди, что не было больше трагедий и обид, не было боли и смерти, только вечное счастье. От накативших чувств захотелось рыдать, словно им было мало место внутри, и они решили выйти на волю посредством слез. Поттер встал, вытирая руками лицо. Мокрый снег за окном кончился, поменявшись на редкие пушистые снежинки, которые медленно падали в тусклом свете уличных фонарей. В комнате была умиротворяющая тишина. Она окутывала нежным коконом, грела как объятия любимых людей. Гарри еще пару минут постоял у окна и снова забрался в постель, которая еще не успела остыть. Стрелка часов неумолимо двигалась к рассвету. *** Когда Гарри снова открыл глаза за окном было уже совсем светло. Он полежал, осознавая болит голова или нет, и поняв, что похмелье в этот раз его не почтило своим присутствием, накинул халат, очки и пошел выяснить, ожил ли Малфой. – Заходи, я не сплю, – пробормотал откуда-то из одеяла тот, хотя Поттер еще даже не успел сунуть нос в приоткрытую дверь его комнаты. – Доброе утро, ты жив? – Гарри сел на краешек кровати. – Угу, душ и кофе сделают из меня живого человека, – он высунулся из постельного кокона и сел, – и не говори мне, что я отлично выгляжу, я знаю. Он потер лицо руками, – ты уже увидел фотку? – Он куда-то неопределенно махнул и снова закрыл лицо руками, пытаясь отзеваться. Поттер принялся обследовать глазами стену, но там было слишком много деталей, спросонья сконцентрироваться выходило плохо. – Где? – Ну там, между болиголовом и рутой, – Гарри вряд ли могла помочь такая подсказка, потому что Зелья, после того, как он оставил учебник в Выручай-комнате, он бы смог сдать только с помощью высших сил, – да ты что, серьезно что ли? Ну вон же там болиголов в рамке большой. – Не издевайся, ты же знаешь, чем кончились мои познания в зельеварении, – Гарри вкладывал в эти слова свой смысл, но посмотрев на Малфоя испытал укол стыда. Шрамы на его груди все еще были заметны. – У, сука, не вспоминай, – беззлобно фыркнул тот и тут же натянул футболку, – вот она, смотри. Только, умоляю, Северусу не говори, что я показал, а то он меня уничтожит. Малфой отколол со стены небольшую фотографию и протянул Поттеру. На ней рыжая девочка, улыбающаяся так радостно и широко, что было почти не видно глаз, обнимала смущенного темноволосого мальчишку. Гарри закусил губу, понимая, что наверное на месте Снейпа, он бы тоже убил Малфоя. Фотография была сделана на старый фотоаппарат и детали были не такими и четкими, но почему-то этот маленький кусочек бумаги заставил его проглотить ком в горле. Он посмотрел на оборот. Надпись гласила: ”lily luv sev 4ever”. Гарри поднял глаза на Малфоя. – Я тебе ничего не показывал, – развел руками тот и приколол фотографию обратно к стене, осторожно вставив булавку в уже проколотую дырочку, – он на тебя злится немного до сих пор… – Драко посмотрел в сторону, как будто разговаривал вообще не с Поттером. – Я могу его понять, я бы тоже злился, если бы на меня повесили мелкого придурка, которого нужно защищать ценой жизни, – расстроенно сказал Гарри в ответ. – Да нет, не за это, – Малфой махнул рукой, как будто эта часть жизни была вообще не важной, – за то что ты всем рассказал, что это был великий подвиг во имя любви. Я пытался его убедить, что в этом нет ничего плохого по сути, но… ты фактически рассказал его самый большой секрет, которым он не то, чтобы сильно собирался с тобой делиться. Гарри вздохнул. Такая несложная по своей нагрузке мысль ни разу за это время не посетила его светлую голову. Он свято верил в том, что отбелил память и честь зельевара. Как выяснилось, оказал медвежью услугу. – Сильно злится? – Уточнил он. Малфой многозначительно вздохнул. – Я должен был тебе рассказать, чтобы это не стало открытием на месте. Предупрежден, значит вооружен, не обижайся, Поттер. Я не могу сразу рассказать тебе все, что тут происходило два года. Пойдем выпьем кофе и придумаем план действий. Обещаю, я сделаю все, чтоб он сразу не откусил тебе голову, – улыбнулся Малфой и пошел к двери, Гарри направился следом. – “Сразу не откусил, на ужин, видимо чтобы оставил”, – кисло подумалось ему. *** Малфой ругался. Гарри услышал какой-то шум, звуки борьбы, и когда полураздетый выскочил из