Twisted wonderland: story and headcanons

До ваших отношений

• Его сердце уже давно не бьётся, грудь застыла в немом движении, стоило душе юноши превратиться в вечного беглеца. Единственное напоминание о давно минувших днях — это воинская форма, полупрозрачная, как и само тело банши. Его первая и единственная форма с длинным оружием в ножнах наперевес. Память давно уже превратилась не больше, чем тянущее черное болото прошлого, где только в глубине можно было найти отголоски давней истории. • Себек всегда чувствовал себя больше чем духом, он был защитником того места, где его душа заточена на веки вечные. Безумный крик, оглушающий любого постороннего, запросто отпугивал похитителей сокровищ и просто бродяг, что искали укрытие от непогоды. Он не имел знания, зачем он прогоняет каждого, кто переступит порог дома… Но что-то внутри пустой груди подсказывало — это долг. • Тягостный и далекий. • Ровно до того момента, как в стены здания явилась ты со стопкой бумаг в руках. Почему-то из всех людей ты не казалась ему далекой, чуждой и опасной. От тебя не веяло чем-то злым и корыстным, но тем не менее для Себека ты оставалась чужаком. Поэтому он стал тихо следить за тобой, то и дело прячась за потаенными углами коридоров. Поначалу тебе казалось, что ты сходишь с ума. Ощущение посторонних глаз, куда бы ты ни пошла, пугали. Как собственно и первая ваша встреча. В момент ты казалось поседеешь, однако неловкий Себек заставил проглотить ком ужаса. • Сначала ты подумала, что он был просто призраком, который застрял между жизнью и смертью. Ну, технически так и есть, однако, в отличие от призраков, крик банши пробирает до костей любого, кто услышит завывания, это был вестник трагедии, вечной печали и возможной смерти. • Однако узнала ты об его истинной форме лишь после долгого времени общения. • Себек был довольно милым призраком, после того как он сам стал выходить на контакт. И что уж греха таить — он был хорош собой. Высокий, бледный, с острыми чертами лица, похожими на орлиные. Строгий, взирающий сверху взгляд. Настоящий главный герой детективного романа. Зивгольт практически не говорил, только кивал и разговаривал жестами, иногда рисуя на блёклой пыли какие-то странные закорючки, увы, не ясные тебе. В конце концов, ты была приезжей и не знала историю этих земель, поэтому узнать кельтские мотивы у тебя не сразу вышло. • Но как же ты узнала о том, что милый, молчаливый, но эмоциональный по соседству призрак оказался банши? Всё просто. В городе неподалеку пошёл слух о выкупе земли, где когда-то стояло грандиозное построение, которое никто так и не смог за столетия привести в порядок. Одинокая девушка, старый дом, возможные сокровища сами наводили мысли грабителям. Особенно совсем молодым, которые воспринимали рассказы дедов как далекую сказку и ужасную легенду о кричащем призраке, обитающем там. Поэтому, когда группа парней решили забраться в твой новый дом, Себек, как призрак, которому не дано никогда смыкать глаз, сразу почуял запах угрозы с их стороны. Мощный до мурашек крик, испуганные вопли мужчин, звуки железа, бьющиеся о каменные стены, всё это заставило тебя проснуться и незаметно пройти к выходу дома… И тогда ты увидела Себека. • С открытым ртом он молчал, но даже так в отражениях коридоров слышался ужасающий тихий шёпот, похожий на крик. Словно чьи-то лёгкие выпустили наружу и приставили к громкоговорителю. Непрекращающийся, монотонный вой, схож на звериный, но с пугающими нотами человеческого отчаянья и печали. Мурашки покрыли твою кожу, а на глазах выступили слёзы. • Повернувшись к тебе, ты узрела, как обычно стоическое лицо скривилось в сожалении, и в один момент призрак пропал. Только одинокое эхо давало понять, что увиденное перед тобой было не дурным сном. Пришлось устраивать много уговоров и уверений в пустоту помещений, прежде чем виноватая банши предстала перед тобой. • Его всегда суровое лицо исказила печаль, и вид этот заставил дрогнуть твоё сердце в жалости. Он держался особняком, старался не смотреть тебе в глаза, а куда-то поодаль, там, где твой взор не смог бы настигнуть его. — Та̄, — внезапно нарушил молчание банши мягким шёпотом. Но даже от такого короткого звука ты почувствовала, как лица коснулся слабый ветерок, который в этот же миг отозвался в узких коридорах. — Бро̄н о́рм. Ты не знала, что значат эти слова, однако от твоей души не утаилось пропитанное в этой фразе сожаление. Сердце слабо дрогнуло, и на твоих губах появилась слабая улыбка. Тихо с осторожностью ты подошла к полупрозрачной фигуре, пытаясь как можно нежнее приблизится к нему. Вас разделяло буквально два шага. Глубоко вздохнув ты положила свою руку на его холодную грудь. — Я не знаю понимаешь ли ты меня, но спасибо за защиту. Устремив свой взор на банши, ты увидела как холмоватые бледно зеленые брови поднялись в удивлении. Он нервно посмотрел на свою повисшую ладонь, сглотнул и словно не веря своим действием, накрыл твою руку своей.

