"Сонный город"
24 октября 2013 г., 02:27
Под ногами зашуршали осколки стекла. Ткнув ботинком в разорванную обивку дивана, Келли вытерла слезы рукавом, подавив всхлип. Миона медленно прошла по комнате, громко шмыгнув носом. Все было перевернуто, разломано и разбито. В столешницу был воткнут топор. Стол превратился в маленькие щепки, а телевизор больше походил на кучку гаек и шурупов. Ноутбук Рокки лежал на кресле, с треснувшим экраном, и мерцал. Девочка подняла с пола своего ловца снов и отряхнула его от осколков. Крепко прижав к себе единственную уцелевшую вещь, она достала из кармана мобильный телефон. Но когда ни один номер не ответил, ее сковала паника. Келли, заливаясь слезами, вылезла из окна, ободрав коленки до крови. На белых колготках поползли вверх стрелки. Миона не знала, что ей делать в этот момент. Страх сковал легкие, замедлил реакцию, уничтожил память. Она просто побежала туда, куда посчитала нужным в данный момент. Ноги несли ее в сторону дома Эльзы. Она плохо помнила дорогу, но будучи в этом состоянии, она была уверена, что добежит несмотря ни на что. И правда. Сегодня воскресенье, Эльза всегда в это время вычищает снег перед домом.
— Эл! — задыхаясь, кричала Миона, еле стоя на ногах. Дэлфор обернулась, ослепленная ярким солнцем морозного утра. Келли буквально упала ей в объятья. Эльза отбросила лопату. Миона заливалась слезами и что-то говорила, обрываясь на половине фраз. Слова скакали, Келли заикалась и хлюпала. Кудрявые волосы спутались и торчали в разные стороны. Коленки разодраны вместе с колготками, пальто было расстегнуто, и сапожки все в снегу. В руках она сжимала свой любимый талисман. Щеки от мороза и слез стали розовыми.
— Успокойся! — не выдержала Эльза, поднимая ее с колен. — Пойдем домой, ты мне все расскажешь.
— Нет! Нам нужно торопиться, — обезумела Келли, вырываясь. — Они в опасности!
— Кто они?
— Боб, Рита, Рокки, Джейсон, — она потянула ее за руку. — Все они пропали! Дом разрушен и никто не отвечает на звонки. С ними случилось что-то ужасное, я чувствую.
Дэлфор с силой тряханула ее за плечи:
— Прекрати истерику, Келли. Я никуда не пойду, пока ты мне все нормально не расскажешь, — Миона опустила голову, вновь вытирая слезы рукавом.
— Я пришла домой, а там все перевернуто, и никого нет, — Эльза нахмурилась. — Я звонила им, но никто не берет трубку! Теперь-то мы можем идти?! А вдруг они мертвы?! — Дэлфор взяла в руки снег и, посмотрев на заикающуюся Миону, аккуратно разбила маленькие снежки о ее щеки. Келли замерла, посмотрев на подругу. Слезы застыли в глазах, а нижняя губа задрожала. Все лицо было в снегу. Это сразу остудило ее пыл и вернуло разум в тело.
— Боб звонил мне десять минут назад, до того, как ты пришла. С ними все в порядке, — она взяла Келли за руку и повела в дом. — И если бы ты хоть иногда проверяла баланс на своем телефоне, то поняла бы, что у тебя попросту закончились деньги и номер заблокировали, — Эльза сняла с нее пальто. Миона шмыгнула красным от холода носом и виновато опустила голову.
— Все уже в курсе этого происшествия, — Эл провела ее на кухню, где в уютной обстановке перед телевизором сидели воскресшие друзья. Все посмотрели на зашедшую Келли и замерли. Она стояла перед ними, ошарашенная, плачущая, мокрая от снега, с дрожащими губами, и потрепанная. Все задорно расхохотались над глупостью Мионы.
— Я думала, что вы умерли! — девочка топнула ногой, закрыв лицо руками. Рыдания усилились. Боб крепко обнял Келли, прижимая к себе.
— Мы тебя тоже очень любим, — проговорила Эльза, поставив на стол еще одну кружку чая.
