Часть 12
24 марта 2022 г., 10:00
Удостоверившись, что за ней никто не пошел, капитан вошла в комнатку, где были ее врач и пилот. Беззвучно закрыв дверь, подошла к кровати, и присела около нее. В комнате стоял полумрак, освещаемый несколькими свечами и камином. Оба окна закрыл иней своими причудливыми узорами. Мягко проведя рукой по торчащим волосам Джокера, слегка пригладив их, посмотрела на врача. Та же отвлеклась от изучения данным омни-инструмента.
— Ну что, как он?
— Так и не просыпался. Капитан, мне кажется он совсем плох. Я не хочу его будить. — Она повернула осторожно его руку, которая пряталась под одеялом. При теплом свете от камина и свечей было видно обгрызенные до мяса воспаленные, а местами и начавшие чернеть пальцы и кисти рук. — С ним никогда такого не было. У меня нет ничего с собой, чем я могу ему сейчас помочь. Просто надеюсь, что от снотворного у него нет кошмаров. Да и понять ничего не могу.
— У меня есть одна идея. Такая напасть с кошмарами есть и в другом городке, а у столичных есть, кажется, лекарство. Но я не знаю, насколько оно действующее и насколько его можно ему. Его еще никто не проверял. Но не притаскивать же шаманов. — Капитан тяжело вздохнула, — Ладно. Давайте пока не будем об этом. Я боюсь даже представить что с ним не так. Как вам тут, Карин? Вас никто не обижает?
— Нет, тут ко мне очень хорошо относятся. Я вылечила нескольких солдат, которых уже были готовы хоронить. — Врач поправила теплый плед, который прятал ее корабельную форму от чужих взглядов, — Не могла им отказать, я не монстр. Этот бородатый блондинчик, это он глава города? Ты к нему постоянно бегала?
— Ага. Местный Призрак. — Шепард уселась полностью на пол и обняла ноги, смотря на спящего пилота.
— Ему очень интересно о тебе все знать. Я не стала ему толком ничего рассказывать, но вот по нему видно, что он не просто так тобой интересуется. Даже интересовался про цветы на твоем боку. Не думала, что ты настолько быстро их покажешь. Что, капитан, никто на корабле тебе не понравился, а этот ничего такой?
— Так получилось. Но пока были только пионы. Хотя почему нет, — Шепард усмехнулась, — у этого хотя бы голова на плечах есть. Правда он староват для меня. Да и вообще, мне больше в нем интересны его ресурсы для моего корабля, а не он сам. Толку-то от него? — Она отвела взгляд, и перешла на тихий шепот, — Правда я согласилась работать на его врага. Поведу их армию на встречу смерти. Знаете в чем проблема, Карин? А что если Джокер был прав, и мы корабль правда не поднимем в воздух? Но если нас никто не ищет, и сами мы не встанем, что же будет? Неужели мы тут навсегда?
— Опять эти упаднические настроения. Если тебе интересно мое мнение, то думаю есть смысл вылечить Джокера, и провести его одного по системам корабля. Так, чтобы его мнение не смешалось с мнением тех же инженеров. И посмотреть, сошлись ли его высказывания с мнением инженеров или Тали. — Врач взяла с тумбы кружечку, и наполнила ее водой. Мягко усадив пилота рядом с собой, приоткрыла рот, и влила чуть чуть воды. Бедняга едва не захлебнулся, но все же проглотил воду. Зашелся тяжелым кашлем, после чего рухнул на койку обратно. Врач лишь с грустью покачала головой и подняла взгляд на капитана корабля, — Джейн, делай то, что считаешь нужным. Я удержу его в живом состоянии достаточно долго. Команда на корабле довольно тихая после того, как Кайден оттуда сбежал, а всех беглецов усадили под чуткий надзор Архангела. Так что время у тебя есть. Трать его туда, куда считаешь нужным.
— Я сомневаюсь вообще во всем. У меня уже иной раз у самой ощущение, что я в кошмаре нахожусь. Я же сбежала отсюда с треском почти два дня назад. Боялась, что уже не вернусь.
— Да, я слышала, что тот, с медведем на плечах, хотел тебя убить. — Врач рассмеялась, — Он явно не в курсе о твоей репутации за пределами этой планетки.
— Ой, да он вечно на меня кидается. Все я ему не нравлюсь. — Она кивнула, и задумалась, — Я привезу ему лекарство. Надо попробовать, очнется ли он. В любом случае, хуже ему уже не сделать.
Она поднялась, и тихонечко покинула комнатку. Закрыв дверь, поднялась в покои. Усевшись за рабочий стол ярла, медленно стянула с себя накидку. Сложив ее аккуратной стопочкой на пол, сняла и китель. Сжала в руке амулет вместе с жетонами, опустив голову. Через несколько минут пришел ярл, и, закрыв громко дверь, пошел к сидящей. Но капитан не стала поднимать головы, продолжая витать в мыслях. Вот бы выпросить у имперских врачей лекарства без того, чтобы лично ехать в столицу. Второго побега ей уже не простят. Но даже если Джефф очнется и будет самим собой, то будет очень много вопросов что делать дальше. Волочить ли его обратно на корабль? А что если это бессмысленно? Да и она много времени потеряет, которое ей не даст война за порогом корабля.
— Я хочу знать, что тебе сказали в Мрачном замке. — Он взял кресло, стоящее около дверей ведущих на балкон, и довольно громко поставил его перед Шепард, и сел сам.
— А какая разница? — Девушка подняла голову, с неохотой разжала жетоны, и убрала грязные седые волосы, все покрытые какой-то пылью и засохшей грязью, — Я же на твоей стороне. Мне, когда я была примерно на твоем месте, этого было достаточно. Слова человека, которому я доверяю, всегда были равнозначны его клятвам. Я давала клятву лишь пару раз в жизни. Ваша планета не входит в то, чтобы стать моей третьей клятвой. Можешь убить меня, но клятву в верности ты от меня не получишь.
— Ты откуда знаешь, что империя усиливает все в Маркарте?
— Мне Рикке сказала об этом. — Она решила сказать половину от правды, и подперла голову рукой, — Она ведь была бы рада воевать на твоей стороне, но очень ей не нравится то, как ты ведешь свою политику. Да и не только ей.
— Почему это они с тобой информацией поделились, хотя знали кто ты такая и под чьим флагом приехала? — Он хмыкнул, сгорбив спину, и оперся руками о ноги, — Знаешь, я ведь не дурак. Я не стал давать Галмару на тебя накинутся, но прекрасно понимаю, что ты могла мне наврать. Я не дал ему сожрать тебя, потому что готов сам лично тебя убить за предательство, и тем более за вранье.
— Ты же мне врешь. — Капитан поправила рукав футболки, опустив взгляд, говорила спокойно и очень тихо. Все еще боялась говорить достаточно громко. — Врешь людям, что ты против Талмора, а сам работаешь на них. Врешь Галмару, хотя, кажется, в бою он единственный закроет тебя собой, если тебя серьезно ранят. Тебя это должно смущать, а не то, что я тебе могу наврать. Просто знай, что я буду рядом. А то, почему легат Рикке со мной поделилась информацией, дело только наше, и оно тебя не касается, так как твои интересы и интересы твоего города не задеваются. Я завидую тебе. Тебе не тяжело спать по ночам. Ты уже вжился в эту маску вечного лжеца. Я не могу.
— Я хочу чтобы ты мне сказала правду. — Тихо сказал Буревестник, смотря на нее. Капитан сидела очень уставшая и побледневшая, словно ее и правда окутывала болезнь, — Почему твои шрамы не заживают? Хочу знать кто ты такая. Хочу знать из чего ты. В Солитьюде, узнав бы твою правду, тебя бы убили бы, за то, что ты можешь нарушить веру в богов. Но ведь боги там на небе. А ты пришла именно с неба. Я пересилил себя и держусь рядом с тобой, хотя внутри мне очень страшно от осознания того, что ты пришла с небес. И я не понимаю твоего предназначения.