душа, понял: кухня была полем боя. Малфой ругался с убегающим из турки кофе. Таких виртуозно сложенных бранных конструкций Поттер не слышал даже от дяди Вернона, когда Дадли стукнул ему по пальцу молотком в разгар ремонта. Даже когда Добби уронил торт на голову ничего не подозревающей тетки. В общем, в жизни Гарри Малфой стал в чем-то первым. Пол был устлан смесью из осколков и кофе, а с плиты лились кофейные реки. – Не заходи, – крикнул Малфой, смотря на стоящего в дверях мокрого Поттера, – на полу стекло. – Погоди, я сейчас, – Гарри кивнул и ушел за палочкой. Он мог ожидать всего что угодно, но что ему и мыться стоит с палочкой - было откровением. Малфой наконец унял недовольство и теперь насупившись сидел на столешнице и гипнотизировал две пустые чашки на столе. Поттер взмахнул палочкой и отправил смесь из осколков и стекла в мусор, а следом очистил плиту. – Спасибо, – вздохнул Малфой. Видимо прооравшись он немного успокоился, но внутри все еще злился, – это не требовало экстренного спасения. – Ты так орал…Я думал, что-то случилось, – пожал плечами Гарри, только сейчас поняв, что так и стоит в трусах и с полотенцем на голове. – Гриффиндор, – констатировал Малфой и засмеялся, – за это угощу тебя самыми вкусными круассанами, не из моих корявых рук. Собирайся спокойно, я постараюсь больше не орать в ближайшее время. – Кстати, сколько времени? – Ты не хочешь знать ответ, – помотал головой Драко, – мы все проспали. Так что предлагаю перенести совещание в кофейню, потому что без кофеина я переговоры вести отказываюсь, – важно приосанился он. – Мы же вернемся до завтрашнего утра? – Задумчиво поинтересовался Гарри. – Ммм, хороший вопрос, мистер Поттер. Но ответ я на него вам дать, к сожалению не могу. – Тогда заберу оставшиеся вещи из отеля, – мистер Поттер внезапно вспомнил, что он вообще-то “работник работы” и приехал в Париж совсем по другому поводу. – Здравая мысль. Кто знает, где мы окажемся завтра, – спокойно пожал плечами Малфой, а у Гарри тут же свело живот от флешбеков. Повторения затяжного похода за крестражами не хотелось, хотя учитывая отсутствие военного положения и возможности быть в любой момент убитым, путешествие показалось ему более радужной перспективой, чем сидение в министерстве. – Я мигом, – хлопок аппарации отозвался в ушах и Поттер оказался в комнате отеля. Вещей было немного: пара папок с документами и сменная одежда на случай апокалипсиса. Он покидал все в сумку, мысленно поблагодарив Гермиону за чары незримого расширения и спустился в холл, чтобы отдать ключ. – Уже покидаете нас, мистер Поттер? – Вежливо осведомилась девушка за стойкой. – Да, пора совершать новые великие дела, – отшутился он и кивнув поспешил к месту для аппарации. Когда он снова оказался у Малфоя тот уже красовался перед зеркалом в прихожей. Пахло дорогим парфюмом. Не то, чтобы Гарри сильно разбирался в ольфакторной культуре, но по его мнению дешевый парфюм Малфой носить бы не стал. Этот лощеный блондин в отражении отличался от того гневного мальчишки, что некоторое время назад ругался на кофе. Впрочем, вид у него все еще был сонный. – Ты готов? – Спросил он Поттера, найдя его лицо в отражении. – Да, мистер Малфой, сэр, – подыграл тот. – Тогда в путь, – улыбнулся Драко. Только сейчас Гарри заметил, что он все еще хромает. – Как твоя нога? – От этого не умирают, – пожал плечами он, – но я, конечно, хочу поныть и на ручки, просто мы пока не так близки, – добавил он. Тон его был так будничен и спокоен, что вызывал улыбку. – Может возьмешь трость? – На берегу она поможет разве что Северусу как орудие убийства, – отмахнулся тот. Кафе, что таилось за углом того же дома оказалось небольшим, но по-французски уютным. Теплый желтый свет согревал после мороси на улице, а запах выпечки дразнил аппетит. – Что будешь пить? – Спросил Малфой, пока Гарри изучал глазами витрину. – Пожалуй, черный чай, – ответил тот, – что? Глаза Малфоя выражали недоумение. – Я перебрал в голове сейчас все виды кофе и варианта “чай” в них не было, – он пожал плечами, – просто легкий когнитивный диссонанс. Я по утрам чай не пью. – Еще час, и это превратится в “5 o’clock tea”, – заметил Гарри, смотря на большие часы висящие за