Блистательные злоключения на территории ОАК

      Сэмюэл знает, что быстро Убийца не придёт, поэтому по дороге решает зайти в свой отсек, заодно собрав материалы для урока.       Похмелье вояку, к счастью, отпустило. Подумав, что пора готовиться к уроку, Думгай понимает, что для конспектов понадобится тетрадь и ручка, и всё это надо отыскать. Но поиски тетради ни к чему не приводят: все полки, столы, пыльные углы — абсолютно всё уже обследовано. И всё, что удалось найти — журнал с анекдотами, в конце которого есть страницы для заметок. Убийца, надев броню, по привычке идёт к Сэмюэлу на… занятия. Что бы там ни пришло в голову учёному, десантник не привык отказываться от предложений. Считая, что если жизнь даёт тебе шанс, надо сначала посмотреть на него, а повернуться задом всегда успеешь. Конечно, смысла в броне попросту не было: на всём Марсе найдётся от силы семь демонов — и те самые слабые. Максимум, что можно сделать — это надеть бронежилет и утяжелённые штаны. Но воин предпочитает быть защищённым полностью, шрамов он получил сполна, и хоть те отлично заросли, плюс светлая кожа тоже играет свою роль, но новых желание получать нет… даже несмотря на приобретённую божественную силу. «И снова утраченную». Становится чуточку грустно, на душе будто скребутся импы.       Тяжёлыми шагами спаситель планеты минует пустые коридоры, и вот, когда он доходит до отдела исследовательского цеха, всё вокруг оживает, как если бы кто-то потревожил кровавое гнездо с демонами: откуда-то появились люди, кто-то куда-то спешит, кто-то суетится на месте, а кто-то преспокойно тыкает в монитор. Наверно, где-то среди них есть его преданный фанат, что мечтает сейчас о встрече с личным разговором. Возможно, раньше, тысячелетия назад, он бы с ним поговорил… Но правило современного Палача говорит другое: «Никогда не дай себя приручить, нельзя давать приручить себя». Вокруг всё ещё суетятся люди. Палачу чужда такая суета. Если тебе дают дело, то надо идти и выполнять его, время выполнения не важно, важно, чтобы всё было выполнено чисто. Сказали очистить локацию от демонической угрозы — идёшь и зачищаешь каждый сектор. Никогда, никогда не давай кому-либо помыкать тобой! Никогда не смей чувствовать себя белкой в колесе!       Проходя оставшееся до двери класса инструктажа расстояние, Палач оставляет эти мысли. Перед выполнением дела надо очистить разум.       Дверь открывается. Убийца проходит и тихо садится за парту. Раскладывает на столе журнал со страницами для заметок и ручку. Он видит чистый белый кабинет со стальными стенами и множеством парт. Казалось, если бы не эти светло-серые стены, доктор Хайден окончательно бы слился с помещением. Воину немного непривычно находиться в таком состоянии, а свои школьные годы (ровно, как и детство) он не помнит.       — С просветлением, Убийца! — говорит заметивший его киборг, стоявший у огромной доски. Палач хмуро смотрит в ответ — юмора он не понимает. Из-за того, что он часто проявляет ярость и злобу, его взгляд почти всегда кажется хмурым, и уже сложно понять его истинные эмоции.       — Ладно, извини, я не хотел тебя обижать. Сегодня я буду просвещать тебя в философии. И, знаешь, мне бы очень хотелось, чтобы тебе было интересно. Образование у меня не педагогическое, но я постараюсь. Робот активирует доску и быстро включает новый файл с презентацией.       — Начать я хочу с фразы: «Наверное, не следует страшиться ни бедности, ни болезней, ни вообще того, что бывает не от порочностей и не зависит от самого человека» — эту фразу, Убийца, придумал Аристотель. Сэмюэл начинает расхаживать взад-вперёд у доски, сложив руки так, что друг друга они касаются лишь кончиками пальцев.       — Это означает, что не стоит бояться того, что от тебя не зависит. Вот ты — Палач Рока, хотел ты этого, или нет. А я — робот, хотя от меня это не сильно зависело. В душе Убийцы что-то кольнуло. Лицо остаётся таким же непроницаемым.       — Мы чем-то похожи. Все мы. Хайден мимолётом регистрирует каждое движение Палача, даже самое малое изменение в мимике. Воин немногословен и скуден на эмоции, а у киборга тысячелетний опыт наблюдения за живыми и альтернативно живыми существами. Это своего рода испытание, эксперимент. «Убийца не изменяет себе, он всё так же нахмурен, но от чего-то тупит взгляд в парту, кажется, он о чём-то задумался… Но вот о чём?»       — Как-то раз царю Соломону задали загадку: привели десять детей, закутанных в одинаковую одежду, и попросили угадать, кто мальчики, а кто девочки. Соломон попросил детей собрать упавшие на землю фрукты. Мальчики стали складывать их в подол, а девочки в широкие рукава, чтобы не открывать ноги, т.к. это считалось неприличным. Хайден выдерживает паузу, он присматривается к Палачу. Тот внимательно его слушает. В кабинете висит тишина. Кажется, кроме них двоих в классе никого нет. На секунду Сэмюэлу кажется, что они с Убийцей составляют одну вселенную. «Когда-нибудь мне удастся познать космос его души и открыть его внутреннюю вселенную. И, возможно, тогда я смогу приблизиться к нему и приободряюще похлопать по плечу… И прижаться к нему посильнее…» «О чём я думаю? Разве я смогу когда-нибудь залечить его внутренние раны, помочь вернуть доверие?» Хайден останавливается у доски. Палач слушает. Как оказывается, уроки философии помогают отвлечься от собственных тёмных дум и от борьбы с внутренними демонами.       — Этот пример с царём Соломоном говорит нам о том, как важно мыслить не шаблонно и находить новые способы там, где, казалось бы, их нет. Вам бы наверняка пришло в голову использовать половой диморфизм или, возможно, интуицию. Ах, да, дорогой Убийца, если будут вопросы, задавай. Кстати, ещё раз спасибо за то, что спас всех нас.

