Часть 13
31 марта 2022 г., 10:00
Следующий день прошел так же спокойно, как и предыдущий. Вошедший среди ночи ярл, встал на пороге, удивившись открывшейся картине. Пока Галмар лежал на полу, отвернувшись лицом к стенке, Шепард же спокойно сидела в горе книжек, и читала очередной том истории Империи.
— Так… — Буревестник усмехнулся, переступив лежащее тело, отставил к кровати окровавленную секиру, — Джейн, сейчас глубокая ночь.
— И что? — Капитан даже не стала отвлекаться от чтения, жестом показав ему закрыть дверь, чтобы не сквозило, — Я же не в библиотеке.
Ярл лишь отрицательно покачал головой, и, подняв с пола своего военачальника, закинул его себе на плечо, попросив Йорлейфа вызвать ему помощь, а сам вернулся в покои и закрыл дверь. Взяв с десяток книг с кровати, начал аккуратно расставлять фолианты на полочку, сохраняя точный порядок. Даже когда собрал все книги с постели, за исключением той, которую читала Джейн, он задумчиво посмотрел на почти пустующую еще одну полку.
— Ты что, половину шкафа за два дня прочитала?
— Ага. — Шепард потянулась к кружечке, — Так отвыкла от бумажных книг и хорошо написанных историй, что не могу оторваться.
— Это не придуманная история у тебя в руках, а реальная. — Ульфрик задумавшись обошел кровать, и, усмехнувшись, поднял еще гору книг с пола, продолжив расставлять их по местам. Пройдясь рукой по корешкам, сказал, пытаясь вспомнить хронологию, — Ты где-то на пороге начала властвования моего рода.
— Только не рассказывай чем все закончится.
Ульфрик подошел к ней довольно близко, и, наклонившись, мягко поцеловал. Капитан придержала руку на нужном абзаце, отвечая на поцелуй, и, улыбнувшись ему, тихо сказала:
— Галмар пытался меня отвлечь от чтения. Хочешь там же оказаться?
— Хочу сказать о том, что если ты сегодня не выспишься, то с утра Бергльёт скинет тебя с себя, и ты пойдешь до Фолкрита пешком.
Капитан отложила раскрытую книгу, и сказала:
— Я так не играю. Вы вдвоем всегда устраиваете преступный сговор против меня.
По дворцу послышались громкие крики Галмара о начале сборов, и том, что пора выдвигаться. Но Ульфрик не обращал на них никакого внимания, и, отставив свои сапоги, улегся к ней в кровать. Капитан задула последнюю свечку, и забрала у него одеяло, не дав им укрыться. Но Буревестник не стал с ней спорить, приобняв подушку. Капитан вдруг начала давиться смехом, и столкнула его с кровати, начав смеяться уже во весь голос.
— Да, спасибо, но я уже сегодня прилег в кусты. Тут еще надо посмотреть против кого идет преступный сговор. — Ульфрик тяжело вдохнул, — На дорогу, когда я ехал с Рифтена, выскочил кролик, Бергльёт его испугалась, и встала на дыбы, а я как-то этого не ожидал. — Слушая ярла, Шепард не могла остановиться хохотать, растянувшись на всю кровать, — Конечно. Она, двухметровая лошадь, которая бывала не в одном сражении, уводила меня из-под смерти сотни раз, пугается кролика, и я вынужден в кустах из-за этого валяться. Я так и не понял, зачем она меня скинула. Чтобы я засаду устроил, никого из мелких зверьков к ней не пускал…
— Я сейчас умру от смеха! — Задыхаясь взмолилась Шепард, обняв руками заболевший от смеха живот, — Перестань!
— С вами двоими мне точно никогда не стать Верховным королем. Одна с койки столкнет, а другая в кусты выкинет. Вот я и валяюсь где попало, как гнилое яблоко.
Завывшая Шепард, едва хватала воздух, заливаясь смехом. Дав ей времени успокоиться, Буревестник забрался обратно. Склонившись над ней, осторожно вытер текущие слезы.
— Дурак ты. — Она улыбнулась, — Позорище просто.
— Будто я спорю с этим. Две девушки возле меня, и обе выставляют меня позорищем перед всей провинцией. Начнешь с вами спорить, так вы еще больше вредить начнете. — Он поцеловал ее, — Все, Джейн, спать.
Спорить с приказом ярла не было смысла, и спустя некоторое время в покоях ярла стало совсем тихо. Пока они спали, вся армия, идущая под синими флагами собиралась по большим территориям, стягиваясь к Айварстеду. Но через горный хребет так за ночь никто и не рискнул двинуться. Со стороны владения Фолкрит шла армия Империи, протаптывая себе дорогу по лесам и полям. Шли осторожно, чтобы не попасть под надзор тех, кто стерег границы Вайтрана. Стража Фолкрита была предупреждена о том, чтобы все молчали о нескольких тысячах солдат, спрятавшихся по лесам и среди горных хребтов. Легат Рикке, что лично вела армию, спрыгнула с лошади около дома ярла, и без стука вошла внутрь, даже когда солнца не было на горизонте. Только солнце начало раскрашивать горные хребты около Виндхельма, как был отдан приказ седлать лошадь. Шепард собралась в путь, пускай и немного не выспавшаяся. Заскочив на Бергльёт, словила конверт от ярла, и отправилась в путь.
Быстро покинув город, на полной скорости понеслась по равнинам около Вайтрана, среди заваленных трупами полей сражений. Следом за ней солнце поднималось над всей территорией Скайрима, радуя всех жителей теплом. Сбавив скорость, быстрым шагом повела Бергльёт по городу. На ее счастье — даже с лошади не пришлось слезать.
— Я слышал о ваших договоренностях, госпожа Джейн. — Ярл Балгруф Старший отдал ей топор Ульфрика, — Надеюсь, вы точно знаете что делаете.
— Я тоже надеюсь. — Она повесила его на пояс, — Но я всегда держу свое слово. Ваш город не тронут.
— Я верю в вас, как и все остальные ярлы. Легкого вам пути.
Изящно поклонившись и поблагодарив его, капитан отправилась в путь дальше. Проехалась гордо по Вайтрану, и, покинув его, добралась до границы двух владений. По факту, конечно, этой границы не было. Но солдаты, стерегущие главную дорогу, предупредили, что дальше она сама по себе. Для вида взяв топор ярла в руки, она отправилась в путь. Бергльёт шла осторожно и довольно медленно по темному лесу. Широкие кроны зеленых деревьев едва пропускали солнечный свет. Слышались едва различимые разговоры с подпольных лагерей. Утренний туман расходился по лесу, лишая всех притаившихся маскировки. Шепард уже спустя километр начала видеть десятки ловушек, расставленных по лесу и медвежьих капканов. Но в самом городке, который опять походил больше на деревню, было все абсолютно спокойно. Ничего не выдавало того, что тут спрятались несколько тысяч войнов. Остановив свою кобылку прямо около дома ярла, Шепард слезла с нее, и, наказав никуда не уходить, достала с одной из седельных сумок нужное письмо, пошла внутрь, прогоняя столпившихся и кудахчущих куриц. Пройдясь по небольшому залу, встала у трона, и сняла капюшон со своих седых волос. Мило улыбнувшись сидящему ярлу, сказала:
— Добрый день, уважаемый ярл Сиддгейр. Мое имя — Джейн Шепард, и пришла сюда с единственной просьбой. — Как только она представилась, ярл перестал улыбаться, и вжался в трон, словно она была его личным убийцей. — Вы готовы выслушать меня?
