Придворная жизнь императорской свиты [1 том]

Прошло четыре дня, прежде, чем Даниэль не заявил своему попутчику, что ему скучно. - Ску-ко-та! – лег он на свою руку, установленную на столе. Великан не знал, что противопоставить этому, так что просто ждал, что же император скажет следующим. Тот тяжело выдохнул, понимая, что отвечать ему не собираются и посмотрел на сожителя: - Скучно мне! - Я это понимаю, - кивнул собеседник. – Но что вы хотите, чтобы я сделал? - Не знаю, - посмотрел в сторону. – Город мне уже приелся. В каждом – одно и то же. К тому же… - печально вздохнул. – Я уже по дому тоскую. По своей свите… - раскис, опустив плечи. – По их телам… Они такие прекрасные. - Боюсь в этом, я вам помочь не могу. Император косо посмотрел на него. - Мы можем снова поехать в село, - решил предложить охранник. Даниэль с неохотой отвернулся: - Опять в этой дыре жить. Не хочу. Мне хватило и того, что уже было. - Тогда, чего вы хотите? Как вас развлечь? - Пошли на охоту? – покосился на него. – Птицы, кабаны… Хоть какое-то отвлечение от всего этого, - кивнул на их окружение. - Как пожелаете, - кивнул. – Я приготовлю оружие. - Хорошо. Уже следующим днем они вышли в лес. Оставив лошадей в стойле гостиницы, где они остановились, молодые люди пешком шли по старой листве и редкой траве, местами протоптанной оленями. В руках их были арбалеты, на бедре висел колчан с болтами и пара кинжалов, что предназначались для добития пойманного зверя и его дальнейшей разделки. Непосредственно за охотой они потратили часа два, после чего сели на опушке и развели огонь. Даниэль хотел отведать свою добычу сразу, не возвращаясь в город. Великан ощипал недавно пойманного тетерева, проткнул его длинной веткой и установил на вертел, начав периодически переворачивать. Император глядел на все это как-то сомнительно. - У вас такое лицо, будто вы недовольны чем-то, - наконец выдал его попутчик, вытирая окровавленный кинжал о траву, которым он спустил кровь птице. – Добыча ведь неплохая. Чего у вас лицо такое кислое? - Как долго она будет жариться? - Не знаю, около часа или больше. Тут нужно следить. А вы уже голодны? Завтракали мы совсем недавно. Вы не должны быть слишком голодным. Тот устало вздохнул: - Дело не в еде, - посмотрел в глаза. – Давай займемся чем-то, пока она будет готовиться? - Чем? В лесу не так много развлечений. - Я близости хочу. Знакомый аж поперхнулся: - Извините, но это я не могу вам дать, - чуть отстранился, выставив руку. – Я уже говорил вам, что мужчины меня не привлекают. - Зато меня привлекают, - встал и подошел, сел рядом. – Давай займемся этим. Много времени не займет. - Извините, но нет. Я не могу. - Только не говори, что у тебя плотских желаний нет. Ты молодой и здоровый парень. У тебя непременно должна быть тяга. - Тяга есть, но она не к мужчинам. Прошу. Я только ваш слуга и охранник. Я не любовник. - Это не займет много времени. И не узнает никто, если ты волнуешься об этом. Займемся, да и все. Это ничего не будет значить. Я могу даже денег тебе дать. - Нет, дело не в деньгах. - А в чем? Это быстро. Я просто ну очень сильно хочу. Я уже две недели без близости. У меня скоро голова кругом пойдет. Это не долго. И не больно. Закрой глаза и я сам все сделаю. Тебе даже двигаться не нужно. - Нет. Я не могу. - Да почему? Я же могу тебе дать все, что ты захочешь. - Нет. Это не для меня, - чуть отсел. - Не убегай ты, - взял его за руку и подвинулся. – Не ты будешь снизу. Тебе не о чем волноваться. Придумаешь себе в голове какую-то картинку и будешь ею любоваться, пока я дам себе то, что сам хочу. - Не я? – нахмурился. - А ты думал, что я тебя уговариваю свою жопу передо мной открыть? Ты же не расслабишься, я же вижу. От этого не будет хорошо ни мне, ни тебе. Тем