Ветра против Звезды

*Спок*

      В тот же день, после встречи с кадетом Ухурой, вечерняя медитация давалась Споку особенно трудно. Он сидел, скрестив ноги, в своей мантии для медитации и смотрел на пламя асеноя , как делал это каждый вечер. Он сосредоточился на своих мыслях, тщательно отрегулировал дыхание и успокоил жужжание своего разума серией медитативных упражнений. Обычно он мог впасть в легкое медитативное состояние в течение нескольких минут. Однако после 37 минут перед асеноем его разум все еще оставался неподатливым клубком сбивающих с толку эмоций.       Гнев, желание и раздражение легко поддавались идентификации, но в том ужасном беспорядке, который кадет Ухура оставила после себя в его голове, были намеки и на другие чувства. После целой жизни отторжения своих эмоций и изгнания их в пустоту, в результате, он оказался недостаточно знаком с ними, чтобы распознать их. Ситуация была тревожной, но не совсем неслыханной для него. В его жизни уже были случаи, когда он чувствовал в себе противоречия и его разум находился в подобном эмоциональном состоянии.       Тот период его жизни, когда ему было 19 лет и он отказался от Вулканской академии наук и своей жизни на Вулкане ради вступления в Звездный Флот, чтобы жить среди народа своей матери — был одним из таких случаев. Ему потребовались недели, чтобы очистить себя от эмоций, связанных с той ситуацией, но он справился. Нынешний клубок чувств, затуманивающий его логику, был сравнительно незначителен, и он был уверен, что сможет разгадать и снова изгнать их.       Однако была разница в том, что он чувствовал на этот раз. Под хаосом его нежелательных эмоций скрывалось что-то еще. Какое-то огромное чувство или мысль, которых он никогда раньше не испытывал, и они были для него в новинку. Это заставляло его чувствовать себя некомфортно и нервничать. Он не понимал этого, но мог сказать, что это было что-то очень сильное, оно казалось темным, почти жестоким?       Он выбросил все из головы, сосредоточившись на логике, чтобы справиться со своими эмоциями. Выявление причины, стоящей за ними, позволило бы ему восстановить контроль. Отказавшись от тщетных попыток сохранять полное медитативное спокойствие, вместо этого он очистил свой разум, чтобы сузить круг причин своего беспокойства — неудивительно, что это оказалась кадет Ухура. Он не думал о ней чаще, чем мимолетно, с момента своего последнего разговора с матерью в начале каникул, но теперь его мысли продолжали возвращаться к ней по кругу.       Это был не первый раз, когда студент приходил жаловаться на свои оценки, что, очевидно, было намерением кадета, однако это был первый раз, когда студент попытался снискать его расположения таким образом.       Во-первых, она разыскала его в ситуации, которая даже при слабой человеческой скромности была бы сочтена… неуместной. Он не замечал этого раньше у большинства своих студентов. Многие не придали бы этой ситуации никакого значения. Однако тот, кто свободно владеет вулканским языком, как кадет, не мог не знать о культурных особенностях его народа, включая их преимущественную скромность. Она знала, как некомфортно ему было стоять перед ней раздетым, и все же она искала его у бассейна. А затем она заговорила с ним на вулканском, а не на стандарте, как обратился к ней он.       Он почувствовал, как эмоции захлестнули его, когда он вспомнил тон ее голоса. Она назвала его «Osavensu», что означает — «Уважаемый учитель». Правильная форма обращения, но то, как она смотрела ему в глаза, когда произносила каждый слог его родного языка, наполненный эмоциями, которые ни один вулканец никогда бы не вложил в свою речь, что больше подходило для разговора между близкими, чем между преподавателем и студентом.       Его реакция была мгновенной и нежелательной. От одного воспоминания у него неприятно покалывало кожу.       