— Это же ты… — Молодой ярл в ужасе огляделся, — Давай. Я тебя слушаю.
— Мой друг, ярл Виндхельма, и военачальник Братьев Бури передает вам свой топор, и желает знать, на чьей стороне вы в Гражданской войне. — Она привычно уже достала топор, повернув его рукояткой к ярлу, — Мой друг знает о том, что вы встали на сторону Империи, но учитывая изменившуюся ситуацию с Вайтраном, возможно вы захотите изменить свое мнение.
Сиддгейр побоялся даже смотреть на оружие, и тут же завыл:
— Рикке! На помощь!
— Да заткнись ты. — Легат стояла на балкончике на втором этаже, оперевшись о перила, и улыбнулась Шепард, которая обратила на нее внимание, — Свои. Принимай, и подписывай. Тебе все нравится.
Ярл с опаской и трясущейся рукой принял топор, который едва не выронил. Шепард лишь улыбнулась ему и протянула следом бумагу.
— Оставляя свою подпись, вы подтверждаете свой переход под флаги Братьев Бури.
— Да, пожалуйста, — нервно усмехнулся ярл, подписывая документ своей размашистой подписью, которая едва влезла в оставшееся свободное место, — вы со своей дележкой моего кладбища уже заебали. Забирайте вы его уже кому надо, только оставьте меня в покое. Братья Бури, так Братья Бури. Я не против, только отстаньте.
Легат спустилась с лестницы, и пожала капитану руку. Она же спрятала письмо в конверт, сложив руки за спиной, сказав:
— Я видела ваших войнов среди лесов. Я сдам одну из точек, что максимально близко стоят к границам и самую маленькую. — Она кивнула, — Когда я доберусь до Айварстеда, вместо меня сюда ввалится Галмар со своими «ручными медведями». Следующий поход я затяну максимально долго, и пока не знаю точно, куда именно меня отправят, если вы потеряете Фолкрит. Но явно, пока Галмар не придет обратно в Виндхельм, мы даже и думать не будем над тем, куда идти дальше. — Наклонившись ближе к легату, Шепард тихо сказала, — Будьте готовы получить от меня весточку из Маркарта по одной из тем, которую мы с вами обсуждали в Мрачном замке, мне понадобиться ваша помощь.
— Хорошо. Буду ждать.
Легат усмехнулась и забралась обратно на второй этаж, жестом показав ярлу молчать. Тот же прижал к себе топор Ульфрика, и притих, провожая седую девицу взглядом. Вывалившись из длинного дома ярла, и едва не пнув беспечно гуляющую курицу, осторожно перешагнула ее, Шепард похлопала боевую лошадь по шее, тихо сказав ей:
— Мы справились. Поехали, пока нам тут не влетело камнем по голове.
Спрятав письмо обратно, она запрыгнула в седло, и отправилась в путь до Айварстеда. Осторожно провела лошадь мимо капканов и ловушек, внимательно следя за имперскими солдатами, которые притаились в тенях деревьев. Стояла полная тишина. Даже когда она проехала мимо Хелгена, количество солдат на один квадратный метр росло. Кажется, Империя выдвинула сюда большую часть всех своих людей. Они не готовы были потерять этот город. Укрыв голову капюшоном, Шепард заставила Бегльёт ускориться, и помчалась по дороге, ведущей через горные хребты. Она первый и последний представитель Братьев бури, которого так легко пропустили молчаливые стражи. Заметив на горизонте деревушку, стоящую прямо у подножия самой высокой горы, она остановила свою кобылку перед вороным конем, на котором восседал Галмар.
— Не надо так на меня смотреть. — Шепард фыркнула, и показала Галмару документ с подписью ярла, — Я от своих слов не отказываюсь. Фолкрит наш, только если ты его удержишь так же крепко, как и Вайтран.
— Сиддгейр молодой дурачок, которого неизвестно какими силами пропихнули во власть. Не удивительно, что ты его без всяких уговоров заставила поменять стороны. — Военачальник отмахнулся от нее, — Заметила чего интересного?
— Есть пара десятков человек по левой стороне прямо позади хребта. Еще застава справа от города будет, там у парней стрелы явно не простые. И довольно много ловушек именно по лесу идет. Уж не знаю на кого они там охотятся, но меня не поймали. — Капитан кивнула, — Основная часть будет ждать тебя со стороны Маркарта, мне кажется они не особо ждали, что мы пойдем тут. Я поехала порадую Ульфрика. Проебешь мирный договор, я тебя заставлю твою накидку сожрать без закуси.
Девушка спрятала письмо обратно, и приказала Бергльёт держать путь домой, помчавшись через большую армию в синюю раскраску. Уже к вечеру, они добрались до дворца. Мягко остановив лошадь во внутреннем дворе, осторожно слезла с нее. Лошадь тяжело фыркнула, и потерлась своим теплым носиком об ее плечо.
— Ты мне тоже нравишься. Жаль, хозяин у тебя безголовый. Но ничего, мы с тобой его еще перевоспитаем.
— Я все слышу. — Ульфрик лениво прошелся по двору, и протянул половинку яблока Шепард, — Поблагодари ее. Она их любит.
— А чего половина? Жадничаешь, ярл? — Она взяла предложенное яблоко, и, раскрыв широко ладонь, улыбнулась, когда лошадь с удовольствием схомячила угощение.
— Я тоже яблоки люблю, поэтому только половина. Ну что, дипломат, как твои успехи?
Шепард вытащила письмо, и, отряхнув руки об одеяние, вытащила документ из конвертика, низко поклонилась ему, раскрыв его текстом к ярлу, гордо сказав:
— Ярл Фолкрита согласился на твой флаг на своем владении, мой ярл. — Когда он забрал у нее документ, она улыбнулась, и, дав ему время насладиться такой маленькой победой, встала на носочки и обняла кобылку, которая была только рада, — Какой-то этот парень странный. Я ему когда протянула твой топор, думала, он умрет от страха, что я пришла лично убить его.
— Мда. Такой великий город отдать настолько безрукому правителю… — Буревестник хмыкнул, — Зато подпись такая, словно он император Тит Мид Второй. — Он кивнул, сложив письмо, и рассмеялся, — Отстань от Бергльёт, ей и без того тяжело.
— Ей тяжело только тогда, когда ты на ней верхом ездишь. Я-то всяко полегче буду, чем ты.
Ярл усмехнулся, но все же потянул девушку во дворец, давая конюхам сделать свою работу. Войдя в главный зал, он показал всем столпившимся во дворце документ, и вскрикнул:
— Фолкрит теперь наш!
Толпа тут же начала ликовать, оживленно зашумев. Шепард же усмехнулась, и решила отправиться обратно в покои, давая им порадоваться победе. Эту радость скорее всего оборвут довольно скоро. Дай бог, он проживет с мыслью о том, что он победитель, хотя бы эту ночь. Сняв с себя одеяние, устало рухнула в койку. Тяжело было проводить весь день в седле, хоть она пыталась к этому привыкнуть. У нее явно много синяков на ногах. Дотянувшись до одеяла, она укрылась им, решив не раздеваться. Дотянувшись до книжки, продолжила ее читать с того же места. Спустя некоторое время, она услышала, что ее довольно громко звал управитель вниз. С неохотой поднявшись с кровати, надела свое королевское одеяние, и, оставив раскрытую книжку, отправилась вниз. Прошлась по главному залу, засунув руки в карманы, и встала по правую сторону от трона, где сидел Ульфрик, и обратила внимание на одного из тех, кто пришел к ярлу за помощью, а может за чем-нибудь еще. Она уже видела этот силуэт. Одетый в темно-зеленое одеяние мага, напяливший капюшон так, что не было вообще ничего видно, кроме как горящих глаз.