— Ты слишком много хочешь от меня, Буревестник. Я не стану тебе ничего говорить. Это не имеет смысла. — Она прикрыла глаза, откинувшись на спинку стула, и положила ногу на ногу. — Ты знаешь обо мне достаточно. Но знай, что я просто человек, такой же как и ты. От того, что я пришла с неба ничего не рушится. Я родилась на такой же планете, похожей на вашу. У меня такие же родители, такие же родственники. У меня был в детстве обычный дом, обычная семья, и очень красивые цветы во дворе. Мои глаза видели такие же леса и океаны, какие были и у тебя. То, что я пришла с небес, не играет никакой роли. Я ведь просто капитан, которых ты на своих годах повидал достаточно. Просто я служу на корабле, который плывет по космосу, а не по воде. Но ты же не презираешь Капитана Одинокий Шквал за то, что он служил на корабле. Не призираешь капитана «Северной Девы, так же как и их сослуживцев. Твое счастье, что за несколько веков, космическим кораблям так и не удалось полностью оборвать связи с морями и океанами, иначе мне было бы в разы тяжелее тебе что-то объяснить. — Она тяжело вздохнула. — Я понимаю как тебе тяжело, Ульфрик. Потери всегда будут на войнах. Просто подумай о том, стоит ли дальше продолжать эту войну, в которой ты сам особо не видишь смысла? — Медленно поднявшись, капитан взяла фигурку кораблика в руки, и задумчиво провела по ее крыльям. — Я точно так же как и ты боюсь будущего. Боюсь, что когда я вернусь в свое поле битвы, там все будут мертвы. Я понимаю тебя: сама боюсь стать последней. Увидеть закат своей истории и своего мира не пожелаешь даже самому заклятому врагу. Работы по восстановлению корабля полностью прекращены просто из-за моих страхов. А мой бедолага, страдающий от ночных кошмаров, говорит, что что-то с кораблем не так. Но я не могу понять что не так. Я просто воин. Стратег. Я не строю космические корабли. Я не знаю что не так. И мне не у кого спросить. В свое время я просто не ценила того, что если корабль сильно повредят в битве, слава одного названия моего корабля хватит, чтобы встать в любом доке, и его залечат, и меньше чем за сутки отправят в бой. — Она подняла взгляд, и тихо сказала, спустя паузу, — Что если я выиграю тебе войну, но проиграю свою? Мне будет некуда вернутся. Огромные чудовища, ростом с самую вашу высокую гору, просто уничтожат все живое. Но вас не трогают. Вы слишком юны. Тут даже водопровода и канализации нет. Ты не знаешь моих проблем, но я знаю чем могут обернутся твои. Я все еще верна в душе некоторым идеалам тех, против кого развернула войну. Поэтому я и говорю, тебя вот эти споры внутри просто разорвут. Если ты уже сейчас не можешь сделать решение, остановится или продолжить наступление, то что будет с тобой, когда тебе придется решить более серьезные проблемы? Знаешь, мне очень жаль, что мы не в сказке. Мощности моей птички хватит, чтобы вычистить тебе несколько провинций от всего живого. — Она вздохнула, и поставила кораблик обратно, к короне, — я просто надеюсь на то, что тут время идет по-другому, и до нас еще просто не добрались. Иначе то, что предсказывал мне мой друг, убивает мою веру в будущее.
— Тебе ничего не мешает остаться здесь.
— Так то да, но ты же понимаешь, что я не одна. И у меня не десять, и не сорок людей со мной. И не только людей. Им нужна особая пища, плюс особые условия для жизни. Мы все разные. У меня людей на корабле, прям классических людей, раз, два и обчелся. Я могу остаться здесь. Даже не так. Я буду рада остаться здесь. Но есть те, кто не сможет этого сделать. Еще больше не захотят. И если я приму решение, что мы бросаем корабль и все мои почти шестьдесят человек личного состава разбредаются по территории Скайрима, то это решение далеко не все переживут. У меня очень много проблем, Ульфрик. Я была бы очень рада, что просто решив твою проблему, я решила бы свою, и все бы закончилось. Но меня тянет вниз тот факт, что я не могу отсюда уйти. В моем мире нет инструкции о том, как поднять в небо космический корабль имея лишь факел и пару лошадей.
Капитан прошлась по покоям, обняв свой живот. Жаль не было такого бога, который бы просто исполнил бы ее желание, и дал им отсюда улететь. Буревестник лишь хмыкнул, и пошел к своему шкафу с десятками книг.
— У нас на территориях есть руины вымершей расы, у которой есть ожившие металлические механизмы. Туда мало кто суется, а даже те, кто туда сунулся, гибнут не пройдя и двух залов. — Он вытащил книгу, и раскрыл ее на столе, прихватив еще один том. Когда капитан встала рядом с ним, ярл довольно быстро нашел нужный отрывок текста, где значилось упоминание волшебных механизмов этой самой древней расы, которая, по мнению автора, неизвестно, вымерла или же просто исчезла. — Я боюсь туда кого-нибудь отправлять, но вдруг ты там что-то найдешь? Одна из таких руин есть недалеко от города.
— Двемеры? — Удивилась Шепард, — И что же в них такого интересного, и в их механизмах?
— Я бы с радостью провел бы тебя по Маркарту, где в замке ярла есть огромный музей этих чудных машин. — Он пролистал и второй том, и указал на рисунок, который изображал одну из этих загадочных механизмов, значащийся как «Двемерская сфера». — Но к твоему несчастью, Маркарт за Империей.
Капитан внимательно посмотрела на изображение. Интересная хреновина. До Сузи, этим ребятам, конечно, было очень далеко, но если эта сфера была автономной, то она может чем-нибудь помочь. Но идти туда одной в эти руины — бессмысленно. Даже если она найдет подобные механизмы, устно объяснять их инженерам будет бессмысленно. Нужна была какая-нибудь связь с кораблем. Нахмурившись, она выпрямила спину, и посмотрела на ярла немного потеряно.
— Маркарт, говоришь? — Изящная рука прошлась по страницам с диковинными рисунками. — Разрешишь ее украсть?
— Думаю да, но не навсегда. Она мне еще пригодится. И все же ты мне не ответила.
— Я не клянусь тебе в верности. — Капитан закрыла книгу, и провела рукой по обложке, с неохотой отведя взгляд, посмотрела на ярла, — я добыла довольно много информации для тебя и для твоего восстания, но заплатила тем, что было у меня, а не тобой, твоими секретами или же твоим городом. То какую цену я заплатила, тебя интересовать не должно.
— Ты правда не обманываешь меня? — Он аккуратным жестом заправил прядку ее волос за ухо, — Я просто хочу знать, что это так.
— А что толку? Ты же не решишь этот конфликт между мной и Галмаром. Тебе же смешно наблюдать за тем, как мы с ним постоянно ругаемся. От того, что ты будешь знать, что я верна тебе, а он не будет — ничего не изменится.
— Давай я тебе сразу скажу: он не примет тебя во дворце, даже если я займу место верховного короля, а ты станешь моей королевой.
— Я тебе уже все сказала, Ульфрик. Теперь могу только руками развести. — Она подняла взгляд серых глаз на него, — есть ли у тебя мысли о том, что будет дальше? Если через пару месяцев ты проснешься единоличным властителем этих земель, то что будет дальше со всеми твоими подданными? Тебе просто нужен какой-то план, иначе с утра на пороге встанут талморцы со своим планом, и шанса не принять его у тебя уже не будет.
— А что бы ты сделала на моем месте? У меня решение одно. Я дождусь выборов верховного короля, и если меня признают им, то я буду очень рад. Но, полагаю, вопрос в другом. О том, захочу ли я идти дальше? Знаешь, я постоянно в мыслях о том, что я буду делать. Пока мой выбор, это просто встать в оборону, и выкинуть талморцев из страны. Даже с месяц назад я был радикальнее, и мне хотелось самолично выйти против всего Третьего Альдмерского Доминиона. Но сейчас, я все больше верю твоим словам. Я думаю, в наших силах удержать Скайрим от нападений. Я просто вытащу его из рук Империи, и мы встанем отдельной самостоятельной провинцией. Такой прецедент уже был и не раз. Есть несколько стран, которые удержались от нападок как Империи, так и Доминиона, и стоят сами по себе. От былой империи которую ты видела на большой карте осталось очень мало. Если у всех получилось, чем Скайрим хуже? Думаю, у меня есть все шансы повторить их подвиг.
— Знаешь, я бы просто не была бы на твоем месте, и тем более не хотела бы на нем оказаться. Да и ты думаешь такая политика не погубит Скайрим? Но ты ведь оборвешь все связи с большими городами и чужими странами. Не думаю, что это закончится хорошо. Если с вами все перестанут торговать, то это просто погубит вас. Да, на вас не пойдут войной, если ты все сделаешь правильно, но ведь этого недостаточно. Если от вас все отвернутся, то в вашу провинцию не будет идти жизнь. Это будет такой же смертью, только медленной. От того, что ты умрешь, когда тебе отрубят голову, или ты умрешь, будучи запертым в тюремной камере от голода — разницы особой нет. Это хреновый план, он не подойдет, нужно искать срочно новый!
— Но тех, кто встал одинокой гордой страной, не бросили. — Он прижался к ней, и тихо прошептал, — Если ты веришь, что мирные переговоры будут лучше, я тебе верю. Я не откажусь от войны, и не брошу топор. Но я готов остановится на Скайриме, и просто не дать его в обиду. Пускай и с великой радостью обосную столицу здесь. — Он улыбнулся, — мне кажется, это самый жизнеспособный вариант. К тому же, если Талмор продолжит делать вид, что меня и моего восстания не существует, тем лучше.
— Не думаю, что они просто закроют рукой такой огромный кусок территории. — Капитан усмехнулась, — Хорошо. Если ты остановишься на Скайриме, я буду только рада. — Она задумалась, и положив руки на крепкие плечи ярла обняла его. Тот же тяжело вздохнул, прижав ее к себе, — скажи мне, у тебя во дворце вообще горячей воды нет?