более, - опустил глаза на его промежность, - какой смысл с той стороны заходить, если спереди значительно интереснее? – посмотрел в глаза. – Мне действительно любопытно как там у тебя. Ты же весь большой. Должно быть, и там ты необычных размеров, - потянулся туда рукой. - Извините, но нет, - поспешил отсесть, избегая этого касания. - Да не бойся ты. Я же на кусаюсь. Закроешь глаза, снимешь штаны и я сам все сделаю. А ты представляй себе в голове хоть самую красивую девушку, которую ты когда-либо вообще видел. - Нет, я не могу. - Да почему? – вздохнул. – Тебе даже делать ничего не надо. Ты будешь сверху. Закрой глаза и думай, что тебе самому хочется. - Это не для меня. Я не могу. - Назови причину, - сложил руки на груди. - Меня не привлекают мужчины. Мне просто не приятно. Даниэль раздраженно посмотрел в сторону, тяжело выдыхая. - Вы можете пойти в бордель, - предложил попутчик, - раз вам так уж сильно нужна близость. - Но я не хочу в бордель, - посмотрел на него. – Я не хочу с женщиной. - Возможно, вы сможете найти там юношу. - «Возможно». Ты знаешь, как к таким как я, обычные люди относятся? Мне бы хоть живым из этого борделя уйти, не то, что удовлетворенным. - Но почему, в таком случае, вы не можете воспользоваться женщиной? Представить на ее месте юношу и просто воспользоваться ею? Мне же, вы предлагаете тоже самое. Император отвел взгляд: - Я хочу получить удовольствие, а не просто перетерпеть эту связь, - посмотрел на него. – Ну что тебе стоит штаны снять? Может быть, тебе понравится даже. Я уверен, что у тебя никогда не было молодого человека. Может быть, в дальнейшем, ты даже не будешь так рьяно сопротивляться. - Нет. Я не могу. - Ну почему? Тебе что, сложно, что ли? - Не сложно… - Ну так давай, - возмущенно перебил. - Я не могу. - Да почему? А ну, - приподнялся и надавил ладонью на его грудь, - ложись давай. - Что? Что вы собираетесь со мной делать? - Лежи и молчи, - уложил его. – И глаза себе закрой, - бросил ему на лицо свой шарф. - Что вы надумали? – беспокойно наблюдал за ним. - Я разрешал тебе говорить? – недовольно посмотрел на него. - Нет, но… - Ну так и молчи, - надавил шарфом ему на глаза. Великан нехотя подчинился. Даниэль тяжело выдохнул, сдерживая более грубые слова, и подвинулся к его промежности. Расстегнул штаны, немного приспустил, доставая то, что ему нужно, и начал стимулировать его руками, заставляя стать твердым. - Что вы делаете? – подскочил охранник и отполз в сторону. – Не нужно мне это делать, - выставил руку. - Закрой глаза и ляг, - указал ему на траву. - Нет. Вы меня хотите взять чуть ли не силой. - Да что ты говоришь. Я сам предлагаю себя в качестве предмета удовлетворения. Просто не сопротивляйся. - Нет. Я не дам вам делать то, что вы хотите, - встал и поспешно застегнул штаны. – И не надо у меня просить этого. Даниэль выдохнул максимально тяжело и сдержанно: - Я хочу близости. - Но я ее с вами не хочу. - Неужели я так плох? – поднялся, поравнявшись ростом. – Некрасивый, неухоженный, не богатый? – развел руками. – Что тебе нужно? Я могу дать тебе это. - Вы не можете дать мне чувство собственного достоинства. Я вам не отдамся. Точка. - Да как же. Все мне отдавались, а ты не отдашься. - Неужели все? Неужели, совсем никто не сопротивлялся и не говорил «нет»? - Были такие, не спорю. - Так что же? Вы брали их силой? - Нет. Предпочитаю силой не брать. Я готов спать только с теми, кто согласен на близость, - поправил свою куртку. - Так почему же вы меня хотите силой взять? – возмутился. - Ну а что мне еще делать? Ты видишь тут так много мужиков? – окинул руками опушку. – Я близости хочу. А кроме тебя, тут никого нет. Да и кто согласиться на это? Только тебя я могу уболтать. - Не можете. - Ну вот не могу, - развел руками. – И что мне