— Я ради тебя отвлеклась от книги. — Недовольно сказала Шепард, сложив руки за спиной, кратко глянув на ярла, — Надеюсь оно того стоит.
— Я тоже надеюсь. — Ярл хмыкнул, и жестом прогнал просителя, — Не собираюсь помогать вашей шайке. Ищите помощи у умирающей Империи.
— А чего просят-то? — Удивилась капитан, кратко глянув на просителя, — Ты этого бедолагу уже третий раз только при мне выпинываешь со дворца. Ты выслушай хотя бы.
— Я прошу у ярла Виндхельма помощи для одной из его разрастающихся территорий. — Проситель перевел свой тяжелый взгляд горящих красным глаз на капитана.
— У меня в тюрьме такой валяется. — Ярл усмехнулся и пояснил для рядом стоящих, — Это один из жителей Данстара. У которых такая же проблема со сном, как и у твоего парня.
— Умоляю вас, нам негде искать помощи. — Проситель опустил голову, — Империя не станет нас слушать. Мы без лишних раздумий приняли вас как возможного будущего верховного короля, и никогда не медлили, когда вы запрашивали у нас подкрепление для войны.
— Почему ты не пойдешь с этой просьбой в Коллегию Винтерхолда? — Хмуро спросил Ульфрик, подперев голову рукой, — Чем я тебе могу помочь? Выделить вам золота? Оно вам не поможет прогнать кошмары. С Рифтена вам дали жреца Мары, который должен был улучшить ситуацию. Что, опять не помогло? Ну и что я еще могу сделать?
— Погоди, чего ты такой нетерпеливый. У Галмара нахватался? Выслушай его хотя бы. — Шепард оперлась о трон рукой, — Жрец давал вам какую-то помощь?
— Жрец сказал, что со стопроцентной вероятностью знает где проблема, но боится идти в одиночестве решать эту проблему. Я не прошу у вас огромную армию. Я прошу дать нам хотя бы двоих, которые сходят со жрецом и помогут ему. Местные бояться.
Буревестник хмыкнул и посмотрел на Шепард, на что та пожала плечами, и перевела взгляд уже на Йорлейфа.
— Найди кого-нибудь покрепче из стражников, кто будет не против съездить в Данстар, да посмотреть в чем там дело. Скажи, за доплату.
— Ох, спасибо вам! — Проситель упал перед капитаном на колени, — Благослови вас Девять!
— Мне и одного достаточно. — Шепард улыбнулась, — Не надо падать никому в ноги, вы же гордый народ. Все, если и это не поможет, то приходи снова, еще что-нибудь придумаем.
Проситель довольно быстро свалил с такой радостной новостью. Буревестник лишь хмыкнул, и сказал:
— Ладно. Давай посмотрим что там не так. Отправляй двоих отважных ребят туда.
— Чего звал-то? — Капитан огляделась.
— Мы с ним поспорили, что вы не отвлечетесь от книги. — С улыбкой сказал Йорлейф, и посмотрел на ярла, который закрыл рукой лицо, отрицательно покачав головой, — Я победил.
— Ты, кстати, помнишь о парне, который сидит в моей тюрьме? — Ярл жестом попросил принести ему выпить, и довольный отхлебнул меда из стакана.
— Да там ему и место. Нахуй, потом его заберу. Главное своего непутевого я поближе к лекарю, подальше от вас. — Она отряхнула одеяние, и усмехнулась, — Все, больше не приду к вам просто так. — Шепард усмехнулась, — Ульфрик, я с Бергльёт до Вайтрана доеду, ты не против, я надеюсь?
— Чего ты там забыла? — Ульфрик опустил голову к ней, хмыкнув, — Ты только оттуда.
— Тебе какое дело?
— Ну я вообще-то ярл, и ты уводишь мою лошадь. Я ведь будущий…
— Ой, мне-то не рассказывай. — Шепард усмехнулась, и махнув рукой пошла обратно в покои, даже не став его дослушивать. — В курсе я кто ты, действующий, прошлый и будущий. Сиди пока сидится. Ты смотри, я пока хожу как смерть по владениям с твоим топором. Это пока я хожу к остальным. Однажды приду за тобой.
Девушка поднялась обратно в покои. Усевшись на кровать, начала собираться в дорогу. Конечно, путь ее пройдет немного дальше Вайтрана, но об этом никому знать не обязательно. Особенно, если верить доктору Чаквас, которая прекрасно слышала, что за Шепард будет приставлена лишняя пара глаз и скорее всего еще и пара ног, в случае чего. Одевшись поудобнее, прихватила свой мешочек с золотом, и, распихав его содержимое по карманам, закинула портфель на плечи. Тяжело дыша, собиралась с мыслями. Запустив руку под воротник, провела пальцами по шраму, который оставила железная цепочка, и сжала в руке амулет Талоса. Надо было все успеть сделать до того, как Галмар вернется. Ей будет не важно, с поражением или с победой — Маркарт может быть для нее потерян. Других в Солитьюд не отправить, а самой не пройти. Придется искать другие окольные пути. Накинув капюшон на голову, спрятала свои седые волосы, и быстро спустилась вниз. На секунду задержавшись в штабе, глянула на карту, которая все больше обретала синих оттенков. С гордостью выдернула красный флажок из герба Фолкрита, и, положив его рядом с ним, улыбнулась безымянному военачальнику. Прошла мимо трона, и быстрым шагом пошла во внутренний дворик. Ульфрик проводил ее взглядом, и тихо сказал, когда девушка закрыла за собой дверь:
— Я договорился с Бриньольфом, что его люди будут следить за ней, если она пойдет куда-то дальше Вайтрана, но, мало ли что, отправь за ней кого-нибудь из разведчиков.
Управитель лишь молчаливо кивнул, и пошел в сторону главных дверей дворца. Шепард же заскочила обратно в седло, и, поправив портфель на плечах, отправилась в путь по протоптанным дорожкам. С дороги, что вела в Фолкрит, ей попались несколько повозок, которые везли раненных в лазареты, разбитые на равнинах. Проскочив через ворота Вайтрана, капитан остановила кобылку прямо на входе, и, спрыгнув с нее, быстро помчалась в Драконий Предел. Ворвавшись в главный зал словно ветер, пробежалась наверх, и, сняв капюшон, поклонилась ярлу Балгруфу в знак приветствия.
— Добрый день еще раз, уважаемый ярл. Можно ли к вам личную просьбу?
Ярл искренне удивился такому предложению, и кивнул, но слуг прогонять не стал. Он им доверял так же, как и себе. Шепард тяжело отдышалась, и перешла на шепот, озвучив свое пожелание:
— Я хочу покинуть город инкогнито, так, чтобы меня никто не видел. Я оставлю вам лошадь Ульфрика, но прошу поделиться со мной какой-нибудь ненужной тряпицей, да выпросить другую лошадь. Мне надо добраться до другого города как можно скорее, и так, чтобы Буревестник об этом не узнал.
Стоящий рядом управитель и хускарл лишь рассмеялись от услышанной просьбы. Балгруф же кивнул, и сказал:
— Чем же вызвана такая спешка?
— Я не могу сказать, ярл Балгруф, — Шепард опустила голову, — но я просто надеюсь на вашу поддержку, как и всегда.
— Авениччи, помоги нашей подруге. — Он перевел взгляд на Айрилет, — А лошадь приведи к нам в конюшню. Хочу посмотреть на такую редкость близко.