Прослушивание ее записи было ничем по сравнению с тем, как она произнесла его имя, смело выдерживая его взгляд. Его тело, холодное от воды, поддерживаемой при температуре, подходящей для людей, а не вулканцев, внезапно вспыхнуло от жара, и только сознательное усилие удержало его от состояния возбуждения, которое стало бы очевидно в его купальном костюме. Она беспечно продолжала, скрестив руки на груди и прижимая свой падд таким образом, что ее грудь оказалась приподнята в вырезе короткого человеческого платья, которое было на ней. Все, что он мог сделать — это вежливо ответить и отпустить ее, прежде чем его смешанные гнев и желание взяли бы над ним верх, и он бы сорвался на нее.       Тот гнев вернулся, когда он вспомнил об этом.       Неужели она действительно думала, что он изменит ее оценку просто потому, что она флиртовала с ним? Возмущение.       Он вулканец. Гордость.       И все же она вызвала в нем такую сильную реакцию. Стыд.       Он никогда не испытывал особого влечения ни к одной из женщин, с которыми сталкивался с тех пор, как покинул Вулкан семь лет назад. За это время многие эстетически приятные женщины прошли через Академию или служили с ним на звездолетах, и ни одна из них не вызвала ничего, кроме праздного любопытства, которое вскоре было забыто.       В свой первый год на Земле он подумывал о том, чтобы вступить в физические отношения с человеческой женщиной для удовлетворения своего любопытства, но так много аспектов человеческих сексуальных отношений были ему неприятны — как сама механика акта, весь этот ненужный обмен телесными жидкостями, так и незрелое человеческое отношение к этому действу — так что он быстро отказался от этой идеи. Периодическое влечение, которое он испытывал к представителям противоположного пола, должно быть, было гораздо более слабым, чем то, что испытывали его товарищи — полностью человеческие кадеты. Даже после того, как его помолвка с Т’Принг была разорвана, он не испытывал особого желания действовать в соответствии с этими праздными порывами. Это было то, за что он был благодарен.       Он предполагал, что как и все вулканцы, он будет свободен от подобных потребностей, пока не придет его Время. Эта внезапная слабость по отношению к кадету Ухуре вернула знакомое чувство отвращения к себе. Сексуальное влечение и эмоциональная реакция на человеческую студентку — еще один аспект, который не соответствует вулканским стандартам.       В конце концов, он отказался от медитации и рано ушел в лабораторию, чтобы продолжить работу над компьютерной симуляцией. Он пытался улучшить дальность матриц сенсоров дальнего действия, которые в настоящее время разрабатывались для первого тяжелого крейсера класса «Конституция» — «Энтерпрайз», который находился на ранних стадиях строительства.       Уже с незначительными корректировками он улучшил радиус работы сенсора предыдущей конструкции на 7% и был уверен, что сможет увеличить его по крайней мере до 15% без потери чувствительности. Это не единственный проект такого рода, над которым в настоящее время работают сотрудники Академии. У инженерного факультета также есть несколько интересных проектов в разработке, так например: они пытаются довести текущую технологию искривления до предела для нового корабля.       Работа оказалась более успешной в том, чтобы отодвинуть кадета Ухуру на задний план, чем его попытки медитации. Когда она появилась в лаборатории в 08:07, он смог почти полностью подавить все еще сохраняющееся раздражение по поводу ее поведения и своей реакции.       — Кадет Ухура, — он был доволен, что она надела форму и собрала волосы. Следует надеяться, что она пришла в себя и больше не будет пытаться использовать флирт, чтобы завоевать его расположение.       — Лейтенант-коммандер Спок, сэр. Еще раз приношу свои извинения за любое оскорбление, которое я, возможно, нанесла вам вчера днем.       