делать? Разденься хотя бы. Я вообще прикасаться к тебе не буду. Просто полюбуюсь твоими формами. - У вас крыша едет. - Да, едет, - кивнул. – Близости хочу. Она мне как воздух сейчас необходима. - Так сходите в бордель. По возвращению в город – зайдите и удовлетворите свою похоть там. - Но там нет того, кого я хочу. - Ну, придется выкручиваться. Себя я вам не дам, - обошел его и сел с другой стороны костра. - А жаль, - обернулся. – Очень жаль, - надулся и сел, глядя на языки пламени. - Тем более, ваш интерес к моим размерам, совсем не оправдан. - Да что ты такое говоришь, - посмотрел на него. - Ты видел так много эрегированных членов, чтобы со своим сравнивать? - Нет. Но я не считаю мой большим. - Я могу сказать тебе большой он или нет. Только пусти меня к нему. - Нет. И не мечтайте. - А помечтать хочется, - отвернулся. - Я не могу удовлетворить эту вашу прихоть. - Да замолчи уже. Все равно, ничего нового не скажешь. По возвращению в город, нахмуренный и недовольный Даниэль остановился возле борделя, нехотя покосился на это здание. Великан посмотрел на это: - Я подожду вас в гостинице. - Может, лучше со мной пойдешь? – покосился на него. - Зачем? Хотите оргию устроить? - Нет. Только этого мне не хватало, - вновь посмотрел на дом терпимости. – Я не хочу идти туда один. - Почему? Я не думаю, что вам там что-то угрожает. - Ты охранник мне или кто? – возмущенно посмотрел на него. – Ты охранять меня везде должен. - Ладно, пойдемте. Я проведу вас. Буду следить за тем, чтобы к вам никто не заходил и никто не вам не мешал. - Вот, уже как настоящий охранник говоришь. - Пойдемте. От того, что мы стоим на улице, вам легче не станет. Император нехотя скривился, вновь посмотрев на этот дом: - Не хочу в притон, - без энтузиазма пошел внутрь. Едва они зашли, к ним пристали несколько молодых и едва одетых проституток, что тут же начали их соблазнять, ложась на плечи и поглаживая их торсы: - Какие красавчики. Не хотите развлечься? Даниэль тяжело вздохнул, глядя на их тела. Они были фигуристыми, с выраженными формами и эротично выглядывающими плечами, бедрами. - Что у тебя лицо такое кислое? – с улыбкой обращалась к нему та, которую он оглядел с головы до ног. – Не мила? Монарх снова вздохнул: - Ладно, - отвел взгляд. – Пойдем уже. Нечего время терять. - Хаха! Так не терпится! – взяла его за руку и повела в комнату. Даниэль кивнул охраннику вслед за собой. Великан отстранил от себя остальных жриц любви и пошел за своим господином, чего та девушка не заметить просто не могла. Обернулась и посмотрела на своего «главного» клиента: - За двоих придется доплатить. - Я буду один, - невесело сообщил Даниэль. – Он будет только охранять. - Ммм… - соблазнительно оглядела великана. – Да у тебя охранник есть. - Да. Предлагаю не акцентировать на этом внимания и заняться делом. - Ну конечно, конечно, - с задором выдала проститутка, уже рассчитывая насколько она может поднять этому клиенту цену. Молодые люди зашли. Девушка закрыла за собой, напоследок подмигнув великану, и принялась за Даниэля. Попутчик императора же стал под дверью и сложил на груди руки, облокотившись спиной на стену. Долго ждать ему не пришлось. Монарх вышел уже через пять минут. Настроение его было еще более мерзким. - Быстро вы, - нейтрально заметил охранник. Тот посмотрел на него: - Я не скорострел. - Я такого и не говорил. - У нас просто ничего не вышло, - посмотрел на выход. – Пошли. Не хочу тут оставаться. Великан пожал плечами: - Пошли, - оторвался от стены и направился вслед за императором. Как только они вышли, Даниэль начал, хоть никто его об этом и не просил: - Не импотент я, - негромко выдал, дабы не привлекать лишнего внимания на улице. – Просто она проститутка. Охранник слушал, сохраняя невозмутимость лица. - А