Ветра против Звезды

*Нийота*

      Став ассистентом преподавателя, Нийота получила доступ к его расписанию и теперь знала, что лейтенант-коммандер Спок посещает строительную площадку «Энтерпрайз» примерно раз в восемь недель. Согласно его записям, он обычно проводит на объекте от трех до семи часов. Главная особенность проектирования и строительства «Энтерпрайз»: каждый элемент — вершина передовых технологий, что означает постоянные модернизации почти в каждой части корабля.       Большая часть остальных работ никак не влияла на деятельность Спока, так как общая компоновка матрицы сенсоров была уже довольно хорошо доработана. Однако многие компоненты, которые будут расположены на мостике, все еще совершенствовались, из-за чего происходила постоянная борьба за пространство. Спок, очевидно, не хотел полагаться на планы и расчеты своих коллег, поэтому проверял все на месте, чтобы быть уверенным в точности предоставленных ему данных. Оказалось, что уже было несколько небольших несостыковок, которые ему пришлось исправлять.       Нийота изучила заметки лейтенант-коммандера о матрице и просто умирала от желания присоединиться к нему во время его следующего визита на верфь. Но она знала, что он сочтет ее присутствие ненужным, и не была уверенна, как можно убедить его взять ее с собой.       В четверг днем она пришла на их обычную встречу на пятнадцать минут раньше, так и не придумав ни одного убедительного аргумента. Как ни странно, лаборатория оказалась не заперта, но в ней никого не было. Она села и достала из сумки падд, чтобы занять себя, пока не появится лейтенант-коммандер. Она перечитывала кое-какие заметки о языке Бетазоидов, который она изучала, когда услышала глухой стук.       Отложив в сторону падд, она прошла в центр помещения и обнаружила источник шума. Пара начищенных ботинок Звездного Флота торчала из-под беспорядочно разобранного корпуса экспериментального образца матрицы сенсоров. Показалась бледная рука и пошарила по полу. Отвертка лежала примерно в метре от ищущих пальцев. Нийота наклонилась, подняла и передала предмет.       — Лейтенант-коммандер Спок? — было крайне маловероятно, что кто-то еще будет копаться в этой матрице, но она не могла быть уверена в его личности только по блеску ботинок и руке, которую он обычно держал за спиной.       Голос из-под матрицы звучал приглушенно:       — Кадет. Вы пришли на 12,8 минуты раньше.       — Не обращайте на меня внимания, сэр. Мне нужно кое-что перепроверить, — она выпрямилась, чтобы вернуться на свое место.       — Минутку, кадет, не могли бы вы, пожалуйста, передать мне рычаг ответвления номер 3? — Нийота направилась к лотку с инструментами на соседнем столе. — Он в нижнем ящике справа.       Она опустилась на колени рядом с матрицей и протянула рычаг Споку, ее пальцы на мгновение коснулись его, когда она передавала ему инструмент. Она была потрясена тем, какой теплой оказалась его кожа. Разница температур с ее собственным более прохладным человеческим телом оказалась гораздо более ощутима, чем она ожидала.       /Релейные переключатели расположены неправильно. Их обслуживание будет невозможно без доступа снизу./       Он не говорил с ней по-вулкански с тех пор, как созванивался по видеокомму с ее отцом. Его голос звучал тягуче и как-то рассеянно. Как будто он думал вслух.       — Базовая конструкция матрицы имеет почти кубическую форму. Разве нельзя просто переориентировать ее при установке? — она ответила на том же языке. Будучи спроектированной для работы в условиях невесомости, ориентация матрицы по отношению к мостику не должна влиять на ее функциональность.       Спок долго молчал, прежде чем ответить на стандарте:       — Проницательное наблюдение, кадет.       Нийота стушевалась, не уверенная, был ли это сарказм. Теперь, когда она подумала об этом, это казалось совершенно очевидно.       — Простите. Я уверена, что вы уже рассматривали такой вариант.       Его ботинки сдвинулись, и Спок вытолкнул себя из-под матрицы на ремонтном лежаке на колесиках. Его волосы были убраны с лица, и на нем не было форменного кителя, только черная футболка. Нийота заметила, что это зимний вариант с длинными рукавами, несмотря на то что на улице был теплый день. Она старалась не пялиться, когда он поднялся и вернул несколько инструментов в соответствующие лотки. Как же все-таки привлекательно ткань облегала его стройную фигуру и широкие плечи.       — На самом деле я не рассматривал данный вариант. В ретроспективе это кажется очевидным, — он слегка изогнул бровь, что Нийота интерпретировала как «улыбку».       — О, отлично. Рада, что смогла вам помочь, сэр.       Спок вернулся в свой кабинет и снял китель с дверного крючка. Застегиваясь, он продолжил говорить:       — Если это не противоречит вашему расписанию, кадет Ухура, ваша проницательность может оказаться полезной во время моего завтрашнего визита на «Энтерпрайз».       Нийота почувствовала, как ее глаза расширились от волнения.       — Да! Я имею в виду, нет! Это не будет противоречить моему расписанию! — Спок остановился, чтобы взглянуть на нее, его руки замерли на застежке воротника кителя. Ее волнение, казалось, удивило его. Она зарделась от смущения. — Я бы с удовольствием посетила верфь.       Она не только снова увидит свой любимый «Энтерпрайз», но и окажет помощь будущему первому офицеру в конструировании одной из систем корабля, что станет огромным плюсом рядом с ее именем, когда начнут распределять назначения на службу.       А провести день, передавая инструменты привлекательному вулканцу — станет приятным разнообразием, по сравнению с ее обычными пятничными занятиями: рукопашный бой и тактика. Основные учебные предметы для офицеров мостика, но не имеющие большого значения в ее области.       Спок занял свое место и кивнул.       — Отлично. Я отъезжаю в 06:00 от главных ворот. Дорога займет примерно 2,5 часа. Одевайтесь соответственно для строительной площадки.       — Да, сэр, — кивнула Нийота. Она точно не будет сожалеть, что ей на день придется сменить кадетскую мини юбку.       — Сколько студентов посетило репетиторскую группу во вторник вечером? — Спок переключил свое внимание на падд.

*Спок*

      Спок вернулся в свои апартаменты сразу после встречи с кадетом Ухурой. Он был потрясен кратким телепатическим контактом, который она случайно установила, когда передавала ему рычаг ответвления. Она с такой непринужденностью вербально ответила на его мысли.       Он не испытывал телепатического контакта в течение 27 стандартных месяцев, с тех пор как в последний раз видел свою мать.       Прикосновение разума кадета Ухуры было теплым и сбивающим с толку. Он почувствовал привязанность, беспокойство, энтузиазм и полдюжины других человеческих эмоций одной большой лавиной. Он понятия не имел, как люди могут выносить, когда на них постоянно обрушивается столько чувств одновременно.       Предположительно, он сумел должным образом скрыть свое потрясение, и кадет, казалось, не заметила его затруднительного положения. Он был так рассеян, что даже предложил ей сопровождать его на верфи просто для того, чтобы что-то сказать. В тот момент, когда эти слова слетели с его губ, он уже хотел было взять их обратно, но затем ее восторг заставил его почувствовать вину за свой эгоизм. Кадет Ухура — одаренная студентка и прекрасный ассистент. Он не должен препятствовать ее такому очевидному желанию увидеть «Энтерпрайз».       Он медитировал в течение нескольких часов, пока не почувствовал, что вновь достиг того уровня отрешения от своего влечения к кадету, которое он смог развить за последние несколько месяцев.       Несмотря на это, он проснулся в 3.12 утра, задыхаясь от ее голоса, звенящего у него в ушах: «Спок. K'diwa ». Это ужасное темное чувство вернулось с удвоенной силой. Было ли это вожделение? Было ли это то, что люди чувствовали постоянно? Если так, то их одержимость сексом становилась вполне понятна.       Этот сон был намного хуже предыдущих. Он не просто соединил свое тело с телом кадета, что было уже достаточно плохо, он также соединил их разумы. Его подсознание восприняло то краткое прикосновение ее разума, которое он почувствовал тем днем, и экстраполировало его. В своем волнующем сне он совершил слияние разумов и связал себя с ней.       Его сердце билось с бешеной скоростью, а мысли были в смятении от переплетающихся в нем вожделения, стыда и гнева. Никогда раньше он не видел таких снов, даже когда в подростковом возрасте был во власти человеческих гормонов или когда он все еще был помолвлен с Т’Принг. Он стиснул челюсти и сглотнул. На мгновение он все еще мог ощутить ее вкус.

