Call out my name

Утро почти всегда вызывает ненависть у Шерил. Особенно сегодняшнее утро. Особенно после вчерашней ночи. Девушка только стонет от боли в висках, медленно просыпаясь. — Я больше никогда не буду пить. Ни грамма. — сонно бормочет Блоссом. — Все так говорят, принцесса, но это враньё, — голос раздается откуда-то слева. Шерил испуганно подскакивает и натягивает одеяло до подбородка, пытаясь спрятаться. — Ты меня до смерти напугала! — Блоссом кидает подушку в девушку, сидящую на кресле. — Прости, красавица, я не хотела, — Тони «драматично» прикрывает глаза ладонью и хрипло смеётся. — Ты хоть помнишь, кто я и как ты тут оказалась? Воспоминания начинают мелькать в голове с неконтролируемой скоростью: очередная ссора с родителями, бар на южной стороне, танцы, алкоголь, Тони, прикосновения, машина, а дальше темнота. — Помню почти всё. Я отключилась в машине, да? — Шерил неуверенно смотрит на Топаз. — Да, — ухмыляется Тони. — Почему-то тебе вчера очень хотелось меня трогать, в итоге ты умудрилась даже в машине лежать на мне, будучи пристёгнутой ремнём, а потом просто уснула. Пришлось нести тебя в кровать и переодевать. Блоссом молчит и разглядывает Топаз. На девушке та же одежда, что и вчера: те самые черные джинсы, расстёгнутая клетчатая рубашка и белая майка, а на кресле небрежно валяется черная кожаная куртка. Тони выглядит сильно помятой, уставшей; у неё покрасневшие глаза, в одной руке она крутит полупустой стакан с алкоголем, а другой массирует висок. — Ты не спала? — тихо спрашивает Шерил, всё еще глазея на девушку напротив. — Нет. Я вообще мало сплю, у меня бессонница, и голова постоянно болит, — Тони устало вздыхает. — Я просидела остаток ночи и утро тут. Тебе могло стать плохо, поэтому на всякий случай решила за тобой присмотреть. — У нас ведь ничего не было? Ну, я имею в виду, ты поняла, — Блоссом начинает мямлить и краснеть. — Воу, воу, притормози, принцесса, у нас ничего не было и быть не могло, — Топаз отрицательно машет головой. — Я бы никогда не воспользовалась девушкой, а уж тем более нетрезвой, и тебе всё ещё нет шестнадцати! Ты за кого меня принимаешь? — Я не... прости, я просто ничего не помню больше, — Блоссом было так стыдно. — Прости, я обычно так себя не веду. Просто сильно напилась и не понимала, что делаю. Мне жаль, если я доставила тебе проблемы, я сейчас соберусь и уеду. Шерил пытается сесть в кровати, но её голову пронизывает такая боль, что из глаз начинают течь слёзы, а из горла вырывается стон. Тони тут же оказывается рядом, укладывает девушку обратно, осторожно прижимая ладонь к голове, и начинает гладить её волосы. — Тише, тише, детка, не делай таких резких движений. Ты не доставила мне проблем, и тебе не нужно сбегать. Если что, ванная комната за той дверью. Я пока пойду вниз, приготовлю тебе завтрак, а ты еще поспи. Только сначала выпей аспирин, — Топаз протягивает стакан с водой и таблетки девушке, та благодарно кивает и выпивает лекарство. — Спасибо, — Блоссом прикрывает глаза, чувствуя, как Тони укутывает её в одеяло. Топаз уходит из комнаты, а Шерил продолжает лежать с закрытыми глазами, у неё нет сил шевелиться, пока рядом не начинает вибрировать телефон. Девушка подрывается, смотря на дисплей, на котором отображается куча пропущенных от её матери. — «Мне пиздец!», — Блоссом скатывается с кровати, хватает свои вещи, которые Тони заботливо сложила рядом, и спотыкаясь, движется в сторону ванной комнаты, чтобы привести себя хотя бы в относительный порядок. Через пятнадцать минут, всё ещё помятая и не протрезвевшая, девушка спускается вниз и слышит, как Тони разговаривает с каким-то мужчиной, голос которого кажется ей таким знакомым, что она замирает на лестнице. — Ты не хочешь объяснить мне, как так получилось, что ты увезла вчера из бара Шерил Блоссом к себе домой? — спрашивает незнакомец. — Да без проблем! Шерил Блоссом вчера напилась виски до состояния коматоза, и я не могла позволить ей остаться в баре одной. К тому же, она не хотела домой, поэтому я и привезла её к себе, уложила спать и не делала ничего криминального. — Ты могла бы позвонить мне. — Зачем? Я, по-твоему, не способна позаботиться о пьяной девушке? — Она моя крестная дочь, чёрт возьми, это моя работа — о ней заботиться! — Так мне нужно было позвонить тебе в час ночи и сообщить, что твоя крестница лежит на мне и очень хочет обниматься? Иди ты нафиг, ЭфПи. Принцесса перебрала, устроила