— Поймите только правильно, но она никого себе на спину не пустит. — Шепард усмехнулась, — Гордая очень.
— Клан Буревестников всегда таким был. — Айрилет отрицательно покачала головой, отправившись вниз, — У него даже лошадь, и та с характером.
Шепард лишь с улыбкой согласилась, и пошла следом за Авениччи наверх, по деревянным лестницам дворца. Он отвел ее в небольшую гардеробную комнатку, и открыл дверцу, сказав:
— Прошу, выбирайте что вам угодно. Если хотите, оставьте свои вещи тут, которые вам не понадобятся здесь, потом заберете вместе с лошадью.
Он дал ей переодеться. Вместо дорогого одеяния в бело-синих цветах было выбрано оборванное одеяние для магов школы восстановления, да дополнил образ капюшон мага-адепта. Шепард хмыкнула, и, отбросив свои сапожки в шкаф, взяла довольные высокие, которые были гораздо легче и мягче. Повесив портфельчик обратно, сдернула кусок красной ткани, и подвязала им одеяние, а оригинальным поясом обвязала одну из ног. Когда они с управителем спустились вниз, Балгруф лишь улыбнулся ей, и кивнул.
— Да, так гораздо лучше. — Ярл поднялся с трона, и, пожав ей протянутую руку, сказал, — Ты невероятно сильно помогла мне и моему городу в идущей войне. Дав всем нам надежду на мирное небо, ты дала нам спокойствие. Воспользовавшись случаем, я официально назначаю тебя таном Вайтрана. Прими этот дар из моей личной оружейной. С этого момента стража будет с уважением к тебе относится.
Шепард приняла из рук ярла довольно тяжелый меч, который даже по ее непрофессиональному взгляду был острым. Жаль обращаться она с ним не умеет.
— Спасибо за доверие, уважаемый ярл. Это моя работа.
— Твоя лошадь будет ждать тебя в конюшнях перед городом. Скажи Скульвару, владельцу конюшни, что ты от меня. Мы сохраним твой отъезд в тайне, можешь не беспокоится.
Путешественница отправилась другой дорогой и, покинув город, подошла к нужному человеку. Тот же с улыбкой кивнул, и без лишних вопросов указал на оседланную лошадь.
— Королева Альфсигра проводит тебя, тан Вайтрана, хоть в сам Обливион, и даже притащит твой хладный труп обратно.
— А вот это полезно будет.
Шепард усмехнулась, и, заскочив в седло, отправилась по дороге на запад, никуда не сворачивая. По раскидистым равнинам, залитых цветущими растениями, мимо великанов и мамонтов, быстро покинула владение Вайтран, и помчалась по владению Предел. Равнины сменились довольно крутыми скалами. Лошади было явно тяжеловато столько бежать без остановки. Путь немного затянется. Лишь под утро, наконец проплутав по горным дорожкам, капитан добралась до города, промокнув под ливнями до нитки. Оставив лошадь под навесом от дождя, быстрым шагом прошла через главные ворота города. Позолоченная рукоятка двуручного меча и красная повязка на одеянии дала стражам понять, что с этой путешественницей проблем не возникнет. Встав прямо за воротами, Шепард улыбнулась, осматривая знаменитый каменный город. Здесь, в Маркарте, кровь и серебро текут рекой. Спросила у маленьких детей, что игрались на мостике с потоком воды, о том, где тут ближайшая таверна. Усевшись за один из столиков, девушка молча позавтракала небольшим количеством местной еды, а следом попросила листок и перо. Пришлось приноровиться, чтобы научиться писать этой странной штукой. Во время одного из привалов, когда лошадь напивалась чистой воды, она решила запомнить что ей надо было вывести на листе, чтобы получивший записку ее понял. Она попросила у Рикке того, в чем больше всего нуждалась. Помощи от ночных кошмаров. Хотя бы теоретической. Она понимала, выводя не самый аккуратный текст, что это может не сработать. Но пока врач разводит руками от местных болезней, есть смысл попробовать то, к чему в нормальном положении она бы не притронулась.
За путешественницей в магических одеждах и двуручных эльфийским мечом многие обитатели таверны наблюдали, тихо перешептываясь. Магов с двуручным мечом, да еще и школы восстановления, тут еще не видели. Многим было интересно кто она такая. Но Шепард упорно прятала свою личность под капюшоном да платком, чтобы ничей внимательный взгляд ее не распознал. Кажется, проблема была в том, что спрятаться у нее от совсем внимательного взгляда одного из гильдии воров у нее не получилось. На столе перед вором в серых одеждах лежала ориентировка и зарисовка правой руки Ульфрика. Нет сомнений, что это была она.
Расплатившись по счету, капитан узнала местонахождение следующего ее пункта назначения — главного дворца ярла. Выбора нет — стоит найти гонца, а потом выяснять все по поводу двемеров. Крутые склоны, мокрые ступени и всюду камень — тут было опасно ходить в дождь, да и нетрезвым тоже. Слишком велик шанс просто убиться на этих узеньких дорожках, разбить себе голову и остаться лежать, дополняя реку если не серебром, что высыплется с карманов при падении, так кровью, что с радостью выплеснется с пробитой черепушки. Пройдя в Подкаменную крепость, воровато огляделась. Ей нужен кто-то, кто знает что-то о музее двемеров, да еще и талморский советник. Ну, последнего-то не трудно будет найти по запаху пафоса и ненависти в воздухе. Пройдя через большие каменные арки, поднялась по длинной лестнице, и усмехнулась. Чутье ее не обмануло — вот и он, талморский советник, бродит из стороны в сторону со своей свитой. Ах, да, кажется она с ним знакома уже. Именно его рожа была по левую сторону, когда по правую стоял Анкано.
— Уважаемый второй эмиссар Талмора, господин Ондолемар, можно вас на минутку?
Услышав первый раз за долгое время нормальное обращение к себе, эльф настороженно обернулся, а стражники потянулись к оружию. Талморец медленно подошел к гостье дворца ярла, и хмыкнул:
— Давно меня не называли по полному титулу. Мы знакомы?
— Вполне. — Шепард осторожно и на несколько мгновений откинула капюшон, дав ему на себя полюбоваться, и спрятала свою личность обратно в тень, говоря шепотом, — Мне стоило большого труда добраться сюда так, чтобы мне никто голову не отрубил, как пособнику мятежника, которого не сильно радуют в здешних краях. Так что, с вашего позволения, можно ли продолжить разговор где-то поукромнее?
Они вдвоем, в сопровождении двух стражников пошли в небольшую комнатку, которая была местом обитания эмиссара. Эта каморка, где все, начиная стульями и заканчивая подушкой на кровати, было сделано из камня, явно не подходила такому важному господину, как этот. И все же, когда стражники остались охранять вход, Ондолемар сложил руки на груди, всем своим видом показывая недовольство тем, что его отвлекали от дел.
— Спокойно. Если вы не в курсе последних новостей, то я на стороне Империи.
— Я слышал о ваших договоренностях с Рикке, хоть и не особо им верю. Но вы продолжаете жить с этим мерзким мятежником, и даже тем более, помогаете ему вести войну. — Эльф внимательно осматривал ее.
— Хорошо, если со стороны это кажется так. — Капитан усмехнулась, — Потому что по-факту, все совершенно по-другому. Легат Рикке сказала мне о том, что вы можете мне помочь.
— Вот как? — С легким презрением в голосе спросил эмиссар, — И чем же? Эленвен приказала даже не вступать с вами в контакт, раз вы с такой наглостью отклонили предложения Талмора. У нас так не принято.