Любовь? А причем здесь она? Можно, я не буду отвечать на этот вопрос? … Почему нет? Ну хорошо, раз это так важно… Я не верю в нее. В ту любовь, которая бывает между мужчиной и женщиной. Есть некое подобие любви между друзьями, братьями и сестрами. Я не верю, что она бывает раз и навсегда. Любовь — переменчивая штука. Сегодня я буду любить одного человека до конца своих дней. А через неделю извинюсь и полюблю другого до скончания вселенной. Никто никого никогда не любил. Им просто удобно. Удобно любить нужных людей. Любовь — это замедленная смерть. Она срывает крышу людям мощнее, чем самый хороший героин. Вы наверняка видели, что творит народ из-за нее. Из-за этой мании подчинить себе человека, засунуть его поглубже в себя, запереть в оковах души. И чтобы этот человек принадлежал только им одним и никому больше. А итог всегда один и тот же. Они убивают… либо себя из-за любви, либо объект своей любви из-за ревности или жадности. Как в песне: «Любовь — препарат. Боль или яд? Кто виноват, Кто? Рай — для нас ад. Чувства стирать. Нам суждено, было потерять». Давайте как-нибудь в этой битве без меня. Я знаю, от чего умру. И не собираюсь менять свои планы.
— Пожалуйста, чувствуйте себя как дома, — попросил Билл. Тирита осмотрела огромную гостиную, поставив небольшую сумочку на пол. Эмбс прошлась вдоль дивана и, ткнув на него пальцем, повернулась ко всем. — Чур, здесь сплю я, — Боб хмыкнул. Келли поправила юбку, взяв Лоури за руку. Рокки внимательно рассматривал технику, в том числе большой плазменный телевизор. Эльза схватила младшего за конец рубашки, уволакивая на кухню. — Ты уверен? — она закрыла дверь, уставившись на Каулитца. Билл достал из холодильника минералку, открутив крышку. — Да, полностью, — сделав глоток, он добавил. — Эта идея принадлежит Тому. Дом большой, места хватит на всех. Сейчас очень опасно оставлять их в гостинице. Мне нравится то, что теперь в доме много людей, — Вильгельм лучезарно улыбнулся. — Ты мог забрать к себе только Риту и Рокки. У остальных есть дом, — она выглянула из-за маленькой щели в двери, наблюдая за семьей. — Не будь такой эгоисткой, — фыркнул Билл, поймав недовольный взгляд Дэлфор. — Сейчас могут пострадать не только они. Вы все — это огромная мишень. Видимо, как и я. Так что мы с Томом подумали, что лучше нам держаться всем вместе, пока они не найдут себе новый дом и не уладят дела с Михаэлем, — Эл подняла руки, в знак поражения. — Хорошо, ты меня убедил. — Так намного лучше, — он обнял Эльзу за плечи. Она повернула к нему голову, немного нахмурившись. — Спасибо. Я бы взяла их к себе, но мой дом слишком мал. А ты им помогаешь. Спасибо тебе, Билл, ты хороший человек, — брови вокалиста медленно поползли вверх. — Надеюсь, они не доставят тебе неудобств. Сам понимаешь, ребята весьма своеобразные, — они вместе выглянули в гостиную, где Боб уже снимал Келли с дверцы шкафа, а Тирита смеялась вместе с Рокки и Джейсоном над этой картиной. — Никаких проблем. Если бы я не знал, что меня ждет, их бы сейчас здесь не было, — она кивнула, скинув его руку со своего плеча. Посмотрев на настенные часы, Эл поправила куртку. — Ладно, я пойду. Если возникнут проблемы, звони в любое время. Ночью я все равно не сплю, — Билл пожал плечами, открывая кухонную дверь. — Может, останешься? — Я живу через пять домов, — хмыкнула она. — Если понадобиться, я приду меньше, чем за минуту, — она подошла к Келли и вручила шоколадный батончик, который специально захватила с собой с работы. Билл посмотрел на девушку, которая сидела на одном колене перед Мионой и улыбнулся. Ее лицо впервые стало живым. Легкий оттенок розового румянца скользил по ее коже. Темно-вишневые волосы были собраны в простой хвост, выставляя на обозрение ее впалые щеки и острые скулы. Она была странной. Эльза умела раздражать, заводить и убивать, не делая особых усилий. Но, в тоже время загадка, сидевшая в ней, притягивала огромным магнитом. Билл хотел задать ей кучу вопросов. И с каждым днем в его список добавлялось еще несколько. Ему хотелось говорить с ней. Просто хотелось спросить об обычных вещах. Хотелось узнать какой у нее любимый цвет, сколько книг она прочитала, или же, когда у нее день рождения. Его интересовали фильмы, которые она смотрит, любимый напиток, марка сладостей. Он желал узнать о ее первой любви, если такая