Спок раздраженно стиснул зубы. Она снова говорила по-вулкански. По крайней мере, тон был гораздо более профессиональным, чем накануне. Она также будто бы избегала зрительного контакта. Определенно это было улучшение.       Он указал на ближайшую пустую компьютерную станцию. Казалось неразумным приглашать ее в свой кабинет. Несмотря на пустующий кампус, находиться в лаборатории с открытой дверью было комфортнее. Он все еще не был уверен, что женщина-кадет будет вести себя подобающим образом.       — Присаживайтесь, кадет. Какой аспект вашего задания вы хотели бы обсудить?       Она поджала губы, как ему показалось с решимостью, и кивнула, скользнув на сидение и выводя результаты на экран своего падда.       Спок отметил, что обычная униформа на самом деле была короче и теснее, чем платье, в котором кадет пришла накануне. Юбка лежала очень высоко на ее бедрах, когда она сидела. У нее были приятно подтянутые ноги, и темный тон ее кожи подчеркивал этот факт. Он старательно отогнал эту мысль, прежде чем его предательский мозг успел поинтересоваться, как сидит униформа на ее груди.       — При всем уважении, сэр, я считаю, что устная часть моего задания, хотя и отнюдь не идеальная, заслуживает немного более высокой оценки, — она встретилась с ним взглядом, и Спок не заметил в ее поведении ничего, кроме нервозности. Он почувствовал облегчение, но все еще был немного раздражен. Он поставил ей полную оценку за вулканский, даже оставил комментарий, в котором похвалил ее. Люди. Нелогичны.       Он сдержал вздох.       — Вы полагаете, что ваш андорианский и телларит соответствуют тому же уровню, что и вулканский?       Кадет слегка нахмурилась.       — Нет, сэр, не совсем. Но я свободно владею обоими языками с детства и чувствую, что полученные мной оценки не совсем точно отражают мой уровень знаний.       Она высказывала свое мнение, по крайней мере, в ясной логической манере, несмотря на его неточность.       — Ваше произношение в нескольких ключевых моментах может привести к путанице с носителем языка. Для офицера связи такое недоразумение может иметь серьезные последствия.       Теперь она еще сильнее нахмурилась. Она пристально смотрела ему в глаза, и он с облегчением отметил, что это был упрямый взгляд, но не заигрывающий.       — Я знаю, что мой акцент на андорианском и телларите немного сильнее, чем на вулканском, но ни у одного из моих предыдущих преподавателей или «носителей языка», с которыми я сталкивалась, не было никаких трудностей с пониманием.       Теперь, когда она вела себя подобающим образом, Спок позволил себе насладиться дискуссией. Несмотря на свои ошибочные действия накануне, она оставалась исключительно одаренной студенткой.       — Вы встречали многих носителей языка?       — Моя мать была направлена в посольство Земли на Андории, когда я была ребенком, и я жила там некоторое время.       Ее мать является кем-то вроде дипломата. Это объясняет ее знакомство с внеземными языками.       — И вы часто беседовали с ними об оружии для звездолетов?       Кадет удивленно моргнула, и Спок позволил себе вопросительно приподнять бровь.       — Нет.       — Если бы вы так поступили, то, без сомнения, основательно запутали бы своих андорианских знакомых. Большинство названий современного оружия в андорианском языке основаны на стандарте. В силу этого зачастую не соблюдаются те же правила произношения, что и в остальной части андорианского языка. — Кадет наклонилась вперед, чтобы послушать, ее хмурое выражение сменил интерес. Спок легко перешел со своего родного языка на андорианский: — «Надион» в Надионовом фазере пучка частиц произносится с твердой «и», а не с мягкой. Произнося «Надион» с типичным андорианским акцентом — более мягкой интонацией — может получиться «Надеон», — он сделал паузу, чтобы посмотреть, знаком ли ей этот термин, — разговорный термин, который примерно переводится как «тот, чьи родители не были женаты».       