— Есть, почему же? — Ульфрик усмехнулся, — ты же видишь, что я выгляжу лучше, чем ты. По тебе сразу видно, что ты давно на своем корабле не бывала.
— Какое же ты хамло мерзкое. Меня уже тошнит от тебя. — С грустью сказала капитан, но не переставала его обнимать. — Я очень хочу умыться горячей водой. И лучше бы не только умыться.
— Я понял твое желание. Не бойся, к вечеру все будет. — Он улыбнулся, и сказал, — я должен буду уехать из города на пару дней, так что постарайтесь с Галмаром не развалить город. Мне еще надо место, куда я могу вернуться.
— Я подумаю, хотя предложение очень заманчивое. — Капитан закрыла глаза, стоя на носочках, наслаждаясь его теплыми крепкими объятиями. Он был похож на мягкого медведя. В его объятиях ей начало казаться, что она в безопасности, хотя по факту — она прижималась к врагу. Тонкими пальцами вцепилась в его меховую накидку. Теплый мягкий медведь. Слишком добрый к ней. Но с ним она чувствует себя под защитой. Ярл мягко провел рукой по ее седым волосам и кратко поцеловал в лоб. — Дашь мне потом Бергльёт? Хочу на ней в Фолкрит отправится.
— Я уже понял, чего стоит тебе в этом случае отказать. Хорошо, забирай. Мы с Галмаром Секрета как-нибудь поделим. Но это уже потом. Приходи вечером, где-нибудь часа за три до ужина.
Капитан кивнула, оделась, и, прихватив книжки, быстро пошла вниз. Встав на пороге штаба командования, лишь с ненавистью посмотрела на Галмара, прижимая к себе два томика по двемерам. Стоящие вдвоем военачальники наградили ее полных ненависти взглядами, стоя у все той же карты.
— Что, проститутка талморская, опять уговаривала Буревестника на эту свою мерзкую дипломатию?
— Не надейся. — Она лишь фыркнула, медленно проходя мимо их стола, — Уговаривала его вышвырнуть тебя вон. И судя по его его словам, его проститутка не я, а ты. Иного объяснения, почему он тебя тут держит я найти не могу.
— Твои знания в чужих книжках тебя не спасут, выскочка. Можешь не делать вид, что читать умеешь.
— Ага, глаз зажил? — Она рассмеялась, — Скажи мне, вот какого хуя ты ко мне цепляешься?
— А я знаю, что ты сталкиваешь Ульфрика с тропы великой войны, в эту мерзость. Давай с этими подружимся, а с этими помиримся. В этом краю такого не бывает. Тут либо убиваешь, либо будешь убит. Хватит раздавать свои глупые советы, ты, низкосортная девка с улицы! Тут не пройдут твои бабские штучки со всеми поболтать и уйти мирно. Здесь люди привыкли к войне. Тебе тут не место.
— Олень ты, и не лечишься. — Шепард лишь картинно задрала нос, — желаю удачи в ненависти. Только, когда со своей сворой будешь ждать в Айварстеде, не надейся на бой. Но даже если ты и встретишь сопротивление в лесах, в виде пары хилых имперцев, не смей терять город. Если я доберусь до Ульфрика с депешей о том, что Фолкрит под синим флагом, а ты через три дня приползешь с фразой о том, что всю твою армию разгромили, спрос будет не с меня. Если же решишь насолить мне и первым влезешь на территорию Фолкрита, то просто закроешь для нас весь регион своими затупами. — Она указала на карту, — Слушайся Ульфрика и будь хорошим военачальником, а то на новый год тебе вместо подарка достанется уголек и казнь.
Она ушла, гордо выпрямив спину и прижав к себе книжки. Пройдясь по городу, быстрым шагом отправилась к себе. Погода начала радовать. Сменившаяся серьезная метель приволокла за собой легкую дымку над темными водами океана. Приходилось высоко поднимать ноги, проходя по глубоким сугробам. Тяжело вдыхая ледяной воздух, капитан опиралась иногда о высокие сосны, стараясь перевести дыхание. Начало потихоньку темнеть. Световой день ее здесь совершенно не радовал. Остановившись в очередной раз, оперлась спиной о крепкое дерево, любуясь водной гладью, в которой отражалось звездное небо. Она так надеялась увидеть знакомые синеватые следы от двигателей больших космических кораблей. Надеялась, что хоть что-то даст ей знак, что все идет по плану. Какой смысл куда-то бежать и что-то делать, если с этих территорий не вырваться? У нее складывалось все больше ощущение, что она все меньше времени думает о корабле, и все больше о местных проблемах. Словно что-то отрезает ее моральную привязку к кораблю. Она уже не ест там и не спит. Не знает о том что там происходит и не появляется на палубах по несколько дней. Тяжело вздохнув, оттолкнулась от дерева, и побрела дальше. Нельзя было давать этим мыслям ход. Но однажды они возьмут свое.
Там, где под метровым слоем снега прятался космический корабль, были слышны тихие разговоры. Открытая шлюзовая дверь пропускала внутрь прохладный зимний воздух. На порожке корабля сидели двое, свесив ноги вниз, и вели свои тихие разговоры за чашечками с горячими напитками. Лиара и Тали все же выпросили у Гарруса разрешения полюбоваться звездным небом на начавшем чернеть небе. Их глаза были прикованы к полоске Млечного пути и миллиардам звезд.
— У тебя нет ощущения, что что-то с нами не так? — Осторожно задала вопрос Тали, болтая ногами в воздухе, просматривая знакомые созвездия, — Словно все происходящее не реально?
— Нет. Мне кажется все как обычно. — Лиара осторожно наклонилась назад, и дотянулась до книжки, которую выкрала из кабины капитана корабля. Отставив кружку с горячим какао рядом, открыла фолиант, — Нормандии слишком долго везло. Такое падение должно было рано или поздно случится. Вопрос времени и закон больших чисел. — Ее голубые глаза внимательно вчитывались в строчки, — Меня больше напрягает то, что мы тут долго лежим, а Шепард, как сам корабль, так и возможность поднять его в воздух, интересна с каждым днем все меньше. Ее начинает слишком по долгу не быть на корабле. — Повисла пауза в пару минут, пока одна изучала несколько глав книги, а вторая считала знакомые созвездия, — Если бы не тот факт, что мы отлеживаемся в госпитале во время войны, то я бы с большим интересом изучила бы местную культуру. Все эти боги довольно интересные, не такие как обычно возникают у примитивных рас. Даже у людей немного по другому формируется пантеон. — Азари кратко посмотрела на Тали, и тоже подняла голову наверх, — О чем ты думаешь?
— Думаю о том, что если бы эти боги существовали, я бы все отдала, чтобы Нормандия поднялась в воздух. — Тали кивнула, и опустила голову, смотря в кружку, — Или хотя бы оживить Сузи. Она бы с легкостью сказала что с кораблем не так, чего не хватает, и мы уже через пару дней точно бы свалили. — Она кивнула, — Вот бы эти боги дали знак мне, что такое возможно, я бы очень многое сделала, чтобы это свершилось.
Среди темного ночного леса, затянутого по низине туманом, раздался громкий чих. Девушки переглянулись, явно такого не ожидая и обратили внимание в тьму.
— Такое нет смысла загадывать. — С грустью в голосе сказала Лиара, и положила голову на плечо подруги, листая странички дальше, — Мы сами в состоянии починить корабль. Надо только знать что с ним не так. Но видишь, если наших всех мозгов не хватает, значит мы ничего не сделаем. А если даже мы не знаем что нам не хватает, откуда чужие боги в курсе?
Послышался еще один чих. Тали насторожилась, и тихонько постучала по металлической панели шлюза, привлекая внимание Архангела. Гаррус встал за их спинами, и прижал к себе винтовку.
— Что такое, девчата?
— Там кто-то чихает. — Рассмеялась Лиара.
— Пристрелить, чтобы не распространял заразу? — Гаррус встал в позу поудобнее, и своим зорким взглядом через снайперский прицел начал осматривать округу, — Эх, это свои заразные идут. Ложная тревога.
— Я никогда еще не слышала в твоем голосе столько грусти от этого словосочетания. — Тали усмехнулась.
Через пару минут с леса вышла капитан корабля, и встала перед ними, обняв книжки. Все трое синхронно ей помахали руками.
— Вы маленькие вредные детки. Я же сказала вам не высовываться на улицу. — Она закинула сначала одну книжку, дав Лиаре поймать ее, а затем и вторую, следом залезла сама. — Подъем и ко мне на собрание. Тали, теперь ты вместо доктора Чаквас будешь знать все самое необходимое и самое секретное.
Капитан расстегнула свое дорогое одеяние, и медленно пошла по палубе корабля, держа обе книжки в руках. На ее счастье вся остальная команда спала. Внимательный взгляд капитана заметил лишь разбросанные карты, горой лежащие тарелки и мусор, и несколько книжек. Когда она тут проходила последний раз, этого ничего не было. Ее это смутило, но она не стала говорить о своих подозрениях в слух. Все четверо поднялись в каюту капитана. Гости расселись на диване, а Шепард положила обе книжки на журнальный столик, скинув с себя одеяние, расстегнула китель, швырнула его следом, отправившись в ванную:
— Что я пропустила?
