Кровавое счастье

Разум Марка не рушился — он крошился. Медленно. С хрустом.Запах был повсюду. Не просто сладкий — тягучий, густой, как расплавленный сахар, в который случайно подмешали что-то гнилое. Он оседал на языке, прилипал к нёбу, проникал под кожу. Ваниль. Чистая, тёплая… и чужая.Карий взгляд скользил по Артуру, будто ощупывал его вместо рук. Узкие запястья. Бледная шея.Тонкая ткань рубашки, под которой едва заметно вздрагивала ключица при каждом вдохе. «Мягкие. Слишком мягкие руки…» Марк злился на собственные мысли.Он шагнул ближе.Слишком близко.Пальцы врезались в волосы Артура, сжимая их у самого затылка.Рывок — резкий, болезненный.Голова омеги запрокинулась, оголив шею. Тонкая кожа. Под ней — пульс. Быстрый.Неровный. — Играешь? — тихо, почти без интонации. Артур не отвёл взгляда. Зрачки расширены. Дыхание учащённое. На губах — тень упрямства.Это не была покорность.Это была попытка.Марк медленно вдохнул. Ошибка. Аромат ударил сильнее. Он ощущал его не только в лёгких — в висках, в затылке, в пальцах. Сладость казалась живой. Будто сама тянулась к нему.Пистолет исчез в кобуре. — Дистанцию. Не. Нарушают. Он толкнул Артура к стене. Камень встретил его спину глухим ударом.Пыль осыпалась с потолка, медленно кружась в лунном свете.Поцелуй был не страстным — он был проверкой на прочность. Жёсткий нажим, зубы, горячее дыхание. Не ласка — вторжение.Губы действительно мягкие.И это взбесило.Марк резко отстранился, будто обжёгся. Взгляд потемнел. — Думаешь, я не чувствую страх? Он чувствовал. Он слышал, как сердце Артура стучит — быстро, неровно, будто пытается пробить грудную клетку изнутри.Удар в солнечное сплетение.Тело омеги сложилось пополам. Воздух вырвался сухим, сломанным хрипом. Колени дрогнули.Второй удар — между лопаток. Глухой звук, как удар по сырому дереву.Марк не спешил.Он снова схватил его за волосы, поднимая лицо вверх. На виске выступила тонкая алая линия — кровь медленно стекала к скуле.Глаза всё ещё были открыты.Не молили.Не кричали.Это раздражало сильнее, чем сопротивление. — Слишком смелый. Удар в висок был коротким. Точным.Пальцы почувствовали, как тело теряет напряжение.Артур упал на бетон. Звук — тупой. Пустой.На секунду стало тихо.Только тяжёлое дыхание Марка и отдалённый скрип старых труб где-то в глубине здания.Запах никуда не делся.Он стоял над неподвижным телом, смотрел на тонкую грудь — едва заметное движение. Жив. «Не убивать». Пока.Он схватил его за ворот. Потянул. Ткань натянулась, послышался треск ниток. Голова Артура безвольно билась о ступени, оставляя тёмные следы на пыльном бетоне.Лестница в подвал была узкой.Стены влажные. Плесень въелась в швы между кирпичами.Внизу пахло ржавчиной и застоявшимся воздухом.Каждый шаг отдавался гулким эхом.Он открыл металлическую дверь. Петли заскрежетали, будто кто-то тихо застонал.Внутри — бетонная комната. Голые стены. Кольцо вмонтировано в пол.Старые цепи, покрытые ржавчиной.Марк швырнул Артура внутрь. Тело перекатилось на бок.Несколько секунд он просто смотрел.Тонкая полоска крови медленно стекала к уху. Грудь поднималась и опускалась слабо, но ритмично.Запах всё ещё был сильным.Даже здесь.Он присел на корточки. Провёл пальцами по щеке — не ласково, а оценивающе. Кожа тёплая.Живая. — Ты проиграл, — тихо произнёс он. Дверь захлопнулась.Звук металла прокатился по подвалу и замер.Но в темноте, за закрытой дверью, сладкий запах не исчез.И Марк понимал — это только начало.