Кровавое счастье

Тишина не была пустой — она давила.В коридорах заброшенной психиатрической больницы воздух стоял тяжёлый, пропитанный пылью, плесенью и чем-то металлическим,напоминающим старую кровь. Где-то в глубине здания скрипнула балка, будто кость, сломанная под весом времени.Грубый голос эхом прошёлся по стенам.Артур не шевелился несколько секунд.Сердце билось так громко, что казалось — его услышат. Он медленно сел, ощущая холод пола сквозь тонкую ткань одежды. Ладони дрожали, но лицо оставалось спокойным. «Главное — чтобы он не понял». Шаги в коридоре не звучали. Это пугало больше всего. — А я и первую дырку в своей голове не хочу, — тихо бросил он в темноту. Ответа не было.Только запах.Тяжёлый, насыщенный, сладкий.Ваниль, густая и приторная, почти липкая. Она заполняла лёгкие, оседала в горле, смешивалась с сыростью и гнилью.Аромат будто имел вес — он опускался на плечи, прижимал к полу. — Думаешь, я подойду ближе? — голос Артура стал увереннее. — Нет. Раз играем — значит играем. Он медленно поднялся. Лунный свет пробивался через мутное окно, расчерчивая комнату бледными полосами. Перевёрнутый диван отбрасывал уродливую тень, похожую на сгорбленное тело.В проёме двери стояла фигура. Неподвижная. Тёмная. Он чувствовал его взгляд. Холодный.Расчётливый. — Ты не можешь войти, — почти шёпотом произнёс Артур. — Тебя держит запах. Марк молчал.Но его дыхание стало тяжелее.Доски под ногами тихо хрустнули. Пистолет блеснул в лунном свете — тускло, как мокрый металл в морге.Артур сделал шаг навстречу.Близко.Слишком близко.Его пальцы осторожно коснулись запястья убийцы. Кожа была тёплой, шершавой. Живой. Он медленно поднял чужую руку и положил себе на грудь. Сердце колотилось бешено — не от желания. От страха. — Ты когда-нибудь чувствовал, чтобы жертва сама подходила? — голос его стал ниже. Медленнее. — Или тебе всегда доставались только крики? В комнате стало тесно.Запах сгущался. Сладость начинала отдавать горечью.Марк смотрел на него сверху вниз. В карих глазах — раздражение… и что-то ещё. Что-то опасное. — Идиот, — процедил он. Выстрел в потолок разорвал воздух.Штукатурка посыпалась на плечи Артура, белая пыль осела на ресницах. Звон в ушах заглушил дыхание. — Пятнадцать, — тихо сказал Марк, проверяя обойму. — Как думаешь, куда следующая? Пальцы сомкнулись на шее Артура.Не сразу.Медленно.Как будто давая время осознать.Хватка усилилась. Мир сузился до точки. Воздух исчез. В глазах потемнело. В горле вырвался сиплый звук.На секунду — всего на секунду — Марк задержал давление.И разжал.Артур сполз по стене, задыхаясь. Кашель разрывал грудь. В глазах стояли слёзы, но он улыбнулся.Неровность в стене — выступающий кирпич — царапнула пальцы.Шанс.Он поднялся снова.Медленно подошёл. Положил ладони на грудь Марка. Чувствовал, как быстро бьётся его сердце. Не такое холодное, как он пытается показать. — Я останусь у тебя в голове, — прошептал Артур, почти касаясь его губ. — Мой запах будет с тобой.Всегда. Сладость стала удушающей.Марк стиснул зубы.Внутри него что-то трескалось — не кости.Контроль. — Надоело, — холодно сказал он.Пальцы вновь легли на шею — сильнее. Артур одной рукой сжал кирпич, едва вытянув его из стены. Сердце колотилось так, будто хотело вырваться наружу. «Сейчас». Или никогда. В коридоре за их спинами что-то скрипнуло.Будто кто-то ещё наблюдал.Будто в этой игре никогда не было только двух игроков.