— Ничего особенного, кроме десятков проигранных, а кем-то выигранных кредитов. — Гаррус растянулся на диване, наблюдая за Лиарой, которая принялась листать новую книжку со знаниями, — У нас еда все так же быстро убывает, а еще, сидеть не занятым делом еще тяжелее, чем быть в постоянном напряжении. Уже просто чувствуется, что не Кайден виноват в мелких склоках, а мы сами. Как-то было проще, когда одни уходили с тобой на задание, другие двадцать четыре на семь сидели в своей работой, и мы редко пересекались все в столовой перекинуться в карты. А сейчас мы заперты тут, и я чувствую, что с каждым днем все тяжелее держать спокойствие. — Турианец закинул голову, — Как там доктор Чаквас и наш прохиндей?
— Трудно сказать. — Капитан с отвращением посмотрела на себя в зеркало, и спустилась обратно, усевшись на край кровати. — Чаквас говорит мне о том, что не знает чем именно вызваны его кошмары, и поддерживает мои опасения в том, что его нельзя тянуть сюда обратно. — Она сгорбила спину, и откинула сапоги к шкафчику с броней, поставив босые ноги на ледяной пол, — Пока я не могу вернуть его на корабль, хотя его состояние сейчас стабильнее чем у нас у всех вместе взятых.
Тали с интересом протянула руку и попросила капитана наклониться, взявшись за амулет Талоса. Все трое с интересом посмотрели на него.
— Какая интересная вещичка. Что это такое?
— Оберег, чтобы не стать такой, как Джокер или Кайден. — Капитан хмыкнула и посмотрела на своих друзей, — Скажите мне, хоть кто-то из вас помнит, через сколько начинаются поиски упавшего корабля? Я не про правила Альянса, а про всеобщие.
— У нас, при нынешней войне, нормальным считается, даже если докинуть пару дней на бюрократию, уже через неделю искать потерянный корабль. — Гаррус подпер голову рукой, смотря на сидящую рядом азари, — Но у нас никогда не терялись корабли со Спектрами Совета на борту. Вас же таких тут двое. По бумагам. Так-то сейчас ты одна, и то, ты явно тут ненадолго. Такие корабли всегда на связи, и им не позволительно долго молчать.
— У Мигрирующего Флота такая же картина. — Тали согласилась, — Неделя самое долгое молчание. Хотя если знать, что корабль ушел в опасный сектор галактики, можно запускать поиски уже через три дня. Ты знаешь, Шепард, я только десять минут назад высказала свои опасения Лиаре. У меня ощущение, что все не реально. Не может же быть такого, что мы свалились настолько неудачно, что у нас ни связи, ни аварийного маяка, ни работающих двигателей.
— Когда я разговаривала с Джокером, он сказал мне о том, что Альянс начинает поиски своих кораблей через две недели, а если там Спектр совета, то четверо суток край. Но мы с Кайденом единственные люди у всего человечества, кто являются Спектрами Совета. Он сказал о том, что нам и дня не позволительно молчать.
— Когда старшая сестрица этого корабля упала на Алкеру, ее меньше чем через неделю нашли. — Лиара кивнула, — Его слова правдивы. Да и было бы странно, если бы он такого не помнил — он же пилот, он обязан это знать. Нормандия часто находила другие мертвые корабли. Не поддерживаю всеобщую тревогу — мы не вечно будем в поисковом отряде. Однажды и нас должны были потерять. — Азари продолжила листать принесенную книгу, поинтересовавшись, — Что он тебе еще интересного рассказал? Это ты из-за его слов приостановила все работы?
— Да. Из-за него. — Шепард сложила руки ладонями месте, опустив голову. — Он сказал мне, что что-то не так, раз вы не можете оживить корабль. Что проблема в вас, а не в корабле.
— Ну можно и так сказать. — Тали хмыкнула, сложила руки на груди, — Я даже не знаю как тебе это объяснить. Я понимаю почему он тебе сказал так, но я не могу найти достаточно простых слов, чтобы ты меня поняла. У нас молчит основной реактор. Тот, который всегда работает, и работает на атомном синтезе. Его можно заглушить, да и такое довольно часто делается. Не думай, что тот факт, что мы сюда свалились, первый раз остановил этот реактор, с того момента, как он покинул ангар Цербера после постройки. Но мы своими пятью далеко не глупыми мозгами до сих пор не догадались, почему его невозможно запустить. Он не имеет серьезных повреждений, но мы не смогли его разбудить. Такая же ситуация и со всеми системами Сузи. Как я уже сказала в свое время Трейнор, чтобы так же легко ее включить, как она выключилась, надо знать, что именно их выключило. — Кварианка отрицательно покачала головой, — На случай остановки главного реактора есть еще водородные топливные элементы, которые могут дать нам достаточное количество энергии, чтобы поднять корабль в небо, но и тут гора проблем возникает, которых чем больше распутываешь, тем в три раза больше получается. Мы решаем одну проблему, но получаем еще семь.
— Скажи мне вот что, — Капитан жестом показала Лиаре остановится, и положила книжку из ее рук перед всеми, — если бы мы получили подобные потери в бою, но доползли бы до ремонтного дока Омеги или Цитадели — корабль был бы ремонтопригоден?
— Это все не заняло бы и двух дней. — Тали кивнула, — Но ты сама сказала, тут ничего нет. Поэтому мы застряли.
Ее слова успокоили встревоженную птицу в душе у капитана, и та, с облегчением выдохнув, указала бледной рукой на двемерскую сферу, нарисованную в одном из учебников.
— Тут есть вымершая раса, у которых были металлические механизмы, и эти ребята отличались вполне хорошими знаниями в том, что у нас называется физикой и химией. Я хочу попробовать забраться в такие руины. У меня есть ощущение, что там можно найти какие-нибудь редкие вещи, а то и что-нибудь такое, что может нам в пробуждении нашего бортового компьютера.
Лиара внимательно прочитала открытый фрагмент книги, и быстро пролистала ее дальше. На открывшемся фрагменте, на всей правой стороне книге была нарисована внушающая уважение и страх металлическая фигура, подписанная автором как «Двемерский центурион». Тали повернула книгу боком, и внимательно изучила значившиеся расчеты.
— Это очень здоровая машина. Явно чуть менее аккуратная и настроенная, чем наша Сузи, хотя может с него и можно будет что-то интересного вытащить. Не думаю, что данный товарищ будет дружелюбным. — Тали кивнула.
— Как минимум его надо сначала еще встретить. — Лиара усмехнулась, положив книжку правильной стороной к капитану, — Наша Сузи тоже не казалась дружелюбной при первой встрече, особенно для Кайдена. Но, все может изменится. — Она перевела взгляд с Тали на Шепард, — И что же тебя останавливает?
— Я не полезу туда без связи. — Она пожала плечами, — Мне нет смысла там бродить, потому что я не знаю что искать. Можно было бы взять одного из вас, а то и не одного, но мне кажется вы будете полезнее тут, на корабле, чем со мной в моих путешествиях, да и к тому же со страхом поддаться безумству. Я потеряла уже двоих, и не хочу лишиться еще хоть кого-то.
— Мы поддались безумству, когда зашли на борт этого корабля под твоим предводительством. — Гаррус рассмеялся, — Ты не можешь нас напугать страхом смерти. Мы сюда за этим пришли. Если бы хотели спокойной военной службы, лежать по койкам и покрываться пылью, этот корабль последний, на который стоит ради этого идти. Тут, если тебя не убьет пока ты дойдешь с рубки пилотов до своей койки, будет просто чудом.
— Я готова с тобой пойти в эти руины. — Тали указала на центуриона, — Мне хочется узнать про эти машины.
— Я тоже пойду. — Лиара кивнула, — Вдруг мои знания пригодятся.
— Вы понимаете, что там, где заканчивается порог нашего корабля, начинается мир еще хуже, чем тот, который был на Омеге-4? — Капитан задумалась, — Сейчас я пару дней потеряю на том, чтобы столкнуть две армии. Постараюсь выйти из потасовки живой, и дойти до города, где могут подсказать побольше про эти руины. Я не уверена, что вы вдвоем будете в безопасности на всем этом пути. Но, давайте так, если я все же найду достаточно интересные руины, то я приду за вами. Это будет примерно дня через четыре.
— Хорошо. Мы тебя поняли. — Синхронно кивнули девушки.
— Так что, мы продолжаем восстановление корабля? — Гаррус кратко глянул на инженера, и перевел взгляд на капитана корабля, — Мне не нравится идея, что инженеры, вместо того, чтобы восстанавливать связь, проигрывают свои деньги, пускай и мне. Если мы ничего не будем делать — нам выигрыш в «кредитах» не понадобится, тут явно другая валюта.