***

      Наконец-то проснувшись, вы обнаруживаете упавшие на пол книги и буклеты. Быстро приведя рабочее место в порядок, вы вскакиваете, по-армейски быстро одеваетесь и мастерски заправляете кровать так, что она теперь выглядит лучше, чем в отелях. Теперь — стремглав на инструктаж. В недрах вашей чёрноволосой головы [Здесь и далее если ваш цвет/имя не совпадает, просто заменяете его на свой] всё ещё не до Сэмюэла, перво-наперво надо пройти инструктаж, а потом можно уже и о киборгах подумать. Вы должны собраться на главной площадке здания ОАК… чем-то оно напоминает вам то же самое место для инструктажа из фильма «Аватар»: панорамные окна с защитой от солнца, несколько железных скамеек и образцы военной формы, висящие в минималистичных рамках на стене. Последнее, очевидно, должно внушать трепет и чувства патриотизма, а на деле это ещё один способ уполномоченного Дж. Калайла придираться к вашей форме. Коридоры мелькают, двери открываются, сотрудники отбегают в сторону, открывая вам дорогу к вашей цели.       Придя вовремя в панорамный кабинет, вы вместе с другими охранниками-воинами рассаживаетесь на стальных скамьях. К счастью, сегодня уполномоченным за объявления офицером был не Дж. Калайл, а Ларри Флэг. Он был довольно строгий, вёл себя по псевдогеройски (прикидывался патриотом, но если бы у него была возможность, он бы с радостью занял кресло президента), выглядел, как настоящий военный, но при этом казался стильным и любил дорогие вещи (про последнее знали только те, кто был неплохо с ним знаком); у него был широкий подбородок и угловатая мощная челюсть, обычно свойственная немцам, а на лице частенько проскакивала самодовольная ухмылка. — Итак, солдаты, сегодня вас сменит другой дежурный состав. А вас же отвезут на 4 дня на учения. Дабы укрепить ваш воинский дух и отсеять физически ослабевших. Хотя последнее, надо признать, тут встречалось не часто, в отличие от растолстевших охранников на Земле… Хотя беготня от демонов должна была способствовать их похудению. Так, а ведь это не очень хорошая новость… И хоть ваша близость с Сэмюэлом была совсем недавно, оставлять его на 4 дня вы не хотели. Познав вас, Хайден стал довольно горяч (хоть с виду и не скажешь) и, несмотря на его железную волю, вам представлялось два варианта событий, если вы оставите его одного.