Кадет Ухура какое-то время молчала, прежде чем попробовать неторопливо повторить за Споком.       — Надеон. Над-и-он. Надион, — после она заговорила снова, уже на стандарте: — Получается, в пятом вопросе я сообщила инженерам, что «Внебрачные фазеры пучка частиц» были отключены?       — Так и есть.       Кадет улыбнулась и расстроенно покачала головой.       — А я-то думала, что мой андорианский идеален.       По какой-то причине Спок почувствовал себя обязанным предложить ей своего рода утешение несмотря на то, что делать это было нелогично.       — За исключением небольших проблем с произношением, ваш андорианский и телларит удовлетворительны. Учитывая ваше мастерство, вы, вероятно, не изучили материалы курса так основательно, как следовало бы. — По ее вздоху Спок мог сказать, что, скорее всего, так и было. — Есть достаточно подробных технических словарей, изучение которых исправит ваши ошибки и предотвратит любую путаницу в отношении Надионового фазера пучка частиц, если вы столкнетесь с андорианцами во время своей карьеры в Звездном Флоте.       Кадет Ухура улыбнулась.       — Путаницы, которой я стремлюсь избежать. Спасибо, что нашли время подробно объяснить мои результаты, лейтенант-коммандер Спок.       Когда она заговорила на стандарте, ее интонации все еще были теплыми, но Спок, хотя его способность улавливать человеческие эмоции была ограниченной, обнаружил только благодарность и обычное дружелюбие, ничего неуместного. Спок почувствовал, как напряжение покидает его. Возможно, днем раньше он неправильно истолковал ее поведение. Это не первый раз, когда он был сбит с толку взаимодействием с человеком; и она не сделала никаких неуместных предложений во время их беседы. Он так надеялся. Ему хотелось бы верить, что кто-то настолько умный, как кадет Ухура (для человека), будет выше такого поведения.       Его настроение значительно улучшилось, и он позволил себе еще одну уступку в ее пользу.       — Возможно, я недостаточно ясно выразился в своих комментариях по поводу вашей оценки. Я постараюсь исправить это в будущем.       Улыбка кадета придала ее глазам чрезвычайно человеческий и эмоциональный вид. Спок почувствовал, что ему некомфортно смотреть ей в глаза.       — Мы, люди, иногда нуждаемся в том, чтобы нам что-то объяснили.       К своему ужасу, Спок ощутил, как его сердцебиение немного участилось, несмотря на то что тон Ухуры был совершенно в приемлемых пределах приличия.       — Я буду иметь это в виду, кадет.

*Нийота*

      Прежде чем занятия возобновились, Нийота убедилась, что ознакомилась с правильным произношением всех технических терминов в словарях, на которые ссылался лейтенант-коммандер Спок. Большинство из них она выучила правильно с первого раза, но было несколько примеров, когда ее легкое неправильное произношение полностью меняло значение слова. Она чувствовала себя очень юной и глупой из-за своего прежнего самоуверенного гнева за свою оценку. Из всех профессоров, перед которыми она когда-либо выставляла себя дурой, оплошать перед строгим вулканским лейтенант-коммандером было унизительней всего.       Гейла появилась за пять минут до комендантского часа в воскресенье вечером в мятой одежде с заметным засосом на шее.       Она тут же рухнула на свою неубранную кровать и начала снабжать Нийоту подробностями о поездке, которую она совершила с дюжиной или около того других кадетов на юг.       — Най, тебе следовало поехать с нами! В Тихуане было потрясающе! Я и понятия не имела, что люди могут быть такими веселыми! Там даже был орионский анклав! Это был просто ууулееет!       Не в силах удержаться, чтобы не шокировать свою соседку по комнате, Нийота ответила:       — Так же ууулееетно, как увидеть, что лейтенант-коммандер Спок спрятал под своей строгой униформой?       