Капитан корабля задумалась над тем, что ему сказать. Надо бы, и правда, по хорошему, продолжить поиск связи, начинать еще что-то. Как-то восстанавливать мертвую птицу. Дать ей знать, что она залежалась в этих снегах. Никому, в конце концов, не известно слишком длительное влияние такого «простоя» корабля. Она даже определилась с тем, что скажет. Но вот когда она открыла рот, произнесла совсем не то, чего от нее ожидали все трое:
— Только давайте без импровизаций. Отдыхайте и восстанавливайте силы. Я не против. Лишь бы никто не дрался и ничего не подрывал. Пока подождем с кораблем. Я думаю, мне придется сделать большой крюк, и попробовать выловить лекарство для нашего безумного безрукого беспечного пилота. Сейчас немного не до корабля. Так что будьте готовы, что и эти сроки только примерные.
На том и сошлись. Лиара утащила обе книжки в свою уже небольшую библиотеку, и, сидя на месте первого пилота, продолжила их изучение в тишине. Тали и Гаррус же начали на палубах масштабную уборку, в попытках хоть как-то занять себя от безделья. Тому, что им сказала капитан корабля они были не рады, но и дернуться никуда им нельзя. Шепард никогда не терпела того, что команда откажется подчиняться. Сделала бы вид, что не против, но по факту, конечно, любое отклонение от приказа будет иметь последствия. Последняя надежда у всех особо приближенных к главнокомандующему корабля начала потихоньку испаряться, как тепло с многочисленных дыр в обшивке. Успокоенная тем, что ничего критически важного на корабле не случилось, и все оставшиеся все еще в нормальном состоянии, капитан оделась в свою привычную официальную форму, а сверху надев дорогое одеяние и отправилась во дворец, прихватив портфельчик. Ей все меньше хотелось задерживаться на мертвом корабле.
Кажется, она даже успела к назначенному времени. Едва успев переступить порог Королевского дворца, Шепард встретилась с Йорлейфом, который кратко рапортовал, что ее уже ждут, и провел через внутренний двор к небольшому зданию. Капитан же, поблагодарив мужчину за заботу, зашла внутрь, и ненадолго растерялась, увидев как шестеро прачек громко о чем-то разговаривают и смеются, стирая и развешивая мокрые вещи. Одна из краснощеких девиц, не отвлекаясь от своих обязанностей, указала капитану куда той идти. Спустившись по крутой деревянной лестнице вниз, Шепард остановилась на последней ступеньке, и тут же широко улыбнулась, смотря на Буревестника, который сидел сложив под себя ноги на широкой деревянной лавочке, в одном большом полотенце и с мокрыми волосами.
— Я надеялась ты купаешься в болотах под звездным небом. — Не без издевки сказала капитан, расстегнув свои сапожки и оставив их рядом с сапогами ярла, босиком прошлась по мягкому ковру, который лежал на каменном полу.
— Чтобы потом лягушек из бороды доставать? — Ярл усмехнулся, и посмотрел на нее, отрицательно покачав головой, — Нет, спасибо, мне их хватает в путешествиях. То с Бергльёт их сними, то из супа их достань, то с морды их убери, очнувшись утром в лежанке. — Он указал на дверь, — Иди, там все уже готово. Не знаю, как ты там на своих небесах умываешься, но если что, зови.
— Чтобы ты потом влез ко мне и меня утопил? — Капитан рассмеялась, — Зная тебя, ты последний кого я позову себе на помощь.
— Нужна ты мне, как рыбаку хрупкие льдины. — Он кивнул, — я сам только оттуда. Просто мне то до Рифтена ехать далековато. Хочу сначала волосы просушить, прежде чем они превратятся в сосульки.
— Зачем ты туда едешь, если не секрет? Да и чем этот город славен?
— У Рифтена одна слава - Гильдия Воров, — Ульфрик усмехнулся, — но я не к ним. А может и к ним. Смотря как пойдет. Кажется, главарь мне деньжат занимал. Но вообще я к ярлу еду. Надо у нее больше народу выпросить. У меня плохое предчувствие, что Фолкрит готов к нашему вторжению, хотя десятки разведчиков говорят о том, что Маркарт сейчас охраняется чуть ли не лучше, чем Солитьюд. — Он потрепал мокрые волосы, и закинул голову, тяжело вздохнув, — Если ты что-то не то почувствуешь или увидишь что-то по пути в Айварстед, скажи об том Галмару. Он сориентируется как перестроится. Именно потому у тебя такой сложный маршрут. Ты поедешь очень медленно с Фолкрита, да через Хелген в Айварстед. Хелген скорее всего уже просто гнездо преступников, так что даже не думай топать через него. Поезжай в обход его стен.
— Хорошо, как скажешь, мой ярл.
Ульфрик не без интереса начал наблюдать за тем, как капитан расстегивает свое одеяние, а следом расстегивает многочисленные крепежи, держащие ее броню. Девушка откинула сначала рукавицы с металлическими перчатками, а следом и броню, под которой пряталась черная футболка со знаком Спектра на плече. Положив все на край лавочки, даже половина от ее брони создавала уже такую кучу, какой была вся броня Ульфрика. Задумавшись, подняла взгляд, и слабо улыбнулась, поинтересовавшись:
— Так и будешь наблюдать за мной?
— Ну я же перед тобой в одном полотенце. — Буревестник пожал плечами, не отводя взгляда с ее футболки. — Не боишься ли ты меня?
— Ну я же не знаю, есть ли у тебя под этим полотенцем топор или нет. Но, знаешь, тебе придется сильно постараться, чтобы напугать меня.
Наклонившись, она отщелкнула пару крепежей на ногах, и, выпрямившись, уперла руки в бока. Не без интереса наблюдавший за ней, Буревестник все же закрыл руками лицо, отвернувшись, чтобы девушка не смущалась. Но та лишь расхохоталась, и, лишившись всей своей брони, дотянулась до лежащего полотенца, и укуталась в него, сказав:
— Замечательно. Я победила.
— В чем?
— В том, что у меня больше шрамов. Никакой ты не воин.
Ульфрик осторожно убрал руки от лица, и посмотрел на девушку. Кажется, она была права. На нем в его тридцать лет столько ранений не было, сколько он заметил на оголенных частях рук и ног. Шепард лишь ему улыбнулась, и, приоткрыв дверь, тихо сказала:
— Сделай так, чтобы сюда никто не ходил.
— Договорились. Я покараулю. — Он хмыкнул, — Ты не выглядишь такой как обычно. Что тебя тревожит?
— Долгая история. Пока не обращай внимания.
Девушка скрылась за дверью, которая вела в небольшую комнатку, представляющую собой большую широкую лавку и большую деревянную емкость с горячей водой. Деревянный пол был довольно мокрым, а в печушке плясал огонек на горящих во всю поленьях. Рядом устроилась бадья с холодной водой, там еще не успел полностью растаять снег. Сняв с себя полотенце, девушка отложила его на лавочку, а сама забралась внутрь, с удовольствием погрузив уставшее тело в горячую воду. Кожа моментально начала краснеть — слишком резкий перепад температур, да и кажется, сама вода не так давно кипела. Но ее ничуть это не смутило. Сгорбив спину, она вытянула ноги, и зачерпнув немного воды в руки, ополоснула лицо. В комнатке стоял полумрак — лишь с десяток свечей стоящих по углам каменной умывальни, которые почти полностью прогорели, отгоняли мрак. Днем, кажется, это место освещалось с помощью небольшого узенького окна над самым потолком, которое сейчас полностью запотело.
Сидящая засмотрелась на свое отражение в воде. Уставшая и измученная, она не могла толком не о чем думать, кроме как о том, что морально теряет связь с кораблем. Ее затягивают местные проблемы и люди, и она все меньше времени хочет проводить на корабле. Все чаще казалось, что не стоит поднимать ничего. Что стоит просто похоронить Нормандию. За все время здесь, ей почти забылась картина горящей Земли. Быть может безвыходность в этом виновата, а может что-то еще. Но в глубине души она старалась не давать этим мыслям ходу. Ополоснув еще раз лицо, взялась за жетоны, и медленно сняла их с шеи. Андерсон дал ей их. Вернул с вечного забвения, тюремного заключения, и попросил с нее обещание. Она пообещала притянуть на защиту планеты всех, кого сможет. Но сейчас ей было плевать. Медленно сжала жетоны в трясущейся руке. Сейчас, оказавшись в одиночестве, когда никто не мог отвлечь ее от пагубных мыслей, она почему-то не хотела прогонять мысли о том, что с каждым днем все меньше чувствует связь со своим кораблем и со своими людьми. Ей не хотелось больше спать в своей каюте, не хотелось слышать проблем, которые надо решить, чтобы белоснежная птица в синих полосах по корпусу, стряхнула снег и бросилась в черный омут небес. Вытянув руку, она раскрыла ее. Металлические жетоны со звоном упали на мокрый деревянный пол. На шее остался только амулет Талоса. Его ей снимать не хотелось, даже если представить, что никакие безумства ее не охватят. Эту часть своей реальности она принимает. Но остальную нет. Зажав нос рукой, капитан подогнула ноги, и с резким всплеском нырнула под воду, задержав дыхание. Горячая вода полностью поглотила ее. Голова стала легче. Седые волосы медленно изгибались, проваливаясь в воду, заскользив по плечам. Тепло проникало в больные кости.