жаркие танцы, а потом наотрез отказалась ехать к маме с папой, так что я, как владелец развлекательного заведения, была обязана обеспечить ей комфорт и безопасность, поэтому не бурчи, как старый дед. — Если в следующий раз такое повторится, всё-таки сообщи мне, пожалуйста. — Л-а-адно, а теперь выметайся из моего дома, папа медведь. Я накормлю Шерил завтраком и отвезу к родителям, не переживай. — А потом заскочи в офис, нужно рабочие моменты обсудить, — смеётся мужчина. — Шерил правда обниматься к тебе лезла? — Правда! Она была такой настойчивой, но я стоически выдержала натиск рыжей фурии, — усмехается в ответ Тони. — Видишь, какое у меня самообладание? — В нашей дружной компании только я и Свит Пи натуралы? — ЭфПи уже хохотал во всю. — Да, поэтому вам нужно с ним замутить, — теперь смеётся Тони. — Всё, иди работай, я позже приеду. Внизу хлопнула дверь, а Блоссом прижалась лбом к стене. ЭфПи Джонс был её крестным отцом. Он дружил с её родителями еще со школы, был шафером на их свадьбе, а после того, как на свет появились близнецы Блоссом, Джонс стал для них обоих крестным. Блоссомы и Джонс были хорошими друзьями ровно до того момента, когда оружейный бизнес банды «Южных змей» стал набирать обороты и приносить приличный доход. Её родной и крестный отцы что-то не поделили, и Клиффорд запретил ЭфПи приближаться к ней и Джейсону, хотя они регулярно получали от него подарки на все праздники. Но с девяти лет девушка его не видела. Она и правда по нему сильно скучала. Джонс был единственным взрослым, который по-настоящему её любил и заботился, проводя почти всё своё свободное время с близнецами и своим сыном Джагхедом. Шерил тяжело вздыхает: если её родители узнают ещё и об ЭфПи, то они и его за компанию прикончат. Девушка спускается вниз и наблюдает за Топаз, которая варит кофе. Та замечает её и тепло улыбается. — Рыжая богиня спустилась к простым смертным на завтрак, — Тони «салютует» ей кружкой. — Присаживайся, у нас с тобой яичница с беконом и тосты с кофе. Надеюсь, ты такое ешь, потому что я больше ничего не умею готовить. — Да, спасибо, это отличный завтрак, — Шерил чувствует себя неловко после комплимента. — Ты очень заботливая и столько для меня сделала, я правда тебе благодарна. — Да ладно, детка, мне было даже приятно о тебе заботиться, — Топаз ставит тарелки с едой и кофе перед девушкой. — Приятного аппетита. — Спасибо, Тони, — Блоссом краснеет и старается не поднимать на девушку глаза. — Тебе тоже приятного аппетита. Девушки завтракают в тишине, пока Шерил посматривает на Тони. Девушка без энтузиазма ест и продолжает держаться одной рукой за голову, периодически морщась от боли. Блоссом так хочется прикасаться к её смуглой коже и таким необычным розовым волосам, девушка не понимает, что с ней творится и почему Топаз так на неё действует. На столе вибрирует телефон Шерил, девушка закатывает глаза и скидывает вызов. — Не хочешь отвечать? — Топаз вопросительно смотрит на рыжеволосую. — Это мама, — Шерил поднимает грустные глаза на Тони. — Они с отцом меня убьют. — Принцесса, я отвезу тебя и объясню твоим родителям, где ты была, чтобы они на тебя не ругались. Не волнуйся, тебя никто не убьёт. — Сомневаюсь, что твои объяснения меня спасут, но спасибо за попытку, — Блоссом тяжело вздыхает. — Как ты себя чувствуешь? Голова еще болит? — интересуется Топаз. — Как будто меня сбил поезд, — Блоссом морщится. — Ох, бедная, бедная, — Тони подмигивает девушке. — А это значит, что, когда в следующий раз ты окажешься в моём баре, тебя будет ждать только вишневая кола, специально для вишневой Шерил. — Очень смешно, — Блоссом сузила глаза и зло смотрела на Топаз, пока та смеялась. — Принцесса, мне очень нравится твоя компания, но твоя матушка явно будет недовольна, если я не привезу тебя домой в ближайший час, — Тони поднялась из-за стола. — Да, ты права, поехали в Торнхилл. — Сейчас подожди минутку, — Топаз убегает наверх и возвращается с курткой в руках, на черной коже яркая эмблема банды «Южных змей». — Вот возьми, ты, конечно, прекрасно выглядишь в этом чертовски обтягивающем красном платье, но на улице сегодня свежо, ты можешь замерзнуть. — Спасибо, Тони, — благодарит Шерил, пока Топаз помогает ей надеть куртку. Тут же Блоссом чувствует запах парфюма Топаз, и почему-то её кожа покрывается мурашками. — Пожалуйста, вот теперь мы можем ехать, — Тони открывает дверь и пропускает Шерил вперёд.