***

      Первое: возвращаясь с учений на родную станцию, вы заходите в покои киборга Спальный район ОАК, хех. Она, почему-то, кажется ещё больше. Кровать застлана фиолетовым одеялом… Кругом темно… Отсек за вами захлопывается… Абсолютная тишина… Как вдруг… Слабый голубой огонёк загорается в темноте ночи за спиной и, не успев обернуться, на вас будто в позе из матрицы налетает киборг. Он приковывает к земле своими мощными манипуляторами и начинает рвать на вас одежду, а она клочками летит в разные стороны. Наутро от вас не остаётся ни одного живого места.       Второй вариант: Сэмюэл не дожидается вас. На базе вы проходите мимо лаборатории, сбоку лежит гора из учёных комитета, сложенных аккуратной кучкой друг на друге. «Даже тут видно стремление Хайдена к аккуратности». Справа вы видите сотрудника в одних трусах, прячущегося под столом и трясущимся от страха. Полные решимости найти робота, вы покидаете эту картину, чем-то отдалённо напоминавшую терминатора и гору черепов. Но ни в кабинете, ни в спальне вы не находите робота. Тщетно пытаясь вести поиски, вы наконец-то находите его… Визор горит зловеще алым цветом, ситуация отдаёт опасностью. Трёхметровый киборг, вытянувшись во весь рост, тянет манипуляторы к железной балке…       На балке у потолка прячется Палач без брони в простой одежде судорожно боящийся надвигающийся участи. В его глазах застыл страх (лёгкий. Другой представить вы были не в силах), а в мышцах скопилось напряжение, Сэмюэл пытался прыгать, и в прыжке достать хотя бы до ноги Думгая. «О, вот ты и будешь моим главным призом!» Мощные поршни в серво усиленно работали, чтобы поднять со следами крови, слюней (видимо не все сотрудники ОАК спаслись без боя) и смазки манипулятор, словно когтистая лапа хищного зверя, прошёлся совсем рядом от бедра, вцепившегося в балку Думгая. Робот с грохотом приземлился на ноги. «Промах!» Киборг медленно отходит назад и принимает позу спринтера: вся его гидравлика напряжена, весь центральный процессор был занят только одним: подготовкой к прыжку и мыслью о предстоящей добыче и последующем соитии… Быстрый старт, три длинных шага, прыжок… Объекты будто зависли в воздухе, и манипулятор успевает ухватиться за ногу Палача и тянет его за собой, хоть тот и старается держаться за балку как может, но она слишком необъятна, и руки соскальзывают…       Что будет дальше?.. И подумать страшно! «Что же придумать? Как спасти весь отдел и корпорацию ОАК?»

***

      — А ну живо, лодыри технокосмические! Собрали пижамки, и вперёд! И смотрите, чтобы к 12:00 все были у шаттла! Конечно, далеко не все воины были столь пунктуальны. Вы знали, что один-два охранника всегда опаздывают. Но самое дурацкое — вы могли сегодня попасть в их число. А этого вам не хотелось. Надо быстро дуть в отсек за вещами! Впопыхах успев собрать в специальный мешок одежду (рюкзаки выдавались на учениях, а пока приходилось довольствоваться чем-то на подобии мешка для сменки), вам вспомнилось, что ваш возлюбленный доктор Хайден сейчас должен обучать Палача Рока в классе инструктажа, а это чрезвычайно далеко. «Точно, я оставлю ему записку в его личном кабинете. Так он хотя бы сможет подготовиться к предстоящему событию». Так вы и сделали, оставив нужное послание у него на рабочем столе. А сами бегом отправились к шаттлу. По коридорам разносился звук шагов. Резонируя от стен, звуковые колебания сталкивались друг с другом и, проходя сквозь волны, продолжали свой путь, таким образом наполняя пространство звуком, разнося звук вдаль. Если бы в пустых коридорах находилось какое-нибудь существо, оно могло бы услышать вас. Добравшись до кабинета, вы аккуратно оставили послание, и побежали обратно… И вновь по коридору раздался стук армейских сапог. А ваш силуэт в коридоре уменьшался так же быстро, как садиться солнце в ускоренном в 16 раз режиме.