В сознании проскользнула картина покрытого мхом корабля. Больше ее эта картина не пугала. Она признала, что хочет ее увидеть. Она не станет больше ничего делать. Медленно поднявшись из-под водной глади, она тяжело закашлялась, нахлебавшись воды. Ухватившись за борта бадьи, вылезла из нее, и уселась на пол рядом. Опустилась на колени, дыша очень медленно и глубоко. Мысли ее полностью поглотили. Сжав в побелевшей руке амулет Талоса, капитан корабля склонила голову к полу, беззвучно прошептав, крепко зажмурившись:
— Талос, заклинаю тебя больше никогда не поднимать мою Нормандию. Я хороню ее тут. Оставляю нас всех под твоим надзором.
Не было понятно, что именно так повлияло на эту сильную и крепкую девушку со своими четкими устоями. Эти мысли сломили ее. Но вот она стоит на коленях, и молит бога, в которого не верит, чтобы эта реальность не заканчивалась. Быть может это влияние длани одного из даэдра, быть может местной культуры. Некоторым могло показаться, что ее не тянуло обратно именно из-за того, что она была под защитой Буревестника. Ей больше не приходилось идти первой, ломая руки и ноги на горных хребтах, ведя за собой огромную армию сопротивления. Сейчас ее опыт позволил ей посоветоваться с главнокомандующим около карты, а потом сесть и пить чай. Ей не надо было разговаривать с теми, с кем она не хотела. Принимать решений, которые она не хотела принимать. Быть может поэтому она приняла решение похоронить корабль. А может чувствовала, что не справляется с командой, не способна решить эту проблему, да просто сдалась, устав вечно бороться против ветряной мельницы. Но ее не тянуло возвращаться на свое поле боя. Она продолжит делать вид, что озабочена проблемой отправки космического корабля домой. Но ничего существенного делать не станет. Она готова быть вторым планом для этой, местной войны. Но, кажется, на большее уже не способна. Ровно месяц ей понадобился, чтобы просто морально все похоронить. От нее ждут приказа экстренного поднятия корабля в небо любой ценой. И она готова его отдать. Но без промедления командует ждать. Ждать того, чего не будет. Если же Кайдена отпустить на свободу, да дать всему экипажу разбрестись по этим территориям без ограничений, а они через две недели найдут способ поднять корабль в воздух, она очень хорошо подумает, вернутся ли на борт. Нужна ли она там? Горячая кожа медленно бледнела, остывая. Капли воды скатывались по густым волосам, капая на деревянный пол.
Кто же знал, что ночь, в которую они упали, настолько сильно изменит их?
Почти двадцати минут и приличного количества горячей воды ей хватило, чтобы вымыться от всей грязи, всей травы в волосах. Еще с пару минут она потратила просто на то, чтобы посидеть в полной тишине на мокром деревянном полу, обняв колени, и собраться с мыслями. Взяв с лавочки полотенце, она укуталась в него, и вышла обратно, надевая жетоны обратно. Тихо чихнула, и откинув назад мокрые волосы, улыбнулась Буревестнику, который все так же сидел словно ее охранник, подогнув одну ногу. Уселась рядышком, начав болтать босыми ногами в воздухе. Давно ей так хорошо не было. Если вечно откладывать мысли, которые боишься обдумывать, они будут морально разрушать тебя. Но вот стоило просто сесть, и в полной тишине обо всем подумать, как становится легче. Сейчас она была полностью свободна и спокойна, словно уже знала о том, что война со Жнецами окончена, и больше она Альянсу не нужна.
— Как ты относишься к тому, что о нас с тобой думает Галмар?
— Мне плевать. — Честно призналась седоволосая и посмотрела на него, — Мне нравится его подкалывать, что скорее он твоя проститутка, а не я, но, думаю, что у нас с ним на этой почве еще одна драка будет. Я с радостью ему еще раз в глаз дам, да еще и руку сломаю, чтобы не повадно было. Меня очень долгое время все замуж выпихивают, но у меня немного нет на такое времени. То я работаю на запрещенную организацию, то потом сижу за это в тюрьме под следствием, ожидая казни, то вот снова война, и я снова нужна на фронте. Я привыкла к таким подколкам, но они никогда ничего общего не имеют с реальностью.
— А ты бы хотела чтобы это стало правдой? — Буревестник повернулся к ней, прижавшись спиной к деревянной стене.
— Так, конкретизируй свой вопрос. Хотела бы чего — стать твоей проституткой? — Они вдвоем громко рассмеялись. — Нет уж, спасибо, откажусь от такой чести. Галмар тебе привычнее будет. Я же тут не на всегда, не забывай об этом. Однажды я все же найду способ как запустить свой корабль в небеса, и побегу на свое поле боя. — Она задумалась, — Иногда мне кажется, что нас просто сама вселенная вышвырнула сюда. Просто чтобы мы остановились от вечных войн и потерь. Перевести дух. До сих пор не могу привыкнуть к тому, что меня не торопят сроки. Что я могу подумать столько, сколько захочу, и поступить так, как захочу. Словно тяжело раненного бойца отправили в лазарет, но потом он все равно вернется на поле боя. Но, если сказать по секрету, — девушка поджала губы, рассматривая сидящего напротив, — то я буду рада если корабль поднимется как можно позже.
Ульфрик осторожно взял девушку за руку, и, притянув к себе, начал целовать. Шепард поддалась на провокацию, отвечая на поцелуй, и ловко ухватившись пальчиками за полотенце, стянула его вниз. Один край полностью свалился на пол, а второй задержался на поясе, оставив последнюю недосказанность.
— Так что, хочешь задержаться? — Едва слышно спросил ярл, проведя рукой по ее плечу, чувствуя многочисленные длинные полосы шрамов.
— Ты хочешь этого, а не я. — Шепард мягко оперлась рукой в его крепкое плечо, и провела по крепким мышцам, — Но ты ведь меня отправил взять тебе Фолкрит. — Она хитро улыбнулась, и сказала, — Неужели военная слава подождет?
— Шепард, не заставляй меня этого говорить в слух.
— Не заставляю, но давай ты не будешь есть конфеты перед ужином. — Она мягко взяла его за запястья, и закрыла его руками глаза. Медленно поднялась, и, замотав волосы в полотенце, начала одеваться, внимательно следя за сидящим, — Ты же такой сильный ярл. Твое имя такое известное. А сам, и правда что, готов спать с какой-то неизвестной девкой. Я прекрасно понимаю претензию Галмара.
— Я уверен в том, что многие хотят обладать тобой, а не только я. — Ульфрик тяжело вздохнул, покорно сидя закрыв руками глаза, — В этом же самое главное. Нет никакого интереса повесить свой флаг, на крепости, которая сдается любому врагу. Но всегда есть интерес в том, что бы захватить неприступную крепость. — Когда Шепард мягко убрала его руки от лица, он потянул ее на себя, и мягко поцеловал, — Я не удивлюсь, что очередь набиться тебе в женихи еще больше, чтобы просто убить тебя. Ты мой дар богов, который я долгое время выпрашивал у неба.
— Ай, а кто моих слов не слушает, тому только горячей ложкой в лоб на обеде. Я повторюсь, я такой же человек как и ты. — Она кивнула, — абсолютно. Только девочка, а не мальчик. Но мне смешно от твоих слов. Я далеко не такая великая, как тебе хочется. — Усевшись на его ноги, будучи одетой в уже в белую футболку, заправленную в свои синие штаны, обняла его за шею, и спросила шепотом на ухо, — есть ли вариант не брать Солитьюд силой?
— Смотря зачем ты спрашиваешь.
— Одна из твоих знакомых девочек интересовалась. Она не знает ничего, про твои планы, но, сказала мне, что понимает, что ты вряд ли на столицу пойдешь мирно. Я тебе даже специально имени не буду называть, чтобы еще больше спутать тебе карты.
— Какой интересный вопрос. — Ульфрик кивнул, — я думаю, что если это будет критически необходимо, я смогу сторговаться с Империей.
— Даже так? — Удивилась капитан, и отделив небольшую прядку его светлых волос, заплела их в косу.
— А почему нет? Если мне мирно отдадут город, и дадут полную независимость Скайрима, я с великой радостью буду торговаться на то, чтобы все талморское посольство и всех блядских эмиссаров, не лишить головы за один раз, а просто выдворю их вон. — Он кивнул, — если такой вариант получится, то я только за. Галмару я развлечение какое-нибудь придумаю. Научить его держать метлу вместо секиры всегда можно.
— Значит у меня даже это получилось. — Капитан прижалась к нему, — У меня получилось столкнуть самого упертого в моей жизни барана с его пути. Я все-таки затянула тебя на путь дипломатии.