*Нийота*

      Нийота проснулась в 5:00 с головокружительным предвкушением. Было холодно и темно, но ей пришлось сдержать желание запеть, пока она принимала душ. Гейла вернулась в их комнату только после 2 часов ночи. Она бы не оценила такое грубое, хотя и радостное пробуждение. Тихо передвигаясь по комнате, Нийота надела джинсы, блузку, любимую куртку и пару крепких ботинок. Она нанесла свой повседневный макияж — подводку для глаз и тушь для ресниц — и брызнула пару раз своими обычными духами. На мгновение она подумала о том, чтобы надеть шарф, но знала, что прохладный осенний воздух быстро прогреется, как только взойдет солнце. Вместо этого она оставила волосы распущенными.       В 5:30 она уже вышла из комнаты и направилась в кафе кампуса, которое было открыто 24 часа в сутки — постоянный поток лишенных сна студентов Академии гарантировал это. Побаловав себя латте с шоколадной выпечкой, она прибыла к главным воротам в 05:53 и задалась вопросом, как они будут добираться до верфи. Лейтенант-коммандер Спок сказал, что путешествие займет два с половиной часа, что не соответствует общественному шаттлу или поездке на ховеркаре. Возможно, есть какой-то специальный транспорт Звездного Флота.       Нийота стала так, чтобы наблюдать за движением со стороны жилого корпуса факультета. В 05.58 она была удивлена, так и не заметив приближения ее вулканского преподавателя. Он задерживался. Она все еще смотрела на путь, ведущий к корпусам персонала, когда услышала приближение транспортного средства, которое остановилось неподалеку. Она оглянулась через плечо. Ховербайк. Ее взгляд снова вернулся к дороге. Часы показывали 06:00. Невероятно! Лейтенант-коммандер не пунктуален!       — Кадет Ухура.       Нийота медленно повернулась на голос. Ховербайк. На нем сидел он, его визор был поднят, и он держал перед собой второй шлем. Лейтенант-коммандер Спок. На ховербайке. Она была уверена, что ее глаза вылезли из орбит.       — Спок! Я имею в виду, лейтенант-коммандер, сэр! — она шагнула к нему, поморщившись от своей оплошности. — Простите. Вы напугали меня. Я не ожидала увидеть… — она растерянно махнула рукой в сторону воздушного мотоцикла. — …ховербайк? — слабо закончила она.       Он протянул ей запасной шлем, молча предлагая взять его.       — Это самый эффективный вид транспорта, доступный на этой планете.       Нийота старалась не пялиться. Он был одет в специальный защитный костюм для езды на открытом воздушном виде транспорта, который подчеркивал его широкие плечи и узкую талию. Она вдруг поняла, почему некоторые женщины находят привлекательными мужчин на ховербайках.       Нийота осторожно взяла шлем и откинула визор, прежде чем надеть его. Ей потребовалось мгновение, чтобы привести в порядок волосы, чтобы они нигде не тянули. Она остановилась рядом с байком и настороженно посмотрела на него, а потом на его водителя. Байк тихо гудел, вися в футе над землей. Воздух под ним дрожал от жара. У нее немного разболелась голова от того, как небрежно этот транспорт, казалось, бросал вызов законам физики.       На этот раз лейтенант-коммандер, по-видимому, понял ее чувства.       — Уверяю вас, это совершенно безопасно, кадет. Вероятность несчастного случая со смертельным исходом на ховербайке составляет менее 0,001%, что на 138,9% ниже, чем во время среднестатистического путешествия на космическом корабле, — почувствовав, что это ее не успокоило, он добавил: — Они распространены на Вулкане. У меня имеется большой опыт управления, и я не разбивал их с тех пор, как мне было 14,2 земных года.       Нийота глубоко вздохнула.       — Я уверена, что вы чрезвычайно опытны, сэр. Однако я никогда раньше не ездила на таком и не уверена, где мне… расположиться, — она неопределенно указала на байк.       Он соскользнул с транспорта и указал на мягкое сидение для пассажира позади водительского сидения прямо над двумя небольшими стабилизаторами, которые выступали по бокам ховербайка. Оно казалось таким маленьким.       — Пассажир сидит здесь, кадет, — он наклонился и сделал что-то, в результате чего с одной стороны байка с щелчком вылетела маленькая подставка для ноги в виде колышка. — К сожалению, высота опор для ног не регулируется, но я предполагаю, что они будут приемлемо соответствовать вашему росту, — он сделал паузу. — Этот ховербайк вулканского происхождения и разработан в соответствии с телосложением вулканца, однако вы достаточно высоки для человеческой женщины.       