вдруг у нее сифилис? Знаешь, как люди уродуются, если болеют этой заразой? Через такие связи он и передается. Не хочу быть сифилитиком. Это мерзко. Тот слегка кивнул, соглашаясь. - Вот, - указал на это император. – Она проститутка и у нее может быть сифилис, а я его не хочу. Так что мы не будем больше ходить по борделям. - И что мы, в таком случае, будем делать? Я не хочу отбиваться от ваших рук посреди ночи. Даниэль тяжело выдохнул, посмотрев в сторону: - Не знаю. Нужно что-то придумать. Но в притон я не хочу. - Хорошо. Давайте думать: в бордель вы не хотите, но и я вам не отдамся. Какие у вас еще варианты есть? - Уйти в монахи, пока я буду ездить по Кромии, - недовольно выдал. - Что-то мне подсказывает, что обета вы придерживаться не будете. Легко вспомнить даже того, кого вы уломали в селе. - Его уломать было не сложно, - покосился на него. – Он и так был со мной одних наклонностей. - Так найдите себе еще одного такого. - Ошибиться слишком легко, - оглядел людей в округе. – А цена ошибки слишком велика. В селах хоть люди не самые умные живут. Сказал им, что ты граф – и все, они уже на все готовы. А тут… А тут люди такие, что от самих намеков сжечь захотят. Тут нужна аристократия. Аристократы более терпимы к подобному. - Хотите соблазнить какого-то дворянина? - Да только где они водятся? Да и как я одет, - посмотрел на него, указывая на себя. – Тем более, я рискую выдать себя таким образом, - тяжело выдохнул. – Ладно, - отвел взгляд. - Поедем в следующий город, а по поводу этого я еще должен подумать. - Ко мне будете лезть? Император покосился на него: - А ты уже не против? - Против. Просто уточняю. - Эх ты. Многое теряешь. - Эта фраза меня все равно не переубедит. - Сложно с тобой, - направился к отелю. - Потому что я не даю вам то, что вам хочется? - И это тоже. Уже через час они выехали и направились в Винолию. Даниэль желал посмотреть на Скалистый Залив, порты, да и в принципе порадоваться жизни. В Винолии это можно было сделать легче всего. Пробыв в одном из крупных городов всего день, молодой человек написал два письма: одно брату, адресованное Александру, а второе Золоту, отправленное по тому же адресу – в императорский дворец. Первое послание пришло к адресату во время обеда. Гонец вошел в обеденный зал и поклонился, отвлекшейся от трапезы, императорской семье, передал конверт, снова поклонился и ушел. Все с интересом направили свои взоры на Александра, что, отложив столовые приборы, сломал печать и развернул листок. Пробежал глазами по тексту. - Это вам, ваше величество, - встал и подошел к Давиду, отдал ему письмо. – Ваш брат пишет, - вернулся на свое место. - Даниэль? Как он там? – начал читать император. Каждый из присутствующих следил, наблюдал, ждал. «Давид, наконец-то что-то изменилось. Меня не ищут, как какого-то убийцу и страшного мародера. Я приехал в новый город и тут не висит на каждом углу моя рожа. Наконец-то я могу не бояться того, что мена схватят. Наконец-то я могу нормально дышать и ездить по большим городам, а не по мелким, страдая от безделья. (В тех городах действительно нечего делать.) Где я – не скажу. Ты же сразу захочешь меня схватить, хоть сейчас я в этом немного и сомневаюсь. Я в Винолии. Хочу посмотреть тут всякое. Может, что интересное найду. Состояние мое в порядке. Я не дерусь и ничего такого не вытворяю. Недавно вот был в борделе и хорошо, что ничего не подцепил. Опасаюсь я таких мест. Они, кстати, работают. Ты знал об этом? Наш отец их запретил вообще-то. А они все равно работают. Халтурит кто-то у нас на службе. Халтурит. Но это не так важно. Я не думаю, что бордели как-то сильно нам мешают. Мне кажется, места это весьма популярные. Если людям так хочется и так нравится – пусть стоят. Даже мне пришлось один