— Я не могу тебе отказать. — Буревестник кивнул и улыбнулся, — Считай, что я сдался тебе. Ты единственная, кому я сдался за все свои долгие года жизни.
— И снова ты врешь мне. Ты сдался уже как минимум второй девушке. Сначала ты сдался Эленвен в плену, а теперь сдаешься мне, да еще и не под пытками. Какой ты тряпочный, ярл Ульфрик. — Шепард усмехнулась, — Тебе лишь бы бабы, а потом война.
— Я же уже сказал свое мнение. Я лучше буду думать о тебе, но ты принесешь мне победу, чем буду думать о войне, которая похоронит очень много народу и принесет мне поражение.
Капитан кивнула, и убрала его руки со своей талии. Ловко спрыгнув босыми ногами на пол, медленно отошла от него к противоположному краю комнатки, и сама закрыла руками лицо, дав ему одеться. Через десяток минут, они пошли вдвоем наверх. Девицы, что полоскали простыни, распевая песни, чтобы веселее работалось, лишь с громким хохотом поприветствовали ярла и его тана, продолжая заниматься своими делами. Они вдвоем пошли по внутреннему двору Дворца, наслаждаясь полным штилем и лишь небольшой прохладой — на улице явно было не ниже минус десяти. Пронырнув в узкий коридор, поднялись наверх.
— Мне вот интересно, а если Талмор захочет взять твой город штурмом, воспользовавшись тем, что ни тебя, ни Галмара нет, даст ли твой город отпор?
— А почему же нет? Мои войны все еще несут свою караульную службу. — Буревестник взял небольшую паузу, открыв дверь, и, пропустив даму, вошел за ней следом в главный зал, — Они всегда готовы дать отпор тем, кого в этих краях видеть не рады.
В главном зале стояло оживленное обсуждение всех последних новостей за большим столом. Около многих сидящих стояло оружие. Войны, видимо сразу после ужина, отправляются в путь. Галмар же, сидящий на своем привычном месте, о чем-то увлеченно разговаривал с Йорлейфом. Шепард уселась напротив него, поправив свое одеяние, чтобы воротник не открывал торчащую броню, и взяла ложку, хитро улыбнувшись военачальнику.
— Опять ты здесь.
Во главу стола сел Ульфрик, и негромко постучал вилкой по дереву, взяв паузу. Спустя минуту громкие разговоры перешли на шепот, а потом и вовсе стихли. Буревестник сложил обе руки на стол, и довольно громко сказал:
— Это последний раз, когда вы сидите в этом дворце в таком составе. Многие из вас покинут мое владение, отправившись в бой. За Фолкритом, который моя советчица возьмет под наши флаги так же легко, как и Вайтран, пойдет Маркарт. Когда в нашей казне пополнятся запасы серебра, а Империя станет еще слабее, мы ударим по Морфалу. Когда падет и он, приняв наши флаги, мы встанем на пороге Солитьюда…
Шепард опустила голову, стараясь не слушать его. Она прекрасно знала, что дальше Фолкрита их восстание вряд ли пробьется. Даже если они с трудом отобьют эти владения, Империя соберет все силы, но сделает так, чтобы мятежники делали один шаг вперед, но отступали на два назад. Громкая речь в честь будущих побед ее не брала. Придется с каждым разом все больше молчать. Эта ситуация стала полной копией того, как она на Тучанке пошла на сговор против генофага. Ее молчание много как трактовали, но тогда расколоть ее не получилось. Она едва не похоронила друга, но сделала так, как считала нужным. Сейчас этот момент молчания тянул ее морально на дно. Никто не обещает того, что и этот случай подмены карт перед ослабевшим ярлом, не сыграет с ней такую же злую шутку. Молчание затягивает молчащего как трясина. Оттуда уже не будет выхода. Лишь бы не оступится. Лишь бы не сдернуть в ужасе с поля битвы, выдав себя. Медленно подняв голову, она встретилась своим потерянным взглядом со злобным взглядом Галмара. Поджала посиневшие губы, не отрывая от него взгляда и не моргая. Каменный Кулак же хмыкнул, сжав в руке вилку с ножом, так же не реагируя на ярла. Она не могла поверить в то, что никто в чертовом городе кроме нее не знал о том, кем был Ульфрик на самом деле.
Ее посетила великая мысль. Такая, которая еще никому не приходила в голову. Ей захотелось показать досье на Буревестника Галмару, и увидеть его реакцию. Расколоть восстание изнутри. Оно загнется еще раньше, чем войска, взявшие Фолкрит, развернутся и пойдут на Маркарт. Она готова была разыграть эту карту великого изменщика в тот момент, когда станет слишком опасно для жизни. Только надо было сначала вывести всех своих людей из-под удара, а затем уже швырнуть это досье между двумя медведями, словно динамит. Мысли начали спутываться, теряя последовательную нить, и она опустила голову, закрыв бледное лицо руками. Тяжело закашлявшись, немного сгорбилась. Шею словно жгла одна из нитей. Сидящий рядом с Шепард Вунферт, воспользовавшись тем, что войны отвлеклись на разговоры о битве, разбавил ее чай своей настойкой, и, вложив стакан в трясущиеся руки, заставил сделать несколько глотков. Капитан лишь молча кивнула, осушая стакан. Отставив его, сделала вид, что потирает шею, а сама осторожно оттянула железную цепочку где висели жетоны и нитку с амулетом в сторону, показывая магу свою шею. Глазам придворного мага открылась жуткая картина, словно одна из нитей обожгла бледную кожу с посиневшими венками, которые расходились вверх и вниз своими тонкими веточками, становясь почти черными.
— Какого черта со мной происходит? — Шепотом спросила капитан, боясь поднять голову.
— Не знаю. — Честно сказал маг, — Что именно так жжется? Сними сейчас, потом будем разбираться, чтобы к тебе вопросов не было.
Капитан осторожно отпустила сначала веревку с амулетом, но, поняв, что от него не было никакой реакции, отпустила и цепочку с жетонами. Вздрогнув от боли, стянула их, откинув на стол, и потерла шею. Подняв голову, поймала на себе лишь настороженный взгляд Ульфрика, но, ничего ему не сказав, решила приступить к ужину. Едва осилив тарелку с супом, она бросила свои жетоны в карман одеяния, и, кратко поблагодарив всех за компанию, выбралась из-за стола, быстро уходя в сторону штаба. Галмар лишь усмехнулся Ульфрику и сказал:
— Смотри, как ей тошно стало уже от твоей рожи.
— Это от тебя и твоих шуточек про нее. — Буревестник хмыкнул, продолжив ужинать, — Отстань от нее, ей тоже надо отдохнуть.
Шепард быстрым шагом прошла по коридорам мимо стражи, и, зайдя в комнатку к своему врачу, закрыла дверь. Чаквас отвлеклась от своей каши и удивленно посмотрела на нее.
— Что такое, капитан? Ты чего такая напуганная?
— Док, бросайте свою кашу. Мне кажется со мной что-то не так.
— Ну хорошо, что хоть ближе к сорока до тебя начала доходить эта мысль. — Она отставила тарелку, с удовольствием облизнув ложку, и жестом позвала ее к себе, — Ну иди ко мне. Что не так?
Капитан уселась в ее ногах, и отодвинула воротник, показывая обожженную кожу. Врач кратко осмотрела место ожога, и сказала:
— Тебя никто не душил тонкой веревкой?
— Мне стало больно из-за них, — Она бросила ей в руки свои жетоны, — Они меня так обожгли. Даже не собираюсь их обратно надевать.
Чаквас искренне удивилась ее словам, и, активировав свой омни-инструмент, аккуратно убрала ее мягкие волосы в сторону, которые еще немного пушились. Спустя пару минут, врач попросила ее снять все до самой футболки, и начала обрабатывать свежую рану кремом, который начал почти сразу же работать, превращая рану в очередной шрам, пускай и менее заметный, чем остальные.
— Слушай, ты чего у меня такая бледная? Тут кислорода так много, а у тебя и губы синие, и кончики пальцев, хотя давление в норме. Головокружение? Сонливость? Ощущение ваты в голове?
— Никак нет.
— Боже мой, да что с вами двоими вечно не так? — Врач рассмеялась, — Только вы вдвоем постоянно прячетесь от меня, именно с вами двоими что-то обязательно будет не так. У вас двоих хоть день может пройти нормально?
— Да. Было однажды. — Шепард взвыла от боли, закинув голову, — Кажется, это был четверг. Джокер еще тогда сказал, что от Спектра на борту одни неприятности. — Она вдруг рассмеялась, — Как в воду глядел, сволочь.
— Шепард, я, конечно, поступлю сейчас не очень правильно, но я скажу то, что услышала. — Чаквас жестом показала что закончила, а сама поставила подсвечник с тремя свечами поближе, рассматривая жетоны, — Но этого главу города очень многие подбивают на то, чтобы около тебя приставить надзирателя. Ты опять со всеми разругалась тут?
— Нет. Меня больше все нервируют, чем я кого-то. Хорошо. Я буду осторожна. Скоро отправлюсь в далекое путешествие, да запрошу у столицы лекарство. Берегите себя, пока меня не будет.