— Я слышала о том, что в этом городе есть музей двемеров. Можете мне обеспечить туда доступ?
— Могу, но с какой стати я должен помогать вам?
Шепард напряглась, заметив, что он не отводит взгляда от ее шеи. Черт, какая же она глупенькая девочка. Стояла перед ним с амулетом Талоса на шее. Перед тем, кто обязан по воле службы убить ее на месте за этот кусок деревяшки на веревочке, нарушающий один из главных договоренностей. Кажется, признаться на главной площади о том, кто она и откуда, было менее самоубийственным заданием, чем стоять перед талморским эмиссаром с прямым доказательством нарушения Конкордата на шее.
— С той, что я на стороне Империи, и косвенно, готова встать и на вашу сторону.
— Не думаю, что тебе существенна сторона в войне. Да и к тому же, Братья Бури, в отличие от Империи, хотя бы сражаются за свои принципы, какими варварскими они бы ни были. А судя по твоим действиям, ты такая же принципиальная, как и хозяин того мятежного города. Ты не будешь делать того, чего не захочешь, так что можешь мне не врать о том, что ты готова быть и на нашей стороне тоже. То, что тебя Империя подкупила своими сладкими речами, еще ничего не говорит. — Он протянул руку, и схватил ее за веревочку на шее, не дав дернуться, — Моя миссия в этих жалких развалинах, это обеспечить соблюдение Конкордата и искоренить поклонение Талосу, а ты стоишь передо мной с этой мерзостью на шее, и что-то выпрашиваешь? Что я могу тебе дать, кроме быстрой казни в качестве подарка?
— Могу сказать чей он был.
— Я догадываюсь. — Хмыкнул талморец, и заставил сделать девушку пару шагов к нему, не отпуская подвески из рук, — Особенно учитывая место твоего постоянного проживания. Допустим я договорюсь с человеком и тебя пропустят в тот музей, что я с этого получу, и, что более важно, что с этого получит Талмор?
— Могу чем-нибудь интересным поделиться с вашим первым эмиссаром. А может и с вами лично. — Шепард улыбнулась, — Вдруг это поможет вашей карьере? Все, о чем спросите. Но ровно на столько вопросов, на сколько дел вы мне сейчас поможете. Чтобы все было честно.
— Веришь ли ты в Талоса, Шепард? — Спросил Ондолемар, и поднял взгляд своих хитрых глазок, — Или ты носишь это просто так?
— Смотря зачем вы спрашиваете.
— От этого ответа зависит твоя жизнь, так что не думаю, что уместно сейчас пререкаться.
Шепард решилась промолчать, не ответив на вопрос. Не то чтобы она верила в чужих богов, но вдруг именно он оберегает ее психику от краха? Медленно вытащила подвеску с чужих рук, все же спрятав его под кофтой.
— Тебе прямо тут голову отрубить или тебе не принципиально?
— Какая разница во что я верю, если эту вещь мне подарил близкий человек? Подарки не забирают. — Она кивнула, — Мое дело. Давайте просто вы мне ответите на мой вопрос, да я пойду, если ответ будет отрицательным. Мое время здесь очень ограничено.
В это самое время на корабле шла ожесточенная игра в карты. Предложение продолжать работы по восстановлению корабля был проигнорированы с подачи как капитана корабля, совершенно не заинтересованного в побеге с проклятой планеты, так и лейтенанта Веги, который то и дело, что пил не просыхая, утягивая на дно бутылки следом половину команды. Один из техников, а точнее Тали бродила на улице по пригорку, сканируя через снега поврежденное крыло. Она все обдумывала то, что сказала Шепард. Джокер ведь считает что корабль реально поднять в воздух. Реально, она не спорила. Но у них не получается. Да еще и капитан не торопится что-то с этим сделать. Ей начало казаться, что именно она виновата в том, что Шепард не интересен ее же корабль. Она словно прямым текстом ей сказала, что они обречены, и она им поверила, опустив руки. Раздраженно пнув пригорок, девушка уселась на колени перед крылом, который открыл острые грани обшивки от снега. Засмотревшись на синюю краску на обшивке, она тяжело вздохнула.
— Какую ты цену готова заплатить мне, таинственная девица, чтобы я поднял эту твою посудину в воздух?
Девушка беспокойно огляделась в округе. Но нет никого, кто мог бы с ней заговорить. Да и голос словно доносился откуда-то внутри. Словно у внутреннего голоса появился соперник, увеличивающий ее сомнительное психологическое состояние.
— Что происходит? — Сама у себя спросила сидящая, и подняла голову, посмотрев на небеса. Нет. Они казались в порядке. Даже нужные созвездия были на месте. Значит ей не снится этот голос. Но он казался каким-то не реальным, еще больше подогревая ее ощущения в том, что она спит. — Покажись.
— Мой облик не так важен, да и я сейчас не в форме. — Голос рассмеялся. — Я Клавикус Вайл. И я готов исполнить твое желание, которое ты озвучила не так давно. Мне оно показалось очень интересным. Какую цену ты готова заплатить за это?
— Ты можешь поднять корабль в воздух?
— Вполне. Я же самый сильный даэдрический принц! — Говорящий замялся, — Не, ну прошлое же тоже считается. Да ладно, не важно. Ты мне интересна. На этой мерзкой земле никогда таких как ты не ходило. Я тот, кто исполняет любые желания, но, хочу за него какую-нибудь цену.
— Так. Погоди. — Тали резко поднялась на ноги, и, попятившись назад, вжалась спиной в снежный пригорок, под которым спал корабль, — Ты принц, да? Один из тех, кто довел до безумия Джокера, а затем и Кайдена? Нет, ни в коем случае! Уйди с моей головы!
— Ну-ну-ну, — затороторил принц, — тоже мне, будто тебе происходящее с этими двумя не нравится! Главное, что они живы, а еще довольно счастливы, хоть так и не скажешь на первый взгляд. Да и вообще-то, каждый из моих, ну, скажем так, друзей, приметил себе одного из вас. Я еще не самый плохой! Не обманщик даже иногда. Так что? Тебе интересно мое предложение?
— Да, я очень хочу уйти отсюда. Подними мой корабль в воздух. Разбуди Нормандию.
— Цена, таинственная девица. Вопрос цены, а не моих возможностей.
— Что же ты хочешь за это?
Отвлечь ее от разговоров с богом, чьей сферой были исполнения желаний посредством соглашений и ритуалов, было просто некому. Она слишком долго находилась на враждебной территории вопреки наказу капитана корабля. В прочем, ей было некогда решать проблемы с великой скоростью набирающие пугающие обороты на корабле. В попытках выдернуть чернеющую душу пилота корабля, Шепард закрывала глаза на все остальное. Сангвин, Молаг Бал, Клавикус Вайл и Хермеус Мора были этому только рады. Душа сильного капитана была под защитой. Но брошенная команда слишком часто ссорилась, теряла надежду на будущее и хороший исход событий, чем медленно себя хоронила с подачки капитана, которой было плевать. В это же самое позднее время, в Маркарте, стоял громкий смех и хохот прямо около главных ворот. Поймав парнишку гонца, который нес гору писем во дворец к ярлу, Шепард тихо спросила у него:
— В Солитьюд поедешь?
— Да, сейчас мне надо это все отнести, да пойду туда следом.
— Чего у тебя там? — Удивилась капитан.
— Донесения Братьев Бури о помощи.
— Это какой гений такую хрень написал в город под предводительством Империи? — Капитан нахмурилась и кивнула, — Давай обмен, друг. Я отнесу эти письма, а ты донеси мое до Солитьюда как можно скорее. У меня поручение легату Рикке. Оно не ждет.