раз заглянуть туда, сам понимаешь за чем. Пока что, я планирую ездить по Винолии. Надеюсь, ты не будешь хотеть меня схватить и притащить домой. Ты же знаешь – даже если ты меня под замок посадишь, даже если ты кинешь меня в подземелье – я все равно получу то, чего желаю. Вот сейчас я хочу поездить по стране. Подпись: Даниэль.» Давид с облегчением вздохнул, читая такое легкое, почти непринужденное послание от брата, что до этого, присылал лишь гневные сообщения, полные ругани и мата. - Что там? – спросил Филипп. – Может, мне для всех прочитать? - Нет, не стоит, - убрал конверт император. – Даниэль в порядке. Он сейчас в Винолии. Ездит, смотрит страну. Присутствующие переглянулись. После трапезы, Давид узнал у своих слуг откуда прибыл тот гонец, принесший это письмо. Услышав ответ, молодой император тут же посмотрел по карте и, удовлетворившись знанием о том, где сейчас находится его родная душа, с легкостью пошел на послеобеденный отдых. К Карлу (Золоту), гонец попасть не смог. Несколько озадачившись тому, что адресата по адресу на оказалось, посыльный был вынужден узнать, где же тот находится. Как оказалось, виконт Гаре уехал в свое виконство, что было кратно дальше, чем гонец мог ехать. Агат, которого он встретил в стенах дворца, обещал отправить это письмо уже другим посыльным, чему первый был только рад. Другой гонец выехал уже через полчаса и добрался к своему адресату уже этим вечером, после ужина. В поместье, куда он примчал, царил настоящий хаос подготовки к завтрашней свадьбе, так что письмо, которое он передал камердинеру виконта, было благополучно забыто до послезавтра, когда и гости, и молодожены, и все родственники обрученных уже приходили в себя после бурного праздника. О послании вспомнили только после обеда, когда уже немолодой камердинер с испугом нашел его на одной из своих полок. Тут же принес хозяину поместья: - Вам пришло письмо, ваша милость, - с поклоном отдал его ему. Карл печально вздохнул, взял этот белый лист, без энтузиазма его раскрыл и начал читать: «Золотоце, я скучаю. Сколько уже дней я тебя не видел? Сколько уже твоего голоса не слышал? Хочу встретиться с тобой. Я сейчас в Войко. Это Винолия. Я тут буду еще несколько дней. Поселился в гостинице на холме. Она так и называется «На холме». Комната 12. Приходи в любое время дня и ночи. Хозяйку я предупредил. Просто скажи, что ты виконт Гаре – и она тебя пустит без вопросов, даже если меня не будет. Я буду очень часто проверять пришел ты или нет, чтобы не заставлять тебя ждать. Хочу увидеть тебя, прикоснуться к тебе. Скажу честно, что первым меня мучает желание. Сильное, неистовое. Но я не только твоего тела хочу. Не думай, что я зову тебя только за этим. Я и просто по тебе соскучился. Погуляем потом по городу. Я уверен, что тут найдутся какие-то интересные места. Отобедаем где-то и просто хорошо проведем время. Очень скучаю. Просто не могу уже. Приезжай побыстрее. Без тебя, я вообще зачахну. Хочу поскорее увидеть тебя. Целую. Даниэль.» Карл встрепенулся: - Готовь лошадей! – вскочил с места. – Я еду в Войко! - Господин! – перепугался слуга. – Что случилось? Что за спешка? - Меня император ждет! Я хочу прибыть туда уже к вечеру! - Да! Конечно! Сейчас я подготовлю ваш костюм! – побежал давать распоряжение лакеям. Виконт запрыгнул в карету как только запрягли лошадей. Ехал он долго, порядка восьми часов, прежде чем не прибыл в нужный город. Как только это случилось – начались поиски нужной гостиницы. Ее нашли уже спустя час. Благо, она была известной и находилась в самом центре. Карл забежал внутрь как умалишенный: - Я виконт Гаре! – буквально выкрикнул он на хозяйку, что ждала за стойкой новых посетителей. – Меня должны ждать в двенадцатой комнате! - Виконт Гаре? – переспросила