Капитан оделась обратно, но одеяние лишь накинула на плечи, не став застегивать, и молчаливой тенью покинула комнатку, спустилась во внутренний двор, услышав приказ седлать боевую лошадь. Уселась на лавочке в тени, наблюдая с любопытством за тем, как Бергльёт приводят в порядок, и довольно быстро седлают. Ей были заняты сразу четыре человека, чтобы все действо было не больше пяти минут. Обычно именно столько времени хватает ярлу подняться с койки, и, одевшись на ходу, схватить свой топор, да отправиться в путь. Дверь, ведущая из главного зала распахнулась, и с нее вышел ярл, идя к своей лошади. Следом за ним пошел Галмар, довольно громко говоря:
— Я тебе говорю, Ульфрик, Лайла не станет тебе в этом помогать.
— Я не собираюсь этого слушать. Да я тебя о другом спрашивал, а ты все пристал со своим Таинством. — Буревестник махнул рукой, резко остановившись в середине дворика, — Ты предлагаешь мне выпросить у Бриньольфа защиты от Темного Братства? И что это будет? Упрекаешь меня, что я сплю с Джейн и меня это может опозорить, а то что я выпрошу защиты у крыс против летучих мышей, так это нормально. Тут я посмешищем не буду. — Ярл лишь усмехнулся, — Я сказал: нет.
Он кратко посмотрел на сидящую в тени дворца Шепард, и развернувшись пошел к своей лошади. Мягко погладив ее по розовому носику, что-то тихо сказал на ухо, и, ухватившись за седло, забрался в него. Выпрямив спину, словил от конюха позолоченный повод и сказал:
— Все что я могу выпросить у Гильдии воров, это сделать так, чтобы весь Солитьюд обчистили до последнего септима. Я сам справлюсь с тем, что на меня устроили Черное таинство, и сам разберусь и с Темным Братством и заказчиком.
— Да подожди же ты. — Галмар ухватился за уздечку Бергльёт, не дав той сделать и шага, — Бриньольф в хороших отношениях с Братством. Воспользуйся этим. Не марай руки самостоятельно.
Военачальник тяжело вздохнул, но все же отпустил лошадь, и, махнув на него рукой, ушел обратно во дворец. Ульфрик же, похлопав Бергльёт по шее, молчаливо кивнул Джейн, и быстро покинул двор. Шепард тяжело вздохнула, но все же не стала никуда уходить, даже когда двор полностью опустел. Только спустя половину часа, задумчивого рассматривания звездного неба, которое затягивалось объемными облаками, с неохотой поднялась и пошла внутрь. Стряхивая с одеяния снег, пошла медленно по коридору до покоев ярла. За ней же пошел Галмар, серьезным тоном спросив:
— Ну что, тебе уже дали звание второго эмиссара или ты до сих пор бегаешь на побегушках у Эленвен?
Капитан лишь ускорила шаг, и, раскрыв дверь ведущую в покои ярла, переступила порог, захлопнув ее у него перед носом. Сняв с себя одеяние и броню, потушила все свечи и легла спать, укрывшись одеялом с головой, лишь надеясь на то, что она выдержит оба дня, пока Буревестника не будет, чтобы не въехать еще раз этому козлу.
Тяжелая ночь сменилась утром. В покоях раздался громкий стук, который разбудил Шепард но та, взвыв, лишь перевернулась со спины на бок, укрывшись одеялом. С распахнутого окна тянуло холодом. Полутьма и тишина не дали ей никакого шанса проснуться с первого раза. Через какое-то время стук повторился. Капитан открыла глаза, и остановила свой взгляд на фигурке своего корабля. Она надеялась проснуться с великим желанием вернуться обратно на корабль, но проснулась только с головной болью и желанием провести все два дня в кровати.
— Чего надо?
— Завтракать будете? — Поинтересовался Йорлейф.
— Ничего не хочу. Будьте добры, закройте окошко.
Управитель все же решился открыть дверь в покои и зашел внутрь. Беззвучно пройдя до балконных дверей, закрыл их, перестав пускать мороз внутрь, и остановился у изголовья, смотря на лежащую. Капитан крепко прижимала к себе подушку, не отводя взгляда от корабля, борясь со сном.
— Еще что-нибудь? — Управитель внимательно осмотрел покои, — Может все-таки завтрак? Наши повара сегодня в особенно хорошем настроении.
— Эх, уговорили. Давайте завтрак.
— Хорошо.
Он тихонько ушел, закрыв дверь. Шепард тяжело вздохнула, и провела пальцами по шее, где вчера была глубокая рана, а сейчас чувствовался только легкий шрам. Капитан собралась с силами, и уселась в кровати. Сдула с лица мешавшиеся волосы, и укрыла плечи одеялом, оперевшись спиной об высокое изголовье. Через пару минут к ней пришел один из слуг, и, поставив кружечку, налил из высокого металлического чайника вкусно пахнущий чай. Отставив его рядом, снял с подноса и небольшую тарелочку со сладким кусочком пирога.
— У нас во дворце сегодня праздник. Так как ярла Буревестника в этот день никогда не бывает во дворце, он всегда просит для каждого жителя и гостя города выделить кусочек. Приятного чаепития.
Слуга поклонился, и ушел, чтобы не мешаться. Шепард же довольно ухмыльнулась, и съехала обратно, развалившись на королевской кровати по диагонали, с большим удовольствием дала себе насладиться такой заботой о себе, словно она и правда была королева. Сделав несколько глотков чая, поднялась с койки, и, дойдя до книжного шкафа, взяла себе пару новых книжек почитать. Снова свалилась в койку, решив из нее не вылезать. Так будет безопаснее для всех обитателей дворца. За чтением и распиванием чая с невероятно вкусным десертом прошел весь день. Слуги то и дело с ее позволения приносили ей новый кувшинчик, а когда стало темно, по ее просьбе зажгли все свечи в покоях. Но вот когда стало уже совсем темно, на пороге покоев стал тот, кого она совершенно не хотела видеть.
— Да блять. — Взвыла она, и отвела руку с книжкой, наградив его недовольным взглядом.
— А я думал ты уже тут померла. — Галмар оперся плечом о дверной косяк, — Ты к хорошему не привыкай, развалилась тут, королева. Уже слугами как своими распоряжаешься.
— Отъебись от меня. — Шепард, отпив чай, отставила кружку, продолжила читать книжки, которые лежали на кровати и рядом уже приличной горой. — Я уже принципиально лежу и не высовываюсь из покоев, чтобы лишний раз не сталкиваться с тобой в коридоре, но ты сам встаешь на пороге и выпрашиваешь у меня еще одну порцию ненависти. Не слышал что говорят? Праздник сегодня во дворце. Вот и не порти мне праздник своей унылой рожей, а то мне от тебя уже больше тошно, чем от Талмора.
— Ты хоть знаешь что за праздник-то? — Военачальник пошел внутрь, закрыв за собой дверь, и встал около кровати, сложив руки на груди.
— У меня ко всем праздникам отношение максимально простое — я, как капитан боевого корабля, всегда была лишена всех праздников, от празднования нового года, да заканчивая своего дня рождения. — Она пожала плечами, — Если обычные люди получают дополнительный выходной, я только рада. Хоть день изобретения электричества празднуйте — мне все равно. — Поняв, что он так просто не свалит, она дотянулась до тумбочки, и, вложила между страниц чистое перо, закрыла книгу, отложив ее к остальной горе. — Чего ты хочешь от меня, Галмар?
— Хочу правды.
— Подожди Ульфрика, он вернется и с радостью тебе все расскажет. — Шепард сжала кружку обеими руками, распивая чай.
— Нет, ты не поняла меня. — Военачальник встал уже рядом с ней, — Хочу правды от тебя. Ульфрику я верю. Мы с ним не первый год идем плечом к плечу в любой битве. А вот ты тут шаришься уже почти месяц, а вопросов, почему он тебя не выкинул, у меня меньше не становится. Ты ведь правда с ним спишь?
— В свахи набиваешься? — Она расхохоталась, — Я тебе уже сказала, отъебаться. Что именно в моих словах тебе не понятно?
— Если я задаю вопрос, я хочу услышать на него ответ.
Капитан с неохотой отставила кружку, и откинула одеяло. Медленно опустила босые ноги на каменный пол, и поднялась с кровати. Будучи одетой в одну футболку с символом Спектра, она нисколько его не смущалась, и, взяв специально книжку потяжелее, пошла к нему, осторожно делая каждый шаг вперед. Встав на расстояние ближе, чем вытянутая рука, она лишь усмехнулась и сказала:
— А я, если прошу не доебывать меня, хочу только одного — чтобы меня не доебывали.
Она с размаху ударила книгой мужчину по морде, да так, что тот свалился с ног. Дав еще хорошенько талмудом по голове, чтобы точно не встал в ближайшие сутки, уселась обратно в кровать, продолжив чтение, совершенно не смущаясь лежащего в покоях тела.