— Я не могу доверять письма кому попало. — Растерялся молодой человек, прижимая к себе сумку полную писем, — Многие из них подписаны ярлом Виндхельма. Я поручился их отнести как можно скорее и так, чтобы они точно дошли. Может я отнесу их сам, а потом побегу в Солитьюд?
Девушка тяжело вздохнула и слегка оттянула капюшон, показывая ему кто она такая. Гонец прекрасно узнал новую правую руку ярла Буревестника, и все же сдался, отдав с десяток писем. В обмен получив одно, тут же поблагодарил девушку за помощь, и бросился бежать в Солитьюд. Капитан же уселась на каменных ступеньках, найдя себе самый тихий проход между домами, и открыла одно из писем, внимательно его читая. Следом пришлось открыть еще одно, чтобы понять, не врут ли те, кто пишут письма. Но нет, одно из них даже было подписано Ульфриком. Гонец ей не наврал. Братья Бури просят о помощи всех своих собратьев в битве за Фолкрит. Видимо, слава его имени даже спустя столько времени после его побега из местного заточения, не утихла. Шепард опустила голову, и, сложив горкой письма, изящным взмахом руки применила «воспламенение», стерев все просьбы в пыль. Им нельзя было выигрывать этот город. И чем меньше у них будет союзников, тем лучше для нее.
Усевшись в седло, девушка отправилась в Вайтран. Вернув лошадь ее законному владельцу, пошла во дворец к ярлу. В городе было слишком тихо, даже не обращая внимания на то, что стояла глубокая ночь. В соседних владениях война, да еще и очень разрушительная, судя по просьбам в письмах, а тут — ничего. Усевшись на лавочке около шкафа со своими вещами, девушка устало развязала ленту на ноге, осторожно ее распрямляя. Послышались за стенкой довольно громкие разговоры, а следом в деревянную дверь раздался скромный стук. Шепард устало закрыла дверцы шкафа, вытянув босые ноги вперед, и разрешила войти. Ярл Вайтрана сел рядышком, закрыв за собой дверь. Он устало потер шею, и тихо сказал:
— Полезно съездила?
— Вполне. — Шепард сидела опустив голову, перебирая в бледных руках красную ленту, — Спасибо, еще раз, за помощь. Надеюсь, вы не жалеете, что доверились Братьям Бури и отдали свой город в их владение.
— Я думал над этим, но мне кажется, ты точно знаешь что делаешь. Я доверился не Ульфрику. Доверять ему — опасно для жизни. Я доверился тебе. Услышанного и увиденного мне достаточно, чтобы принять нужное решение, которое не сравняет мой город с землей. Пускай сейчас у меня не город, а покойницкая от количества умирающих солдат, все же я считаю что ты делаешь все правильно. По крайней мере, я бы поступил так же.
— Я ведь встала на сторону Империи. — Шепард повернула голову к ярлу, который сам сидел поникнув и выглядел очень уставшим, — Не боитесь моего предательства? Я только и слышала то от Буревестника, то от Туллия, просьбы поклясться им в верности. Но я их не озвучу просто потому что я могу снова поменять сторону. Не уверена, что сейчас я достаточно устойчива в своем мнении, хотя обычно было не так.
— Не думаю что ты способна на предательство. — Балгруф снял корону со своей головы, — Туллий и Буревестник могут много и долго кричать на чужих границах о том, что лучше них никого нет. Эта гражданская война бесполезна. Толку-то выбирать стороны, если все что любой из них умеет — громко и пафосно толкать речи, да заливать чужие города чужой кровью? Громко кричать — не поможет решить наших проблем. Знаешь, для того чтобы стать самой сильной стороной в войне, не нужно быть громким. Будь ты такой же стороной в войне, как и эти двое, за тобой пошли бы очень многие. — Он взял паузу, и слабо улыбнулся Шепард, — Если не хочешь ехать в ночь в Истмарк, оставайся ночевать во дворце.
— Меня никто не искал на ваших территориях?
— Я не буду тебе отвечать на этот вопрос, просто чтобы ты спала сегодня спокойно. — Ярл кивнул, — Спокойная ночь это большая редкость. Мне в моем возрасте надо на кладбище лежать, а ты подарила мне спокойствие среди полыхающих полей битв. Отплачу тебе тем же.
Она приняла решение остаться. С радостью устроилась на небольшой кровати в своей маленькой комнатке, да почти сразу же уснула. Ночь сменилась утром. Придя на завтрак в своем уже привычном дорогом одеянии, Шепард уселась за общий стол, за которым сидели и дети и взрослые, обсуждая последние новости. Никаких новостей с фронта. Только все хорошее. Кажется, то, что город ушел под крыло Буревестнику, сделало им лучше — теперь ярла не звали на пиршества в посольство, чем, неимоверно его радовали.
Наевшись за столом, девушку отправили с благословением Талоса в путь. Оставив лошадь во внутреннем дворе, Шепард быстрым шагом отправилась во дворец, поправляя на ходу одежду. На ее благо, доносчики, с письмами о ее предательстве, еще не добрались до ярла, и тот абсолютно спокойно сидел и читал прошения за своим рабочим местом. Подписав очередное, услышал знакомые шаги, и тихо спросил, решив не поворачиваться:
— Как там Вайтран?
— Там тихо, как в гробу. — Шепард закрыла дверь за собой, и медленно подошла к тем дверям, которые вели на балкончик, — Ульфрик, разреши тебя отвлечь от работы, и поговорить.
— Конечно. — Он отложил перо, — Что тебя беспокоит? Ты уже который день ходишь какая-то потерянная.
— Как ты переживаешь те мысли, которые ты не хочешь принимать, но они с тобой? — Шепард оперлась спиной о стену около двери, — Например о твоей связи с Талмором. Как ты с ними спишь?
— Хороший вопрос. — Ярл положил ногу на ногу, оперевшись рукой о поверхность стола, смотря на стоящую, — На него так сразу и не ответишь. А тебя какие мысли беспокоят?
— Я боюсь произносить их в слух. — Она пожала плечами, говоря очень медленно, и расстегнув одеяние, подошла к нему, показывая, что не носит второй подвески, — Но ты явно это заметил.
— Да, заметил. Почему ты больше не носишь своих вещиц металлических? Я видел, как ты откинула их, когда сидела за обеденным столом, но не стал спрашивать. Боюсь потревожить твою душу. — Он кивнул, — Озвучивание мыслей не приведет их к моментальному исполнению. Признайся в том, что тебя беспокоит, и тебе станет легче.
— А ты признался кому-то о том, что ты с Талмором? Хоть кто-то в этом чертовом мире в курсе о вашем договоре с Эленвен?
— В курсе. — Он кивнул, — Один человек. И это не Галмар. Но все же у меня есть человек, которому можно дать такие тайны. Это ты. Ты не прикроешь мне спину в бою под горящим Солитьюдом. Но я уверен в тебе и твоих словах.
— Я прекратила все работы по восстановлению корабля. Меня обожгли жетоны. — Она указала на белесый шрам на коже, — Это все, что они мне оставили в напоминание. — Стянув с себя одеяние, она опустилась перед ялом на колени, тихо признавшись, — Я чувствую словно во мне все связи с кораблем оборвались. Я не хочу его восстанавливать. Не хочу там находиться дольше, чем нужно. Не хочу даже спать там. Ты же видишь, я предпочитаю уснуть рядом с тобой, чем в своей каюте, пускай у тебя жесткая кровать и неудобное одеяло. — Она зажмурилась, склонив голову, — Я чувствую себя предателем. Чувствую, что просто сбежала с поля боя. Я так надеюсь, что меня не спас твой оберег, и меня что-то изнутри сжирает, не давая дернутся. Но я понимаю, что это все не просто так. Это мои мысли, а не навязанные извне.