та, нахмурившись. - Да! – кивнул. – Где эта комната?! Меня там должны ждать! - Из той комнаты уже выехали. - Как это «выехали»? – опустошенно повторил. - Господин, что поселился там четыре дня назад и правда постоянно спрашивал о вас. Каждый час, с позавчера, прибегал и спрашивал не пришел ли кто. Но сегодня он выехал. Часа в три дня, он собрал свои вещи и отдал ключ. - А куда он уехал? – выдал в испуге. - Не знаю. Сочувствую, что вы разминулись, но я своих постояльцев не спрашиваю, куда они держат путь. Я не знаю, куда он поехал дальше. - А может… Может он оставил мне какое-то послание? - К сожалению, - помотала головой. - Черт… - с болью огляделся. – Ну не мог же он отправить мне письмо и сразу уехать. - Этот господин спрашивал о вас только с позавчерашнего вечера. Тем же утром он спрашивал о том, где находится почта. Полагаю, что вина о том, что вы разминулись, лежит именно на почтальонах. Они слишком долго ехали. - Ну как же так? Как же так? – посмотрел в окно. - В любом случае, я не знаю, куда этот господин поехал дальше. Да и сейчас уже поздно, дабы искать кого-то. Могу предложить ночлег. Не думаю, что вы будете спать в своей карете, - взглянула на экипаж, что продолжал стоять под окнами. Карл очень тяжело и болезненно выдохнул. Повернулся к хозяйке: - Да. Дайте мне номер. Можете двенадцатую комнату? Может быть, он что-то оставил там? Может, письмо? - Мне бы горничная передала. - Все равно дайте. - Один га за ночь. - Ладно, - кивнул своему слуге, что стоял в дверях, дабы тот принес деньги. Даниэль же, с тоской селился в новой гостинице в новом городе. - Не унывайте. Может быть, случилось что-то, на что ваш человек не мог повлиять, - пытался утешить его великан. - Что? Что могло случиться? Только бы он сказал, что ко мне едет – ему бы все дороги расчистили. Лучших бы коней дали. У него было целых три дня. Три. А ехать сюда только три часа. - Может быть, его не пустил ваш брат. - Давид? Да он бы скорее кортеж ему организовал и сам бы поехал. Он бы сделал все, дабы задобрить меня. - Может быть, он в обиде на вас за что-то? - За что? - За то, что вы его пинком под зад выгоняли, например. Возможно, ваш брат обиделся на это, и поэтому никого к вам не пускает. Даниэль тяжело и грузно выдохнул. Следующим днем, от обиды или действительно от сильной нужды, он снова пошел в бордель. Пошел сам, без сопровождения. С некими сомнениями вошел и оглядел холл. Тут было все прилично, ухоженно, даже немного благородно. Внешняя составляющая была такой, что это место было неприлично даже притоном назвать. Это был настоящий дом терпимости для высоких господ, что уединялись тут не с падшими женщинами, именуемыми шлюхами, а с жрицами любви, что показывали им всю красоту искусства соития. Даниэль долго не ждал. К нему, достаточно быстро, вышли несколько довольно приятного вида девушек, на которых одежды было не меньше, чем на обычной женщине снаружи. Одеты они были прилично, достойно. Многим клиентам, глядя на такие наряды, даже хотелось самим этих жриц раздеть. Император поглядел на них, поприветствовал кивком и задал вполне прямой вопрос: - У вас есть юноши? Работницы переглянулись, будто их спросили о чем-то весьма обычном. - Плачу вдвойне, - сложил тот руки на груди. Те повернулись к клиенту: - У нас есть один юноша, но он сейчас занят. Даниэль тяжело выдохнул: - Его долго ждать? - Да, его только пять минут назад забрали, - сообщили ему те. Клиент выдохнул раздраженно: - Неужели, у вас, на весь бордель только один мальчик есть? Это же большой город. Заведите хотя бы пятерых. - Мальчики не так популярны, господин. - Я не хочу ждать. Неужели, у вас вообще никакой замены нет? В стороне послышался тихий скрежет. Все повернули к нему голову, дабы просто узнать об источнике