была, о первом разочаровании, о том, чего она боялась в детстве. Вильгельм бы спросил о местах, где бы она мечтала побывать, или о том, ведет она личный дневник или нет. Однако Эльза не желала с ним говорить. Дэлфор кидалась в него невидимыми бомбами, не щадя, разрывая снаряды около лица. А Билл терпел. Потому что ничего другого сделать не мог. Эльза не хочет, а Вильгельму это не надо. С каждым новым залпом два шага назад. Все дальше от Эл, от ее грубости и эгоизма. Его удивляло ее худое тело, выпирающие ключицы, бледная кожа и то, что делали с ней таблетки. Каулитц знал, что Эмилия специально не звонила. Ей было стыдно. Из-за того случая с разодранным лицом и звонка посреди ночи. Билл чувствовал, что такое с Эльзой было каждую ночь. А Эмилия из-за собственных убеждений игнорирует его просьбу и как-то справляется сама. Если вообще справляется. Трюмпер не понимал их отношения между Бобом. Не понимал, как эти люди, готовые разорвать друг друга на части, через минуту мирно пью чай, разговаривая о бытовых вещах. Лоури по характеру, как заметил Вильгельм, был очень взрывной. Он не умел сдерживать себя. Билл не понимал Риту. Ни в чем и никогда. Она просто готова была наброситься на каждого, если что-то вдруг идет не по плану. Рокки не казался ему загадкой. Билл даже восхищался его способностью к точным наукам. Он такими качествами никогда не обладал. Джейсон… Вот он его действительно интересовал не меньше, чем Эльза, Тирита или Боб. Этот парень, как Каулитц понял, вечный носитель проблем. На его счету висит долг. Они — семья, значит, долг висит на них всех. Сто тысяч евро сумма немаленькая. Особенно для тех, кто еле находит деньги, чтобы нормально жить. Билл им не сказал, но у него давно эта сумма лежит под боком. Как только он поймет, что случилось, он тут же отдаст эти деньги. Не потому что он хотел, чтобы его признали в этом семейном притоне. А из-за противного чувства, которое скрипит на протяжении их знакомства. Он видел, как они все друг другом дорожат. Видел, как любят свой уютный, маленький дом, который теперь разрушен. Он верил в их дружбу. И всех этих людей объединяла любовь к маленькой непоседе Келли. Для своих шестнадцати она чересчур ребенок. Каулитц хотел знать лишь одно… Кем она приходится Бобу? Из всей семьи, он видел, что она любила его больше всех. Он спускает ей все шалости, катает ее на спине, всегда носит в кармашке на груди сладости и носится за ней, как папаша. Он ей не брат и не отец. Тогда кто? Билл отгонял прочь все мысли об их сексуальных связях, о возможных запретных отношениях. Лоури хоть и странный, но на такое точно не способен. Этого ребенка хочется кормить мороженым, покупать игрушки и возить в Диснейленд, но не трахать. Невозможно представить, как Миона сладко стонет под кем-то, изнемогая от желания. За своими мыслями он и не заметил, как Эльза покинула его дом, бросив на прощание что-то вроде: «Я еще позвоню»… Эмбс сладко потянулась на маленьком диванчике, переворачиваясь на живот. Кухня, совмещенная с гостиной, отразилась мягким оранжевым светом. Открыв один глаз, она увидела Томаса, который сидел за барной стойкой, попивая бренди. Рита вылезла из-под теплого одеяла, медленно проскочив мимо спящего на полу Боба. Сев напротив Каулитца, она поежилась от легкой прохлады. Из слегка приоткрытого окна поддувало, покрывая тело мелкой россыпью мурашек. Трюмпер поставил перед ней пустой стакан, кивая на бутылку. — Составишь компанию? — Эмбс коротко кивнула, закурив не свои сигареты. Каулитц плеснул в стакан коричневый состав, не закрывая крышку. Тирита сонно хлопнула глазами, облокотившись локтями о стойку. Ее взгляд был прикован к Трюмперу. Сейчас его можно было прочитать как азбуку. Страх, смятение, неуверенность и что-то еще. Брови Томаса были нахмурены, лоб рассекала задумчивая складка, а глаза не выражали ничего, кроме растерянности. — Чего ты боишься? — хрипло спросила она, на что Том пожал плечами. Рита сделал глоток бренди, с тихим цоканьем поставив стакан на место. — Меня пугает неизвестность, — честно признался он, тоже закуривая. — А вдруг мы не справимся? — Не одного тебя пугает эта ситуация. Думаешь, мы не боимся? Раз мы каждый день вертимся вокруг всего этого, то должны были привыкнуть? На самом деле, каждый здесь трус. Просто стараются этого не показывать, — отпив