— Ты хочешь остаться тут?
— Да. — Она подняла взгляд покрасневших глаз, — Мои люди могут убить меня за это предательство. Но я упорно делаю вид, что все под контролем и что скоро мы отсюда улетим. Но я не хочу. Я стою и упираюсь рогами. Скажи мне, что это просто что-то не так со мной.
— Талос слышит твои мысли. Всегда отвечает на твои мольбы. Если ты примешь решение, но не озвучишь его, он сделает все, чтобы оно исполнилось. Он силен. И даже если кому-то из твоих людей попадется тот даэда, кто исполняет все желания, пускай и за очень дорогую цену, и иногда не обманывает — то этому даэдре будет не под силу поднять корабль, если ты попросила Талоса его похоронить. — Ярл наклонился к ней, и провел руками по покрасневшим щекам, — Почему же у тебя такая реакция? Ты ведь сама этого хочешь.
— Мои люди меня не поймут, так же как и твои, если узнают кто ты такой на самом деле. Готов ли ты выйти на площадь и сказать о том, что ты поднял восстание потому что Эленвен это было выгодно, и ведешь его с такой скоростью, с которой она скажет? Готов ли ты в лицо Галмару сказать, что являешься агентом Талмора? — Она сделала паузу, не давая себе возможности окончательно расклеится, — Вот и я не могу. Эти мысли пожирают меня изнутри. Я ненавижу эту неопределенность. Двойственность не мое. Я всегда иду по одному пути, и не сворачиваю с него. Мое мнение четко сформированно и логично. А тут я стою на развилке, и просто развожу руками. Не хочу делать выбора. Не хочу идти дальше, но не хочу и бросать все.
— Тебе придется с ней дальше жить. — Он кивнул, и тяжело вздохнул, когда капитан положила голову на его ноги, вцепившись своей ледяной посиневшей рукой за его теплую руку, — Ты можешь просто сделать все, чтобы корабль улетел отсюда, но не поехать самой. Думаю, у тебя есть тот, кто заменит тебя. Твой корабль вернется в войну, а твои люди скажут, что ты просто либо не захотела уходить или умерла. Никто явно не полезет сюда искать тебя.
— Я не смогу спать с этими мыслями, что я бросила их в тяжелый момент. Там, наверху, идет разоряющая война, в несколько тысяч раз страшнее, чем любая ваша война. Но я не хочу туда идти. У меня никогда такого не было. Я всегда была уверена в том, что лучше умереть в бою, чем всю жизнь провести в рабстве. А сейчас у меня обратное мнение.
— Но ведь если ты откажешься идти в бой, то не окажешься в рабстве. Ты просто останешься здесь. Это разные вещи.
— Для тебя, да. Но не для меня.
— Я просто смирился с тем, что происходит со мной. Твой выбор это выбор того, что тебе дорого сейчас вместо того, что было дорого раньше. Я принял вражескую сторону, потому что так нужно было для моего выживания, а потом уже не было смысла что-то менять. Ведь, если я дам заднюю и оборву с Эленвен полностью связь, тогда она может разыграть против меня карту наших договоренностей с ней. Ей хватит ума всем рассказать кем я являюсь, и я даже если очень сильно захочу, не убегу от расплаты в ту же ночь. Не успею глаза закрыть, как меня убьют за это предательство. Но если я буду действовать открыто с Талмором, тогда от меня, как от главы восстания мятежников нет никакого смысла. Вот и получилось, что я выбрал то, что сейчас предлагаю выбрать тебе. Отправить корабль в бой без тебя. Либо продолжай упираться рогами, затягивая все максимально долго. Я могу тебя уверить, что это не даэдра над тобой властны. Это только ты и твои мысли. Только ты и твои желания.
— Но ведь раньше такого не было.
— Ты упала нам на голову 30-го дня месяца Начала морозов. Ты читала мои книги. Ты помнишь что случилось в эту дату? — Он кивнул, — В эту дату почти тридцать лет назад началась Великая война. Никто не знал чем она обернется. Та ночь и многие после этой даты изменили весь Тамриэль. Я тоже не знал, на что я готов пойти. Но та ночь стала переломной в моей жизни. Какой стала и в твоей жизни. Тебе придется смириться с этим. Теперь ты такая. Если тебе кажется, что ты стала слабой, просто потому что теперь не готова умирать в бою, то это не так. Раньше ты была сама по себе и защищала себя сама. Сейчас я готов закрыть тебя собой. Сейчас ты можешь себе позволить не лезть в самое пекло. Сейчас ты находишься в тех обстоятельствах, в которых раньше не была. И ты не предательница, если решишь бросить свой корабль. Ты сделала так, как считала нужным. Ты же считаешь, что каждый волен выбирать свою судьбу. Так что, всем можно, а тебе нет?
— Быть может ты прав. — Тихо призналась Шепард, сидя перед ним на коленях и положив голову на его ноги.
Он мягко поглаживал ее по седым волосам, прислушиваясь к тому, что происходит за дверьми. Он прекрасно знал, что никто не будет подслушивать их разговоров, но все же он не исключал такой вероятности. Но, кажется, совершенно не ожидал услышать тихий всхлип.
— Ты чего?
— Я не могу так поступить, Ульфрик. — Ее голос задрожал. — Я не могу обречь весь мир на забвение, потому что мне не хочется пытаться восстановить корабль. Они все умрут. Все, включая мой родной край, всех людей которых я знала, все миры которые я видела умрут — я не могу от этого отказаться.
— Тогда поднимайся и продолжай восстанавливать корабль. Давай приказ, поднимайся сама, но верни свой секрет из забвения.
Он потянул ее с пола, и усадил на свои ноги. Шепард крепко прижалась к нему, обхватив за шею крепкими руками, и расплакалась, уткнувшись носом в шею. Захлебываясь слезами, вцепилась ледяными руками в его светлые волосы. Дверь в покои ярла беззвучно раскрылась спустя десяток минут. На пороге встал Галмар, что едва стоял на ногах, и опирался о свою секиру. Ульфрик жестом показал ему молчать, второй рукой тихонько поглаживая беззвучно плачущую девушку по волосам. Военачальник лишь усмехнулся, и постучал лезвием по металлическим петлям двери, громко рапортовав:
— Я не для того отбивал четверо суток Фолкрит у имперских упырей чтобы сейчас ждать, когда вы бросите обниматься. Мы взяли Фолкрит под контроль!
— Я очень рад, но мне некогда. — Ульфрик закрыл глаза, успокаивая Шепард, — Свали, не до тебя сейчас.
— Эй, Джейн, не плачь, а то это вредит красоте. И не бойся, имперская проститутка, у ваших осталось еще три владения.
— Ты должно быть очень много плакал. — Тихо сказала Шепард, не собираясь отпускать ярла из своих объятий.
— Нет, я просто родился страшным. — Он усмехнулся, — Тьфу ты, я надеялся что ты там рыдаешь, а ты спишь просто. Нашла себе койку. Ульфрик, брось ее к чертовой матери.
— Я тебе что сказал?! — Ярл кивнул, — Свалить. Вот и исполняй. Сделай так, чтобы я тебя до вечера долго долго искал, и не нашел.