Хэдканоны про ваши отношения

• Тишина — язык его любви. Себек практически не разговаривает по утрам. Он существо вечное, бледное тело не нуждается ни в воде, ни в отдыхе, поэтому каждую ночь и до самого утра банши просто сидит рядом, слушая дыхание любимой. Для него каждый твой вдох — напоминание, что ты ещё жива и держишься за нити этого мира, не переступая в черное небытие. • Его плач превращается в мягкую колыбель, которая успокаивает и вверяет надежду на светлое будущее. Зивгольт научился общаться с тобой через легчайшие прикосновения и шепот, который слышен только для твоего сердца. Слова приходят, как дуновение ветра, ведь проклятье банши может запросто навредить, поэтому, чтобы не задеть своим голосом человеческие уши, он старается говорить как можно тише. Для всех его крик — это предвестие смерти и многолетних несчастий, но только не для тебя. В этом завывании можешь чувствовать сокровенную исповедь любви. Когда вы остаетесь одни, плач превращается в тихую и мелодичную песню, полную тоски по жизни, которую он не может иметь, и любви к той, кто подарила ему эту надежду. • Странности, превращаются в обычное напоминание его любви. Жить с банши — это значит привыкнуть к свечам, которые самостоятельно загораются глубокой ночью, шторам, что шевелятся без ветра, и темным размытым отражениям, проскальзывающим в глубине зеркала. Со временем это перестает пугать, и ты просто знаешь, что это Зивгольт напоминает одну простую мысль: «Я рядом». • Мягкое свечение на плёнке. Себек любит наблюдать за тем, как ты снимаешь всё вокруг на странную штуку, которую ты называешь «фотоаппаратом». Он находит изобретение достаточно интересным и «магическим», не понимая, как человек мог придумать своими руками то, что позволяет ощутить само время. Однако, когда ты собиралась направить на него объектив, всё, что удалось увидеть на экране, — это легкое свечение. Блеклое, практически незаметное на солнце. Но, несмотря на это, ты всё ещё просишь Себека делать совместные снимки и продолжаешь вешать их над собственной кроватью. • Вкус сожаления и заботы. Когда ты больна или чувствуешь себя устало, Себек на некоторое время покидает тебя. Понимая, что его природа банши может ускорить неизбежное, он старается как можно дальше дистанцироваться от тебя, насколько это позволяет проклятие. Так он проявляет свою заботу — через уход, когда это необходимо для твоей безопасности, даже если душа самой банши горюет от тоски. • Он знает, когда что-то случится и защает от этого ценой собственной природы. Когда на тебя надвигается беда или Себек чувствует неподалеку запах смерти. В его холодной груди появляется тяжелый комок тревоги, и обычно стоическое лицо искажается искренним беспокойством. Он знает, что банши запрещено вмешиваться в дела смерти, но если в твою сторону направляется беда, то Себек нарушает правила самой сущности — появляется перед опасностью в полной форме, пытаясь своим ужасающим видом отогнать угрозу. И когда всё остается позади, Зивгольт возвращается к тебе уставшим, но с чувством облегчения на своих плечах. В этот раз смерть позволила ему продлить твою жизнь, но кто знает, какой риск он понесёт, вмешавшись в судьбу в следующий раз? • Слышать его пение в дождь. Себек стоит у окна и тихо напевает. Слова — на языке, которого ты не знаешь, но сердце всё же понимает. В конце концов, в них таится нежность, которую не скрыть (даже если сам Зивгольт всеми силами показывает, что его сердце всё такое же ледяное, как столетие назад). А когда в потоке падающей воды звучит гром, банши чуть улыбается и на твой вопрос отвечает: — Это мир откликаться мне. Он живой, как и ты. • Обмен дарами. Банши дарит тебе предупреждения об опасности через сны, а ты в свою очередь приносишь ему свежие полевые цветы в знак напоминания о мире, который он когда-то любил. Даже если его благодарность тихая и незаметная, Себек ценит уже увядающие рядом с ним цветы больше любых слов. • Ты больше не можешь представить одиночество без него. Даже когда его нет рядом — он есть. В каждом отражении, в каждой тени, в каждом вдохе тумана у реки. Ты перестала бояться смерти, потому что знаешь: если Себек там, в этом темном, погрязшем небытии, — значит, ты никогда не будешь одна. Ни в этом мире, ни в последующем.