еще чуть-чуть алкоголя, она достала из холодильника плитку горького шоколада и вернулась на место. — Ваш мир…он другой. Мы к такому не привыкли, — услышав тихий грудной смех, Томас удивленно поднял глаза на Тириту. — Наш мир ни чем не отличается от вашего. Посмотри сам, — она обвела гостиную рукой. — Мы так же, как и вы, можем мечтать, шутить, дурачиться, ходить на работу и заводить семью. А что касается того: «Ваш мир значительно отличается от нашего» — это полная чушь. Просто нам пришлось чуть труднее в жизни, чем вам. Совсем чуть-чуть, а каково мнение. В этом вся разница, — Том улыбнулся, обхватив стакан руками. — А расскажи мне о мечтах? — он наклонил голову. — О чем могут мечтать люди, которых все считают неправильными? — Эмбс вновь рассмеялась, закрыв рот рукой. Она смотрела на него теплыми, изумрудными глазами. Она не хотела ему говорить? Неужели даже это находится под запретом? Скрытные. Но она набрала в легкие побольше воздуха и, улыбнувшись, начала: — Наверное, покажется странным, но Боб мечтает стать бейсболистом. Да, он грезит этим с самых пеленок! — Тирита усмехнулась, наблюдая за реакцией Каулитца. — Мы сами удивились, когда он поделился с нами этим. Вообще у него две мечты. Это, как ты уже понял, играть в бейсбол, а вторая накопить достаточно денег, чтобы купить отцу новый протез, — Том посмотрел на спящего Лоури, неловко почесав затылок. — Рокки мечтает доучиться в институте, получить диплом, построить дом своим старикам и вылечиться. И мы все уверены, что этот человек всего добьется. — А Джейсон? — Этот человек всегда о чем-то мечтает! Иногда нам кажется, что он просто спятил. — И все же, — он внимательно посмотрел на «семикратную убийцу», сделав глоток алкоголя. — Сэмуэл мечтает отдать свою маленькую сестричку Элию в музыкальную школу. Чтобы она стала знаменитой флейтисткой. Мечтает, как придет на первый концерт Элии, как она подпишет контракт, и мама с папой увидят ее по телевизору. Джей мечтает, что мы всей семьей наконец-то поедем на море отдыхать. Об этом мечтаем все мы, — она пожала плечами. Половица на лестнице скрипнула, и две головы резко повернулись на источник звука. Вильгельм поднял руки в знак поражения, качнувшись на вялых ногах. — Надеюсь, вы не против, но я подслушивал, — сонно сказал Билл, присаживаясь рядом. Тут же перед ним возник стакан, наполненный бренди. Вильгельм благодарно кивнул своему брату, осушив его одним глотком. — Если вы позволите, я влезу в вашу беседу, — он по «обычаю» потянулся за пачкой красного мальборо, чиркнув зажигалкой, — А у Келли? О чем она мечтает? — Рита посмотрела на них слегка удрученно. — Она считает, что еще слишком мала для чего-то глобального, поэтому мечтает о конфетах. И ее мечтам свойственно сбываться каждый день, — Билл улыбнулся, наливая себе еще пойла. — А ты? — не унимался Томас, поерзав на стуле. — И не думай уйти от ответа! Я жду честных признаний. — Я мечтаю влюбиться, — как желтое пятно среди черного полотна. Билл с Томом переглянулись. Она развела руками. — Вполне адекватная мечта для девушки в моем возрасте. В любом случае любовь — лечит. Я хочу избавиться от зависимости и выйти замуж. Так же, хочу детей и новый мотоцикл, — тут Том не выдержал, заливаясь смехом. — Детей и новый мотоцикл? — переспросил он, держась за живот. — Рита, ты великолепна! Умеешь сочетать то, что нельзя сочетать, — она неловко улыбнулась, понимая причину его смеха. Хотя все, что она сказала, было чистой правдой. Но только она знала, что найти человека, который захочет «лечится» вместе с ней, практически невозможно. Но любовь и правда умеет исцелять! Так говорила ей бабушка на восемьдесят первом году жизни, когда занималась зарядкой под энергичную музыку нынешнего поколения, бросая теплые взгляды на дедушку. Может, не стоило верить бабушке? Но Эмбс быстро нашлась, когда Вильгельм задал ей последний вопрос. Рита понимала, что Каулитц младший спустился сюда только ради этого. Чтобы узнать то, что его интересовало с самого начала. — А у Эльзы есть мечта? — он сделал это. Как бы невзначай. Совершенно обычный вопрос. Только Рита прекрасно чувствовала, что вопросы о Дэлфор мучили его с самой первой встречи. — Нет. Она считает это пустой тратой времени и сил. Но если сложить все аспекты ее жизни, то складывается ощущение, что она мечтает поскорее