***

      — Ну всё, все живее в шаттл! Офицер всех подгонял жестами, указывая на железную птицу с величайшим автопилотом внутри. Со сменкой на плечах вы бежали вперёд… Раньше, может быть, у кого-то это и вызвало бы усмешку, но в 2148 году это ассоциировалось с солдатом, идущем налегке. Вот перед вами шаттл, и вы видите: все на своих местах. «Неужели я последняя? О-оо, только бы не это!» — вы побежали ещё быстрее. Самое первое место рядом с кабиной автопилота досталось вам. Вам всегда казалось, что место у кабины самое почётное. Грустя о том, что вы последняя и зная, что вам за это впаяют на 50 отжиманий и 15 подтягиваний больше. Вы устало ждали полёта, какое бы на дворе не было будущее, а летающие аппараты всегда медлили со взлётом от двух до пяти минут, прогревая своё стальное нутро, в то время как ты просто ждёшь. Устало, вы сгорбили спину на манер жреца подземного мира, и схоронили лицо в ладонях, как вдруг вдалеке появился запыхавшийся Уинстон Мадонна МакКрери — он был пухлым охранником с двойным именем. Весил он прилично, но прыти не терял, по способностям он не уступал сумоисту, а по пунктуальности улитке. Тем не менее, никакие наказания не могли его сломать, как ни пытались офицеры его научить пунктуальности — ничего не выходило. Любовь ко сну преодолевала всякие невзгоды. А что насчёт необычного имени… В будущем смешались самые разные традиции, от кухни народов мира до девизов и жизненных предназначений… С фамилиями произошло тоже самое. Обычные имена 20-го века считались чем-то скучным. Приветствовались имена и фамилии через тире, двойные имена, смешение будущего с прошлым, называть детей в честь компаний-производителей техники и авиалиний, брались самые необычные имена. Так, например, в вашем отряде был модифицированный человек-индеец по прозвищу «Ирокез» с именем Вихо Next.       Наконец все были в сборе. Офицер подал знак автопилоту, зашёл в шаттл и через две минуты мы взлетели. Откуда-то из потолка появился голографический монитор. На таких показывали в основном последние новости и позитивные репортажи. Чтобы военный персонал не скучал и был в курсе событий на Земле и в Космосе. Сегодня, например, рассказывали про пару, которая отпраздновала 80 лет совместной жизни. Их звали Соня и Тихон Прожёрины, они сыграли свадьбу, когда обоим было около двадцати и с тех пор живут вместе. Фотография где пара гуляет по пляжу сменилась той на которой они стоят около своих велосипедов готовые поехать в новое приключение. На фото им было лет 80. А оптимизма они не теряли даже в старости. Хотя благодаря медицине люди жили до 100 лет, выглядели значительно моложе, а их суставы были крепче. «Ах, вот бы и нам с Сэмюэлем столько прожить… Держаться за руки на пляже, помогать спасать планету, заниматься саморазвитием вместе…» Воображение рисовало приятные разуму картины, а шаттл углублялся в просторы небесного горизонта.