Гейла часто жаловалась, что привлекательная внешность их преподавателя была потрачена впустую на вулканца — расу, к сожалению, совершенно невосприимчивую к ее феромонам.       Глаза Гейлы расширились, а рот приоткрылся в чистом шоке и восторге.       — Что?! Подробности, Най!       Нийота рассмеялась.       — Я вернулась из Найроби в пятницу, и уже пришли результаты моих экзаменов. Оценка по фонологии оказалась ниже, чем остальные, а ты знаешь, что в этом я наиболее сильна.       Гейла закатила глаза.       — Да, да, ты свободно говоришь на большем количестве языков, чем у меня было парней.       — Нууу, я не уверена, что знаю стооолько языков.       Гейла швырнула подушкой в Нийоту.       — Хватит тянуть время и переходи к лучшей части, Най. Мне нужны подробности твоей встречи с высоким, темным и холодным.       — В общем, я обнаружила, что он в компьютерной лаборатории и направилась туда, чтобы поговорить с ним. Но когда я добралась в корпус физики, его там не оказалось. Поэтому, естественно, я узнала его новое местоположение и последовала туда. Я была так зла, что на самом деле немного плохо соображала. Только когда я оказалась там, на краю бассейна, я поняла, что, возможно, не все продумала, и что, возможно, встретиться с ним в бассейне было плохой идеей. А потом он вылез и просто стоял напротив, в двух футах от меня, весь такой высокий мокрый и… — она хихикнула, — …о боже — в этих крошечных плавках, весь такой серьезный говорит: «Кадет Ухура», — Нийота сделала хмурое выражение и попыталась повторить голос преподавателя, — …своим невероятно глубоким голосом.       Руки Гейлы были прижаты к ее щекам.       — О мой бог, ты стояла на расстоянии вытянутой руки от полуголого мокрого вулканца? — она склонила голову набок. — Вулканцы вообще умеют плавать? У них на Вулкане есть вода?       — Хотела бы я знать! Я не думаю, что на Вулкане на самом деле бывают дожди. Хотя его стиль баттерфляй показался мне довольно ловким, — она вернулась к рассказу: — В любом случае, должно быть, я целую минуту стояла там в полной тишине, просто стараясь не смотреть на него. Я не была уверена, что смогу сосредоточиться на фонологии. Это незаконно, чтобы преподаватель выглядел вот… так.       — Так хорошо?       Нийота молча кивнула.       — Итак, тебе удалось приручить дикого вулканца? Убедить его, что ты заслуживаешь дополнительных баллов? Или у этой истории неутешительный конец? — Гейла пошевелила бровями.       — Конечно же нет! После того, как ко мне вернулся рассудок, я договорилась встретиться с ним в субботу, чтобы обсудить свою оценку. Боже, это было так унизительно. Он, должно быть, знал, что я пустила на него слюни.       Гейла прикусила губу, чтобы подавить смех.       — Ты знаешь, Най, у вулканцев действительно довольно сильно развито обоняние.       Нийота побледнела.       — Даже не начинай, Гейла. Я никогда больше не смогу посмотреть ему в лицо!       — Все в порядке, я преувеличиваю. Твой вулканец не поймет, что он был не единственным, кому требовалось полотенце.       Нийота поморщилась.       — Как это грубо, кадет У’Айдат.       — Это не я провела каникулы, соблазняя преподавателя! — Гейла сделала паузу, чтобы поудобнее устроиться на кровати, подперев голову рукой. — Итак, что произошло в субботу? Вы решили с ним свои разногласия на его столе? — ее брови снова многозначительно заплясали.       — На самом деле встреча прошла довольно хорошо, учитывая все обстоятельства. Он объяснил мою оценку и предложил полезную конструктивную критику. И, я не совсем уверена, но думаю, что он еще, возможно, пошутил.       — Серьезно? И это все? — она вздохнула. — Неловкая беседа и шутка? Боже, Нийота, ты так восхитительно безнадежна. Если бы я оказалась в твоей ситуации, я бы уже проехалась верхом на лейтенант-коммандере весь путь до Вулкана и обратно.       Нийота не смогла удержаться от смеха.       — В твоих словах даже нет смысла, Гейла.