прилавком. – Если я не выпил кофе, значит у меня еще утро, не важно, что уже четыре, – он обернулся к девушке за кассой и тут же перешел на французский. Гарри отвлекся от созерцания окружения и посмотрел на Малфоя. Подчеркнутые воротом темного пальто, линии его профиля казались чуть острее и жестче, а голос напротив стал мягче. Он словно мурлыкал, как большой хищный кот. Тут Гарри понял истинное значение фразы “когнитивный диссонанс”. Девушка улыбнулась и тут же на подносе материализовались круассаны, закуски и чашки. Гарри мог поклясться, что Драко не нужно было использовать амортенцию, чтобы девушка за кассой на него так завороженно смотрела. – Вуаля, – кивнул Малфой Поттеру, указав носом на поднос, – забери чашки, – и подхватив его переместил на соседний стол, – итак, – Драко поднял палец вверх, словно собирался сказать что-то важное, подхватил чашку и влил ее в себя до половины, – доброе утро. И правда, взгляд его как-то сразу прояснился и просто красивое лицо, приняло осмысленный вид. – У нас есть три варианта, – бодро начал он, – первый: мы едем на поезде, это часа три, потом там ищем аренду машины и еще часок в пути. Вариант номер два, – на этом моменте Гарри откусил круассан и Малфой застыл, испытывающе смотря на него, – не томи, я ожидаю рецензии! – Поттер поднял восторженные глаза и закивал, комментарии были излишни, – я же сказал! Одной из причин, почему я согласился переехать именно сюда, были эти круассаны. – А что, были еще варианты? – Спросил Гарри, облизываясь, – он чувствовал себя как самый счастливый на свете ребенок, но надо было сохранять серьезность. – Бордо, в сторону которого мы с тобой, собственно, и собираемся ехать. – Так, ты остановился на варианте номер два. – Да, вариант номер два, мы едем на машине, это часов семь до воды… но зато… зато никаких нет, просто мне нравится ездить на тачке, кого я обманываю, – вздохнул Малфой, – а вариант под номером три: я покажу где это, но ты доберешься туда сам, – он сделал в воздухе неопределенный жест рукой, и Гарри понял, он имеет в виду аппарацию, – это, так сказать, вообще моментально. Но мне нельзя. – Я не пойду без тебя. – Это все из-за круассанов, я знаю, – отмахнулся Малфой. – Конечно из-за них! – Подыграл Поттер, – я бы не стал дружить с тобой просто так. – Вот это сейчас обидно было, – Драко насупился, хотя уголки губ явно тянулись улыбнуться, – ты и не стал! – Все еще злишься, что я не пожал тебе руку на первом курсе? – Гарри почувствовал укол стыда, что невинная шутка зашла немного дальше, чем планировалось. Драко кивнул, все так же продолжая морщить нос. Поттер на секунду растерялся, но тут на него снизошло озарение. – Привет, я Гарри Поттер, а как тебя зовут? – Он протянул ему ладонь. Драко помедлил, видимо подсчитывая все возможные варианты действий, но спустя мгновение вложил в нее свою. – Драко Малфой, рад знакомству, – на лице его появилась улыбка вперемешку с какой-то важностью. Ребята рассмеялись. Конфликт исчерпал себя. – Думаю, логичнее поехать на поезде. Но есть шанс, что нам придется заночевать в Бордо до утра, вряд ли кто-то захочет нас везти на побережье вечером, а аренда рано закрывается, – Малфой сделал последний глоток кофе, – и я не знаю, когда ближайший поезд. Гарри посмотрел на часы. Половина пятого. На улице уже почти стемнело, короткие зимние дни не баловали солнцем последнее время. Терять было нечего. – А может на машине? Драко попытался подавить улыбку, но вышло неубедительно. – Не будешь визжать как девчонка? Это тебе не метла! – Поттер замотал головой, – Тогда время завтрака окончено, поехали, – Малфой встал и мурлыкнув что-то девочке на кассе забрал из ее рук крафтовый пакет, – провизия, – пояснил он, – война войной, а обед по расписанию. Гарри подумал, что эту фразу он мог бы спокойно воспринимать из уст Рона, но Малфой с его острыми чертами и выпирающими ребрами явно не тянул на любителя поесть. Они вышли из кафе. Переменчивые осадки, что не прекращались последнюю неделю, наконец изволили закончится и в воздухе застыл запах влаги и выпечки, смешанный с преющей листвой и парфюмом Драко. – “Это начало какой-то сомнительной авантюры. Почему мне совсем не страшно?” – подумал Поттер и сел в машину.