звука, как увидели слугу, что в смежном коридоре передвигал ногой ведро с водой, продолжая намывать пол шваброй. Даниэль свистнул ему: - Эй! Парень! - Господин, - негромко обратилась к нему одна из девушек, - это евнух. Вряд ли он вас заинтересует. - У меня как раз евнухов никогда не было, - мимолетно взглянул на нее и вернулся к юноше. – Хочешь подзаработать? - Заработать? – негромко откликнулся тот. – Но я не работаю тут, как они, господин. Я только слуга. - Ты хочешь отказаться от пяти га? – выдал император с удивлением. Девушки заинтересовались, евнух немного оторопел. - Пять га? – оставил швабру в ведре и тихо подошел к нему. Как только он оказался рядом, в нос Даниэлю ударил резкий запах аммиака, что преследовал каждого евнуха как солнце рассвет. - Пять га, - кивнул ему монарх. - А что вы хотите? За что вы платите такие деньги? - Удовлетворишь меня. - Как, господин? - А ты как думаешь? - Ох, - спрятал глаза. – Мне нельзя. Хозяин не разрешает мне работать так. Это запрещено… - Тебе пять га не нужны? - Но меня накажут… - Ты отказываешься от денег? Тот поднял на него глаза. - Или «да», или «нет», - выдал Даниэль. Слуга посмотрел на работниц, будто спрашивая разрешения, вернулся к клиенту. В конечном итоге, комнату им дали. Император уединился и насладился им так, как того желал уже несколько дней. Здорово удовлетворившись в компании этого юноши, что стонал с ним, как в первый раз, Даниэль перекусил в ближайшем трактире, вернулся в гостиницу и написал письмо, которое тут же и отправил. Оно было адресовано Карлу Гаре, так что проделало оно такой же длинный путь, как и в первый раз. Виконт получил этот конверт ближе к ужину, когда уже во всю корил целый мир, за то, что они с монархом так жестоко разминулись. Получение нового послания буквально из рук гонца, было для него настолько волнующим, что он открыл его тут же, как только узнал знакомую печать. Посланец был такой спешке немного удивлен, однако мешать господину не стал – откланялся и ушел. Виконт читал письмо быстро, не обращая внимания ни на что из окружающего мира. «Золото, я надеюсь, что у тебя была крайне важная причина не приехать. Я дал тебе место, время. Я тебя ждал как самый верный пес. Ждал и надеялся, что ты вот-вот придешь. А ты не приехал. Кинул, как самую неважную вещь на свете. Мог бы хоть письмо мне отправить, если у тебя действительно что-то такое, из-за чего ты просто не смог прибыть. У тебя был мой адрес. У тебя было все, что нужно! Но ты даже этого не сделал! Ты просто забыл меня! Бросил! Кинул так, будто все это время не ты по мне слюни пускал, не находя ответной любви, а я! Будто это я по тебе таял, а тебе до этого не было никакого дела! Ты разозлил меня своим поступком! Расстроил, разозлил и очень обидел! Даниэль. P.S. И вообще-то я еще император! Ты должен являться по моей просьбе вообще без задержек! Я – первостепенная вещь в жизни каждого Кромийца, не глядя на то спит он со мной или нет! Ты ослушался меня, как императора! А это, сука, измена!» Карл просто расплакался, прочитав последнюю строчку. Опустил руки, плечи, закрыл глаза и пустил горькие слезы. Он так хотел приехать, так мчал, так летел и все равно опоздал. Все равно разочаровал, расстроил и просто разозлил своего самого любимого человека. Того, ради которого он готов на все. Камердинер, не без тревоги заметив такой настой своего господина, поспешил провести его в покои, дать валерьяны и уложить спать. Когда тот уснул, что произошло довольно быстро, немолодой слуга взял то письмо, что заставило виконта пустить слезы, и быстро его прочитал. Ужаснулся тому, что произошло по его вине. Его собственного господина обвиняли в измене. На него злились и агрились и не абы кто, а сам император Кромии. Мужчина налил валерьяны и себе.