сдохнуть. На самом деле, если с ней пообщаться, то все именно так и выглядит. Человек без целей, без желаний, без чего-то конкретного, попросту не способен существовать. Но у нее это как-то получается. Я никогда ее не понимала, — обида чувствовалась в ее голосе. Злость на Дэлфор пропитала каждую букву, произнесенную Ритой в тот момент. Риту раздражало то, как Эльза рассуждала о смерти. Для нее она была такой обычной, как поход за хлебом или утреннее умывание. Но, черт возьми, она не хотела ее смерти! Никогда и ни за что. Она любила эту ненормальную. Она стала ей здесь первой и единственной верной подругой, которую она не променяла бы на ложку золотого кокаина. Но вопреки себе, она сдержалась, чтобы не пустить в адрес Эл пару ласковых слов, как она делала это раньше. — Хватит уже, — раздался недовольный голос Боба, когда он переворачивался на другой бок. — Всем известно, что смерть для Эльзы — как для нас, исцеление. Равносильно подарку, о котором так давно желал. Для нее это единственный выход… Но только никто не знает, откуда именно выход. А теперь заткнитесь и дайте поспать…Боб Лоури — это человек, который съел уже кубометр моих нервов и не собирается на этом останавливаться. Когда нам с Джеем было по пятнадцать, мы встретили его на автобусной остановке. Он спрашивал нас об удаче и о том, почему ему так не везет. Он жил на улице, перебивался с корки хлеба на воду. Та квартира, которая сейчас находится не в лучшем состоянии, стала ему домом. Мы таскали ему еду и одежду, чтобы парень окончательно не замерз и не умер от голода. Но за всем этим, Лоури самый старший. Сейчас ему почти двадцать четыре года. Так вот, Боб жил в этом доме и постепенно обустраивал его, как только мог. Через несколько месяцев к нам присоединилась Рита. Отец Сэмуэла по просьбе сына нашел ему работу и, спустя почти год, Боб купил себе маленькую квартирку. Через три с половиной года…а может и больше, с нами уже были Келли и Рокки. Извините…я всегда путаюсь в датах. Боб коренной американец. Всю свою сознательную жизнь прожил в пригороде Нью-Йорка. У него на родине осталась мать, отец, две сестры и младший брат. Отец Боба был на войне. Во время засады, ему оторвало одну ногу и нужны были деньги на лекарства и протез. В те времена хороший протез достать было почему-то очень трудно. Лоури нужны были деньги, и он хватался за любую возможность, чтобы помочь отцу. Бобу предложили работу здесь. Как рассказывал сам Лоури, то это было связано с каким-то мелким бизнесом по продаже автомобилей. В итоге: его обманули, оставили без денег и возможности вернуться обратно. Тогда он и присоединился к нам. Да, как вы все видели, то он очень резок, груб и местами негативен. Но мы все равно его очень любим. Потому что у него давно есть возможность вернуться домой, но он отвечает всегда одной фразой: «Без меня вы же вляпаетесь куда-нибудь!»
Удар о мокрый асфальт. Еще удар. Стон тысячи позвонков. Хлюпанье капель о ржавое железо. Мурчание старой кошки, лакающей молоко. Новый удар. Кошка подняла недовольную мордочку в сторону звука. Эльза вытащила несколько ломтиков колбасы, положив на тарелочку возле животного. Звезд сегодня было угрожающе много. Облокотившись о старый забор спиной, Дэлфор спрятала руки в карманах пальто. Где-то за спиной раздался глухой, тяжелый стук мужских каблуков и шелест пакета. В эту ночь снег растаял. Теплый декабрь. До безумия жаркий. Таяли льды на реках, асфальт показался, как подснежник. Снег лип к ногам, мешаясь с грязью и талой травой. — Мне пора, Мерелин, — Эльза присела перед кошкой, аккуратно почесав ее за ухом. Мерелин оперлась передними лапам о колени Дэлфор, принюхиваясь. Девушка наклонилась, чувствуя нежные, шелковистые усики кошки на своей щеке. — Сейчас у нас большие проблемы, — жаловалась она животному. Та лишь потупила медовый взгляд, шевельнув одним ухом. — И мне очень страшно, что мы не справимся, — истошно прошептала она зверьку на ухо, когда тот полез целовать ее в глаза. Город спал. Затаился. Вурдалаки попрятались. Выжидали. Сонный город. Мирно спящие убийцы. Убаюканные жертвы. Это было самое страшное. Затишье. Перед чем-то ужасным. Вой где-то в глубине города. Мерелин потерлась своей головой о подбородок Эльзы, что-то промурлыкала и скрылась в своей коробке, которую Дэлфор принесла специально для нее.