Военачальник лишь улыбнулся, но спорить не стал, закрыв дверь с другой стороны. Шепард же взяла паузу, чтобы перестать плакать, и начала смеяться. Буревестник же удивился ее реакции, и мягко вытер кусочком своей рубахи ее слезы с лица.
— Какого же ты урода взял себе в военачальники… Как ты живешь с этим столько времени? Неужели никого адекватнее нельзя было найти?
— Ну мне не привыкать. — Буревестник мягко кивнул, когда она подняла глаза на него, слабо улыбнувшись, — Вдруг ты захочешь стать моей королевой? Придется тогда терпеть тебя. Я морально к этому готовлюсь.
— Придурок. — Шепард рассмеялась, уткнувшись снова в его шею носом, — Ненавижу тебя. Какой же ты урод, да такого же рядом поставил. Даже поплакать не даешь спокойно. Мне придется стать твоей королевой. Вдруг ты станешь Верховным королем Скайрима. Тут нужен кто-то нормальный у власти.
— Так я же буду.
— Так вот о том и речь. Нужен кто-то адекватнее, а кто им будет, если у Скайрима будешь только ты?
Они вдвоем рассмеялись, продолжая обниматься. Когда капитан успокоилась окончательно, то слезла с него, и поправила свою футболку, заправив ее обратно в штаны, а следом накинула одеяние, быстро его застегивая. Ульфрик же продолжил сидеть, взяв в правую руку перо.
— Джейн, один из твоих людей сказал мне о том, что ты привыкла, чтобы все звали тебя по фамилии. Но от меня и моих людей спокойно отзываешься на имя. Почему так?
— Потому что тут я не капитан боевого космического корабля, а просто твоя безмолвная тень. Тебе же будет проще, если я буду иметь только имя, которое ничего за собой не несет. Вернувшись к себе на небеса, я снова стану Шепард. Я снова стану капитаном корабля. Там надо мной никто не смеется, а те кто смеются, долго не живут. А к чему был этот вопрос?
— Ты бы хотела стать Буревестницей?
Шепард подняла взгляд от пола, посмотрев на ярла, и уперла руки в бока.
— Это что, предложение выйти за тебя?
— Сама же говоришь, что Скайриму нужен кто-то адекватнее, чем я.
— Хочешь, чтобы я повторила судьбу Элисиф Прекрасной? — Она усмехнулась, — Чтобы однажды кто-то ебнул тебя палкой по голове, а я осталась ярлом этого города? Нет уж, я лучше обратно в свой окоп вернусь. Поверь мне, если я реально стану твоей женой, ни ты, ни твоя провинция долго не протянут. Меня едва команда терпит, а ты-то тем более долго не продержишься. Особенно, когда я знаю так много твоих секретов. — Она взяла со стола Зубчатую корону, и надела ее на себя, — Я знаю кто ты такой. Кто твои покровители. Я знаю, что ты мне не доверяешь, высылая следом за мной разведку. Я знаю, что ты допрашиваешь моих людей, пока меня нет. Ты всеми силами подрываешь мое доверие к тебе. Ты не пустил меня спокойно в Солитьюд к Империи, видимо зная, что я могу согласится, хотя отпустил в Талмор, который гораздо страшнее по твоим же словам. Давай мы с тобой не будем тянуться вдвоем к последнему куску. Так что нет, я откажу тебе, уважаемый ярл. Откажу тебе даже когда ты станешь Верховным королем. В тебе есть проблема, которую я не могу позволить себе. Ты такой же капитан, как и я, и ведешь по полю боя корабль восстания. Но ты крыса, которая готова на подрывную деятельность и на молчаливое предательство. Твоя проблема в том, что я не знаю, когда ты покинешь тонущий корабль, когда ты его капитан, но ты крыса.
Она лишь развела руками, и пошла вниз. Отряхнув одеяние, уселась в главный каменный трон, подперев голову с короной на голове, рукой. Галмар поднял голову от своего обеда и сказал:
— Если ты привыкла сидеть на хуе Ульфрика, не значит, что ты можешь занять его место.
— А почему нет? — Шепард усмехнулась, — У тебя же получилось место его правой руки занять, что мешает мне запрыгнуть выше, если я удовлетворяю его лучше, чем ты?
Йорлейф с Вунфертом подавились смехом, попытавшись не засмеяться с остальной свитой. Галмар же отрицательно покачал головой, но, не найдя никакой колкой остроты, промолчал, продолжив обедать. Спустя пару минут пришел и Буревестник, но не стал спорить с сидящей на троне Шепард, устроившись за столом в центре. Пока они обедали, она молча за ними наблюдала, подперев голову рукой. Ее внимательный взгляд спустя пару минут отвлекся на вошедших. Новые лица заняли крайние места за столом и были одеты в темные одежды. Один из них достал с кармана бумажную записку, и молча передал дальше, через обедающих. Пройдя через десятки рук за столом, документ дошел до Ульфрика. Ярл хмыкнул, но пока не стал открывать документ, спрятав его в карман своего одеяния, о чем-то тихонько переговариваясь со своим военачальником. Вот входные двери еще раз распахнулись. Задыхаясь, влетев наперегонки с ледяным зимним ветром, быстро перебирая ножками, побежал через весь главный зал гонец. Быстро пронесся мимо обеденного стола. Кратко поприветствовав всех сидящих, он протянул Шепард небольшой мешочек и письмо, гордо рапортовав:
— Подарок от ярла Балгруфа, уважаемая Джейн! Просили очень срочно.
Когда гонец пронесся обратно, Галмар довольно громко спросил:
— Буревестник, а какого черта мы в своем городе за своим обеденным столом принимаем членов Гильдии Воров?
— В нашем городе не рады только Талмору и их друзьям. — Ульфрик улыбнулся, — Бриньольф и Векс наши друзья, и пока Рифтен в нашей власти — я не против их тут видеть, если они ничего не воруют, а только наедаются.
— Ты совсем отчаялся выиграть войну легальными методами? Нельзя просто взять топор и отрубить Туллию голову? Зачем нам эта ебанутая на троне, зачем нам помощь этого проклятого ворья? Может ты еще Темное Братство позовешь, да нищим указания дашь?
— Нам нужна большая удача чтобы выиграть войну. На войне пригодятся любые силы. Особенно учитывая то, сколько наших людей ты похоронил в лесах Фолкрита.
— У них достаточно большое кладбище — все поместятся.
Шепард же перевела взгляд на новичков за столом. Значит эти двое были из Гильдии Воров. Ей стало интересно так же как и Галмару — зачем же Буревестнику понадобилась их помощь и что же за листок они ему отдали. Опустив взгляд, она положила ногу на ногу, продолжая почти лежать на троне, и открыла письмо. Это было письмо не от Балгруфа, а от Рикке:
Нам пришлось отступить от Фолкрита. Я решила послушаться твоего совета и отдать город. Мы потеряли очень много народа. Если сможешь, задержи армию как можно дольше, и тяни ее через Морфал. Если же через Морфал не получится, идите на Маркарт через Вайтран, а не через Фолкрит. Если гонец ничего не потерял, то в мешочке будет хранится лекарство для твоего человека против влияния Вермины. Будь с ним крайне осторожна — половину дай вечером, сразу после захода, а вторую часть утром, до того как солнце встанет,. И надо будет еще следом дать ему ровно кувшин воды. Желаю удачи нам обеим.
— Р.
Буревестник же пощелкал пальцами перед Шепард, и мягко ей улыбнулся, протянув руку.
— Раз ты обедать не стала, пошли обратно. Хочу тебе кое-что рассказать.
