The Toys of War / Игрушки войны

      Эстель беспокойно ворочался в кровати в течение нескольких часов, но так и не смог уснуть. Он беспокоился о тренировках по стрельбе из лука, которые должны были начаться завтра.       Он встал с постели, закутался в одеяло и выскользнул из своей комнаты в длинный коридор. Прямо напротив была дверь в комнату Леголаса. И хотя было уже поздно, Эстель был уверен, что Леголас не спал.       В гостиной принца было темно, но сквозь полуоткрытую дверь спальни пробивался тусклый свет. Эстель вошел в спальню, но в ней никого не было, кровать все еще была аккуратно застелена. Свет, который заметил Эстель, исходил от лампы на подоконнике. Рядом с лампой лежала открытая книга, страницы которой шелестели на легком ветру. Дверь на балкон была открыта.       Решив, что принц хочет побыть один, Эстель повернулся, намереваясь уйти, но его остановил голос с балкона:       — Входи, малыш. Ты мне не мешаешь.       На мгновение Эстель задумался, как Леголас его услышал. Он был уверен, что двигался абсолютно бесшумно. Он вышел на балкон, и увидел что Леголас стоял в углу балкона, одетый только в леггинсы и легкую тунику, несмотря на осеннюю свежесть.       — Почему ты не спишь? — спросил эльф, не поворачиваясь. Эстель подошел к перилам и встал рядом с другом, глядя на безмолвный лес и пологий склон скалы под ними. — Ты должен хорошо выспаться. Твое обучение начнется завтра. И когда лорд Торонтур говорит «от рассвета до заката», он обычно имеет в виду от рассвета до полуночи.       — Я не мог заснуть, — признался молодой человек.       — Что-то не так? — спросил Леголас, быстро посмотрев на него. — Ты болен? Лорд Элронд предупреждал меня, что болезнь у людей часто приводит к тому, что они не могут уснуть. Кажется, Фередир кое-что знает о медицине смертных, он учился у целителей Имладриса. Если…       — Со мной все в порядке! — поспешно сказал Эстель. Хотя ему нравился Леголас, он не знал принца так хорошо, как своих братьев, и не хотел, чтобы новый друг считал его слабым. Но почему-то не мог солгать, когда на него смотрели доверчивыми голубыми глазами. — Я напуган.       Леголас понимающе посмотрел на него. Он с молчаливым сочувствием обнял Эстеля за плечи. Молодой человек с благодарностью наклонился к нему, в чужой стране, среди чужих эльфов, когда его мать и приемная семья была в нескольких неделях пути, он чувствовал себя более одиноким, чем когда-либо прежде в своей жизни. Даже Леголас, к которому братья приказали идти, если что-то случиться, сегодня казался неприступным.       — Я тоже был в ужасе, — тихо сказал эльф. — Я стрелял из лука в течение многих лет, прежде чем начал воинское обучение. Я был уверен, что проиграю с треском и буду разочарованием для моих родителей, мастеров стрельбы из лука и всех остальных.       — Что случилось?       — Все было не так плохо, как я опасался, — ответил Леголас, улыбаясь. — Конечно, это было утомительно, мастера стрельбы из лука были строгими, а лорд Торонтур, когда он приходил посмотреть на тренировки, был еще более строгим. Бывали времена, когда я был уверен, что никогда не буду достаточно хорош, даже для обычного охранника.       — Но… — Эстель замолчал, не зная, как объяснить. То, что он чувствовал, было гораздо большим, чем простое беспокойство. — Но Элрохир сказал, что он всегда знал, что ты станешь хорошим лучником, и это был только вопрос времени и практики. А я никогда не буду таким искусным, как эльфийский лучник.       — И это тебя беспокоит?       — Лорд Торонтур никогда раньше не тренировал человека, — хрипло прошептал Эстель. — Вдруг он подумает, что я недостаточно хорош.       — Эстель, если бы лорд Торонтур возражал против того, чтобы люди были лучниками, он никогда бы не согласился обучать тебя. Даже мой отец не может заставить его что-то сделать, если он заупрямится. У тебя есть задатки великого воина, малыш.       — Не по меркам эльфов, — сказал Эстель с неожиданной горечью.       — Если бы для того, чтобы стать воином требовалось просто умение владеть оружием, ты все равно был бы одним из лучших. Я это уже вижу в тебе. Но нужно гораздо больше. — Леголас помолчал. — Ты никогда не ходил… на охоту с Элладаном и Элрохиром, не так ли?       — Охота на орков? Нет. Отец не позволяет мне этого. Он говорит, что мне не стоит на это смотреть.       — И он прав, — пробормотал Леголас, и в его глазах внезапно блеснул стальной блеск. Эстель был очень удивлен гневу принца, ведь его братья и Леголас всегда были лучшими друзьями. Затем гнев исчез, и молодой человек задумался, не показалось ли ему это.— Лучшие воины — это не всегда те, у кого острый глаз и самые быстрые рефлексы, хотя это хорошие качества тоже нужно иметь. Лучший воин это тот, у кого есть храбрость и сострадание. А у тебя и того, и другого более чем достаточно.       — Так всегда говорит лорд Глорфиндел.       Несколько минут они стояли молча. Наконец Эстель сказал:       — Пойдешь со мной завтра?       — Чтобы посмотреть на твой первый урок? Я бы ни за что не пропустил его, малыш, — весело сказал эльф. — Я буду там.       — А после этого?       — У меня есть обязанности, — с сожалением сказал Леголас. — Я хотел бы увидеть, как ты с лордом Торонтуром ладите друг с другом. Но я приду, когда смогу. А когда меня нет, в цитадели будут либо Саэльдур, либо Аэрониэль. Ты встретишься с ними сегодня. Они сказали, что один из них всегда будет рядом, чтобы отвлечь лорда Торонтура, когда он станет слишком… воодушевленным.       — Почему один из вас всегда находится в крепости? Вы никуда не ходите вместе?       — Мы очень стараемся не делать этого.       Обычно Эстель не стал бы любопытствовать, но что-то заставило его спросить:       — Почему бы и нет?       Эльф вздохнул.       — Они мои заместители. После окончания Бдительного мира, когда орки и пауки снова начали размножаться, мы поняли, что лучники не должны оставаться без командира. Поэтому мы стараемся сделать так, чтобы один из нас всегда оставался в цитадели.       — Твой отец знает?       — Он отдал такой приказ, — сказал Леголас и Эстель вздрогнул. Он не мог представить, как трудно было королю отдать этот приказ. Словно читая его мысли принц добавил: — Он намного храбрее меня. Когда я стал командиром лучников, лорд Торонтур и лорд Арбелласон практически вынудили моего отца прекратить сражаться, если только в этом не будет острой необходимости. Он протестовал, но в конце концов, согласился. Должен признаться, я этому рад. Я бы ни на чем не мог сосредоточиться, если бы боялся…       — Я понимаю.       — В любом случае, — сказал Леголас, стараясь говорить весело, — у тебя нет причин для беспокойства. В тебе есть все задатки одного из величайших воинов среди людей. Но даже если ты окажешься ужасным воином, это не будет иметь значения ни для меня, ни для твоих братьев, ни для твоей матери.       — Леголас?       — Да?       — Послезавтра, когда ты снова приступишь к своим обязанностям… Ты можешь… Ты вернешься?       Леголас отступил на шаг и очень серьезно посмотрел на молодого человека.       — Я сделаю все, что в моих силах, Эстель. Я всегда буду делать все, что в моих силах, чтобы вернуться домой.       Эстель заколебался. Мысль о том, что он может потерять друга, как много лет назад потерял отца, была ужасна. Когда он бодрствовал, то не часто об этом думал, но в кошмарах иногда видел пламя горящих домов, слышал испуганное ржание лошадей, крики женщин и отчаянные вопли детей.       Затем он подумал о лорде Элронде, когда тот прощался с сыновьями перед охотой, которую даже не одобрял. Подумал о Трандуиле, который правил своим королевством, в то время как Леголас руководил лучниками в их кровопролитных битвах. Подумал о собственной матери, которая жила вдали от родственников, друзей и всего, что знала и любила, чтобы Эстель мог вырасти в безопасности.       — Пообещай быть осторожным, — сказал Эстель.       — Обещаю. А теперь, малыш, — сказал ему Леголас с ухмылкой, — тебе действительно следует поспать. Но поскольку ты проснулся, позволь мне научить тебя кое-чему. Этому лорд Торонтур вряд ли научит. Ты далеко не продвинешься, если не будешь знаешь, как входить и выходить из дворца не используя двери.