***

      Закончив писать на интерактивной доске конспект, киборг перешёл к следующей теме. — А теперь перейдём к Японии и её кодексу чести «Бусидо». Я выбрал эту тему, так как думал, что она тебе будет интересна: ведь ты тоже воин. Для начала, хочу заметить, что Путь самурая — это прямой путь, не допускающий промедления, и поэтому важно действовать сразу. Я думаю, Убийца, в этом вы похожи. Думгай очевидно напрягся. Мимические морщины у бровей стали глубже. «Хм, наблюдение показывает, что он напрягается каждый раз, когда речь заходит о его работе» — Самураи так же считали, что словами нельзя разбрасываться, ведь по одному единственному слову можно считать о воинской доблести, это единственное слово — цветок сердца человека. Также доблестный воин должен следить за своим внешним видом: надо бриться, мыться и держать себя и своё оружие в чистоте… и они даже иногда использовали румяна. Они считали, что перед лицом смерти надо выглядеть опрятно. Палач посмотрел в сторону куда-то на пол, а руки соединил. Было непонятно: он смущён, или какая-то пылинка, упавшая на пол, отвлекла его… «Его смутили разговоры о румянах?» Сейчас и проверим… — Даже странно, что Вам, Убийца, не потребовались румяна после той попойки. — не то комплимент, не то оскорбление нанёс доктор Сэмюэл Убийца тут же переключился на робота. Взгляд его был полон недоверия и гнева. «Вот вам и советы по флирту от доктора Хайдена». Киборг знал — Убийца не трогает мирное население и союзных военных. Никогда. — Если оказываешься в трудной ситуации, нужно не просто не волноваться, нужно храбро и с радостью бросаться вперёд! Сэмюэл повернулся к доске и бросил из-за плеча: — Когда я вижу записи твоих боёв, то мне кажется, что у тебя отлично получается соответствовать этой фразе. — с намёком на кокетство произнёс Хайден. По микроизменениям в мимике Убийцы было видно: его тронуло сказанное. — Закончить наше занятие мне бы хотелось лёгкой, но не менее философской японской поэзией… тем более, понять её дано не каждому. — подчеркнул Сэмюэл. На экране появилось изображение классических японских картин. Гейша стояла в самом роскошном кимоно, которые только можно представить на крыльце дома и держала кисеру — курительную трубку. А рядом спускались ветки сакуры — японской вишни. Возможно, мало кому из ныне живущих и альтернативно живых доводилось слышать, как благородный киборг поёт или читает стихи, но Палачу выдалась такая возможность. Когда высокий киборг говорил, на душе становилось теплее, разум очищался, а вибрирующий голос доходил до самых дальних дальних глубин подсознания и самых тонких струн души. Словом он вселял успокоение и внутреннюю радость. — Убийца, следующий стих будет неизвестного автора. «Ответная песня» В бессмертном мире он Мог жить за веком век, Но вот по воле сердца своего Он сам пошёл на лезвие меча, - Как безрассуден этот человек! -- Каваками Фухаку Как ноги сполоснуть? Я замутить не смею Прозрачную волну. Сэмюэл сделал шаг вперёд и, приподнял манипулятор, как будто изображая женщину из стиха. Палач удивлённо вскинул бровь. Робот продолжил: Что сказать мне о них летних мошках, летящих на пламя, если сердце моё, безнадёжно любви предавшись, точно так же в огне сгорает!.. Манипулятор выписал дугу от груди к светодиодному освещению потолка. Палач следил за артистизмом и движениями Сэмюэла. В какой-то момент это представление начало убаюкивать вояку, он облокотился на руку взял ручку и начал что-то писать на листах для заметок. Время прошло незаметно. — Старый пруд Прыгнула в воду лягушка Всплеск в тишине. — На этом, Палач, мы сегодня и закончим. Тетрадь можешь оставить здесь, продолжим завтра. Убийца кивнул. Робот мог лишь надеяться, что ему понравилось занятие. Он ушёл и оставил главу ОАК одного.       «Убийца ведь что-то писал на занятиях, так? Надо посмотреть» Дистанционно заблокировав дверь, трёхметровая фигура метнулась к столу. Тетрадь была взята в манипуляторы, визор внимательно изучил её, но… единственным конспектом была трехстрочная запись: На белой броне Что близко всегда Сверкает во тьме моя душа Манипуляторы упали на стол.

***

      Палач уже готов был сесть, раздеться и лечь спать, как вдруг вспомнил, что он оставил в классе не просто тетрадь… но и это донельзя глупое послание! Это просто недостойно воина, что если этот трёхметровый железный… — слова выходили с трудом — об-ол-тус… его прочтёт?! Руки сжались в кулаки от злости и… подступающих опасений. Воин выдохнул и расслабил руки. Позволить себе эмоции он мог только наедине с собой.       Везде была тьма, ночь опустилась на здание ОАК, вся аппаратура была выключена, луна освещала металлические стены и компьютерную технику, а где-то вдали медленно шла тёмная фигура… С идиотской причёской, прямиком из 2008-го.