От любого другого мужчины Нийота восприняла бы это как неловкий комплимент. Со стороны же ее профессора это была простая констатация факта. Не желая, чтобы он подумал, что она напугана, она забралась на байк. Он обошел с другой стороны и взял ее за ногу. Нийота удивленно уставилась на него. Но он сосредоточенно смотрел вниз. Его хватка была крепкой сквозь кожу ее ботинка, и в ответ на его действия у нее по спине пробежали мурашки. Потом он выдернул вторую подставку с другой стороны и поставил на нее ее ногу. Ох, конечно.       Нийота не знала, что делать со своими руками.       Она подумала о том, чтобы спросить его, но затем он забрался перед ней и устроился между ее бедрами. Она сглотнула и слегка откинулась назад, прошептав себе под нос «божемой-божемой». К ее удивлению, голос Спока отчетливо прозвучал в ее шлеме:       — Если вы не чувствуете себя комфортно, кадет, вы не обязаны сопровождать меня.       Ну конечно, в шлемы, должно быть, встроен коммуникатор или что-то вроде того.       — Я в порядке, сэр, просто не знаю, куда деть руки.       Сидящий перед ней Спок сделал что-то со сложным на вид управлением, и ховербайк с ревом ожил, вибрируя под ней.       — В задней части есть ручка, однако безопаснее и намного комфортнее опираться на ноги и держаться за водителя.       Нийота не считала, что «намного комфортнее» — это действительно правильный термин. «Более чем невероятно некомфортно» звучало более правдоподобно. Тем не менее, она осторожно положила руки на бока Спока. Она была рада, что он покрыт одеждой с головы до ног. Чего она не хотела, так чтобы он с помощью своей сенсорной телепатии мог получить хоть малейшее представление о том, что она думает.       Спок наклонился вперед, и байк дернулся на метр в воздух. Нийоте удалось подавить вскрик, только ее ноги сильнее сжали ховербайк, а руки вцепились смертельной хваткой в одежду вулканца.       — Тебе лучше крепче держаться, Нийота, — его голос звучал слегка рассеянно. Он дразнил ее, потому что она только что вцепилась в него? Это был первый раз, когда он обратился к ней по имени. Она почувствовала, как рука в перчатке потянула ее левую руку так, чтобы она обхватила его, а не сжимала в кулаке его куртку. Она соответственно изменила положение правой руки. — Ты должна попытаться сбалансировать захват между ногами и руками, чтобы предотвратить мышечное напряжение, — пока он говорил, рев двигателя сменил ноту, и байк сделал круг.       Нийота кивнула, потом поняла, что он ее не видит.       — Да, сэр, — она поняла, что слегка дрожит от нервного напряжения. Байк рванулся вперед, чтобы снова выехать на дорогу. Она стиснула зубы, чтобы подавить визг, когда ее сердце ухнуло вниз. Они летели ранним пятничным утром примерно в полутора метрах над пустынными улицами Сан-Франциско. Первые несколько миль Нийота двигалась и перегруппировывалась, пытаясь сохранить хоть какое-то уважение к личному пространству своего преподавателя, но на каждом резком повороте ее вжимало в него, и в конце концов она сдалась.       Похоже, ему все равно.       Вероятно, он понятия не имеет, как его близость влияет на нее. И, конечно, она сомневалась, что это взаимно.       К тому времени, когда она расслабилась, они были уже далеко за городом и проезжали через сельские пригороды, которые быстро сменились сельхозугодиями, усеянными небольшими городками. Ее всегда поражало, что независимо от того, насколько, казалось бы, развитой стала человеческая раса, всего в часе езды даже от их крупнейших городов люди выращивали те же культуры, что и тысячи лет назад. Она резко повернула голову, чтобы окинуть взглядом фруктовый сад, когда в ее шлеме зазвучала музыка. На визоре вспыхнули индикаторы с надписями на вулканском языке, и она поняла, что активировала интерактивные настройки.       — Извините, я не специально, сэр.       — Что не специально, кадет?       — Я задела что-то в своем шлеме, и включился коммкаст.       — Эти настройки индивидуальны для шлемов. Если вы хотите ими воспользоваться, система управляется жестами движения головы.       Нийота для пробы наклонила голову. Это была несовершенная система управления, но она смогла найти музыкальную передачу, которую иногда слушала во время чтения или учебы. Интересно, что при повороте головы также появилась подробная точная информация о ховербайке и его пассажирах. Она поймала себя на том, что смотрит на показания Спока — его пульс, температуру тела, вес и рост — как будто цифры каким-то волшебным образом смогут объяснить ей ее таинственного лейтенант-коммандера. Удивительно высокий рост для его веса заставил что-то щелкнуть внутри нее.       — Вы перевезли сюда вулканский ховербайк, потому что терранские модели плохо приспособлены для плотности тела вулканцев.       — Верно.       Вероятно, он думал, что это очевидно.       — Значит, вулканцы использует ховербайки вместо ховеркаров, сэр?       — Как правило, большинство семей владеют и тем и другим. Для личного транспорта предпочтительны ховербайки, так как они более эффективны, быстры и имеют большую дальность.       Это имеет смысл. Вулкан — пустынная планета с небольшим населением и значительными расстояниями. Ховербайк может проделать во много раз больший путь, чем ховеркар с аналогичным источником питания. Тем не менее, ховербайк не казался уместным видом транспорта для представительных вулканцев в их многослойных одеждах.       — Они носят мантии?       — Большинство предпочитает одежду с меньшей вероятностью попасть в механизм, что стало бы причиной травмы или повреждения транспортного средства.       — Сегодня утром я чуть не надела шарф.       — Хорошо, что вы этого не сделали. Потерять самого многообещающего кадета своего факультета из-за «обезглавливания в результате несчастного случая с шарфом на ховербайке» было бы трудно объяснить профессору Воссу.       Нийота изумленно рассмеялась. Это определенно была шутка. Спок пошутил.       — Гейла выскользнула этим утром, пока я спала, и угостила вас «кофе», лейтенант-коммандер?       Голос Спока стал почти сердитым.       — Нет. И больше не будет принято никаких дальнейших подношений от кадета У’Айдат. Я вижу, что мои попытки проявления «человеческой вежливости» и ведения «светской беседы» с ней были ошибочны.       — Хм, возможно, вам следует держаться подальше от орионских девушек. Однако, похоже, у вас все в порядке со всеми остальными. Работа в ваших учебных группах все так же сложна, но студенты кажутся гораздо более мотивированными, если судить по моим встречам и репетиторским группам.       — Я все еще нахожу нелогичным, что комментарии о погоде и развлечениях могут иметь такой эффект, — он действительно казался озадаченным.       — Думаю, что даже самый маленький комплимент или внимание со стороны вулканца — очень лестно для большинства людей. Другим профессорам приходится на лекциях шутить и рассказывать разные забавные случаи из жизни. Вы сделали один саркастический комментарий о матери кадета Кирка и весь лекционный зал катался со смеху.       — Я был под воздействием опьяняющего вещества.       — Только Гейла знала об этом. Все остальные подумали, что они мельком увидели «настоящего лейтенант-коммандера Спока», и теперь они спокойнее реагируют на вас.       — Я сожалею, что мой комментарий был за счет матери кадета Кирка. Я уверен, что моя собственная мать не была бы довольна.       — Кирк настолько заносчивый, насколько это возможно, сэр. Я сомневаюсь, что он хоть секунду подумал об этом дважды, и вам не стоит, — она сделала паузу. — А шутить над человеческими матерями — давняя терранская традиция. Никто не воспринимает такие шутки всерьез.       — Существует человеческая традиция оскорблять чужих матерей?       — Да. Общепризнано, что на самом деле это не следует воспринимать всерьез.       Голос Спока звучал скептически.       — Это странно. Меня часто обвиняют в бесчувственности, но оскорбления в адрес моей матери в прошлом вызывали во мне определенно эмоциональную, почти человеческую реакцию.       — Это шутка, Спок, а не оскорбление.       — Пожалуйста, приведите пример.       Нийота попыталась придумать что-нибудь, что наглядно пояснило бы смысл, но не было пошлым. Это оказалось достаточно сложно.       — Твоя мать такая толстая, что теоретически она может видеть, как вселенная гибнет вокруг нее.       Спок долго молчал.       — Моя мать, по человеческим меркам, очень маленькая.       Нийота проигнорировала его.       — Твоя мать такая плотная, что преломляет свет.              — Это утверждение не имеет смысла.       Она решила попробовать еще раз:       — Твоя мать настолько глупа, что берет с собой в постель рулетку, чтобы узнать, на сколько длинным был ее сон , — и замолчала, в ожидании неизбежного ответа.       — Моя мать имеет две земные докторские степени и заседает в Высшем Совете Вулкана. Она никогда бы не спутала измерение пространства с измерением времени.       Нийота прикусила губу, чтобы сдержать смех, радуясь, что Спок не мог ее видеть.       — Спок. Не это главное. На самом деле, эти оскорбления не в серьез, они должны быть абсурдными.       — Ну они, безусловно, абсурдны.       Он долго молчал. В конце концов, Нийота решила, что ей лучше уточнить:       — Простите, если я обидела вас, сэр, я только приводила примеры и не намеревалась оскорбить вашу маму.       — Кадет Ухура, соотношение массы и объема тела вашей матери таково, что она способна плавать на поверхности чистого оксида азота.       На мгновение она потрясенно замолчала, осознавая смысл его слов. Это было довольно ужасно и очень далеко от шутки, но она все равно рассмеялась.